По законам демонов

      Твёрдое сидение, затёкшие ноги, обтянутый брезентом кузов военного грузовика и гнетущее желание вогнать лезвие катаны по самую ручку в мерзкую предательницу, помогшую забрать столько дорогого и разрушить сопротивление. Ненависть и боль были первым, что Руми почувствовала, когда очнулась с жутко раскладывающейся головой, видя перед собой довольную улыбку Юны. Её извращённое ненавистью и адским удовлетворением лицо вызывало отвращение. Полностью обретя контроль над телом, на запястьях ощутились тугозатянутые, колющие, льняные верёвки. Не выбраться. Руми попробовала разомкнуть руки, но это вызвало лишь ухмылку бывшего генерала — человека, которому верил каждый второй в подполье и который так жестоко предал принципы охотниц, заключив сделку с дьяволом, разорвав то, что строилось годами.       — Второй раз не сбежишь, не утруждайся, — она смахнула невидимую пылинку со своего плеча, а затем, поправив китайскую шпильку в волосах, вновь надменно посмотрела. — Ты очнулась быстрее, чем я думала. Похоже, ты и вправду наполовину демон, — от упоминания сокровенного девушка вздрогнула.       Артефакт. Опять. Отвратительная слабость пронизывала всё тело. Руми чувствовала, запертую тёмными чарами, силу, а ощущение внутреннего сосредоточения магии превращалось в дикое напряжение, сковывающее все мышцы. Не разорвать даже верёвки. Снова слабая, беспомощная, но в этот раз не одна, а рядом с самым дорогим, что есть. Оглядевшись, она заметила бессознательных Миру и Зои. Живые. Грудь вздымалась вверх, вниз, но дыхание становилось прерывистым и ускорялось, а пальцы подрагивали. Сопротивляются. Скоро проснутся.       — Зачем тебе они? Тоже убили твою семью? — хрипя, спросила охотница, чьё лицо всё больше искажал гнев.       Тело наклонилось вправо. Машина завернула влево. Руми старалась запомнить хотя бы повороты, чтобы в случае невозможного освобождения знать, куда бежать.        — Нет. Это залог того, что ты никуда не денешься и проследуешь со мной к цели, — спокойно, невероятно обыденно произнесла женщина. Находка для шпионов.       Надежд на то, что Юну можно образумить, почти не было. Кажется, она продолжала жить мечтами, не понимая, насколько мир жесток. Глупо доверять тому, кто развязал чудовищную войну, кого люди называли сатаной, а охотницы и охотники — Гви-Ма. Либо Руми рано повзрослела, либо перед ней сидела сумасшедшая охотница.        — Почему ты так уверена, что он дарует душам твоих мужа и дочери свободу? Где доказательства? — начала рушить установки генерала Руми, периодически оглядываясь на просыпающихся девочек, чтобы вовремя прекратить говорить о своих метках и сущности.        — Ты моя гарантия. Не представляешь, как ты ему нужна. Каждый раз, когда он называл твоё имя, адское пламя загоралось сильнее. Он слишком долго тебя искал и будет крайне благодарным, когда я тебя доставлю. Платой будет моя семья.       Крайне мало, что было известно о жизни Юны. Никто не сможет прочувствовать то, что пережила она. Если помешанность настолько сильная, что женщина пожертвовала всем сопротивлением ради родных, то её любовь была настоящей. Удивительно, что она не превратилась в серую скорбь, разъедающую душу. Или это уже произошло?        — Гви-Ма получит меня. И что тогда? Там будут легионы демонов. Один взмах, и ты окажешься в небытие вместе со своими...        — Ты настолько глупая? Не пытайся переубедить меня или посеять сомнения. Я уверена в том, что твоя жизнь дороже всего. На случай нарушения уговора я сделаю свою последнюю ставку.       Разумеется. Живая полезнее мёртвой. Ставка — жизнь Руми. Стало так противно от гадкого чувства, что в войне и вправду виновата она и тысячи смертей на её совести. Засохшая, липкая кровь на пальцах служила доказательством. Сердце пронзило внезапным осознанием смерти двух дорогих людей, за чьи жизни она готова была мучиться в аду вечность, но, к сожалению, обрекла на это их. Если умереть, то решится половина войны. Интересно, куда попадают гибриды после смерти? В рай? В ад? Просто исчезают?       — Гви-Ма — король обмана, Юна. Ты настолько глупа, что поверила ему? Перехитрить дьявола? По-моему, всегда было наоборот. Пойми, может случиться всё, что угодно, и ты даже не поймёшь, что случилось, как тебя пронзает стрела, лезвие клинка или пуля. Ты убьёшь всех нас и никого не спасёшь. Ещё не поздно передумать, — Руми будто разговаривала со стеной. В ответ всё тот же самоуверенный взгляд и сдержанный тон.        — Я была глупа, когда решила не вставлять тебе в рот кляп. Надо было учитывать, что ты демон.       — О чём она говорит, Руми? — слабым голосом внезапно спросила Зои, отрывая свою голову от деревянного каркаса грузового отсека.        Сердце бешено застучало, и буквально стал ощущаться утекающий контроль — тайна, скрываемая годами. Только не сейчас. Не из уст предательницы. Но Юне доставляло это особое удовольствие, ведь прекрасная нежная женщина была по совместительству жестокой садисткой.       — Не верь ей, она предательница, — гневно сказала Мира, через тон которой сочился гнев и ненависть к бывшему примеру подражания.       — Я бы не бросалась такими словами. Предатель вовсе не я, — она зловеще улыбнулась, смакуя крах авторитета командующей, — а ваша любимая Руми. Командующая, безупречная охотница, одарённая чудным магическим даром и по совместительству демон.        Глаза девушек расширились, несмотря на явную слабость ко всем движениям. Зои замотала головой. В их глазах отражалась внутренняя борьба с реальностью. Руми готова была провалиться под землю, исчезнуть, лишь бы не видеть это разочарование и растущее недоверие. Было видно, как у них постепенно выстраивается картинка, но не этого было мало. Ей нужно было уничтожить Руми в глазах лучших подруг.       — Вы не ослышались. Она от своего рождения дефект природы и самый страшный позор всех охотниц. Гибрид. Получеловек, полудемон. Мерзость пред природой. Яблоко раздора, из-за которого началась эта война и не закончится, пока её не станет.        Мира с грозным рёвом дёрнулась на женщину, но вместо удара лишь натянула верёвку, привязанную к скамье до предела, вызвав у объекта злости лишь усмешку. Руми могла только представить, как девочки хотели убить Юну минимум за предательство. Это была самая горькая правда в их жизни. Лучший друг — творение тьмы. И узнали они об этом даже не от неё.       — Как ты смеешь говорить такое?! Гнусная предательница! Думаешь, мы поверим тебе после всего случившегося? — не унималась Мира.        — Это правда.        От резко переведённого гневного взгляда стало жутко. Глаза смотрели в пол, боясь произнести ещё хоть слова под тяжёлым молчанием подруг. Она постоянно испытывала стыд и ненависть к себе, но всегда боялась его со стороны близкого окружения. Почему всё рушилось так быстро? Слишком быстро. Боли внутри и так было много, теперь же это стало всей наполняющей девушки. Я ошибка.        Всё снова наклонилось, но уже влево. Кузов резко подался в бок, заставляя груз скатываться по направлению крена. Не похоже на поворот. По телу пробежался холодок, который ощущался только при присутствии одного существа на земле. Это ощущение запомнилось и въелось в сознание, так что спутать просто невозможно.       Машина остановилась. Юна призвала оружие, подходя к выходу. Девушки в напряжённом ожидании с опаской переглянулись, забывая шок от недавней новости, настраиваясь на битву.        В сердце затрепетала надежда с переломанными крыльями, игнорируя ощущения. Неужели это спасение? Другие штабы так быстро отреагировали на сигнал бедствия?       Створки резко распахнулись. Чьи-то сильные руки схватили женщину и вышвырнули из грузовика. Через минуту пальцы закололо от прилива сил и магии. То, что было в голове, не складывалось с реальностью. Такого просто не может быть. Действие артефакта исчезло, но холодное присутствие осталось.        Зои незамедлительно призвала клинок и разрезала свои верёвки, помогая остальным. Руми поразило, что она даже не остановилась перед её, запачкаными кровью, руками. Возможно, это шок от абсолютно быстрой смены череды ужасных событий или незаслуженное доверие...       Всё это время двери оставались распахнутыми, а за их пределами слышались звуки жестокого боя. Впервые было страшно выходить из плена и чувствовать свободу, ведь вероятность, что за пределами грузовика свои — невеликая. Руми уже знала, кого встретит, но боялась признать это.       Спрыгнув одна за другой, вставая в оборонительную позу, охотницы выбрались из кузова, но сразу оказались в замешательстве. Демоны дрались с демонами, а Джину сцепился в жестокой схватке с Юной.        — Кому нам помогать? — растерянно спросила Зои, метнув клинок в подбегающего к ним демона-парня с безумным лицом.       Мысли путались. Здесь не было хороших, только плохие. Нужно бежать.        — Уходим, — быстрее додумалась Мира и шагнула в сторону, но ей сразу преградил путь до боли знакомый демон. Эбби.        Вместе с ним их окружили ещё три демона, и в их числе был тот новичок, малыш. Ненависть заглушила все мысли, и Руми ринулась в бой, стремясь нанести смертоносный удар, который наконец сделает мир чище на одного демона. Он должен поплатиться за смерть Луки. Око за око. Зуб за зуб.       Началась схватка. Командующая безжалостно наносила удары, с каждым разом обезоруживая врага ещё больше. Лезвие было так близко к шее противника, пока краем глаза она не заметила, как Юна с сумасшествием прижимает лезвие меча к Джину. Происходящее явно не запланировано. Это не спасение. Это перехват. Но зачем?       Руми сама не поняла, что ей двигало в тот момент, но без раздумий катана полетела прямо в руку предательницы, вызывая вскрик и неминуемое поражение. Юны и Руми. Демон ударил в солнечное сплетение, выбивая весь воздух, и девушка рухнула на асфальт дороги.       — Остановись! Не трогай её! — громогласный возглас, вернувший дыхание и сознание.        Оттолкнув отпрянувшего парня, она ринулась прямиком к спасителю с полной уверенностью в своей внезапности. На войне умирают каждый день. Сегодня умрёт командующий демонами.