Я тебе буду сниться

Даня был рад, что все обошлось, и помчал скорее готовиться ко сну, думая о том, что он запоздал и завтра надо с Лизой посидеть. После тяжёлого дня он не заметил, как уснул. Ночь в доме прошла спокойно, потому что родители вечером не выпивали и, в принципе, замотались за день. Но вот ночь в голове Дани не давала ему спать без кошмаров. Снова сон: "Даня общается с каким-то парнем, они мило общаются, и по диалогу было понятно, что они в отношениях и прощаются. Объятия на прощание — обычная вещь, тем более у влюбленных, но тут резкая боль, словно наяву. Острый нож пронзает его горло. Дальше все как в тумане". Парень резко просыпается, задыхаясь. После таких снов в голове не остаётся никаких эмоций, и отходить приходится по несколько дней. Но сейчас заели мысли о страхе, что преследовали его на протяжении пяти лет: "Гей. Я гей. Как вообще такое произошло? Родители же нормальные, почему я такой? Мне не нравятся девушки. А если родители как-то узнают? Нельзя тогда Косте было говорить об этом. Я же до сих пор слышу эти крики из зала, когда родители смотрят новости, о том, что все эти пидерасты с гниющего запада, что это болезнь, что таким вообще жить нельзя. Я больной? Куда мне с этим идти? Точно не к отцу и матери, они меня убьют, словно Тарас Бульба своего сына". Эти мысли сжирали всегда, каждый день. Вдруг заела мысль: "Мне нельзя жить. Нельзя жить таким". Он мигом направился в ванную. Там нашёл старую отцовскую бритву. Сделать это и не позорить семью. Одно действие. Один глубокий надрез, — Даня не думал. В такие моменты голова полностью отключается. Лезвие глубоко прошло по руке. На пол стала стремительно капать тёмная кровь, а дальше — всё как в тумане. Его тело с громким звуком рухнуло. Лиза проснулась от этого звука, побежала сразу к брату, подумав, что начался гром, но не обнаружила его и решила пойти к родителям, разбудить их. Ей было страшно, грохот, брата нет. "Мам, мам, мама, там Дани нет. Я проснулась от звука. Мама! Дани нет!" - девочка уже со слезами на глазах будила маму. Вера Степановна побежала в ванную. Дверь открыта, а за ней… Её сын лежал в собственной крови. Сердце кольнуло от этого вида, и она начала кричать, чтобы вызывали скорую. Отец тут же позвонил и прослушал, как сделать так, чтобы сын продержался до приезда скорой. Прижмите ладонью руку выше пореза, чтобы кровь остановилась, и продолжайте держать до приезда помощи, она скоро прибудет, 7 минут. Родители следовали указаниям, вернее отец. Мама была не в состоянии что-то сделать, у неё была истерика. У её сына вот-вот могла оборваться жизнь. Даня еле-еле открыл глаза, от яркого света заболели глаза и голова. Осмотревшись, он понял, что находится в больнице, но кровать его смутила, она была с какими-то ремнями, каких обычно не бывает в обычных больницах, но долго он об этом не думал. Он вообще не мог думать о чём-то. Тут в палату зашёл какой-то блондин, у которого были перевязаны руки, но чуть выше, чем у Дани. Точно, руки. Они были перебинтованы туго и хорошо. "Хэй, я что, попал в рай? - еле слышно произнес парень. - Почему я вижу ангела?" "Че? Какие ангелы? Ты точно вены перерезал, а не с крыши кинулся?" - блондин не понимал, что к чему, и странно глядел на Даню. "А, извини. Я в какой больнице?" - Даня более громко произнес это. "В диспансере. Психиатрическом. Ты в психушке, пацан, как и я, кстати, - Сашу рассмешил этот диалог, но он лишь смог выдавить улыбку. - Саша" - блондин подмигнул, пока представлялся. "Саша, - Даня произнес, словно смаковал это имя во рту. - Я Даня." Парни лежали на кроватях, которые стояли друг напротив друга, но остальное время они провели в молчании, до прихода доктора. "Здравствуйте, я Юрий Федорович, ваш лечащий врач. Вы будете приходить ко мне каждый день и говорить то, что ощущаете. Сегодня вам нужно будет рассказать, почему вы попытались себя убить, но это будет чуть позже. Сейчас придет Наталья Анатольевна, проверит ваше состояние, потом будет завтрак." - Мужчина обращался к обоим парням с улыбкой и добродушием.