Ещё один глоток

– Хакон, почему ты называешь меня «малыш»? – спонтанно задаю мучавший вопрос, без уверенности нужен ли мне ответ. – А тебе не нравится? – рация зашипела. Готового ответа не нашлось, надо подумать. Я только закончил поручение Фрэнка и жутко устал. Пиво, раздобытое по пути к ближайшей ночлежке, помогло немного расслабиться и, видимо, дрянной алкоголь наводил на странные мысли. Зачем только спросил. Нравится ли мне? Честно, не совсем понимаю, как это расценивать. Что такое нравится, в его понимании? Романтика? Дружеская симпатия? Раньше у меня не было времени на такое, вся жизнь крутилась вокруг выживания и поисков сестры. Быть быстрее, хитрее, сообразительнее – пытался стать ближе к цели. Не по желанию, скорее по личной необходимости: помогал людям, обзаводился знакомыми, собирал информацию. Цель – «найти сестру», до недавнего времени, оставалась самой главной. Когда смерть кусала прямо за пятки, я молился и жалел – молился не сдохнуть, жалел, что не успел достичь цели. Мои немногочисленные знакомые кончили жизнь по-разному, есть пара и живых, конечно, один даже семью смог завести. Какого это, интересно? Единственным членом семьи я считал пропавшую сестру пятнадцать лет назад. Я не обременял себя отношениями, кроме дружеских, не влюблялся, не пробовал даже целоваться. Так хотелось, но в мире полном зараженных это казалось мне не уместным. «Нет времени», – напоминал себе каждый раз. Справиться помогал адреналин от погонь и дрочка в моменты передышки перед сном. Когда Хакон назвал меня «малыш» впервые, я даже не догнал, не предал значения, а потом ещё раз, и ещё. В голове начало что-то зудеть, не замечать не получалось. Сначала беспокойство, потом на смену пришло смущение. Интонация, с которой Хакон это произносил, порой вызывала даже что-то большее. Возбуждение. В первый раз осознание пришло во время разговора по рации: я был на побегушках у Базара, помогал Софии, сообщил Хакону, как продвигаются дела, просто проинформировать, а он похвалил меня так, что в штанах зашевелилось. «Так, молодец, малыш, – он сглотнул, – вотрись к ним в доверие», – напряженно-ласковый тон в начале и командный в конце. Я почувствовал, как он гордится мной, хвалит и ценит. Пришлось быстро избавиться от напряжения на ближайшей пустой крыше. Кончать с его именем на устах оказалось приятным. Это было до того, как правда о нём стала известна. Я долго предпочитал не вспоминать этот момент. Странно ли это? У всех стерлись предрассудки об однополых отношениях, как я узнал, будучи подростком. И всё же такая похвала была редкой, Хакон дозировал, словно бы намеренно, это вызывающее возбуждение слово. Его «малыш» обычно звучал невинно или с легким оттенком флирта, иногда издевательски или шутливо. А я не мог избавиться от мысли: «Так должны называть кого-то особенного в своей жизни». Это то немногое, что приходило с опытом – значение и контекст выбранных слов. Меньше всего я знал про любовные отношения. У меня было не так много знакомых, которые помогали адаптироваться в нынешнем обществе, пусть порядки и изменились, но что-то осталось неизменным. У тех, кто сохранил определённые ценности, конечно. – Малыш, занят сейчас? – радостный голос по рации отвлек. – Пиво пью, а что? – очередной глоток. – О, значит не занят! Скажи, где ты. Я кое-что достал, тебе должно понравиться. – Довольный голос мужчины заставил улыбнуться. «Он опять меня так назвал». В груди потеплело. Мне кажется, что это уже не игра, а какая-то проверка. Только вот что он проверяет, я не могу взять в толк. Не могу же я ему нравиться в самом деле. У него было сколько жён? Четыре? Действительно ли мне надо на это реагировать. «Может, я зря парюсь?» – тепло сменилось на жжение. – В этом городе со мной случается какая-то хрень, – сделав глоток, я откинул голову назад и прикрыл глаза. «Я как будто прохожу через череду стадий. Был у меня один знакомый, много умных вещей знал, жаль, помер только. Как он там говорил?» – зажмурившись попытался вспомнить. – Отрицание, гнев, торг, депрессия, а последнее что было? Не помню, – ещё один глоток. В голове всплыл образ бегуна. Своеобразный, исключительный, дразнящий – такие характеристики возникли сразу же. Мог ли я влюбиться ещё до того, как он начал «особенную» игру? Если задуматься, мы с ним много виделись последние недели две-три. Он как будто ждал меня в тех местах, куда я направлялся, или был по близости. По его словам, конечно же, случайно. Иногда прямо спрашивал, где я и что делаю, под предлогом – «Переживаю». Он так заботливо это произносил, искренне. После таких вопросов на душе становилось теплее. Приятно знать, что о тебе беспокоятся, думают, не забывают. Что могло выдать эти «романтические» мысли. «На лице всё написано, что ли?» – я растерянно потер подбородок. Колкости в шутливой форме – часть нашего общения, но всё сложнее становится уловить тонкую грань этой «шутки» и чего-то похожего на флирт. Меня заботило кое-что ещё, и как бы я не хотел, мысленно возвращался в ту постыдную ситуацию: если он наблюдал за мной, когда похвалил «по-особенному». Был момент, как раз когда мы выполняли задание в одном районе, и по завершению Хакон связался со мной, совпадение. Пара стандартных фраз, обрисовал ему проделанную работу, скрывать было нечего. «О, малыш справился с таким сложным заданием? – наигранное удивление, – Ты такой молодец, Эйден», – ласковое «молодец», заставило ноги ослабнуть и облокотиться на какую-то балку, как хорошо, что я был на крыше в этот момент. Смеркалось, и по близости ни единой живой души. Рука сама потянулась к паху, я сжал полувставший член и глухо простонал. Это похоже на психологическое возбуждение – чем чаще я прокручивал его слова, тем крепче становилось внизу. Хватило пары минут. Однако, что-то было из ряда вон в той ситуации, но я забыл. Откуда у него вообще свободное время взялось? У «Ночных бегунов» много работы после случившегося в Х13. Месяц уже прошёл. Мне казалось, он немного наладил отношения с Лоан, сошёлся с ней. Она осталась жива лишь благодаря ему. Девушку я видел периодически, разговоры заходили только по делу, ничего личного, что показалось мне странным. Раньше мы могли поговорить о ерунде или личном. Думаю, она не хотела тревожить свежую рану, а я, зная её характер, не спрашивал об отношениях с Хаконом. Мда, мне бы сейчас не помешало обсудить всё это, хотя с кем обсудишь такие извращения. Извращение. По-другому язык не поворачивается это назвать. Опуская интимные детали, это можно назвать влюбленностью, думаю. Бутылка с пивом опустела быстро, а я всё прокручивал в голове эту непростую ситуацию. Старые проблемы сменили новые. Одна цель исчерпала себя, а новой как нет, так и не предвидится. Вдали запищала сигнализация, день близился к закату. Меньше чем через час бегун прибыл. Довольная улыбка не слезала с хитрого лица. Он немного отдышался и привалился рядом. – Ох, я такое достал! – роясь в рюкзаке, Хакон вытащил бутылку, – Везде только пиво и рябиновая настойка Фрэнка, но я нашел вино, представляешь!? – он протянул оную, – Редкая вещь. – Ого, я только пустые бутылки находил. Где взял? – рассматривая этикетку я предвкушал испробовать содержимое. Мне всегда хотелось попробовать этот редкий алкоголь. Большая удача, что в таком месте осталась хотя бы одна! – Как вообще целой её донес? – я принялся вчитываться в уцелевшие слова на бутылке, но увы, владел я одним языком, а там явно было не на английском. – Было непросто. Где взял – там уже нет, но это было опасное место. – С усмешкой выдохнул мужчина. Я немного напрягся. Он подверг себя опасности ради этого?! Видимо моё недовольное лицо не осталось не замеченным. – Эй, – протянул он, – малыш, со мной всё в порядке. Давай лучше выпьем, – он похлопал меня по плечу и забрал бутылку. На крыше было небольшое убежище, где я планировал переночевать сегодня, бегун вошёл внутрь. – Ты идешь? – послышался глухой хлопок, я тут же вскочил и зашёл следом. – Солнце вот-вот сядет, надо включить уфешки, займись, – скомандовал Хакон, наливая содержимое в стакан. – Я нашёл только один стакан, значит придется пить так, малыш, – я включил последнюю лампу. – Да, без проблем. – Я широко улыбнулся. Без разницы как, но я узнаю вкус желанного вина – Не брезгуешь, м? – он посмотрел на стакан, а потом на меня. Возможно, нам следовало обсудить его поступки как следует, но я твердо решил, что не буду считать его врагом после случившегося в Соборе, а уж тем более после помощи в Х13. Только не его. Я осознал постепенно, на что он пошёл, помогая мне с биомаркером и поисками сестры. Это дорогого стоит. Да, у него были свои причины поступить так, тем не менее, самое важное – Хакон дал уйти мне с Мией на руках. Дал провести с ней какое-то время. Думаю, она не простила, убей я того, кто нам помог. При воспоминании о последний встрече с сестрой стало тоскливо. Портить вечер своей кислой миной – преступление. – Давай сюда своё пойло, – я отшутился и протянул руку к стакану, но он мягко убрал её в сторону. – Не-не-не! Это не просто пойло, малыш. – Он любовно посмотрел на стакан и немного отвернулся от меня, защищая его как нечто ценное, – Это мой самый любимый алкогольный напиток, и я не позволю так о нём говорить, – наигранная серьёзность сменилась смешком, – Пойло, надо было так ляпнуть. – Мужчина хотел сделать глоток, но передумал и всучил кружку мне, запачкав одежду парой капель. – Прошу. Я сделал глоток. Хакон напряженно на меня посмотрел, тихо цокнул и почесал затылок. Что бы это ни значило, я не понял его поведения. – Ты такой доверчивый, Эйден. Мне даже страшно за тебя. – Он опёрся о ящики. – Как ещё жив до сих пор. – Твоими молитвами, ха-ха. Ты туда что-то подсыпал? – я знаю, он шутит, но выразил наигранное недоумение. – Возможно. – Он потер подбородок и усмехнулся. – Да брось, ты шутишь. Я тебе доверяю. – Ещё один большой глоток. Мне понравился вкус, начинаю понимать Хакона. Язык немного защипало, а щеки загорелись. Мужчина забрал протянутый напиток, сделал пару больших глотков и налил ещё. – И правда классная вещь. Дай ещё, – когда я забирал кружку, наши пальцы соприкоснулись, отчего я мелко вздрогнул, бегун никак не прокомментировал реакцию. Вино приятно осело в желудке. – Эйден, – я поднял на него взгляд, – ты говорил, что никогда не был с девушкой, – он облизнулся, – Теперь можешь говорить, что у тебя был поцелуй со мной. Разрешаю. — Последнее слово он произнес как-то интимно, от чего щеки загорелись уже не от алкоголя, а от смущения. – Хакон, что ты, – слова застряли в горле от растерянности. Бегун подошел вплотную, забрал алкоголь и с глухим стуком поставил кружку куда-то мне за спину. От близости по спине пробежала стая мурашек, а от дыхания на шее я замер. – Непрямой поцелуй, малыш, – приятный шёпот заставил испытать тепло где-то в животе, – но, – он сделал небольшую паузу, – если хочешь, можно и по-настоящему. – Хочу, – в тон ему без промедления выдохнул в губы, от былой растерянности не осталось и следа. Руки мужчины легли на ребра. Может я согласился из-за алкоголя, но уже не первый день в голове мысли только о следящем за мной Хаконе. Представляю, как он выслеживает, наблюдает за мной в бинокль, беспокоится или контролирует, держа под рукой биту, на случай потери человечности прибить такую опасную тварь, если окружающие не справятся, или погибнуть от моих рук. Я так не хотел спонтанных превращений. Всегда в его поле зрения. Столько внимания… Раньше мне было бы всё равно, ещё раньше было бы тревожно. Сейчас я чётче и чётче понимаю, как мне нравится это внимание и забота, даже если они нездоровые. Мысль не удается продолжить – Хакон мягко касается губ, аккуратно проводит языком, боясь спугнуть. Это лишь сорвало во мне какой-то тормоз, и я сам пропихнул язык в его рот. Я так хотел это испытать, по-настоящему. Губы мужчины тронула улыбка, а руки оглаживали тело сквозь одежду. Он позволил похозяйничать как мне было угодно: руки обвили шею, пальцы запутались в волосах, язык неумело ласкал. Он понимал, как мне необходимо это. Я застонал, настолько приятно ласкать его язык, чувствовать под руками тепло чужого тела. Привкус железа. Я бешено дышал, пульсация в висках заглушала всё вокруг. Он взял меня за лицо и отстранил. Разочарованный стон. – Тс, тише, Эйден, успокойся, – он потирал мои щеки, пытался успокоить вкрадчивым шёпотом, как только один он умеет. Моё возбуждённое новым опытом тело не хотело успокаиваться. Я уставился на лицо напротив и увидел кровь на нижней губе. «Ох, черт, это я сделал?» – при виде крови я слегка запаниковал. – Прости, – коротко выдохнул, пытаясь выровнять дыхание. – Ничего. – Он облизнулся, – Ты жадный, оказывается. – Пальцы мужчины огладили шею, спустились к груди. – Так быстро бьётся, – улыбка не сходила с его лица, – как будто загнанный зверёк. «Дурацкое сравнение», – но вместо слов я хрипло выдохнул. Хочет расслабить и успокоить, это помогло чуть-чуть. Бегун усмехнулся и с нажимом провел по одежде, перемещая руки за спину, к пояснице, через секунду потянул на себя. Я сделал так же, ни оставляя ни сантиметра свободного места, между нами. – Я не, – хотелось оправдаться, – не знаю, что на меня нашло. – Хакон ничего не ответил и лишь поцеловал в щеку и уткнулся в шею. Извинения приняты. Стыд и смущение от ситуации сбавили градус возбуждения, мне не хотелось выпускать бегуна из объятий. Через минуту Хакон первым отпустил, я с запозданием отцепил руки. Посмотреть ему в глаза всё ещё было слишком смущающим, и я отводил взгляд куда только мог, на что услышал, как Хакон посмеивается. Весело ему, придурку! – Допьём вино, или с тебя на сегодня хватит? – мужчину радовала ситуация. В голову сразу вернулись все мысли до поцелуя. Мне нравится его своеобразная забота: присмотр, контроль, подъебы. Мне нравится всё, что связывает меня с этим человеком. А ещё я вспомнил тот недавний случай на крыше, когда у меня встал от его похвалы. Я вспомнил, чем все кончилось – он связался со мной после, как я кончил и тогда обнаружил, что забыл переключить рацию на другой режим связи. Он слышал мои стоны. – Ты мне нравишься. – Голос звучал тихо и сдавленно, с надеждой что он не услышит. Мне бы хотелось поиграть в нашу «игру» ещё, но этот поцелуй открывает куда более приятный путь. Ситуацию следует прояснить сейчас, когда я могу спихнуть отказ на алкоголь. Хочу знать. – Повтори? – прозвучало серьезно и требовательно, я всё ещё рассматривал пол под ногами, – Повтори, малыш, – уже мягче. – Я, – все мысли разбежались, в голове что-то заболело и запульсировало. Подняв глаза, я понял, что голова кружится. Пальцы вцепились в ящик позади, грудь ходила ходуном, а сердце застучало в ритм с пульсацией в голове. Хакон заметил мой расфокусированный взгляд, но поскольку состояние не было похоже на превращение и биомаркер молчал, он растерялся. – Малыш, – он взял меня за предплечья, от чего я жалобно простонал и зажмурился. Голова закружилась сильнее, я сразу прижался к бегуну, уткнулся в шею. Рука Хакона нежно гладила затылок и слегка взъерошила волосы, другая прижимала за талию. Он шептал что-то успокаивающее, кажется, ещё пошутил. Сосредоточить мысли удалось спустя пару минут. Головокружение стихало, боль в голове тоже, дыхание выровнялось постепенно, но бегун не отпустил из рук. – Может, присядем? Или ляжем? Я устал, если честно, – в голосе и правда звучала неприкрытая усталость. Я почувствовал себя дико виноватым. Он ведь где-то шарился в поисках этой бутылки, потом ещё добирался до меня незнамо откуда. А я как принцесса! Развезло от первого поцелуя, впал в панику от признания. Глупо вышло. С другой стороны, столько ощущений оказалось много. Я имею право на всю эту мутотень. Мне не хотелось отрываться от шеи Хакона. Я помнил, что немного ниже, у ключицы, находится страшный шрам от кастета, который останется с ним навсегда и меня это немного взбудоражило. Он позволил быть к этому месту так близко, а ведь мог не позволить уместить голову именно на этой стороне. Появился некий соблазн потрогать это место, попробовать на вкус, услышать тихое шипение и ругательство, а ещё я почему-то знал, что мне это обязательно позволят и не дадут по голове за выходку. В добавок к этому мне очень понравился запах его тела, даже пот, ни капли брезгливости. Он словно стал особенным и успокаивающим. Я сгорю от стыда, если он узнает хотя бы одну из этих мыслей. – Ляжем, – краткий ответ прозвучал неестественно в подозрительной тишине. Я отстранился от Хакона, медленно. Он, видимо, ещё боялся, что я не пришёл в норму и повел к дивану. Для верности Хакон усадил к себе на колени бочком. Поза оказалась очень уютной, и можно было спокойно уткнуться ему в шею, конечно же, скрыть смущение. Равномерное дыхание мужчины, ощущение его тепла и обнимающих рук расслабило окончательно. Думаю, сегодня ни он, ни я на большее не способны, с нас достаточно, как и вина. Пара минут в тишине, небольшая передышка и с улицы послышались крики пробудившихся зомби. Я слегка дернулся. – Ты чего? – озадаченно спросил Хакон, рука тут же легла куда-то на голову в успокаивающей ласке. – Мы в безопасности. – Тебе разве не надо уходить? – запоздало понимая как это прозвучало, я приподнялся. – Кхм, я не имел введу, что прогоняю тебя, я о твой обязанности Ночного бегуна. Мужчина кивнул, но с места не сдвинулся. Хитрая улыбка Хакона должна стать сигналом для очередного подъеба. Его не последовало, вместо слов он ловко усадил к себе лицом, выпрямился и придвинул как можно теснее, обхватив бедра руками. Невольно мы столкнулись взглядами. Сердце замерло и тут же забилось быстрее. – Малыш, ты много пропустил, – улыбка всё не сходила с лица. – Мы же вроде в одном городе живём, где ты был? – руки продолжали оглаживать бедра. – Ты о чём? – попытка напрячь память о последних событиях ни к чему не привела, ласки этому тоже никак не способствовали. Темнеющие глаза бегуна затягивали. Видимо, я был слишком поглощён играми с ним, гораздо больше, чем думал. К тому же несмотря на то, что состоять в «Ночных бегунах» напрямую я отказался, Фрэнк просил об одолжениях, в основном подай-принеси, или очистить здание от кучки заражённых. Не за бесплатно, конечно же. Суматоха города осталась незамеченной за работой, даже времени обдумать дальнейшую жизнь не находилось. – О том, что бегунов стало больше, нет необходимости в моём еженочном дежурстве, – руки перешли на ягодицы, – новые люди постепенно приходят в город, радио Фрэнка этому поспособствовало. Всё благодаря тебе, малыш, – он сжал ягодицы, от чего я непроизвольно выгнулся. – Ты отлично постарался, умница, – интимный шёпот сорвал с моих губ томный вздох. – О, ты ещё и так умеешь? – Хакон приблизился к покрасневшему от смущения уху и лизнул его, – Ещё сможешь? – по спине пробежала стая мурашек. Я не успевал обрабатывать сказанные им слова за ворохом ощущений: Фрэнк, бегуны, руки на заднице, мне хотелось спрятаться и разобраться, но вместо «встать и уйти» я прижался пахом к мучителю. Послышался довольный смешок. Руки мужчины поднялись до поясницы, слегка её массируя. Расслабленность сменилась напряжённым возбуждением, вызывая в паху знакомое чувство. – Дразнил и дразнил бы тебя. – Мечтательно прошептал мужчина. – Ты такой невинный, Эйди. – Ласковая форма имени отозвалась новой волной возбуждения. – Что ж, я подразню тебя ещё? Ты же не против? – он не стал ждать ответа, – Конечно нет. Я знаю, как тебе сносит крышу, когда я тебя хвалю. – Я непроизвольно дёрнулся, словно неосознанно хотел убежать от его постыдных, но таких правдивых слов, хотя другая часть меня жаждала продолжения. Попытку тут же присекли сильные руки. Язык вновь прошёлся по кромке уха, слегка прикусив. Тихий, несвойственный мне скулеж и мелкая дрожь по телу. – Хакон, – жалобно простонав имя, я потерся полувставшим членом о пах Хакона, и почувствовал уже твердый орган. «Я сделал его таким?» – Мм, – он сдавленно простонал, – малыш, есть что сказать? – я отрицательно замотал головой. – Так и думал, хотел меня отвлечь? Не получится, Эйди, – руки мучителя переместились выше, к лопаткам, я же вцепился в одежду. – Я следил за тобой, выслеживал и видел, как ты дрочил на крыше. Он знает, он всё, блять, знает. Господи, как стыдно. Очередной тихий стон и попытка вырваться, но моя рассеянность после алкоголя и крепкие руки бегуна привели к тому, что меня плотнее прижали, подхватив под задницу сжав ягодицы. Я вынужденно оттопырил задницу. За нелепый побег Хакон наградил меня звонким шлепком по этой самой заднице. Стыдно. – Ахр, – я простонал куда-то в шею, ощущая долбежку в голове. Возбуждение нарастало, раскаляя ещё не успевший остыть за день воздух. В одежде стало тесно и душно. «Ещё, ещё один раз и мне это понравится», – ещё одна правда, от которой хотелось спрятаться. – Ох, Эйден, – возбужденный голос Хакона я ни с чем не перепутаю. – Ты нарываешься. Я планировал только подразнить, – руки ещё раз сжали ягодицы и пальцы уверенно прошлись по шву, прямо к яичкам, я вздрогнул, – поэтому давай я договорю, хорошо? – он дождался моего кивка. – А наш первый раз мы проведём не в таком задрипанном месте, договорились? – властный тон не оставлял вариантов. – Да, – я поднял голову, он не врал, я на грани чтобы быть оттраханным, без подготовки в таком месте. Глаза полные похоти. Рваное дыхание. — Умница, – мягкий поцелуй в висок прибил во мне бешенный ритм. – Мой Эйден, хороший мальчик. Послушный, – ещё один поцелуй, – как щенок. Мне пришлось подрессировать тебя, хах. Совсем немного подтолкнуть, – я потерся пахом. Хакон во всём, блять, прав. Он дрессировал меня, хватило недели, чтобы я жаждал его похвалы. И только его. Теперь я это понимаю. Больше всех я доверял именно ему, большего всего я жаждал встречи с ним, и больше всех я желал услышать его голос. – Задумался, да? – рука переместилась на бедро, чуть притормаживая мои фрикции. – Я не портил тебя, Эйди. Ты уже был таким, – легкий поцелуй в губы, но впечатления от собственных выводов и слов Хакона не давали ответить на него. – Словно только для меня. Как думаешь, это судьба? – он немного отстранился и начал покрывать шею поцелуями. Впивался в кожу зубами до отметин, посасывал и зализывал, я лишь стонал и как в бреду шептал его имя, пока не почувствовал чужой язык на своём. На этот раз Хакон вёл, не на секунду не позволяя мне расслабиться и перехватить инициативу. Бешеный темп выбивал воздух и заставлял задыхаться, теряться в ощущениях, ни единого шанса на постороннюю мысль, только его язык, ласкающий всё, до чего способен дотянуться. Тяжелые нити слюны потянулись от его рта, которые мы оба не успевали сглатывать. Он вытер их рукавом и слизал остатки с моих губ. – Хакон, – в очередной раз умоляюще простонал. Возбуждённая плоть требовала разрядки. Не знаю, что на меня нашло, но стыд сменило отчаянное желание. Руки потянулись к твердой плоти Хакона. Бегун быстро сообразил. Голова затуманена возбуждением, таким смелым я себя даже бросаясь в толпу заражённых не чувствовал. – Грязные разговоры, грязный поцелуй, а у тебя тут по стойке смирно? – он мягко отодвинул мою руку, сдавленно простонав, и быстро освободил орган от ткани. Мне жутко хотелось взглянуть на член мужчины, но что-то останавливало. Хакон особенно глубоко выдохнул и прижал рукой наши члены, стал дрочить. Тепло чужой плоти, мозолистые пальцы, скольжение натёкшей смазки, такая близость с ним вызывала трепет. Он тихо шипел мне прямо в ухо, обдавая его горячим дыханием. Я утопал в наслаждении, сдерживая особенно громкие стоны. – Хакон, агх, так хорошо, – я бестолково открыл рот и с трудом сделал вдох, такое было слишком для меня. В новинку. В ответ мужчина сдавлено прорычал и поцеловал за ухом. – Да, мне тоже хорошо, малыш. – Мои пальцы крепко сжались на его затылке. – Умница. Мне сносило крышу от похвалы, хотя я и не понимал за что её получаю. Комок возбуждения в животе становился всё тяжелее, я готов кончить в любой момент. – Хак-Хакон! Я х-хочу, мм, – меня заткнули поцелуем. Грубым и властным. Я не успел предупредить мужчину, что собираюсь кончить, и этот поцелуй стал спусковым крючком. Я дёрнулся и задрожал всем телом, мой разум пустел вместе с яичками. Хакон разорвал поцелуй, но двигать рукой не прекращал. Всего пара секунд и наша сперма смешалась, тихо хлюпая. Он доил сперму до последней капли. Мой рот не затыкался от сверх стимуляции, жутко хотелось прекратить это трение. – Да, да, малыш, – он сглотнул, – Я знаю, тебе много, ещё секунду, – последнее движение рукой и он отпустил мой мягкий член, – Умница, спасибо тебе, – я сидел на нем сверху, уткнувшись в грудь, капая слюной на куртку. «Из меня как будто все кости вытащили», – глаза слипались против воли. Перед тем как провалиться в сон, я ощутил мягкий поцелуй в висок.

***

Утром я резко проснулся от музыки из радио. Один. Я поднялся на локтях и нахмурился. «Что-то вчера произошло», – я зевнул и обнаружил на себе куртку Хакона. Прошлый вечер тут же всплыл в голове до мельчайших деталей. Ебать. Злосчастная бутылка вина стояла там, где её и оставили. Я, видимо, слишком сосредоточился на ней, не заметив прихода Хакона. – Ещё один глоток? – с улыбкой спросил мужчина. Он поставил рюкзак на стол. Я отвёл взгляд, густо покраснев. – Не смущайся, малыш. Допьём позже. – Он как ни в чём не бывало сел мне в ноги, я еле успел их убрать. И опять-таки как ни в чём не бывало положил мои ноги себе на бедра. Я впал в ступор. «Конечно он знает о моих, кхм, нездоровых наклонностях. Как теперь в глаза смотреть?» – Эй, малыш? – он приблизился и положил руку поверх моей, пришлось поджать ноги. – В чём дело? – Кхм, Хакон, то, что вчера было… – я не мог назвать это ошибкой. Это совсем не так! Всё сложилось самым наилучшим образом. Мне бы хотелось уточнить, не против ли он такой связи. Блять, я просто не уверен в себе. Вдруг он играл со мной и сейчас с Лоан в отношениях? – Прилагаешь забыть? – Что!? Нет! – я тут же повернул на него голову и столкнулся с его глазами, до боли грустными. – Просто, я думал, ты и Лоан, – я смолк, недоговорив. – Поэтому ты тушуешься? – он мягко улыбнулся и переместил руку на лицо, – Мы не вместе, – нежно провел большим пальцем по коже, я прикрыл глаза. – Я уж начал думать, что тебе не понравилось вчерашнее? – он усмехнулся, – Ну, мы быстро кончили, полагаю, давно не сбрасывали напряжение. – Я тут же покраснел. – Хакон, – я проскулил как щенок, сгорая от стыда. Это было даже лучше, чем я себе представлял в самых смелых фантазиях. Хакон всё заранее спланировал что ли? Я уткнулся ему в ладонь. Руки потянулись обнимать, но стоило мне случайно коснуться его бедра, как он зарычал. Меня дёрнуло от неожиданности, и я упёрся руками в диван. – Не заводи меня, Эйди. – Прорычал мужчина, я поджал губы. Минутку, как он меня назвал? Господи, меня так только сестра называла. В детстве. Звучит непривычно, но мне нравится. Кажется, и вчера он называл меня так же. – Ты мне нравишься, Эйден. Так понятнее? – он выглядел серьезным. Я медленно кивнул. Хакон поцеловал меня в висок и встал, пакуя чашку и бутылку недопитого вина в рюкзак. – Пора собираться. – Куда? – я отодвинул куртку и встал рядом, разминая затёкшее плечо. – На задание? Что в этот раз подкинул Фрэнк? – Нет. – Он замер. – К океану. – Хакон уставился в дверной проём, ветер мягко прошёлся по его волосам и принёс свежий воздух в затхлую каморку. Он криво улыбнулся, сощурив глаза от яркости голубого чистого неба. Обняв меня за шею, притянул к себе. – Пришло время оставить этот город, – я обхватил его за талию, – и отправиться в путешествие, ты мне задолжал. Забыл?