Твой свет во тьме.

Карина Соловьёва — хрупкая девушка с бледной кожей и глубокими голубыми глазами, в которых отражалась тоска. Её светло-русые волосы казались безжизненными, как и её улыбка: редкая и вымученная. На руках следы старых и свежих шрамов, тщательно скрытые под длинными рукавами. Ей 22, но в глазах усталость тех, кто прожил вдвое больше. *** Санкт-Петербург, 4 июня. Концерт. Гул толпы, горячий свет софитов, грохот басов - всё это сливалось в один оглушающий поток. Карина стояла в первом ряду фан-зоны, сжимая в руках билет. «Наконец-то», — думала она, глядя на сцену, где вот-вот должен был появиться он. Глеб. Человек, чьи песни годами вытягивали её из бездны. Когда он вышел, зал взорвался криками. Карина не кричала — она просто смотрела, затаив дыхание. Каждое слово, каждый звук его голоса пропитывали её, как дождь сухую землю. Концерт шёл достаточно энергично. Группа исполнила песни из первых альбомов, напоминая фанатам о начале своего творческого пути. А потом заиграло «Слаб». «Ты прости, что я так слаб.. Я не знаю, где искать То, что сможет прекратить Бег от самого себя..» Грудь Карины сжало. Глаза наполнились слезами. Она не сдерживалась и плакала, чувствуя, как боль, которую она годами носила в себе, вырывается наружу. Потом «Где ты». Глеб спустился со сцены, пробираясь сквозь толпу. Фанаты тянулись к нему, но он шёл вперёд, пока его взгляд не упал на светловолосую девушку. Карина. Голубые глаза, полные слёз, но губы шептали слова песни в унисон с ним. «Где ты? Я бегу за тобою…» Он замер. Её голос. Тихий, но чистый, пронзительный. Будто она пела не просто его песню, а проживала её. Глеб протянул руку. Карина заколебалась, но её дрожащие пальцы сжали его ладонь. — Давай со мной, — сказал он так, будто знал её сто лет. Толпа взревела, когда он поднял её на сцену. Девушку трясло, сердце колотилось так, что казалось, вырвется наружу. — Всё хорошо, — солист обнял её за плечи, чувствуя, как тело напротив дрожит. Викторов попросил организаторов подать второй микрофон, который любезно отдал фанатке. — Как зовут? — спросил он тихо, так, чтобы слышала только она. — Карина, — ответила девушка, пытаясь унять дрожь в голосе. — Красивое имя, Карина, — парень улыбнулся — не грусти, родная. Затем прозвучали первые аккорды следующей песни и фанаты сразу узнали популярный трек. «Отпускай». Их голоса слились воедино. Она пела, забыв про страх, про боль, про всё. В этот момент она была живая. А он смотрел, как она дрожащими руками сжимает микрофон. Зал аплодировал. Глеб улыбнулся и снова обнял девушку. — Спасибо, — прошептал Викторов ей на ухо. — это было великолепно. Карина улыбнулась в ответ и сделала шаг назад, собираясь уходить, но Глеб резко схватил её хрупкое запястье. — Ай! — она дёрнулась, лицо исказилось тревогой. Викторов тут же разжал пальцы, но уже почувствовал ровные шрамы. Их глаза встретились. «Что с тобой случилось?» - промелькнуло в голове Глеба. Он сжал губы, но ничего не сказал на этот счёт. Только тихо, чтобы никто не услышал произнёс: — После концерта. Останешься? Карина кивнула. Она вернулась в толпу, но теперь знала — сегодня что-то изменится.