Точка опоры

Дождь стеной обрушился на город. Молнии на мгновение озаряли улицу за окном, а грохот грома гулко разносился между домами. На особо громких раскатах, запускались сигнализации припаркованных поблизости авто вереща в разнобой. Потоки воды стекали по оконным стеклам, сквозь них мерцали неоновые вывески закусочных и круглосуточных магазинов. В интернет-кафе расположенное в двухэтажном, порядочно обветшалом, здании, был слышен мягкий гул компьютеров. Изредка раздавались прерывистые возгласы игроков. Сидя за стойкой администратора я, уставившись в рабочий монитор, составлял учебную программу на следующий семестр. На столе, рядом, стоял пластиковый стакан с дешёвым айс-американо, лед в котором почти растаял. Снаружи, дождь барабанил по окнам, рокот грома заглушал гул системных блоков. Входная дверь была распахнута и в холл, где располагалась стойка, задувало влажный пахнущий мокрым асфальтом воздух. Все новые гости приносили с собой запах дождя и сырой земли. Они оставляли свои прозрачные, мокрые зонтики в подставках и просили компьютер на пару часов, а некоторые оплачивали сразу и ночное время. Выполняя свою работу я отработанным движением провел карточкой клиента через терминал, выдал номер компьютера и указал клиенту какой зал ему нужен. Тот сразу ушел не удостоив меня даже взглядом. — Эй, Верховный король! На двенадцатом компьютере мышка тупит! — закричал молодой, судя по голосу, парень. «Верховный король» — в этом игровом клубе был только один человек которого так называли. Я крепко сжал зубы, но промолчал. Прозвище уже въелось в стены этого места. Началось все невинно. Так это обычно и бывает. Гости которые давно играли в MMO и смотрели турниры, знали всех профессиональных игроков. Многие из таких посетителей, прежде были моими фанатами. Они узнавали меня даже в маске которую я носил на лице. И они обращались ко мне по моему игровому юзернейму. «Верховный король» Я действительно им был. Во время игровых матчей и на турнирах. На сцене. Стоило мне уйти, как это имя из статуса превратилось в ник неудачника. Со временем, те, кто знал о моем прошлом, начали произносить мой игровой юзернейм с насмешкой — словно хотели напомнить: когда-то я был яркой звездой киберспорта, а теперь лишь администратор, подающий лапшу и меняющий сломанные мышки. Поднявшись с сидения своего кресла, жалко скрипнувшего, я оглядев зал неторопливо направился к двенадцатому компьютеру. В тот же миг память предательски подбросила мне вид совершенно другого «зала». Яркие прожекторы и софиты били в глаза, воздух дрожал от шума толпы. Сотни голосов сливались в рев, когда комментатор срывающимся голосом кричал: — Верховный король наносит свой сокрушительный удар противнику! Я отчетливо помнил, как у меня тогда сводило пальцы на мышке — не от страха, а от переполняющего тело напряжения. Подушки наушников глушили шум, но сквозь подавление всё равно пробивались выкрики моего имени. Игрового имени. Я чувствовал себя на вершине мира, непобедимым. В тот момент будущее казалось понятным: впереди — слава. Воспоминание оборвалось вспышкой молнии за окном. Гул толпы сменился гулом вентиляторов. Вместо ярких прожекторов — тусклые лампы старого PC방. Вместо возгласов трибун — крик школьника, требующего заменить мышку. Вздохнув я подошел к нужному столу, поправляя потертый, пластиковый бейдж на груди. «Когда-то я стоял наверху, а теперь снова начинаю с нуля…» — горькая мысль давила изнутри. Между рядами тускло освещенных кабинок сидели школьники, студенты и пара офисных работников в белых рубашках, пришедших переждать ливень. Воздух пропах смесью ароматов лапши быстрого приготовления, сладкой газировки и пыли. Я проверил мышь — провод оказалось был пережат между корпусом стола и столешницей. Одним движением я поправил его, стукнул по правой клавише пальцем и сказал: — Все работает. — Ага. — ответил парень, даже не заметив, как в окне позади, ослепительно сверкнула молния. Вернувшись к стойке, я начал подсчитывать время на компьютерах. В мои обязанности входило следить, чтобы никто не просидел в минус, принимать оплату, устранять поломки, рассаживать гостей и иногда разносить заказы — кимбап, ттокпокки, бесконечные миски рамёна. У кухонного блока пискнула микроволновка. Девушка что работала сегодня со мной, достала исходящий паром стакан лапши и отнесла его к двадцатому компьютеру. Вздохнув, я поймал себя на мысли, что лето утекло сквозь пальцы. Друзей у меня не было. Только младшая сестра которая ждала дома. Я сижу здесь, в этом убогом игровом клубе, слушая, как дождь хлещет на улице и наблюдаю за чужими жизнями через экран монитора. «В прошлом, я участвовал в турнирах, а теперь подаю лапшу и говорю за какой компьютер сесть.» — думаю глядя на мокрое оконное стекло. Для кого-то я предатель. Для кого-то — неудачник, который не смог построить карьеру в медиа. Они думают, что я струсил и все бросил. Но это не так. Я сделал выбор в пользу более надежного и стабильного будущего. Потому что хочу нормальной жизни… Я посмотрел на своё отражение в мониторе ушедшим в спящий режим. Глаза выглядели усталыми, волосы как обычно растрёпаны. Черная плотная маска с клапаном скрывала нижнюю половину лица. Иногда я скучал по крикам толпы, по адреналину, по ощущениям, когда каждый матч доказывал, что мой юзернейм не просто бессмысленный пафос. Но сколько вообще тех, кто смог удержаться в индустрии после двадцати пяти? Десятки? Единицы? Тихо хмыкаю собственным мыслям. Молния на секунду высветила пустую улицу за окном, и грозовой раскат сотряс стены. Я вздрогнул. Сдвинул маску вниз и сделал глоток горького кофе. Затем достал из рюкзака спрятанного под стойкой ноутбук. Пока гости не шли, я хотел порешать задачи по физике. Новый семестр начнется уже на следующей неделе. Звуки клавиатур, смех игроков и прочий гул в зале смешивались с шелестом дождя. Я снова поправил бейдж на груди и подумал: «Плевать если для них я неудачник. Однажды, я снова заберусь на самый верх и никто не сможет меня оттуда сбросить. Ни сокомандники, ни менеджеры, ни прочие придурки». Я должен был в это верить. Потому что больше у меня ничего не было. Только ослиное упрямство и вера в то, что если я смог однажды чего-то добиться в этой жизни будучи никем, то и во второй раз смогу. При том что мне чертовски везло. «Костюм тебе очень идёт» — говорит парень похожий на ласку. О поправляет свои очки с круглыми линзами съехавшие вниз по узкой переносице и улыбается одними губами. Мне повезло, встретить этого придурка. Благодаря ему, уже на первом курсе у меня есть третье место в национальном архитектурном конкурсе. Это хорошее начало. Даже, блестящее. Тем кто знает меня как «Верховного короля» нет до этого дела. Я это понимаю. Их признание мне не нужно. Потому что я не собираюсь связывать свою жизнь с чем-то настолько ненадежным как карьера в медиа. Я даже стримить перестал. Все равно доход со стримов низкий. Люди которые донатили, последние месяцы, вели себя как полные уроды сопровождая переводы ублюдскими комментариями. Они видно думали, что делали мне огромное одолжение. Впрочем, я и сам чувствовал себя так словно завишу от них. Это злило. Мне не нужна была жалость и чужие подачки. Когда Ким Докча решил отказаться от денежного приза, я почувствовал себя точно так же как от всех этих уничижительных комментариев донатеров. И решительно отказался принять приз единолично. Ну… мне казалось, что я выглядел решительным. «Это мои инвестиции в тебя, дурень. Так что заткнись и бери деньги» — сказал Ким Докча глядя на меня насмешливым взглядом. Но инвестиции подразумевают дивиденды. Я так думал. И конечно сказал об этом Ненормальному. «Возьми эти деньги и оплати курсы по бизнесу. Пригодится.» — раздражающе иронично велел Ким Докча. «Но чтобы между нами не было недопонимания, поясню. Я не покупаю тебя. А вкладываю в тебя. Моя предполагаемая прибыль, не дивиденды, а результаты которых ты сможешь достичь если продолжишь быть таким же упрямым и смелым как сейчас.» Он сказал это совершенно откровенно. А я ничего не понял. Вернее понял, но… не сразу смог осознать всю суть целиком. Курсы по бизнесу действительно оказались ценным приобретением. У меня хотя бы появилось представление, в чем разница между акционером и инвестором. Я понял что Ким Докча имел ввиду. Этому парню не нужно было чтобы я был у него в долгу. Он преследовал иную цель. Чтобы узнать, в чем та заключалась, мне нужно было продолжать развиваться. Стыдно признаться, на этом чертовом парне держалась моя уверенность в том, что все, что я делаю, действительно имеет смысл. То есть, я это итак знал. Понимал головой. Но мои убеждения рушились под весом тяжести ответственности, которую приходилось тащить на себе и под насмешками окружающих. В моей жизни, совершенно неожиданно, появился человек который… верит в меня? Причем по абсолютно непонятной для меня причине. Все что я сделал, нагло навязался в проект этого парня. Неужели этого было достаточно? Мне хотелось чтобы август поскорее закончился чтобы снова встретиться с Ким Докча. Откинувшись на спинку кресла я уставился рассеянным взглядом в окно за которыми все ещё лил дождь и сверкали вспышки молний. Очередная машина заверещала сигнализацией от громкого раската грома. Я решал задачи до окончания своей смены. Когда пришел сменщик, я сложил вещи в спортивную сумку и не прощаясь вышел из интернет кафе через открытую настежь дверь. Раскрыл над головой старый потрепанный черный зонт на купол которого тут же обрушились тяжелые крупные капли дождя и побрел в сторону дома. По дороге, зашел за готовой едой на вынос. Купил порцию тофу с овощами и жареную сладкую курицу. Мия ее обожает. И раз ей приходится сидеть дома одной и ждать меня, то это меньшее что я могу сделать для нее чтобы порадовать. Мне повезло с сестрой. Повезло с тем, что она была в моей жизни. Без нее я был бы совсем один. — Я дома. — говорю громко, переступив порог и закрыв за собой входную дверь. За спиной слышу, пока снимаю кроссовки, топот маленьких ног по полу. — Ура! Обрабони пришел! — Ю Мия врезается в меня всем своим весом. Но она мелкая, ей только исполнится шесть, я могу легко поднять ее одной рукой. Стоит мне это сделать как сестра радостно хохочет. Пока меня не было она рисовала. После ужина Мия показывает мне цветные картинки и раскрашенные листы в своих книгах-раскрасках. Я хвалю ее работы, даже если она везде выходила за контур, или я вообще не понимаю что нарисовано на бумаге. Мне нравится. Выглядит неплохо. Главное чтобы ей было весело пока меня не было рядом. У нас не так много времени чтобы провести его вместе. Когда начнется учеба, мне снова придется отправить ее в частный садик интернат. Приз за конкурс помог мне оплатить его на целый год и теперь хотя бы об этом не нужно будет волноваться. Уложив сестру спать, я сел немного поиграть, чтобы отвлечься от мыслей набивающихся в голову. Мыслей о будущем. О том, что будет если я не справлюсь. Такие мысли появляются независимо от моего желания. Они очень навязчивые. Что я понял, мне нужно быть ещё более навязчивым чем эти мысли. Успех, понятие относительное. С точки зрения общества, я буду считаться успешным если получу престижную профессию и устроюсь в компанию с хорошей репутацией на приличную должность. Каким-нибудь менеджером. Или вроде того. Мой годовой доход должен составлять не меньше сорока пяти миллионов вон. Нужно будет переехать в квартиру побольше. В хорошем районе. Сдать на права ещё. Купить машину. Устроить сестру в приличную школу. Полностью ее обеспечить всем необходимым. Главное чтобы с виду все было красиво. Ведь если с виду красиво, то никому уже не интересно, что там внутри, под вылизанным фасадом. Только для меня, даже выстроить этот фасад непросто. Нужно время. И упорство. А ещё помощь. Первое сентября выпадает на вторник. Утром, первым делом, я отвожу сестру в садик. Мия послушно уходит с воспитательницей. Только крутит нервно приколотый к футболке круглый значок с отпечатанной кошачьей мордой. Тот самый который отняла у меня. Она его теперь не снимает, из-за этого рисунок начал стираться по краям. На выходных я заберу ее домой. А пока… Пока мне тоже нужно учиться. Надеюсь, она простит меня за то, что я так редко был с ней рядом, когда вырастет. Ей пока ещё пять, а мне уже страшно, стоит представить ее подростковый период. Почесав затылок я постоял ещё немного во дворе детского сада, затем развернулся и направился в сторону метро. С пересадками мне удалось добраться до главных ворот университета за двадцать минут до начала пары. Не хотелось опаздывать. Торопливым шагом я шел на остановку шаттла. Мимо меня пронеслась белая Kia Pride. Разглядеть номера на такой скорости движения машины было нереально. Но увидев эту машину, я тут же подумал о Ким Докча. Этот парень припарковался за зданием библиотеки инженерного корпуса. Там же где и обычно. Первая, на сегодня, пара у меня была в корпусе расположенном напротив библиотеки, окна аудитории как раз выходили на общий внутренний двор и рядами припаркованные машины. В пол уха слушая лекцию, я думал о том, где сейчас был архитектор. Занятия едва начались, ещё даже не были озвучены семестровые проекты, а я уже хотел знать, чем Ким Докча собирался заниматься в этом семестре. Этот парень был ненормальным. Одного общего проекта мне хватило чтобы понять это. Особенность Ким Докча заключалась в том, что, этот парень думал всегда наперед. В то время как другие решали проблемы по мере их возникновения, Ненормальный выстраивал план, стараясь извлечь максимальное количество выгоды. Именно поэтому, Ким Докча был впереди всего своего потока. Я тоже хотел быть впереди. Ведь первый, получает самое лучшее. Это своего рода закон выживания в большом мире. Мне нужно было увидеться с этим парнем. Но инженерный корпус был огромным. Я думал, написать Ким Докча, но, достав телефон, понял что не знаю, что именно писать. Можно конечно начать с банального — «Привет». Но это не в моем стиле. И Ким Докча в своей ироничной манере точно на это укажет. Этому парню нравится выводить людей из себя. А мне не хочется давать ему поводов для веселья и становится объектом насмешек. К тому же, я сомневался, что парень ответит мне во время занятий. Может Ким Докча и придурок, но серьезный придурок, в том, что касалось учебы. Удача настигла меня снова, во время пятнадцатиминутного перерыва в середине первой пары. Я вышел из аудитории чтобы купить что-нибудь горячее в автомате с напитками. Спустившись на первый этаж, у одного из автоматов заметил знакомый силуэт и затылок. Это точно был он. Просто… Никто не выглядел как Ким Докча кроме него самого. И это звучит бредово. Как будто я псих. Но иначе объяснить это, просто невозможно. Я мог не видеть его лица и узнать издалека только по очертаниям фигуры и позе. Если он сидел, то сутулился опустив голову. Из-за этого, его очки постоянно съезжали к кончику носа. Но если он стоял, то спина всегда была прямой, плечи расправлены, а подбородок приподнят, взгляд устремлен сверху вниз. Ничего не делая этот парень создавал впечатление будто все, вообще все, вокруг него, принадлежит ему. Такое было ощущение. Он одним своим видом мог выбесить. И бесил судя по тому как на него смотрели другие студенты. — Что у тебя сейчас? — не поздоровавшись, спрашиваю, подходя к Ненормальному. Ким Докча поворачивается поднимая взгляд, своих глубоко посаженных, темных глаз к моему лицу. Без крупных линз очков его взгляд кажется особенно пронзительным. Я не отворачиваюсь, сдерживаю порыв, как бы мое тело не реагировало. А оно реагирует. Всегда. И очень странно. Порой, бывают моменты, когда от этого парня хочется убежать. И это стыдно. Ведь, с виду, Ким Докча совершенно не выглядит опасным. — Технология строительства. — тихо отвечает Ненормальный. Перед автоматом была небольшая очередь. Стоило последнему парню в ней купить себе напиток, Ким Докча отвернулся от меня занимая освободившееся место чтобы оплатить банку горячего чая. Грохот с которым выпал напиток в поддон заставил меня мелко вздрогнуть. Чтобы скрыть это, я поспешно сменяю Ким Докча у автомата. Выбрав первый попавшийся напиток из тех что стоили тысячу двести вон, жму на кнопку. Главное чтобы кофе которое я выбрал было горячим, а вкус, сейчас меня не особо волновал. Нужно было сказать что-то ещё. Или спросить. Но у меня были очевидные проблемы с тем чтобы выстраивать диалог с кем либо. Даже с человеком который мне интересен. Я был настолько плох в общении с окружающими, что даже не предпринимал попыток познакомится с кем-то из нового класса по гидромеханике которая у меня была первой парой. И с другими курсами будет точно также. — А что после? — мой вопрос вызывает у Ким Докча улыбку. Не имею ни малейшего понятия почему. И наверное из-за этого чувствую себя так странно. Лицо начинает гореть и в груди какое-то странное чувство. Это же не могут быть симптомы инсульта? Нет ведь? — После, перерыв. — насмешливым тоном говорит Ким Докча. — А после — после, у меня дизайн городской среды. Могу скинуть тебе свое расписание. Если хочешь. Так, понятно, мне стало душно из-за того что этот парень меня раздражает. Определенно. Он бесит меня и поэтому сердце так странно колотиться. А его этот запах, меня просто немного успокаивает и не дает мне сделать какую-нибудь глупость вроде — сжать в руках воротник свитера Ким Докча и потрясти его чтобы выбить все желание дразнить других. — Давай. — севшим голосом соглашаюсь. Мне его расписание пригодится. Будет гораздо проще найти этого парня. Достав свой напиток из поддона автомата, замечаю как Ким Докча уже что-то печатает в своем телефоне. Судя по всему это мне. Мой телефон вибрирует в кармане штанов. — Что-нибудь ещё? — спрашивает Ненормальный с улыбкой. А у меня голова пустеет словно внутри вакуум образовался. Губы дергаются. Банка в руке обжигает пальцы и я спешно сую ее в карман худи. Нужно что-то сказать. Да, блядь, почему это так сложно? Мы же знакомы. И общались уже. Да мы черт возьми работали вместе. Какого хера вообще? Стоит мне начать злиться на свое отупелое состояние как энергия возвращается в мое тело и мозг, ну наконец-то, начинает нормально работать. Тряхнув головой я взлохматил волосы рукой ещё сильнее чем было. Хватит уже мяться. — Поедим вместе? — предлагаю, а чувство будто напрашиваюсь. Хотя, даже если и напрашиваюсь — плевать. Не похоже что Ким Докча против. — Встретимся здесь после пары. — согласно кивает Ненормальный и открыв свою банку с напитком уходит. Его занятия в соседнем крыле судя по всему. Он быстро исчезает из виду скрываясь за спинами других студентов. Я тоже ухожу. Не стоять же мне посреди холла просто так. Поднимаясь на второй этаж, где у меня была гидромеханика, я достал телефон из кармана. На иконке приложения КакаоТолк появился нотификатор. Из чата с Ким Докча. Этот парень выслал мне файл со своим расписанием. Развернув его на телефоне, я не удержался и закатил глаза. А все из-за того как расписание выглядело. Этот документ прекрасно описывал Ким Докча как личность. Он был подробным, но при этом сухим и лаконичным. Строгим. Табличка на четыре графы с четко очерченными границами полей. Вначале шел день недели, затем время, название дисциплины и номера аудитории с указанием корпуса. Столбцы были промаркированы цветами. Я не знал что они значили, но глядя на них у меня возникла теория, что это как-то связано с сложностью. Все дисциплины по компьютерному проектированию были фиолетовыми, практика в мастерской — зеленой, а лекции оранжевыми. Там где были пропуски, в понедельник и пятницу столбцы были голубого цвета. Рассматривая таблицу я не мог не сравнить ее со своим собственным расписанием. Оно выглядело ужасно небрежно по сравнению с… этим. Я целиком, казалось, выглядел небрежно рядом с Ким Докча. Но замечать это начал только сейчас. Сам не понимаю почему и для чего. Нас было бесполезно сравнивать друг с другом. Мы были слишком разными. Может, если я достаточно понаблюдаю за этим парнем то смогу что-то понять о причинах почему он ко мне относится лучше чем к другим? Так прошел сентябрь. За прошедший месяц я понял, что мне нужно пить больше теплой воды, спать минимум восемь часов, мазать лицо кремом. Последнее, чтобы кожа не обветривалась и не шелушилась. Ещё носить перчатки. По той же причине, что и крем, только для рук. Ким Докча постоянно мне это повторял. Я настолько привык к Ненормальному, что перестал раздражаться по малейшему поводу. Его прямолинейность и ироничная манера речи меня больше не трогали. Утомляли его нудные замечания о моих синяках под глазами или потрескавшихся от холодного сухого ветра губах. Да. Порой напрягала эта излишняя, на мой взгляд, ухоженность и то что он ее навязывал. Просто потому что я не видел смысла тратить на это свое время. Этот странный парень помогал мне. Достаточно было попросить. Если спросить его о чем либо, он отвечал. И, в целом, к моему удивлению, Ким Докча был приятным человеком. Особенно пока молчал. Мне казалось, мы сблизились. И другим тоже так казалось. Благодаря моей близости к Ким Докча, другие студенты первого курса моего факультета считали меня наглым придурком. В основном из-за конкурса. Из зависти. Уже все знали о третьем месте, денежном призе и то что наш конкурсный проект получил размещение на выставке организаторов. Было очевидно что я навязался. Окружающих бесило то что по их мнению успех достался мне за даром. Им было плевать, что это вовсе не так, потому что они не знали или игнорировали то сколько я работал и во время конкурса и во время нового семестра. Вообще упахиваться для студентов инженерного отделения было нормой. Здесь все выглядели как живые мертвецы. Кроме Ким Докча и ещё может пары студентов. Из-за этого никто не хотел верить в то, что я заслуживал свой успех. Это раздражало. Но больше, меня раздражали те, кто пытался примазаться уже ко мне, думая, что через меня им удастся тоже попасть в какой-нибудь проект. Так поступали и парни и девушки. Девушки надеялись, что я познакомлю их с Ким Докча или с кем-нибудь ещё. Как будто я общался с другими студентами курсом старше, вроде Ненормального. Парней больше интересовала перспектива знакомства с Ю Саной и другими девушками из студенческого центра. Но и проекты их конечно тоже интересовали. А проектов, их не было. Крупных. Таких в которых было выгоднее участвовать в группе. В первых числах октября были объявлены только локальные конкурсы. Проекты для них включали в себя в основном чертежи в CAD или визуализацию отрисованную в Photoshop. Никаких расчетов или спецификаций. Это меня расстроило. Я уже настроился на достижение больших результатов через которые заявлю о себе всем. Ким Докча это казалось смешным. Этот парень смеялся надо мной. Не издевательски и не зло. Его умиляла моя амбициозность и одержимость крупными проектами. В отличии от меня, он понимал что это далеко не единственный путь продвигаться к вершине. У Ким Докча в отличии от меня было понимание того как строить стратегию роста. Увы, жизнь это не компьютерная игра. Будь она игрой, я смог бы в пару повторов во всем разобраться на собственных ошибках. Но, раз такой возможности у меня не было, я мог использовать помощь Ким Докча которую мне щедро предложили. Да, мы не могли участвовать в конкурсах в паре. Но могли по одиночке. И при этом в разных. Подбирая для себя то что больше подходит нашему профилю и будущим целям. В этом семестре Ким Докча выбрал художественное направление. Это выгодно сочеталось с ландшафтной тематикой которой был посвящен семестровый проект у архитекторов. Меня же этот парень с помощью Ю Саны протолкнул на соревнования между университетскими клубами по проектированию. Он знал что я изучал CAD и смог выгодно воспользоваться этим знанием. Помимо этого, Ким Докча притащил для меня целую кучу литературы посвященной подготовке к квалификационным экзаменам на получение профессиональных инженерных сертификатов. Книг было так много, что в моей квартире под окном возле рабочего стола выросла стена высотой под подоконник. И это была качественная профильная литература. Которая досталась мне бесплатно. Просто потому что этот парень… Ему нравилось надо мной издеваться. Благодаря Ким Докча я узнал как сдать тест на знание делового английского языка. Если сдам, это позволит мне больше не брать иностранные языки на следующих курсах. А ещё значительно увеличит мои шансы на получение перспективной стажировки. И мне было с кем практиковаться. С Ненормальным, ведь у него уже был хороший английский и он уже сдавал тест. Помимо английского, к концу первого курса я мог сдать квалификационный экзамен на техника-геодезиста. Литературой меня обеспечил Ким Докча, а курсы по использованию оборудования длились всего месяц интенсивом и были бесплатными. Все остальное, что было включено в экзамен, уже входило в мою учебную программу. Я очень радовался, что никто не хочет общаться с Ненормальным, ведь этот придурок не будет тратить свое время на кого-то ещё. Хватит того что он тратит его на Ю Сану и Хан Суён. Ю Сана хотя бы была полезна. А вот от Хан Суён, на мой взгляд, стоило избавится. Эта дура была очень раздражающей. И бесполезной. Но Ким Докча игнорировал мое недовольство фактом ее нахождения в нашей компании и мне оставалось с этим смирится. Только ради этого парня, я мог потерпеть ее. Причина по которой я начал относится к окружению Ким Докча внимательно, заключалась, в моей жадности. Ненормальный был поразительно щедрым человеком с теми к кому испытывал симпатию. Второго такого придурка, я не найду, это очевидно. Поэтому буду беречь этого. И чтобы беречь Ненормального от посягательств всяких ушлых недоносков, мне нужно было как можно чаще находится с ним рядом. Что в целом было не сложно. По крайней мере на территории университета. Ким Докча и сам прекрасно справлялся с тем чтобы отвращать от себя людей. Но всегда был риск что найдется кто-то достаточно упрямый чтобы выносить его. Вроде меня. Или вроде Ю Саны и Хан Суён. Нас уже было трое. И я подозревал, были и другие люди вне университета с которыми Ненормальный общался. Вот на этом и хотелось остановится. Хорошо что Ким Докча не противился моему присутствию рядом с собой. Он скорее потакал и сам проявлял инициативу. Причину Ненормальный объяснить не мог. Вернее мог, но его объяснение звучало для меня ещё более смущающим чем все тупые шутки Хан Суён. Ким Докча говорил, что я просто ему нравлюсь. А я ему на это отвечал, что он придурок которому следует заткнуться и не нести подобной ерунды. Как вообще простое «нравится» может для кого-то быть достаточным чтобы делать столько хорошего другому человеку? Не понимаю. Не понимаю, потому что не уверен, что я заслуживаю этого. И начинаю пытаться заслужить но неумело и грубо. Осознаю, что порой веду себя как придурок с окружающими. Но по другому мне сложно. Я пытаюсь. Но терпения обычно не хватает. Для меня окружающие люди — не потенциальные друзья, а враги и конкуренты. Или просто серая, ничего из себя не представляющая, масса. Полезными могут быть лишь единицы. И я жил с подобными взглядами всю свою жизнь. Моя жизнь с самого начала была тяжелой борьбой. В которой каждый день нужно что-то доказывать окружающим и самому себе. Это ужас как утомляет. Не остается сил на то чтобы разбираться в том кто рядом, хороший человек или плохой. Действуешь просто, если вы претендуете на одно место, это враг. Если у вас общая цель, союзник. Все. Иначе можно с ума сойти. А мне нельзя. У меня сестра. Как она без меня? Нужно было продолжать двигаться вперед. И я двигался. Как мог. Учился, работал. Принимал участие в мероприятиях, каких только мог. Готовился к квалификационному экзамену и тестированию по профессиональному английскому. Выполнял задания Ю Саны чтобы получать стипендию как работник студенческого центра. За Ким Докча присматривал. Кстати, работа в студенческом центре и присмотр за Ненормальным часто были связаны. И это было очень удобно. За это я должен был поблагодарить Ю Сану. Она, похоже, это специально делала. Объединяла меня и Ким Докча в группу. Ещё бы она Хан Суён подальше от нас держала, чудесно было бы. Субботнее утро выдалось теплым не смотря на конец октября. Тёплое, тихое. Я приехал в университет не из-за занятий. А из-за участия в волонтерской программе организованной студенческим центром для выпускников старших школ этого года. Студенты-волонтеры должны были показать подросткам, как устроен кампус, где брать книги, куда обращаться за консультациями, в каких магазинах кампуса лучшие автоматы для приготовления лапши. Что-то типа этого. Я и Ким Докча должны были вести группу вместе. Старшеклассников разделили по направлениям на которые они планировали поступать чтобы сопровождающим было проще. Иначе экскурсия заняла бы целый день. А ведь это суббота. Я хотел ещё успеть забрать сестру вечером из садика. На этот раз Хан Суён за нами могла наблюдать только издалека — она помогала с регистрацией и выдачей бейджей в месте общего сбора куда после экскурсии мы должны будем привести детей обратно. — Начинаем с главной библиотеки, потом спортзал, потом — инженерный корпус, — равнодушно озвучил Ким Докча, заглядывая в план. — Я говорю, ты молчишь, всё пройдет гладко. — Почему это я должен молчать? — возмущаюсь хмуря брови. Не то чтобы я хотел вести группу. Мне просто не понравилось то как Ненормальный сразу все взял в свои загребущие руки. Группа — восемь человек, ребята сдающие Сунын в этот ноябрь. Все бледные и нервные на вид. Мы не успели далеко уйти как один парень уже отстал у лестницы, а две девчонки сцепились из-за того какой факультет лучше. Я решил бы все наорав на них. И сразу понял почему Ким Докча сказал мне молчать. Ненормальный был поспокойнее. Его терпения хватало чтобы ждать отстающих и растаскивать ругающихся. У меня его не было. Да, я шел молча. Библиотека всем понравилась. Ещё бы, нет. Огромные окна, мягкий свет, длинные ряды книг. Здесь всегда почти звенящая тишина. Пара ребят из группы вслух представляют, как сидят у этих панорамных окон с конспектами, готовясь к экзаменам. Романтизируют безумные, бессонные ночи и адскую нагрузку. В целом, правильно делают. Иначе сложно будет справится. Спортзал тоже всем понравился. Он был большим и современным. Но главное дешевым. А многие программы и вовсе для студентов были бесплатными. — Вы ходили в местный бассейн? — спросила одна из девушек глядя на меня, тут же при этом покраснев как помидор. — Нет. — ответил Ким Докча за себя. — Нет. — а я соврал. В бассейн я ходил. Просто не хотел чтобы эта дура семнадцатилетняя себе что-то там фантазировала. — А почему? — спросила уже другая девушка. — Нет времени. — спокойно сказал Ким Докча. — И, я не люблю общественные места подобного рода. Мне понравилось как это звучит. Довольно убедительно. — Я тоже. — поэтому я решил повторить за Ненормальным. Неожиданно девочка засмеялась — искренне, без насмешки. — А, ну, понятно. — сказала она. — А вы, типа вместе? Этот её вопрос я не понял. Но похоже его поняли другие девчонки которые начали хихикать и странно смотреть на меня и Ким Докча. — Мы партнеры. — отвечаю пытаясь понять, чего это они так странно себя вести начали. — Партнеры по проекту. Похоже мой ответ усугубил ситуацию. Как и почему, для меня загадка. А я не люблю загадки. Может, не нужно было отвечать? Ох, да плевать. Просто сделаю вид что ничего странного не происходит. Ким Докча тоже игнорировал ситуацию. Девушки в итоге затихли заметив что на них не обращают внимание. Мы тем временем продолжали идти дальше, в глубь кампуса к инженерному колледжу. Прошли по территории института естественных наук к больнице кампуса и вышли к первым инженерным лабораториям. Территория была огромной. Чтобы осмотреть все ключевые корпуса у нас ушло около двух часов времени. Но ребятам понравилось. Особенно архитектурные мастерские и лаборатории строительных материалов. Старшеклассники перешептываются: «Вот здесь реально учатся ночами…» И, ну, да. Так и есть. Обратно, к месту общего сбора, мы дошли быстро. Больше никто не отставал. Все проголодались. У карты кампуса, один из парней спросил про места где можно было перекусить помимо студенческой столовой. Ким Докча ему без колебаний ответил: — Мест очень много. Здесь повсюду кафе и магазины. Но из интересного, буфет на втором этаже медицинского центра. Студенты редко туда ходят, очередей там почти нет. И там вкусные пельмени. Группа замерла. И кто-то спросил: — А мы можем пойти туда? Но увы, мы не могли. За питание групп отвечали другие волонтеры. И наша работа была в том числе в том чтобы передать голодных подростков в их надежные руки. Что мы и сделали. Старшеклассники в разнобой прощаются с нами. Кто-то из них смотрит в ясное небо, кто-то — на фасады зданий выстроившихся неровными рядами, а кто-то — на свои руки, сжимающие лямки рюкзака. В этот момент их мечты о будущем становятся почти осязаемыми. Я тут же вспоминаю о своих собственных мечтах. Эта экскурсия оказалась очень мотивирующей и для меня тоже. Только я уже здесь. Справился, поступил. А этим детям может так не повезти. Выполнив свою работу на сегодня, мы с Ким Докча сдали бейджики сопровождающих Хан Суён. Она ворчала на нас, что мы придурки которые бросают ее работать одну. Пришлось напомнить, что вообще-то с ней была Ю Сана. Так что нечего жаловаться. — Мы же можем, пойти в тот буфет, про который ты говорил? — спрашиваю Ким Докча наблюдая как нашу группу уводят следующие сопровождающие на обед. — Хочешь пельменей? — с улыбкой спрашивает Ненормальный. Я безумно голоден. — Только если они вкусные. — отвечаю. — Очень вкусные. — кивает Ким Докча. Мы идем к зданию университетской больницы тем же маршрутом по которому шли с группой. Если смотреть по карте, то это был самый прямой и короткий путь. Стоит ли говорить, что он также был очень живописным. Кампус осенью выглядел здорово и атмосферно. Воздух был свежим и прозрачным. Листья клёнов и гинкго переливались оттенками желтого, оранжевого и алого. Лёгкий ветерок поднимал палую листву в воздух, заставляя ее кружиться над аллеями. Асфальтированные дорожки были усыпаны разноцветными листьями, и при каждом шаге слышался тихий сухой хруст. — Тебе бы кстати пройти обследование. Выглядишь ты плохо. — тон Ким Докча звучал серьезно, но мягко. Очевидно, что этот Ненормальный переживал за меня искренне. — Потом. — ворчу скрывая смущение. Даже лицо отворачиваю чтобы парень не увидел как меня залило краской. — После квалификационного экзамена. Здание больницы, облицованное светлым камнем и стеклом, выглядело особенно монументально на фоне ясного неба. Окна отражали золотые кроны деревьев, и редкие облака. В холле было тихо. Девушки в медицинской форме сновали занимаясь своей работой. Пациентов было почти не видно. Пахло чистотой, а не как в городских больницах стерильностью и чем-то железным, холодным. Очереди в буфете не было. И пельмени, действительно оказались очень вкусными. Я взял порцию с собой на вынос чтобы угостить сестру. Узнав о том что мне нужно в город, Ким Докча предложил подвезти меня до станции «Сеул». Главной станции голубой ветки метро. Я согласился, ведь мне не пришлось бы тогда добираться самостоятельно. А от станции я мог и пешком пройтись. Садик Мии был в Чун-гу, это пара остановок на метро от станции «Сеул». С начала года Ненормальный часто меня подвозил. И я этим пользовался. В машине Ким Докча было теплее чем в шаттле, не приходилось ни с кем толкаться и ехать стоя. Часто в пути мы говорили об учебе. Обсуждали новости, проекты, практиковали английский. Разговаривать с Ненормальным было все легче. И… мне в общем-то нравилось с ним разговаривать. Со мной такого раньше не было. Опять. Ким Докча словно существовал чтобы открывать для меня нечто новое. Я имею ввиду… У меня раньше не было человека которому не было безразлично мое состояние. Который бы интересовался моей жизнью. Тем что мне нравится. Тем, чего я хочу. У меня не было друзей. Мне сложно было устанавливать с людьми крепкие надежные связи. Потому что я не понимал, как это делать. А главное зачем. Может, с Ким Докча все было иначе потому что этот парень с самого начала ничего от меня не хотел? Он просто появился в моей жизни. Помог мне, не ожидая и не прося ничего взамен. Показал что такое взаимовыгодное сотрудничество. И что такое успех. Меня так не увлекало со времен когда я открыл для себя онлайн игры. Оказывается просто говорить с кем-то или наблюдать за чужой работой, не менее интересно и увлекательно чем играть. С первыми днями ноября пришли холода. Даже выпал редкий сухой снег. Отопления в корпусах не было поэтому все ходили в верхней одежде завернутые в пледы или огромные шарфы. Художественный класс был полупуст — вечер, занятия давно закончились. Лишь в углу, возле широкого окна, где рассеянный естественный свет ещё можно было поймать, сидел знакомый — силуэт. Перед ним на большом холсте прямоугольной формы медленно оживала картина для конкурса. Я вошёл бесшумно, остановился у двери, не желая мешать. Стоял и наблюдал. Думал. Мне казалось странным, то что я видел. Привык уже видеть Ким Докча за чертежами, с линейкой в руках, остро заточенным карандашом или пером которым тот выводил линии, тонкие и острые. Работы этого Ненормального отличала строгость, ясность, без лишних линий. А тут — широкие мазки краски, свободные, смелые. На полотне появлялись очертания фигур, словно из сна: мужская казалась монументальной и крепкой как скала, а женская напоминала изящное дерево. Пару окружали необычные цветы свисающие гроздьями. Я знал что темой выставки были чувства. И что Ким Докча сам выбрал рисовать любовь. Но я и представить не мог что Ненормальный представлял себе любовь подобным образом. Эта картина еще была далека от завершения, но уже вызывала внутри меня множество противоречивых чувств большую часть которых я даже не мог интерпретировать. Ким Докча слегка щурился, отодвигался от холста, прикусывал губу, потом снова брал кисть и добавлял мазки темной краски на фон. Он был весь в этом процессе — плечи напряжены, пальцы испачканы краской, на скулах играл рассеянный свет от окна. Я невольно задержал дыхание наблюдая за ним. Было ощущение, будто я подсматриваю за чем-то личным, интимным. В этой сосредоточенности, в тишине, нарушаемой только шорохом чужих шагов, чувствовалась сила, которую трудно объяснить. «Всё, что я когда либо смогу построить, он способен без труда изобразить» — подумал я вдруг. Ненормальный наконец отвлекся и заметил меня. Он коротко усмехнулся вместо приветствия. В его глазах всё ещё оставалась та сосредоточенность с которой он рисовал. — Долго стоишь? — спросил парень негромко. — Достаточно. — сухо отвечаю, неловко сунув руки в карманы худи. Ненормальный улыбается. От его этих улыбок, я постоянно чувствую себя странно. Непонятно. Мне хотелось остаться дольше в этом художественном классе с Ким Докча. Хотелось просто быть в тишине, дышать воздухом пахнущим деревом и краской, слушать, как тихо скрипят половицы под ногами. Рядом с Ненормальным было спокойно и уютно. В последнее время мне подобного особенно не хватало. Приближалась сессия и экзамены. Помимо этого, в ноябре выпускники старших школ сдавали Сунын. Интернет кафе в котором я работал было забито школьниками которые больше не играли в онлайн игры, а учились. Смотрели лекции, разборы экзаменов предыдущих лет, решали онлайн тесты. И работать приходилось больше из-за полной посадки залов. В воздухе витало напряжение. Исходило оно, в основном, от первокурсников которые вспоминали как сами сдавали экзамен в прошлом году. И я вместе с ними. Это было сложно. Сдавать Сунын. Я к нему с нуля, заново почти четыре года готовился. И сдал. Теперь я студент университета и больше мне о Сунын волноваться не нужно. Однако тревога стала словно частью меня. Рядом с Ким Докча моя нервозность отступала. Я думаю это из-за этого аромата, что вечно окутывает Ненормального. Он теплый, сладкий с древесными нотами. Пахнет уютным домом. Ещё конечно причина в том, что рядом с ним я не мог сосредоточится на прошлом. Этот парень заставлял меня думать о будущем. Причем ничего при этом не делая. Полное безумие. Пока я стоял и молчал, Ненормальный вытер руки салфетками и начал собирать материалы. Мое появление означало, что ему пора было заканчивать. Мы так договорились. Иначе, по словам Ким Докча, он мог остаться в художественном классе до самого закрытия корпуса. А ночевать дома в собственной постели все же лучше чем на расставленных стульях. Когда со сборами было покончено, я и Ким Докча не торопясь направились к университетской столовой. Время как раз было подходящее. Основной поток студентов пришедших на ужин схлынул, а время посещения ещё не вышло. Внутри нас поджидали Ю Сана и Хан Суён которым до столовой из студенческого центра идти было гораздо ближе. — Слышали что в четверг, двенадцатого числа, пары сократили? — спрашивает Хан Суён перемешивая пластиковой ложкой черничный йогурт в стаканчике. Двенадцатое ноября, день который я бы с удовольствием пролежал дома не двигаясь. — Многие преподаватели в этот день не ставят студентам пропуски. — заметила Хан Суён. — Это из-за Сунын? — интересуется Ким Докча. Столовая была заполнена привычным гулом: звоном подносов, перешептыванием студентов, скрипом пластиковых стульев и шорохом шагов. В воздухе витали ароматы кимчи и супа с водорослями. Также, тянуло ароматом свежезаваренного кофе, от автомата у стены. Мы, четверо сидели за столом у окна. — Кстати, ты ведь его не сдавал? — ложкой измазанной в йогурте Хан Суён ткнула в сторону Ким Докча. — Или я ошибаюсь? — Не сдавал. — кивает согласно Ненормальный. Даже завидно. Я тихо хмыкнул. — Повезло. — говорю отодвинув миску с рисом. — Я в прошлом году сдал. Это было довольно неловко. Сидеть в аудитории заполненной школьниками будучи взрослым. Не просто взрослым, но и известным лицом для них. Особенно для парней которые смотрели трансляции игровых матчей. Они видели, как тот, кто ещё недавно выступал как профессиональный игрок на киберспортивной сцене, теперь сидел с ними в одном помещении и сдавал экзамен. Это стыдно. В их глазах, я выглядел неудачником. — Я тоже, хах. — Хан Суён с горечью усмехнулась. — Помню как на меня все смотрели с жалостью. Наверняка думали что я с первого раза не сдала. — Хорошо что это в прошлом. — говорит Ким Докча. И он прав. Фактически. Сунын для нас теперь в прошлом. — Но ощущается все иначе. — замечает Хан Суён. Я готов согласится с ней. Хотя бы один раз, могу себе это позволить. — Один экзамен, решает слишком многое. — Ненормальный качает головой печально улыбаясь. — Буквально меняет судьбы. Это пугает. Я точно бы его не сдал. Завалил бы историю. Слушая ненормального Ю Сана тихо, мягко рассмеялась. Опять эти двое со своими тайными знаками. Бесит порой тот факт, что они настолько близки, что имеют что-то общее, непонятное остальным. — Поэтому я думаю, может сходим куда-нибудь? Развеемся? Когда если не в этот жуткий день? — предлагает Хан Суён наигранно бодрым тоном. Ю Сана улыбается и соглашается. А я молчу глядя на Ким Докча. Жду, что он ответит. Предложение звучит неплохо. И плевать, что оно от Хан Суён. Я уже и забыл, какого это, ходить с кем-то просто развлечься. Не с сестрой. А с людьми с которыми общаюсь. Как с друзьями. — Я не могу. — говорит Ким Докча. — Почему это? — Хан Суён хмурится. — Каждый год в Сунын родители дают выходной всему персоналу и мы проводим этот день дома вместе. — объясняет Ненормальный причину. Я слушаю и едва могу в это поверить. Да, конечно в Сунын многие компании идут работникам на встречу. Сокращают рабочий день на пару часов чтобы разгрузить транспорт. Но давать выходной… Это очень щедро. Была и другая причина. Я понятия не имею какого это, проводить время с семьей. — Ну и ладно. — ворчит Хан Суён обиженно отворачиваясь от Ненормального. Ким Докча чтобы ее утешить предлагает выбрать другой день для того чтобы сходить или съездить куда-нибудь вместе. Но конечно же, такого дня просто нет. Чтобы всем было одинаково удобно встретиться. У всех своя жизнь. И это нормально. Мне тоже не хочется менять что-то ради сомнительной перспективы веселья. Может позже. В другой раз. В следующем году. Двенадцатого ноября Ким Докча не приезжает в университет. И этот день ощущается для меня самым пустым за весь срок моего обучения. Сам не знаю зачем, я прихожу в художественный класс где работает этот ненормальный над своей картиной для выставки. Просто смотрю на нее и думаю. О разном. В основном об этом парне. О семье. Пытаюсь понять, какого это, иметь людей которые любят тебя и заботятся. Хотят провести время вместе. Имеют схожие цели и стремления. Учитывают чужие желания и потребности. Звучит слишком сложно. Я едва справляюсь с заботой о малолетке. Даже представить сложно, что было бы, будь у меня семья. Подготовка к экзаменам высасывает из меня все силы и нервы. Экзамены я сдаю, и мое здоровье тоже сдает. Я оказываюсь в настолько плачевном состоянии, что пара дополнительных часов сна и теплая вода мне уже помочь не в силах. Доходит до того, что на одной из смен в интернет кафе, от переутомления, я едва не теряю сознание. Менеджер грозит мне увольнением если я не пройду медицинское обследование. И мне приходится записаться на прием к терапевту в больницу университетского корпуса что обойдется мне порядочно дешевле чем поход в обычную городскую больницу. О приеме я никому не говорю. Потому что давно уже должен был его пройти. В день приема, после обеда, я сижу в коридоре больницы, положив голову на сцепленные руки. Глаза жгло от недосыпа, в ушах звенело. Меня можно было показывать в качестве примера жертвы адского графика «учеба — экзамены — работа». Получится очень наглядная демонстрация. — Ю Джунхёк? — позвал женский голос. Я поднял взгляд и увидел неподалеку высокую стройную девушку в медицинской форме, с бейджиком практикантки. Она выглядела удивительно необычно. Белые, платиновые волосы были аккуратно собраны от лица. Яркие красные губы выделялись на тонком лице с изящными чертами. И ее глаза. Они сияли мягким глубоким светом. Зависнув на ней взглядом, я даже знать не хочу насколько тупым выглядело мое лицо. — Это вы? — Она улыбнулась подходя ко мне ближе. Кроме меня в зоне ожидания сейчас никого не было. Так что очевидно — Ю Джунхёк это я. — Я… да, — неловко поднимаюсь, ощущая, слабость в ногах. Кивнув, девушка пригласила меня пройти за ней в кабинет терапевта. Внутри она, жестом указала на кушетку застеленную белой одноразовой салфеткой. Пока я устраивался, девушка достала бумажную папку и принялась подписывать ее. При этом, она то и дело обращала свой внимательный взгляд на меня. — Вы студент инженерного колледжа? — ее голос звучал одновременно звонко и нежно. Как музыка ветра. — Да. — киваю. — Строительная инженерия. — Вот как. — пришла ее очередь кивать. — Выбрали это направление чтобы строить что-то еще, помимо недовольного лица? Я, испытывая шок и смущение вытаращился на девушку. У меня было странное чувство от ее вопроса. Вроде это державу называется. — Что? — спрашиваю, пытаясь убедить себя в том что мне просто послышалось. — В ваших синяках под глазами можно уже вещи перетаскивать. — продолжает практикантка. Она меня дразнит. Совершенно откровенно и бесстыдно. А мне ей даже ответить нечего. Хотя я все равно пытаюсь. Пытаюсь оправдаться. — Н-нет… Просто работа и… учёба. — бормочу полу внятно. — Понимаю. Значит вы, герой, который тащит на себе два фронта. — приблизившись, она наклонилась ко мне всматриваясь в мое лицо. — Осторожнее, а то скоро придётся ставить вас в пример на лекциях: «Вот так не надо». Когда девушка оказалась совсем близко я уловил исходящий от нее аромат. Сердце забилось ещё чаще. Этот запах был мне очень знаком. Этот теплый древесный аромат с цитрусовыми нотами и чем-то пряно-цветочным. Только легче. Деликатнее. Я ужасно разволновался от того, как близко она была. Ведь, эта девушка была слишком хороша. И ее эта манера… Её тон был игривым, но не издевательским. Хотя едва ли подобное допустимо во время приема между врачом и пациентом. Однако, я не стал бы на нее жаловаться. Но мне было интересно кое что. — Вы всегда так… подшучиваете над пациентами? — выдавливаю, пытаясь хоть как-то скрыть смущение. Она усмехнулась и отстранилась. Отошла к столу чтобы взять фонендоскоп в футляре. И меня обдало жаром от осознания что придется снять перед ней кофту. Хорошо что я не забывал хотя бы раз в неделю посещать университетский спортзал. Под одеждой мне было что показать. Даже покрасоваться перед такой красоткой. — Только над красавчиками. — девушка улыбнулась. Я застыл, не зная, как реагировать. Усталость, гул в висках, тревога последних недель — всё словно растворилось от её слов и улыбки. Впервые за долгое время я почувствовал лёгкость. Прилив бодрости. И возбуждения. Ее руки были едва теплее диска фонендоскопа который скользил по моей разгоряченной обнаженной коже. После, она измерила мое давление. И выписала мне направление на сдачу крови на анализ. Прописала иммуностимуляторы, сон минимум восемь часов, пить больше теплой воды и регулярно питаться. А ещё увлажнять кожу. Мне хотелось пошутить в ответ, что у меня есть друг который все время повторяет мне тоже самое. Но я вовремя прикусил язык осознав что в таком случает, девушка подумает что я тупица раз не слушаю советы друга. — Давление у вас ниже нормы, — произнесла она будничным тоном, делая пометки в системе на компьютере. — Ещё немного — и вы начнёте падать в обморок прямо на лекциях. Хотя… — она скользнула взглядом по моему лицу и чуть улыбнулась. — Может, это ваш план чтобы познакомиться с какой-нибудь симпатичной однокурсницей? Я снова смутился. Пытаясь скрыть это, закашлялся прикрывая рот кулаком. — Если бы… я бы давно уже… — запинаюсь, не договорив. Она мягко рассмеялась, и нажала пару клавиш на клавиатуре. Загудел принтер. Пара белых листов с свежей печатью были вложены в мою больничную карту. — Всё ясно. Вы не только трудоголик, но ещё и честный. Опасное сочетание. Честный? Слово неожиданно зацепило. Обычно окружающие говорили мне что я «упрямый», «наглый», «слишком много на себя беру». А тут — вдруг честный. — Вам нужно хотя бы пару дней нормально спать, — сказала девушка, передавая мне карту. — Я, конечно, выписала витамины, но без отдыха они будут бесполезны. Осторожно взял документы, чувствуя, что прием подходит к концу. В груди было странное чувство — знакомое но при этом новое. Мне было все труднее понимать самого себя. Но все же я не был тупым. Эта девушка мне понравилась. Не только потому что была очень красивой. Но и… было что-то большее. Определенно. — Спасибо, — говорю поднимаясь с кушетки. — Ю Джунхёк, — позвала она, когда я уже почти вышел. — В следующий раз, когда придёте, постарайтесь выглядеть чуть более здоровым. Иначе я решу, что вы пришли исключительно ради моего внимания. Её глаза блеснули, и на губах мелькнула очередная улыбка. Я вышел в коридор, чувствуя, как горит мое лицо. Не удивлюсь если оно было красным как помидор. При этом, дышать стало легче. Как будто в бесконечном круговороте моей жизни появилась крошечная пауза. Странное чувство. Вздохнув, я рассеянно взлохматил волосы и так растрепанные. Неторопливо дошел до регистратуры передав свободной сотруднице свою только открытую и заполненную карту. Мне нужно было записаться на сдачу крови и получить свои витамины которые мне выписала практикантка. Кстати, я ведь не спросил, как ее звали. Может стоило вернуться и спросить? — Сдать кровь можете утром в пятницу. Перед приемом нельзя есть и пить кофе или другие кофеин содержащие напитки. — начала меня инструктировать сотрудница больницы. В ответ я кивал продолжая думать о той практикантке. Получив свои витамины и памятку о подготовке к процедуре сдачи крови на анализ, встал посреди холла в нерешительности. Мне наверное стоило поторопиться. Я ведь даже не знал был ли у той девушки еще прием и как долго вообще длиться ее практика. — Ю Джунхёк! — из глубоких мыслительных метаний меня вырвал очередной оклик. Это был ее голос. Подняв взгляд я увидел как она идет в мою сторону улыбаясь своими яркими, алыми губами. — Мне повезло что вы ещё не ушли. — остановившись передо мной она взяла меня за руку и заставила раскрыть ладонь а потом положила в нее что-то. — Вот. Это для вас. Мне кажется, вы безумно похожи. На моей ладони лежал стикер. Обычный, виниловый цветной стикер. С кошачьей мордой. Очень хорошо мне знакомая картинка. У меня дома был значок с такой же картинкой, приколот к доске для заметок над рабочим столом. И у моей сестры такой был. Девушка весело рассмеялась над моим растерянным выражением лица. Ли Сольхва. Ее звали Ли Сольхва. Она была студенткой четвертого курса медицинского отделения. Из-за высокой успеваемости ее направили на практику в университетскую больницу корпуса в Кванак-гу для первичного приема пациентов. Так мы встретились.