Грёза

      Хенджин выскочил из леса и тут же заголосил: — НАРОД!!! СРОЧНО!!! ВСЕ СЮДА!!!       Долго ждать ему не пришлось. Пятеро оставшихся в лагере или рядом с ним ребят обнаружились на кухне, о чем ему громогласно заявил Минхо: — Тащи сюда свой хорёчий хвост и объясняй, что происходит! — Мы нашли, как качать репутацию с Тизами! — воскликнул Хенджин, вбегая в кухню. — Так что давайте, грузим все, что есть, и бежим! — Тормози, бегун, — осадил его Минхо, поглаживая своего пантерёныша, спрятавшегося под ногами хозяина от шумного человека. — Сначала расскажи толком. — Мы пошли за травой, а потом я услышал, что в той стороне, где мы Тизов встретили, бой идет, и мы туда побежали, и помогли им, а Сынмин пошел и убил того жреца, а тот был, между прочим, аж девятого уровня, а потом его все благодарили, и Юнхо ему что-то дал, а Сынмин взял и вот! — протараторил Хенджин на одном дыхании и восторженно оглядел остальных. — Видать, хорошую вы траву нашли, — хмыкнул Минхо. — Эк тебя накрыло. Поделитесь? — Да, Сынмин сказал, что трава хорошая, а… — до Хенджина дошло и он возмутился. — Эй, я правду говорю! Так все и было! Вам же тоже должны были сообщения приходить об изменении репутации! — Приходили, — кивнул Чан. — И сейчас приходят. Мы поняли, что это вы там что-то придумали, и очень этому рады, просто не понимаем, что происходит. — Надо собрать вещи, — снова затараторил Хенджин. — Самые дорогие, какие у нас есть. — Для чего? — не понял Чанбин. — Дарить их Тизам! — А не облезут? — возмутился Минхо. — Они же потом вернут! — Уверен? — Минхо! — Хенджин! — Стоп, — хлопнул ладонью по столу Чан и, когда спорщики замолкли, обратился к Хенджину. — А они как к этому отнеслись? — Да они в восторге были! — широко улыбаясь ответил Хенджин. — Тут же принялись карманы выворачивать, но у них с собой почти ничего не было. Так Хонджун с Минги убежали в сторону своего лагеря, наверное, за вещами!       Минхо вздохнул. Да, он тоже был рад перспективе выправить репутацию с Ateez, потому что ему уже популярно объяснили, чем грозит ее плохой уровень. Но отдавать ради этого все, что они успели набрать за день? Не круто ли? С другой стороны, чем больше их будет — тем легче будет выживать. Опять же, Сонхва, как ему сказали, жрец. То есть лекарь. То есть он очень неплохо повысит шанс выживания группы. Но захочет ли он помогать? Минхо тряхнул головой. Что за глупые мысли лезут в его голову? Наверное, он поспешил, когда решил, что стресс от осознания себя в игре не сказался на нем. Хенджин прав, безусловно. Надо сделать все, чтобы союзников было как можно больше. И Ateez для этого подходят как нельзя лучше. Значит, надо шевелиться.       Пока Минхо размышлял, Чан принял решение. Они соберут самые дорогие вещи в лагере и выдвинутся в сторону поляны. Чанбин с Чонином отправились в кожевенную мастерскую. Никто так и не понял, когда Чонин успел, но он не только выделал все шкуры, что Чанбин получил от разделки, но и даже кое-что успел пошить. Все его поделки были слабенькие и дешевые, но важно было то, что он качал профессию. И сейчас около кострища в центре лагеря к куче кож добавились несколько кожаных поясов, наручей и поножей. Даже пара меховых плащей была. Осторожно выделанная шкура пантеры была водружена на самый верх кучи.       Чан пошел на склад, чтобы посмотреть, что из изначальных вещей можно взять с собой. Хенджин составил ему компанию и, пока Чан осматривал стол и шкаф, ковырялся в сундуке. Джисон метнулся в алхимическую лабораторию за готовыми эликсирами и шкатулкой с разными реагентами, которые они с Чонином притащили из леса. Минхо паковал в рюкзак самые удачные и дорогие блюда, что он смог приготовить. Эти рюкзаки вообще удивляли его. Вместительностью в десять ячеек и грузоподъемностью до пятисот килограмм, они совершенно не ощущались за спиной, пока их вес не превышал грузоподъемность того, кто их несет. Да и когда превышали, вес не давил на спину, а как будто распределялся по всему телу, просто мешая двигаться быстро. Феликс сказал, что можно перегрузиться так, что даже с места сдвинуться не сможешь, но и тогда дискомфорта не будет. То есть, ты будешь понимать, что происходит, но ни боли в спине, ни потянутых мышц. Чудеса, да и только. В этом виртуальный мир нравился Минхо гораздо больше реального. Он уже и забыл, когда было такое, чтобы у него вообще ничего не болело. Профессиональный танцор, что с него взять. Но тут, в этом мире, он вспомнил, как же это клево. По привычке взвесив в руке рюкзак, он решил, что хватит, и вытащил его на улицу.       Около кострища уже собралась внушительная горка вещей. Оказывается, они успели обзавестись довольно-таки приличным количеством барахла разной степени ценности, и теперь Чан стоял рядом и ошарашенно смотрел на все это. — Как мы это понесем? — вырвалось у него жалобно. — В рюкзаки не вместится, — опечалился Хенджин. — А может…       Чанбин начал было говорить, но внезапно замолчал и почти бегом направился к складу, к которому они с Чаном стаскивали камни и деревья для будущего строительства. А все из-за того, что на книжной полке Чан нашел книгу по строительству, и там было сказано, что для возведения новых или улучшения уже имеющихся построек требуются именно камень и древесина. Но Чанбин точно помнил, что там было несколько тонких деревьев, которые могли подойти для его задумки. Схватив два из них, он притащил их к ребятам. — У нас же есть простыни?       В глазах Чонина вспыхнуло понимание. — Мягкие носилки! — воскликнул он и Чанбин кивнул.       Много времени на то, чтобы объяснить идею остальным, не понадобилось. Будучи айдолами, они, к сожалению, были довольно близко знакомы с мягкими носилками, представляющими из себя кусок брезента, зафиксированный на двух легких металлических трубах. Бывало, что после концерта кому-то становилось плохо, и именно на таких носилках их несли в машину скорой. Так что теперь сделать упрощенную версию носилок было несложно. Тонкие деревья, когда с них обрубили самые толстые ветки, выровнялись в белой вспышке и превратились в «жерди». Простыни же пришлось пришивать толстыми нитками, но Джисону достаточно было сделать всего по несколько стежков с обеих сторон, и система поняла, что от нее хотели. «Примитивные носилки. Класс: обычный. Тип: оборудование. Описание: Простейшие носилки, сделанные из неструганных жердей и куска ткани, тем не менее, могут помочь перенести раненого друга. Или кучу вещей. Грузоподъемность: 200 кг. Вместимость: 1 человек/20 ячеек. Переносимый вес: -5%. Требования: нет. Прочность: 40/40 Вес: 10 кг. Цена: 25 медяков.»       Но радовались, что унесут всё на одних носилках, они недолго. Груз, хоть и немного облегченный и разделенный на двоих, все равно не влезал, а полную загрузку носилок не потянули бы даже Чан с Чанбином, поднявшие себе Силу до семи единиц каждый. Пришлось делать еще двое носилок. Только тогда они кое-как смогли распределить вещи и, наконец, двинуться.       Путь был безопасен, но никто не расслаблялся. Шли довольно быстро, лишь несколько раз останавливались, чтобы восполнить запас сил водой, взятой с собой в походных фляжках, найденных в хижинах, да подобрать заячьи тушки. Это питомец Минхо, отправленный им на свободный выгул в пределах десятка метров от хозяина, периодически находил нерасторопных зайцев и охотился на них. А потом, гордый собой до невозможности, приносил добычу, за что получал почесывания за ушами и кусочек вяленого мяса из мешочка. Пантеренок уже имел внушительный третий уровень, почти догнав своего хозяина и, вообще-то, тоже был довольно опасен, но Минхо с ним сюсюкался, как с домашним котенком.       Выйдя, наконец, на поляну, где собрались Ateez в компании Сынмина и Феликса, ребята выдохнули и поставили носилки на землю рядом с кучей вещей, которую заметил Чан. Сынмин и Феликс ввели их в курс дела, рассказав про вычисления Ёсана и устроенное для них представление. Пока Стреи разговаривали, Тизы с интересом разглядывали принесенное их будущими союзниками. — Это же шкура той пантеры! — изумился Уён. — Как они это сделали? — Думаю, кто-то из них взял профессию «Сборщик трофеев», —ответил ему Ёсан, поглаживая мягкий меховой плащ, сшитый из заячьих шкурок. — И «Кожевника» кто-то качает. — Качать профессии вместо того, чтобы качать уровни? — удивился Юнхо. — Темный жрец качал их, и его уделал Сынмин, у которого в три раза меньший уровень, — напомнил Ёсан. — Он его не один уделал, — не согласился Юнхо. — Никто из нас не мог с ним уровнем сравниться. — Зато нас было много. — Благодаря тому, что они качали профессии, мы теперь сможем репутацию выправить, — положил конец их спору Сонхва.       Юнхо замолчал, но отказываться от своей точки зрения не стал. Он и правда считал, что нужно активно качать в первую очередь именно уровни, чтобы исключить опасность умереть насовсем. Однако, ему пришлось признать, что Стреи, хоть и тратили время на прокачку профессий, по уровням от Эйтиз не отставали. И ему было очень интересно, как они это провернули. Сам он сейчас имел четвертый уровень, как и еще пара ребят из его группы, у остальных же был третий уровень, и это понятно. Они — маги, активно качавшиеся на окрестных зайцах и мелких кабанах. Но как качались ребята, у которых магии не было? Идти в ближний бой — мало того, что опасно, так еще и больно. Юнхо уже имел сомнительное удовольствие прочувствовать на себе боль от нападения зайца, поэтому не верил, что кто-то пойдет на такое добровольно и в здравом уме. А стрелять у них умели явно не все. Хотя, Сынмин, припомнил Юнхо, убил темного жреца чем-то типа дубины. Значит, все же, ближний бой. И неплохо прокачаный, потому что ему потребовалось всего два удара, тогда как два попадания от Чонхо и Ёсана врагу сняли в общей сложности позорную четверть ХП. А ведь Сынмин на вид — самый хлипкий в своей группе. Почти. Третий уровень еще был у Минхо и его питомца, но те вдвоем составили бы определенную конкуренцию любому игроку четвертого уровня. Так что не считается.       Ёсан тем временем раскладывал вещи по кучкам. Ему нужно было собрать минимум восемь наборов примерно одинаковой стоимости для максимально эффективной прокачки репутации. Но его внимание привлекла пара шкатулок. В одной из них он обнаружил реагенты для алхимии, явно собранные в окрестном лесу. А вот вторая была в руках Чанбина, который о чем-то говорил с Чаном и Минхо. Ёсан, вместе с заинтересовавшимся Сонхва, подошли к нему Ёсан, дождавшись, пока его заметят, показал пальцем на шкатулку, а потом просительно сложил ладони лодочкой. Чанбин недовольно что-то проворчал, но шкатулку открыл и показал ее наполнение.       Это была его маленькая сокровищница. Чанбин складывал в шкатулку все интересное и необычное, что находил в тушах животных. Нет, он не собирался присваивать свои находки. По его плану вечером, когда все соберутся перед костром, он должен был отдать их тем, кто принес добычу. Он прекрасно помнил, что из кого выпало и что где было найдено, так что проблем с дележкой не видел. Если кто-то захочет поделиться — он не против, но пока что самое главное, что он имел с разделанных туш — прокачка навыка и немного опыта. А навык давал ему довольно многое, и даже кое-что неожиданное. Мало того, что с каждым уровнем у него уходило все меньше времени на снятие шкуры и разделку, так он теперь еще и видел, что именно с туши можно взять. Из пантеры, например, получилось вырезать не только сердце и печень на кулинарию, но и собрать клыки и когти на ювелирное дело. Неожиданным же стало то, что с пятого уровня «Сбора трофеев» у него стал повышаться шанс критического удара по тем существам, которых он разделывал минимум трижды. Зато прибавка была в целых десять процентов. Если подумать, то это, конечно, логично. Зная, как устроено тело существа, ты сможешь ударить в слабое место. Так что, по сути, у него в руках была шкатулка с вещами, которые он не считал своими. Об этом он и говорил со старшими участниками группы. Но теперь, когда Ёсан попросил его сокровища, Чанбин нехотя, повинуясь кивку Чана, открыл шкатулку и показал окружающим ее содержимое. Несколько колец, сережек, три кулона, цепочка, полтора десятка небольших полудрагоценных камней, странный серый камешек с черными и белыми прожилками, один клык пантеры в отличном состоянии и два необычных наконечника для стрел. Суммарная стоимость всего этого богатства должна была быть достаточно неплоха на их уровне и Чанбин даже немного гордился тем, что нашел столько всего полезного, но все его эмоции вдруг перекрыло изумление. Ведь едва он открыл шкатулку и туда сунулось два любопытных мембера другой группы, как Сонхва затрясло. Натурально затрясло крупной дрожью. Ёсан, увидевший, что с его другом что-то не так, попытался что-то сказать, но Сонхва его не слушал. Он зачарованно смотрел в шкатулку и дрожал. Чанбину аж не по себе стало от такого. А потом Сонхва осторожно ткнул во что-то в шкатулке пальцем, поднял глаза на Чанбина, жалобно изогнул брови и протянул вперед сложенные лодочкой руки. — Чего это с ним? — Чанбин сам не знал, кому он задает этот вопрос. — Похоже, он очень хочет что-то из твоей шкатулки, — ответил Чан.       Чанбин заглянул в шкатулку, но так и не понял, что именно так заинтересовало Сонхва. Но тонкий палец будущего жреца тут же влез в поле зрения и ткнул в странный камушек. Сонхва разве что пританцовывать от нетерпения не начал. — Если он ему так нужен, почему тогда не берет? — удивился Чанбин, глядя на переминающегося с ноги на ногу дрожащего Сонхва. — Потому что помнит о том, что надо репутацию качать, — фыркнул Минхо. — Да отдай ты ему уже камень. — Сам отдай, — пробурчал Чанбин. — Я его боюсь. Он неадекватным выглядит. Вдруг он меня укусит?       Минхо закатил глаза, достал из шкатулки серый камешек с черными и белыми прожилками и вложил его в протянутую ладонь Сонхва.       Едва получив вожделенный осколок, Сонхва бросился к противоположному краю поляны. Юнхо, на которого он налетел, успел лишь поймать едва не упавшего Сонхва и спросить у него: — Да что они тебе такого дали? — Осколок алтаря! Они отдали мне осколок алтаря! Мы сможем починить его!