Женись на мне

      Главный офис «Kensei Dynamics» стоял на ушах с раннего утра. Работники копошились в бумажках, проверяли фондовые биржи и оценивали принесённый ущерб, но старались не поддаваться панике. Хоть и казалось, что каждый занят чем-то важным, это была лишь видимость усердной работы, благодаря которой они не хотели раздражать Хатаке ещё сильнее. Пока в холле и остальных помещениях для сотрудников висел плохо сдерживаемый гул, в кабинете директора стояла давящая тишина. Обито беззвучно мерил пространство шагами, пока Какаши неподвижно сидел в кресле и курил уже третью сигарету. В дверь тихо постучались, будто боясь пробудить дремлющее зло своим присутствием, и после короткого «войдите» на пороге показалась девушка с папкой в руках.       — Господин, вот банковские отчёты, как Вы и просили, — передав бумаги подошедшему к ней Учихе, секретарь поспешила удалиться.       Бегло пролистав документы и не найдя там ничего хорошего, Обито с громким стуком откинул их на стол начальника и, раздражённо выдохнув, упал на диван.       — Как ты и предполагал, все корпоративные счета заблокированы. И даже твоя личная ячейка арестована. Ты так и продолжишь сидеть сложа руки? — кое-как сдерживая негодование, мужчина яростно тряс ногой и обмахивался ладонью — жара стояла невыносимая. — А я ведь подозревал, что это подстава, но ты продолжаешь верить в людей, Хатаке.       Спокойствие друга в такой сложный момент выводило из себя. Какаши всегда старался не реагировать на мелкие неурядицы или сорванные сделки — он считал, что это не стоило потраченных нервов и его седых волос, которыми он уже успел обзавестись к тридцати трём годам, однако нынешняя ситуация требовала к себе особого отношения.       — Что сделано, то сделано. И что ты предлагаешь? Бежать к этому гаду и умолять вернуть всё обратно? — искра раздражения пробежала по лицу и скрылась в поджатых губах. — Нам нужно хорошо продумать стратегию и только потом действовать. Не вижу смысла спешить, если за эти двое суток всё уже стало хуже некуда. Ещё несколько дней бездействия не изменят картины.       — Ты невыносим. Я не говорю падать ему в ноги, наоборот нужно нанести ответный удар, параллельно восстанавливая наш вес на мировом рынке.       Какаши поднялся со стула и прошёл к панорамным окнам, открывающим вид на вечерний Токио. Обзор с тридцать девятого этажа открывался великолепный: нежно розовые облака лениво рассекали небо, лучи закатного солнца переливались в стеклянных небоскрёбах, а люди, кажущиеся муравьями с такой высоты, куда-то спешили в вечер пятницы. Зрелище ощущалось бы ещё приятнее, если бы не нависшая над ними лезвием гильотины проблема.       Компания, которую несколько поколений предков тщательно поднимали с колен и заставляли с каждым годом увереннее держаться на ногах, рушилась на глазах, а он не мог понять, за что хвататься в первую очередь. Одна из крупнейших в мире и единственная во всей Японии фирма по производству качественных биопротезов летела в пропасть, хватая с собой всех преданных этому делу. Общественное недовольство не заставило себя ждать — газеты и новостные ленты пестрили провокационными заголовками на первых страницах, а рабочая почта была закидана обвинениями в мошенничестве и подпольных махинациях. За несколько дней подобного темпа жизни, Хатаке окончательно и бесповоротно устал не столько физически, сколько эмоционально.       Последние несколько лет из-за огромной загруженности и постоянных стычек с конкурентами он всё чаще задумывался о преемнике, которому мог бы отдать бразды правления. Отсутствие детей и слишком молодой возраст, чтобы вешать свой костюм на гвоздь, усложняли задачу, поэтому приходилось брать себя в руки и пахать до потери пульса, порой даже ночуя в офисе. Командировки, разъезды и переговоры — всё это выматывало, поэтому Какаши по-прежнему приглядывался к кому-то из своих самых верных людей. Предавать дело отца, деда и прочих прародителей мужчина не хотел, тем более то, чем они занимались, было слишком важно для общества и развития его возможностей, поэтому взгляд упал на Обито — правую руку и лучшего друга. Вряд ли предки сильно разозлятся, когда узнают, кому он хочет передать власть. Теперь оставалось уговорить Учиху, который наотрез отказался брать на себя такую громадную ответственность.       — Хорошо, займёмся этим завтра. На сегодня всё, — Хатаке устало потёр шею, бездумно смотря вдаль.       — Что значит завтра? Мы же…       — Господин Хатаке, к Вам посетитель, — неожиданно влетевшая в кабинет девушка перебила Обито и низко поклонилась.       Задумчиво взглянув на ассистентку, Какаши нахмурил брови. Ему не приходили напоминания о запланированных встречах, более того половина из тех, которые должны были проводиться сегодня, благополучно отменились из-за развернувшегося скандала.       — В календаре ничего не отмечено, да и рабочий день уже закончился.       — Всё верно, Господин, но она настаивает на личной встрече. И, по её словам, эта беседа в Ваших интересах тоже.       В серых глазах мелькнула настороженность, а затем — заинтересованность. Первое, что удивило — неизвестным гостем оказалась девушка. Сделки совершались с разными людьми, но преимущественно это были мужчины среднего возраста, поэтому появление женщины на пороге его рушащейся обители действительно разожгло в нём интерес. Вторым же фактором, привлёкшим внимание, стало наличие выгодной стороны и для него в такой неприятный период. Какаши не вёлся на слова, одобряя лишь поступки, да и соглашаться на какую-либо аферу от незнакомки он не собирался, но послушать, чем она хочет его подкупить, было интригующе. Поэтому, взвесив все за и против, Хатаке кивнул помощнице, и та направилась за ожидающей в холле посетительницей.       — Зачем ты это делаешь? Вдруг очередная ловушка? — Обито с силой ударил ладоням о стол, окончательно выходя из себя.       — Я не собираюсь ни на что соглашаться, просто хочу понять, чего она хочет. За это же не расстреливают.       — В нашем случае вполне вероятно.       Глухо пробубнив это себе под нос, Учиха направился к выходу, предугадывая просьбу покинуть помещение. Дверь распахнулась прямо перед его носом, заставляя отступить, чтобы не столкнуться с ней лбом. В проходе остановилась девушка, звонко стукнув шпилькой о мраморный пол. Оглядевшись, она сделала ещё несколько шагов вглубь кабинета и обворожительно улыбнулась, смотря то на Обито, то на Какаши. Мужчинам понадобилась почти минута, чтобы осознать, кто сейчас стоит перед ними. Девушка, чьё лицо мелькало на разворотах глянцевых журналов и билбордах, а личность обсуждалась на светских вечерах.       — Вы?! — широко распахнутые веки Обито говорили сами за себя — он шокирован. — И как идея придти сюда вообще могла появиться после всего, что произошло?       — Тоже рада встрече, Господин Учиха, Господин Хатаке, — пропустив окончание фразы мимо ушей, девушка согнулась в неглубоком поклоне, а затем подняла руки в примирительном жесте. — Я пришла не ссориться или насмехаться, а поговорить и предложить Вам кое-что интересное.       Какаши пристально разглядывал гостью, пытаясь учуять подвох, но пока всё было подозрительно прозрачно. Её поза не была закрытой или нервной, а наоборот располагала к диалогу, лицо не оттеняли коварная ухмылка или острый прищур — широкая улыбка сквозила игривостью и лёгким предвкушением. Летний комбинезон приветливого пурпурно-синего цвета струился по точёной фигуре, соблазнительно подчёркивая линию бёдер. Это не смотрелось пошло, скорее изящно и воздушно. Ослабив душащий узел галстука, мужчина жестом указал на стул напротив него.       — Присаживайтесь. Думаю, обойдёмся без кофе и долгих приветствий. И, Обито, я бы попросил…       — Не стоит. Лучше, чтобы приближённый к Вам человек тоже присутствовал, а то вдруг что, — неопределённо пожав плечами, она лукаво повела бровями и плавно опустилась на предложенное место. Мужчины коротко переглянулись, и Учиха разместился на мягком стуле рядом с девушкой, пристально следя за её профилем.       — Тогда перейдём к делу. Что же привело Вас, Госпожа Камияма, на нашу территорию?       — Неужели брат подослал? — вставил свои пять копеек Обито, на что получил предостерегающий взгляд начальника.       — Во-первых, я не имею никакого отношения к махинациям моего брата, по крайней мере, прямого, поэтому искренне сочувствую Вам. Он слишком заигрался в главного, — девушка сделала паузу, о чём-то размышляя, — и это причина, по которой я здесь.       Она замолчала, ища на чужих лицах следы хоть какой-то реакции. Брови Хатаке едва заметно дрогнули в удивлении, но этого хватило, чтобы показать свою заинтересованность. На женском лице проступила улыбка — неброская, но удовлетворённая.       — Я хочу помочь Вам вернуть своё имя, Господин Хатаке. Но, естественно, у меня есть условие, — девушка заговорщически наклонила голову в ожидании ответа.       — Это безумие. Какой смысл помогать нам — компании, которую ненавидит вся ваша родословная? Прошу прощения, но предложение выглядит как минимум неубедительно.       Пока Какаши молча раскладывал по полочкам те крохи информации, которые у них имелись, Обито взял роль переговорщика на себя и даже не пытался сдерживаться. Раздражённо окинув друга предупредительным взглядом, чтобы тот больше не открывал рот в резких высказываниях, Хатаке откинулся на спинку стула.       — Не могу верить на слово после случившегося, но мне интересно послушать, что же Вы предложите, Хитоми-сама.       Мужчина намеренно проигнорировал уважительное обращение и перешёл на имя, ожидая увидеть хоть какой-то намёк на неискренность. Девушка лишь поджала губы, сдерживая смешок — понимала, для чего он это делает, — и прямо посмотрела в серые глаза. Она чётко разглядела там настороженность, усердно борющуюся с неподдельной заинтересованностью. Решив больше не мучить мужчин ожиданием, Хитоми порылась в своей сумке и выудила небольшую флешку фиолетового цвета.       — Здесь вся информация о том, чем и как я могу помочь Вашей компании и непосредственно Вам, — положив ту на стол и медленно придвинув пальцем к Какаши, Камияма поочерёдно подняла взгляд на главу и его помощника, — вернуть своё имя и, конечно же, отплатить моему братцу по заслугам.       В её улыбке не было ехидства или притворства, только неподдельные уверенность в своих действиях и тонкое, практически неощутимое, желание отомстить. Но месть никак не относилась к самому Какаши — это было видно по глазам — задумчивым и слегка уставшим.       — Прошу прощения за такой способ поделиться информацией, но распечатать документ у меня не было времени, поэтому решила, что так будет даже надёжнее, — Хитоми сложила ладони и слегка кивнула головой, извиняясь. — Помню, что Вы не верите на слово, но там действительно нет никакого вируса и ему подобного. Однако я бы советовала открыть файлы на личном устройстве, а не привязанном к фирме. Всё-таки то, что я собираюсь предложить, не должно попасть в чужие руки или утечь в медиапространство. В ваших же интересах.       Взгляд в очередной раз упал на флешку, а в голове крутились одни и те же вопрос. Разве может сестра конкурента, опустившего их на дно в глазах общества, действительно помочь и снова поднять их на вершину? Аккуратно взяв флеш-память в руки, будто от одного касания всё в радиусе километра может взлететь на воздух, Какаши лениво покрутил её меж пальцев и задумчиво взглянул на Обито — тот хмурился, явно лихорадочно о чём-то размышляя. Не заметив отрицательного кивка головой, Хатаке внутренне удивился: неужто его лучший друг по-настоящему задумался над сомнительным предложением, а не моментально отклонил его, как это всегда происходило?       — Так каково же Ваше условие? — подал голос Учиха. — Это же не бескорыстное желание помочь.       Какаши напрягся в ожидании требования. Вероятность, что Хитоми запросит долю в компании, была минимальной — у неё и так имелись акции в семейном бизнесе, — но не нулевой. Жадность часто делала из людей подонков, поэтому мужчина не удивился бы такому запросу. Но по первому впечатлению девушка не казалась охочей до денег, хоть и выглядела так, словно работала с лучшими стилистами Японии.       — На самом деле всё очень просто, — девушка прочистила горло, сложила пальцы в замок и посмотрела на Хатаке. — Женитесь на мне.       Вязкую тишину, длившуюся не меньше минуты, нарушил громкий смешок, а за ним — следующий. Обито уже не пытался скрыть своё веселье, поражённо смотря на девушку. Та не менялась в лице и продолжала слегка улыбаться, с интересом наблюдая за реакцией Какаши. Абсурдность ситуации зашкаливала: сестра их конкурента предлагала брак взамен на помощь в восстановлении репутации — смех да и только. Успокоившись, Учиха подался вперёд, уперевшись локтями в колени, и исподлобья взглянул на девушку. Её глаза бегали из стороны в сторону, пытаясь уловить реакцию обоих мужчин, из-за контраста которой улыбка становилась всё шире — лицо одного выражало всё, пока другой застыл на месте, практически не моргая.       — Должно быть, это шутка? — всё ещё не веря в услышанное, произнёс Обито. Он то и дело смотрел на друга, пытаясь понять, почему тот молчит и о чём, чёрт возьми, думает. Неужели Хатаке действительно согласился бы на подобного рода авантюру? Да никогда. Его вере в людей, конечно, можно было позавидовать, но не здесь и сейчас.       — Что будет значить этот брак?       Неожиданно для самого себя, Какаши задал вопрос, который пришёл к нему сразу же после тех слов. Глаза Учихи были готовы вывалиться из орбит, да и в целом друг выглядел сейчас очень комично, вынуждая Хатаке сдерживать рвущуюся наружу улыбку. Пока было не сильно понятно, какую выгоду он поимеет с этого дела, да и жениться в этой жизни, даже если фиктивно, мужчина вообще не собирался, но маленький светлячок надежды в виде этой девушки, способный вытащить их из ямы, очень манил к себе своим мерцанием.       — Если этот план действий, — Хитоми указала на флешку пальцем, не переставая смотреть мужчине в глаза, — всё-таки Вас заинтересует, я предоставлю брачный контракт, составленный моим юристом. Не переживайте, всё предельно прозрачно. Я бы даже сказала, как у всех.       Её лёгкая улыбка, казалось, приклеилась к лицу — за пятнадцать минут, проведённых в кабинете, она ни разу не сменила эмоцию. Из-за этого предложение становилось ещё более странным, порождая новые сомнения. Обито, продолжающий хранить молчание, медленно повернулся к Какаши в надежде услышать ответ или хотя бы попытаться понять, что у того в голове, но наткнулся на волну смятения и противоречий.       — Ты серьёзно задумался над этим? — на лице Учихи красовалась неверящая улыбка. — Хоть понимаешь, какие это риски? А если эта… — махнул он рукой в сторону Хитоми быстрее, чем успел подумать, но вовремя одёрнул себя и, сделав вид, что хочет поправить галстук, продолжил, — Госпожа Камияма окажется очередным подставным лицом? Мы уже проходили это, Какаши, а сейчас ты вообще хочешь довериться сестре того самого ублюдка. Прошу прощения!       Мужчина слегка поклонился девушке скорее машинально, нежели искренне, и с очевидным непониманием уставился на друга. Хатаке кинул ответный взгляд, стараясь донести до Учихи все свои мысли. Со стороны всегда казалось, что они общаются без слов — достаточно зрительного контакта, чтобы поделиться эмоциями. Сейчас происходило то же самое, только за ними наблюдала ещё одна пара глаз, с интересом смотря то на одного, то на другого. Решив, что отведённое ей на сегодня время в этом кабинете подошло к концу, Хитоми поднялась с места и разгладила смявшуюся брючину.       — Уже уходите? — недоверчиво приподнял бровь Обито.       — Не хочу больше отнимать чужое время. Тем более вам ещё многое предстоит обсудить, полагаю, — покопавшись в своей сумочке, девушка протянула визитку, зажатую между пальцами. — Вот, возьмите, перезвоните мне через три дня, если всё-таки решите довериться.       Не дожидаясь ответа, она поспешила к выходу, звонко стуча шпильками по полу, но остановилась в дверях, когда её окликнули.       — Что с этого всего получите Вы?       Вопрос звучал тихо, будто бы Какаши сомневался, нужно ли его вообще задавать прямо сейчас. Для начала следовало бы тщательно просмотреть предложенный план действий и решить, насколько он уместен в сложившейся ситуации, а выгода для второго лица была уже делом десятым. Но что-то всё равно не давало покоя и требовало понять, почему Камияма шла против родного брата, ведь, судя по СМИ, эти двое были не разлей вода. Хитоми медленно повернула голову и взглянула через плечо, не переставая улыбаться.       — Я поведаю свою историю, если Вы согласитесь. Сейчас не вижу весомых причин раскрывать все тайны. Но помните, что мы на одной стороне, Какаши.       Ненадолго задержав взгляд на главе фирмы, девушка развернулась и выпорхнула за дверь, оставляя после себя лишь флешку, номер телефона на визитке и лёгкий шлейф духов. Хатаке показалось, что она игриво повела бровями перед тем, как уйти, но он решил списать это на усталость и зрительные галлюцинации. Проводив её взглядом, мужчина откинулся на спинку, скрестил руки на груди и тяжело вздохнул. Сегодняшний день точно отправляется в копилку самых непонятных и странных дней за всю его жизнь. Тишина показалась слишком неуместной: как так его лучший друг не рвёт и мечет? Может, тоже уже ушёл, а Какаши и не заметил?       Он окинул кабинет взглядом и улыбнулся. Нет, зрение и наблюдательность, вытренированная с годами, его не подвели — не в это раз. Учиха молча сидел на диване, запрокинув голову, и пялился в потолок. Какаши проследил за его взглядом — вдруг там что-то важное. Например, этажом выше прорвало трубу, и теперь вся вода собралась в натяжном потолке, или перегорела лампа, и её в срочном порядке следует заменить. Не приметив ничего подобного, мужчина снова посмотрел на Обито.       — О чём думаешь?       Учиха будто и не слышал: упрямо глядел в одну точку, погрузившись в свои мысли. Хатаке терпеливо ждал, когда у того затечёт шея и он поднимет голову. Так мужчина спокойно сможет поймать зрительный контакт, от которого его правой руке уже не увильнуть.       — Прикидываю, сколько ты потеряешь, связавшись с этой мегерой, — подал голос Обито. — Скажи честно, ты действительно задумался над её предложением? Хоть на мгновение.       — Нам нужно ознакомиться с файлом, что она принесла, и потом уже…       — Нет, ты серьёзно? — Учиха резко поднялся на ноги и в несколько шагов оказался напротив Какаши. — Она его сестра и часть Genzai Bioworks. Правда считаешь, что ей можно верить?       Какаши потёр переносицу и хмуро уставился на друга, нетерпеливо переступающего с ноги на ногу.       — Ты принадлежишь роду Учиха, Обито. Так что, когда начнёшь сливать состояние моей фирмы своим родственникам? Мне уже ждать очередную скандальную сенсацию завтра в прессе?       — Это совершенно разные вещи. Как ты вообще мог сравнить меня, — сделал паузу Обито, хлопнув себя ладонью по груди со слишком наигранным удивлением, — твоего самого лучшего и любимого друга — с этой?       Конец фразы был произнесён с нескрываемым пренебрежением, которое особенно ярко отразилось на его лице. Ухмыльнувшись, Какаши встал с места и потянулся, размяв спину. У Учихи прекрасно получилось разбавить накаляющийся диалог своей дурашливостью, от чего Хатаке даже почувствовал, как медленно, но верно пропадает раздражение.       — Сходство в том, что наши предки были не в лучших отношениях, поэтому постоянно пытались насолить друг другу. И только около сорока лет назад эта война утихла, а Хатаке и Учиха стали партнёрами. Так и сейчас, возможно, с помощью Хитоми у нас получится выйти на другой уровень взаимоотношений, что не стало бы лишним.       — Или сможем отплатить той же монетой и уничтожить их репутацию.       Уголок губ приподнялся в полуулыбке, и Какаши медленно кивнул, удовлетворённый выстроенной логической цепочкой. Конечно, он не собирался идти на поводу у красивой девушки — зачем отрицать очевидное — с большими гипнотизирующими глазами. Если того потребует ситуация, то ему, как главе семейного наследия, не останется ничего кроме как вернуть им их же подачку — пустить слухи в прессу. И будучи честным и справедливым руководителем, мужчина не собирался разносить клевету, поэтому уже мысленно прикидывал, как через Хитоми вытянуть необходимый компромат. Ну так, на чёрный день.       Но всё-таки для начала, чтобы понять, какому плану действий придётся придерживаться, нужно было изучить содержимое флешки и придти к правильному решению. Возможно, эта неожиданно ворвавшаяся в его жизнь девушка в синем ещё пригодится.