Всё это иллюзия

      Когда мужчины удалились в кабинет, Олеся почувствовала себя неловко, оставшись наедине с Шумской. Они и раньше не считались подругами, хотя, конечно, с учетом того, что были единственными женщинами в отделе, могли иногда поговорить о чем-то своём за кофе.       Но после появления в их команде Высокова, кофе Ирина пила в основном с ним и лишь изредка с Олесей, когда между следователем и психологом “пробегала чёрная кошка”. Именно это было первым признаком их разлада, а уже потом хмурое лицо Шумской и потерянный вид доктора. Теперь же, будучи “аспиранткой”, Мятлева совсем не знала, как завязать разговор с “женой” профессора, ведь несколько дней назад Олеся сама стала той самой “чёрной кошкой”. А поговорить было о чём…       - Антон сказал, что вы готовитесь к свадьбе, - начала беседу сама Ирина.       - Да.., - неуверенно подхватила девушка. - Я так волнуюсь! Он думает только о науке, а все приготовления на мне.       Шумская по-доброму усмехнулась, но осмотрела Мятлеву пристальным взглядом, остановившись сначала на её руках, а потом подняв взгляд на лицо.       “Чёрт, Мальцев вчера сказал, что я была в салоне красоты…”       - Иногда приходится даже его обманывать, - начала выкручиваться Олеся. - Например, вчера я сказала ему, что поехала на стрижку, а сама вместо этого была в магазине. Вы же знаете мужчин, он бы всё равно не заметил, если бы я, действительно, подстриглась…       - Пользуйтесь этим, если у вас есть такая возможность. С моим мужем, то есть с вашим профессором, такое бы не прошло, - хитро прищурилась Шумская. - Мне кажется, он замечает даже то, с какой частотой я дышу.       - Разве это и не есть любовь? - улыбнулась Мятлева, отвлекаясь от темы, на которую почти вышла.       Ирина пожала плечами:       - Порой хочется ничего не контролировать. Особенно сейчас, когда любое резкое движение доставляет боль, к которой ты сама вроде бы привыкла и уже почти не замечаешь, а человек рядом суетится и тем самым напоминает тебе о твоей немощности…       - Но он же заботится… Он боится за вас… Вы бы видели его глаза, когда он впервые увидел вас на больничной койке.       - Ты тоже была в больнице? - удивилась Шумская.       - Я.. Нет, - Мятлева поняла, что опять попалась. - Нет, просто в этот день у нас должна была состояться лекция Андрея Ильича, а он пришёл в институт потерянный, всё отменил, рассказал про аварию…       - Ладно, давай не будем о грустном. Я надеюсь, что скоро поправлюсь. Так зачем тебе понадобилось обманывать будущего мужа, чтобы сходить в магазин?       - А! Так вот, - Олеся внутренне поблагодарила начальницу, что та сама вернула ее на “путь истины”. - Дело в том, что я ходила в магазин белья. Хочу выбрать что-то особенное для первой брачной ночи, - зашептала она, оглядываясь на кабинет.       - И как, что-то приглянулось? - тоже перешла на шёпот Ирина.       - Ну как сказать, я совсем неопытная в этих делах. Кое-что примерила, но пока не решила, - она полезла в свой “аспирантский” портфель и вынула оттуда каталог. - Я даже это попросила на кассе, чтобы дома еще раз посмотреть.       Шумская взяла в руки каталог и начала его листать.       - Сначала я подумала, что подойдет вот этот, - и Олеся ткнула в первый попавшийся комплект белья. Им оказался красный, и она на ходу начала придумывать очередную “легенду”. Сколько же их накопилось за это время! - Я подумала, что это будет символично: красный - страсть между нами. Но потом решила, что это будет слишком вызывающе.       Олеся перелистнула пару страниц и наткнулась на белое бельё, украшенное ленточками.       - Потом я заметила этот. Белый - чистота и невинность. Но какая может быть невинность, когда мы уже два года встречаемся, - она хихикнула, всё больше входя в образ невесты. - Потом я расстроилась и примерила этот чёрный, - на странице красовалась модель в таком же комплекте белья, что и на убитых девушках. - И я подумала: может, ну его это особенное белье, купить нормальный комплект, который я и потом носить смогу?       Ирина присмотрелась к кружевам и отрицательно помотала головой:       - Нет, этот точно не годится, слишком строгий. Такой может носить деловая женщина, которой относительно плевать, что подумает про нее мужчина, она его цепляет чем-то другим.       - Ну да, наверное, вы правы, я до такого ещё не доросла, - расстроенно вздохнула Олеся.       - Твоё желание сэкономить похвально, но это же первая брачная ночь, которую ты будешь вспоминать всю жизнь. Если вы, конечно, не переберёте с алкоголем, - усмехнулась Шумская. - Я вот свою первую брачную ночь не помню, как впрочем, и многое другое, а очень бы хотелось.       - Может, ещё вспомните? - сделала опасный шаг в сторону Мятлева и мысленно зажмурилась, потому что если Шумская вспомнит всё, то всей их компании не сдобровать.       - Может, и вспомню, - спокойно согласилась та. - Но сейчас не обо мне. Ты же хочешь что-то романтичное? Вот смотри, - она указала на бежевый комплект, отделанный нежным чуть белёсым кружевом, - по-моему, неплохо. И уж если тебе так захочется, то будешь его потом носить.       - Действительно, красивый, - сделал вид, что залюбовалась, Олеся. - Но в магазине я его почему-то не увидела…       - Может, не заметила, может, не вывесили. Вообще, знаешь, на проспекте Ленина есть большой магазин.., - Ирина замолкает, пытаясь припомнить название.       - Adulation? - подсказывает девушка.       - Да, он! Я там постоянно что-то покупаю.. покупала, - тут же поправляется Ирина. - Теперь с этим корсетом непонятно, когда в следующий раз загляну туда.       - Спасибо вам, Ирина Анатольевна! - шепчет Олеся и, услышав мужские шаги, прячет каталог в портфель. Она совсем не уверена, что Высоков бы одобрил её инициативу проконсультироваться по белью жертв с Шумской, но Мятлевой просто необходимо было услышать мнение начальницы, пусть и временно не помнящей, что она следователь. А то эти мужчины вечно придумывают что-то про них, женщин…