Холодный цвет твой

      Альберих проснулся как не странно днем. Никто его не будил, не звал, что было довольно странно. Мальчик слез с пастели и, вступив на холодный пол, улыбнулся и, хихикнув, начал по нему бегать. Не будет забывать, что это все еще маленький мальчуган, у которого детство в волосах.       Набегавшись, мальчик пошел в ванную комнату, где привел себя в порядок, убрал лишние локоны, что растрепались во время сна. Одевшись нарядно, Альберих улыбнулся, когда глянул на себя в зеркальце.       Он был одет в строгие штаны синего оттенка, на пуговицах был изображен герб Каэнри. Такую одежду делали только для высшего общества. Строгая рубаха белого цвета, украшенная рельефом на груди, показывала стройность мальчика, и его пока не широкие плечи. Рукава Кэйи были такого же рельефа, как и грудь мальчика. Все это подчеркивал синий пышный бант по середине рубашки, в центре которого был голубой алмаз. Один лишь этот камень мог обеспечить половину населения того же королевства мела.       Кэйя накинул на себя накидку, которая была просто что-то с чем-то. Снаружи она украшена звездами и яркими созвездиями, таких как небесный кит и пилигрим. А также созвездия великих архонтов, как знак примирения, и что все равны. В самом низу накидки золотые рюшечки, что приятно касались тела мальчика, когда он надевал ее для какой-нибудь прогулки с отцом. Сверху тоже находилась вышивка из золотой нити, которая украшала вверх.       Внутри накидки был бархат, нежный и приятный. Мальчику нравилась эта накидка, и он берег ее, как мог, и это умиляло его отца. То, как его чадо обходит лужи и другие «катастрофы»...       Налюбовавшись собой, мальчик вышел из комнаты и пошел искать Дмитрия, но на пути встретил своего отца, который, как понял Кэйя, устал от чего-то. Альберихи улыбнулись, и отец спросил:       — Мой дорогой сын собрался на свидание, аль отцу кажется?       — И тебе доброе утро, пап! Нет, не на свидание! Как ты мог о таком подумать? Мне всего 5!       — Ну а что? В твое время знаешь сколько за мной девиц бегало? Мари, Лю-       — Ага, знаем мы. На расхват был у прос-       — Закрой рот, Дмитрий. Не при детях же. – Сказал император, посмотрев на своего слугу, который все еще был огорчен недавними событиями. Ирмин оглянул его с ног до головы и облизнул свои губы, на что Дмитрий фыркнул и поморщился от недовольства, но в душе стало теплее, когда его наряд оценили. На нем элегантно сидел костюм, недавно подаренный императором.       На мужчине была темно-синяя рубашка с рюшами, украшенная звездами и солнцем. Талию его подчеркивал ремень с плотно прилегающий к телу. На его груди виднелось украшение с изображением луны на лицевой стороне, и это украшеие было реликвией семьи Дмитрия... или де его самого? На плечи свои Дима положил что-то на подобии пиджака, украшенный рюшечками и кружевами, что было к лицу Дмитрия, что сжал свои кулаки из-за пожирающего взгляда своего господина, который прищурил свои глаза.       — Вы сегодня оба при параде… Мне кажется, ты его хочешь в бордель свести, мой дорогой Дмитрий. – Сказал Ирмин с улыбкой на лице.       — А что такое бордель?       — Не важно, Кэйя. Ирмин, имей совесть!       — Я буду име-       Кэйя не услышал, что сказал его отец, ибо ему заткнули уши. Но Альберих понял, та шутка, что произнес его отец, удалась, ведь он улыбнулся, в то время как Дмитрий покрылся легким румянцем. Но Кэйю интересовало лишь одно.       Что такое бордель?       — Так все-таки, куда вы? Не помню, что бы сегодня был какой-либо праздник.       — Мы с Кэйей с цирк идем, как официальные представители королевской семьи.       — Вот как… Что-ж, тогда можете идти. Вам дать охрану?       — Не стоит, мой дорогой император. Вы же помните про встречу через три дня?       — Да-м. – сладко произнес мужчина, все еще любуясь своим подданым. Такой красивый, и об этом он скажет ему вечером. — Не опаздывай, мой милый Дмитрий. – Сказав это, Ирмин начал удаляться, но, кое-что вспомнив, развернулся, снял свою корону и положил ее на голову своего сына. Он ничего больше не говорил, просто ушел.       Дмитрий посмотрел на наследника и сделал тому комплимент, ибо перед ним сейчас находился император, если не знать, кто на троне.       — Пошли. Нам еще надо стобой найти карету.       —Зачем нам такие понты? Мы же просто едим в цирк!       — Это шаг к «примирению».       — А… Дмитрий, вы уверены, что мы не может поехать на лошади? Да и кто вообще узнает, что мы там?       — Я сообщил цирку, что приедет юный наследник, который хочет, чтобы ему оказали прекрасный прием.       — О Боже. И вот надо тебе. Ладно. Погоди… Искать??       — Я не знаю, куда кучер должен приехать. Будем надеяться, что к главному входу.       — Прекрасно. Дмитрий, вы плохо выполняете свою работу.       — Кэйя.       — Хорошо – хорошо! Не буду.       — Не перебивай, и тем более, ты выходишь из роли.       — Извините…       — Пошли уже. – Дмитрий и наследник пошли медленным шагом к главному входу, которого их ждал кучер.       Альберих сел в карету и посмотрел на Дмитрия, что задумался о чем-то. Кэйя хотел спросить, что случилось и о чем он думает, но промолчал и начал смотреть в окошко. В мыслях опять всплыл скрип. И тут мальчик уже начал со стороны думать об этом. И вдруг вспомнил одно. Тварь приняла облик Джинн.       Дмитрий заметил, как тот был напуган и спросил в лоб:       — Опять думаешь на счет твари?       — Откуда вы…       — Я там был. Я видел твое мастерство и технику. Ты довольно силен для своего возраста. И все же, о чем ты беспокоишься?       — Тварь приняла облик Джинн. Это меня до жути пугает. Тебе не известно, что с ней?       — Нет. Может тварь ее просто видела?       — Разве скрип не принимает форму убитых и тех, кого она слышала?       — Нечисть ее знает. Я отправлю весточку в Монштадт.       — Спасибо. Мы скоро приедем?       — Да, должны. Отдохните, нам еще целый день бегать по ярмаркам и шатрам. Не забывайте нашу цель.       — Да, хорошо. – Сказав это, мальчик начал снова смотреть в окно и наблюдать, как простой народ работает на поле, и это убаюкивало Альбериха.       Вскоре мальчик уснул. Дмитрий, наблюдавший за этим, умилялся и вспоминал, как его отец тоже спал в дороге. Дмитрий погрузился в свои мысли и не заметил, как они подъезжали к цирку. Он разбудил мальчика и сказал:       — Мы уже приехали, мой дрогой наследник. Добро пожаловать в цирк королевства мела! – С этими словами Дмитрий улыбнулся и глянул на довольное лицо Альбериха, что наполнилось счастьем, когда он увидел множество палаток и лавок с разными вещами, которые продавали люди, что смотрели на карету.       Многие дети бежали за каретой и неважно кто: богатые или бедные. Здесь все были равны. Альберих смотрел на других детей и махал им своей детской ручкой, а также улыбался и смеялся, когда ему корчили смешные рожицы.       — Дмитрий, кто это?       — Ваши подданные, мой дорогой наследник.       — Почему я не вижу их на дворе нашего замка?       — Для вашей безопасности. Никто не знает, чем они болеют и какие у них планы.       — Но ведь я не сделал им ничего плохого.       — Это не имеет значения. Кэйя, пойми, они другие…       — Они люди и мои подданные! Почему вы так сильно не любите нас? – Сказал Альберих от лица народа. Он понимал, что есть плохие люди, но все же всех можно изменить, нужно лишь надавить на слабую точку человека и узнать его. По крайней мере так думал Кэйя. Да, по-детски, но он ребенок, который не видел ничего плохого. Можно сказать он жил в «волшебном мире».       Кэйя глянул в окошко, как только карета остановилась. Кучер открыл пассажирам дверцу и помог им вылезти. И перед ними возникла волшебная картина.       Под ногами Альбериха была красная ковровая дорожка, которая вела в главный шатер, что был огромным. Настолько огромным, что аж казался замком. По бокам дорожки стояла огромная, по-настоящему величественная трупа цирка.       Огромное количество всего и это только первые секунды того, как они ступили на ковер.       Резко начала играть музыка. Яркая и веселая. И парад цирка начался. В первых рядах шли молодые девушки в прекрасных пышных платьях и запевали песню о том, как чудесен этот цирк, и что это дом для многих людей, и «дом» может принять всех. И песенка Кэйю очень заинтересовала. Она была веселой, и она очень сильно запала мальцу в душу. Эта торжественная песня исполнялась под живой оркестр, который шел сзади в колонне. И мелодия идеально подходила по содержанию.

«Вечер светит, огни горят,

Цирк наш снова отворяет ворота,

Смех и радость, звучат из фанфар,

Здесь, в этом мире, каждый имеет репертуар.

Цирк — наш дом, где мечты сбываются,

Сквозь чудеса, сердца зажигаются.

Слоны танцуют, и клоуны смеются,

И все в этом волшебстве остаются.

На арене жонглеры в плясе,

Птицы в небе, словно звезды припляся

Так танцуют и поют свои райские песни.

Все болезни, что известны, мигом проходили

Цирк — наш дом, где мечты сбываются,

Сквозь чудеса, в сердца зажигается.

Цирк — наш дом, где мечты сбываются,

Сквозь чудеса, сердца зажигаются.

Слоны танцуют, и клоуны смеются,

Так пусть звучит наш цирковой зов,

Вместе с мечтой мы создаем любовь.

Цирк — наш дом, под небом звёздным,

Здесь мы навечно, в счастье золотоносном».

      Эта песенка о доме, эта песенка о прекрасной любви трупы к своему цирку, и это было видно очень хорошо, ведь клоуны во время выступления выглядели очень счастливо, шествуя в этом параде.       Альберих смотрел с восхищением на механических кукол из Фонтейна. У кукол не было определенного лика, ведь маски, что кружились на специальных маленьких шестах, меняли эмоцию каждый миг. То на лице куклы было счастье, то удовлетворенность, то грусть, то спокойствие. И это забавляло не меньше, чем ее тело. В груди куклы была клетка для маленьких пташек, таких как: канарейка, попугайчики, амандины и другие. В этой клетке было много птиц, которые перепрыгивали с жердочки на жердочку.       И таких кукол, что исполняли танцы, было 12, по крайней мере столько увидел Кэйя. Его внимание привлекли акробаты, что выполняли трюки. Мужчины делали сальто, а девушки колесо, и никто из них не останавливался. Потом Альберих заметил жонглеров, которые кидали разные ножи, бутылки с горючим и тому подобное. Кэйя смотрел на это все с горящими глазами.       Наконец, основная трупа прошла внутрь цирка, но не хватало одних персонажей – клоунов. Какой цирк без клоунов? И как только Юнец об этом подумал, из пушек, что вытащили из входа в цирк после окончания парада, выскочили три клоуна.       Один из них был одет в красно-черный наряд, словно шут. Второй был одет радужно. Третий же был в розовом. И это было очень красиво. Им подходили их образы.       Троица возникла перед Дмитрием и Кэйей, после чего они хором сказали:       — Добро пожаловать в наш цирк, дорогой наследник! Мы рады приветствовать вас!       И тут все затихло. Был слышан лишь гул толпы, которая не думала, что наследник будет с ними. Кэйя сжал кулачки, понимая, что на него все смотрят. Альберих начал оглядываться по сторонам, но Дмитрий привлек его внимание, после чего стал всем своим видом показывать, что не нужно оглядываться, что нужно вести себя достойно. И Альберих собрался и сосредоточился.       Клоуны смешно переглянулись и с улыбкой на лице сказали вновь хором:       — Не смущайте нашего наследника! Или вам не поздоровится!       Клоун, что был одет радужно, подошел к мальчишке и сказал тихо, чтобы публика не услышала:       — Дорогой наследник, если вы не хотите этих взглядом, можем исполнить с вами один трюк.       — А это безопасно? – Спросил Альберих, с опаской глядя на своего собеседника.       — Да, ваше превосходительство. – Шут улыбнулся еще шире, когда Альберих кивнул. Дмитрий хотел что-то сказал, мол «Вы не смеете трогать его», как вдруг клоун исчез, прихватив с собой ребенка.       Дмитрий сразу начал внутри паниковать, но все же сохранил вид. Клоуны жестом показали идти за ними. И Дмитрий пошел. Он слышал, как толпа ожила и начала возмущаться, когда наследника украли.       Шуты вели Дмитрия за кулисы, неслышно посмеиваясь. И тут парень понял, что может угодить в ловушку.       Стоило ему об этом подумать, как вдруг земля ушла у него из-под ног. Когда Дмитрий провалился вниз, клоуны повернулись и присели на корточки, смотря на летящую вниз тушу.       Дмитрий падал довольно долго. Главное, он вовремя сгруппировался и смог правильно приземлиться.       Комната была темной и мрачной. Обычные серые стены, как в тюрьме. Дмитрий сосредоточился и начал осматриваться, ожидая чего-то. Вдруг свет, что горел в лампе по середине комнаты, резко потух. Стало темно. И в этой темноте послышался смех. После чего лампа вновь начала гореть. Позади Дмитрия оказался клоун. Клоун, которого он знал.       — Ну вот мы и встретились вновь, мой дорогой Дмитрий. Как поживаешь? А хотя… - Клоун выдержал паузу. – Не говори ничего. Вижу, нашел себе папика, который тебя ебет, а потом отпускает на волю. Хороший папик, не то, что те, которые покупали твое тело якобы навсегда, а потом привозили обратно, когда ты уже пошевелиться не мог из-за количества спер-       — Закрой свой рот, Девил. Он не мой папик или хозяин. Ирмин мой император, а также воз-       — Возлюбленный, знаю-знаю. Очередная любовь у великого Дмитрия Банхара. Самому не смешно от этого?       — Это больше не моя фамилия. Это больше не я. Так что закрой свой рот и выпусти меня. Мне нужно к наследнику.       — Не волнуйся, у него сейчас будет другое развлечение, которое тебе понравилось бы. Ты же так давно хотел, чтобы вся семья из Каэнри сдохла в мучениях. Мой дорогой Дмитрий, не забывай свои слова.       — Завали ебало. Я изменился. Я другой.       — Ты? – Девил улыбнулся еще шире и подошел к собеседнику вплотную, проводя по его торсу своей рукой. — Ты не изменился. Ты все еще собака на привязи. Знаешь, Дмитрий… Мне тебя жаль. Всю жизнь как ненужная шавка. Но все же, если тебя любит этот мудак, то хочу спросить. – Сказав это, клоун облизнул свои губы и,усмехнувшись, проговорил. — За что ему тебя любить?       — За… - И тут к Дмитрию пришло осознание. Это все выдуманный образ, что придумала его эгоистичная фантазия. Но разве можно винить свои фантазии и откровенные мысли? Нет, нельзя. Тем более, когда понимаешь, после чего возникают такие мысли.       Дмитрий его любил, но было ли это взаимно? Дмитрий сомневался. Ведь главная задача клоуна удалась – сломать маску спокойствия и сдержанности, которая была очень раздражительной.       — Ну что, понял наконец, какой любящий у тебя император, мой дорогой Банхара? Но не волнуйся. Я избавлю тебя от страданий любви. Только отдайся мне. Верни свою фамилию. – Клоун посмотрел прямо в запуганные глаза, что начали искать что-то.       Девил улыбался и насыщался тем, как Дмитрий из такого сильного воина стал тряпкой в один момент. Пока воин Каэнри начал быстро дышать, клоун отошел от него и сел на стул, который тут появился, как только Дмитрий потерял бдительность.       Девил уселся лицом к спинке стула, расставив широко ноги и вытянув руки вперед, положив их локтями на спинку стула. Он начал наблюдать, как сознание убивает Дмитрия. А ведь нужно было всего лишь надавить на него. Но у Девила было мало времени, нужно было делать выбор сейчас.       — Мой дорогой Дмитрий, каков твой ответ?       — Нет. Не хочу. Я хочу остаться во лжи как можно дольше. Плевать. Я справлюсь.       — Я знал, что ты так скажешь. Что ж… – Девил подошел к нему и сказал на ухо шепотом. – Тогда твой император должен знать, кто ты на самом деле. Узнает откуда ты родом, откуда у тебя этот паршивый камень и откуда тебя шрамы на теле.       — Закрой пасть, Девил. Ты не посмеешь к нему даже подойти.       — Я нет. – Сказал клоун, доставая билет из кармана Дмитрия. — Но вот ты… - Клоун усмехнулся, продолжив говорить серьезным голосом. — Ты убьешь его. Пойми, он тебе не пара. Он твое проклятие. Он распутной девкой вроде тебя одержим, но не более. Я помогу тебе, мой любимый Банхара. – В тот же момент Девил порвал билет. И Дмитрий изменился в мгновение ока.       Из зеленых прекрасных, глаза Дмитрия превратились в серые не живые. Девил улыбнулся и спросил:       — И зачем тебе все они, когда есть я? Мой милый Дмитрий, всю свою жизнь ты отвергал меня. Всю жизнь морил меня голодом. Всю жизнь я любил лишь тебя. Всю жизнь ты был моей звездой во тьме. Почему ты не мог полюбить меня? Почему он тебе нужен, зачем он тебе? Дмитрий, я до сих пор тебя люблю. Я люблю тебя с самого первого дня нашего знакомства. Почему он? Почему ты все время меня отвергал?! Почему? Я все время был рядом с тобой и прощал тебе все. Но почему я не чувствую ненависть к тебе? Почему ты еще так красив и любим мной? О Боже… я даже не могу тебя ненавидеть за то, что из-за тебя пострадал наш дом, ведь именно ты его сжег в тот день. И в тот же день сбежал из королевства… Ради чего?! Ради этого мудака, что использует тебя, как в детстве? Дмитрий… Такой монолог сложился у Девила. Он нежно обнял парня перед собой и закрыл глаза, погружаясь в свои воспоминания.       Проснувшись, Дмитрий глянул на Девила, который сидел у его кровати и читал какую-то книгу.       — Который час? – Сонным голосом спросил его Дмитрий, пытаясь сесть, но его задница болела.       — Пол второго. Дим, тебе принести что-нибудь? Лекаря позвать? Ты совсем плохо выглядишь.       — Позови отца.       — Но ведь… - Девил замялся. Он жалобно посмотрел на Дмитрия, словно собака.       — Позови отца. – Уже приказным тоном произнес Дмитрий, смотря в потолок. Его тело ныло. Было больно даже дышать. Его хотя бы отмыли от этой ночи, и на том спасибо… Эта ночь для него была очень тяжелой и больной.       Дмитрий злобно глянул на Девила, и тот, собравшись, пошел к отцу. Точнее к их господину, который продавал сирот за круглую сумму денег.       Иногда покупатели говорили, что берут зверушку навсегда, но в итоге возвращали, когда теряли интерес к ребенку. Но всегда ли их продавали? Сироток после восемнадцати отправляли в цирк, и там гораздо лучше, чем у «отца».       Девил был любимцем у отца, но мальчик боялся его. Именно отец был его клиентом постоянно…и был единственным. Папаша никогда не продавал его, оставляя лишь себе. Девил и еще две девчонки единственные, кто не продавался.       Мальчик заламывал пальцы, думая, что сказать отцу, чтобы тот пришел к Дмитрию. И по пути в покои отца встретил Александра.

***

      У Саши довольно трагичная история. Мальчик лишился всего за одну ночь. Его мать была умалишенной женушкой, которую люди использовали как хотели. Над ней издевались все.       Но она стала такой после того, как ее жених сбежал со свадьбы с другой девушкой прямо у нее на глазах. После этого ее ум покосился, и она начала сходить с ума, неся какой-то бред. И Александр родился не от сбежавшего жениха, а от кого-то, кто сам не знал о существовании своего сына.       Мать не любила Сашу. Пару раз мать пыталась утопить его, проткнуть гвоздями глаза, когда тот был еще младенцем. Но именно глаза и останавливали ее. Его глаза были голубыми, точнее синими. Они напоминали ей вороний глаз, которые она собирала и ела понемногу, когда не хватало еды. Иногда она давала их и сыну, надеясь, что он умрет, но за долгие годы у Саши выработался иммунитет к ним.       Повзрослев, Саша пытался вылечить маму. Но она лишь отталкивала своего сына, иногда кричала, что он ошибка, что он испортил ей жизнь. Но парниша не обижался. Он любил свою мать. Очень любил и ценил ее. Всегда защищал от мужиков, которые ее обижали. Но мать отталкивала его, крича на всю улицу, что продаст его, и тогда ее жизнь ее станет лучше. Но малец говорил ей не глупить.       В одно утро в дом ворвались ухажеры матери, которые начали ее бить, говоря какая она шлюха. Мальчик слышал все это, и в один момент не выдержал и, взяв в свои руки нож, подкрался к одному из мужиков и перерезал ему горло.       Мужик свалился на пол, издавая хриплые и булькающие звуки. Мать вскрикнула из-за охватившего ее в миг ужаса, и прикрыла лицо руками, чтобы не видеть столь ужасную картину. Мужики переглянулись и, усмехнувшись, подошли с двух сторон к мальчишке и начали лапать его.       Мать смотрела на это даже не пискнув. И именно на это обратил внимание Саша. Ему было плевать на то, что его трогают. Его добивало то, что мать молчала и не смотрела на него. Но мальца быстро привели в чувство.       Послышался хруст.       Кости мальчишки сломались, как соломинки. Парнишка пару секунд молчал, а после дом пронзил оглушающий крик. Истошный крик.       Мальчик упал и схватился за свои сломанные ноги, что начали сильно болеть и пульсировать. Мужчины стояли и хохотали, после чего принялись бить ногами в живот мальца.       Саша плакал. Саша звал на помощь мать, но та даже не шевельнулась.       Когда мальчик уже начал плеваться кровью, в дверь постучала бабка, живущая по соседству. Она знала Сашеньку, и она понимала, насколько паршивая у него жизнь. Она стучала долго. Когда ей никто не открыл, она пошла к милиционеру. Тот нехотя пришел к дому Александра и, открыв дверь, увидел в коридоре мальчишку, ползущего к двери.       Мент подбежал к нему, схватил на руки и понес в ближайшую больницу. Там мальчику неправильно наложили гипс, из-за чего ему пришлось ходить с костылями до семнадцати лет.       Когда Саше было шестнадцать, ему подарили костыли, которые в последствие очень полюбились парню. Их ему подарил мужчина, которого он встретил на улице. Мужик назвался «Отцом».       Он отвел его в место, где не было пути назад. Это место называлось «домом утешения». Этот мужчина пообещал Саше вылечить его ноги, если тот сможет заработать нужную сумму денег с помощью своего тела. Но, на деле это была лишь шутка…       Александра не брали даже низшие за гроши. Это его расстраивало. Он понимал, что не найдет нужную сумму. Поэтому он тратил заработок на еду для кошек, которые жили рядом с «домом утешения». Именно они привели его к «Отцу». Мальчика выгнали из дома со словами «уходи от сюда, чудовище!». И тот ушел. Он ходил за своими кошками, и они привели его в дом очага, где ему было хорошо. По крайней мере лучше, чем там, откуда его выгнали. Саша любил этот дом и… Мать тоже. До конца своей жизни.

***

      Девил посмотрел на Сашу, что по-доброму ему улыбнулся, а после спросил:       — Девил, может погуляем? Другие ребята отказались… - Александр прикусил нижнюю губу от неприятных чувств, что вызывали сказанные ему сегодня слова.       — Они снова смеются над тобой? – С грустью ответил Девил. Ему было безумно жаль паренька, стоящего напротив него.       — Да… Но не волнуйся! Со мной все в порядке! Ты ведь пойдешь со мной гулять? Девил, нам будет так весело! А может еще Диму позовем? Я думаю, он согласится в этот раз! – Саша говорил это с таким энтузиазмом, что казалось, в его синих глазах горели звезды.       Мальчик улыбнулся, от чего Девил скривился. Он хотел. Но не мог.       — Саш, может в другой раз?       — А? Да… хорошо. Ну, тогда я пойду! Опять к кошкам… - Александр скрыл свою грусть. Он развернулся и пошел на улицу в полном одиночестве.       — Прости, Саш… В другой раз точно получится.       Девил шел дальше с угрызение совести. Этого паренька в доме очага травили словно таракана, но тот все же имел здесь друзей. И Девила он считал своим другом, хоть на тот им и не являлся. Так же, как и Дмитрий.       Девил оказался у двери отца. Он стоял со сжатыми в кулак руками у огромной двери.       Собравшись с мыслями, парень постучал. Когда с другой стороны двери послышалось одобрение на просьбу войти, юноша отворил двери и прошел внутрь. «Отец» сидел в расслабленной позе вместе с двумя близняшками, что лежали, облокотившись о мужчину лет сорока, с длинными, как смоль, черными волосами. В его руке была трубка от кальяна.       – Мой дорогой Девилиан. Что привело тебя сюда? Мой милый мальчик пришел расслабить папочку? – Мужчина сказал это с улыбкой на лице, смотря на ноги парня.       Девил поморщился от полного имени. Он молчал. И лишь спустя долгую минуту подал голос.       – Отец...       – Да, мой милый мальчик? – Тот сделал вдох, наполнив рот дымом.       В какой-то момент, Девилу показалось, что перед ним сидит свинья. Жирная мерзкая свинья.       Подержав во тру дым «Отец» дунул на юношу. Дым окутал Девила, он начал кашлять и махать рукой, чтобы рассеять эту гадость.       – Отец, Дмитрий желает видеть вас.       – Дмитрий? Кто это?       – Бахерман. Тот, кого купили на трое суток.       – И что этот – Мужчина сделал затяжку. – щенок хочет? С чего вдруг я должен идти к нему?       – Отец, прошу! Что угодно сделаю, только сходите к нему.       – Что угодно? Хм... Хорошо.       – Я зайду к нему на днях. Но ты зайдешь ко мне сегодня.       – Отец, Дмитрий желает видеть вас сейчас.       – Тогда с тебя две ночи, мой милый Девилиан. Что ж, пошли. Интересно он хочет от меня. – Мужчина, встав, размял спину. – Веди меня, Девил.       Девил вместе с отцом пошли в комнату, где сейчас находился Дима. Пока они шли, парень думал, чего хочет его друг от отца.       И вот они у двери. Открыв ее, Девилиан взглянул на Дмитрия, что сидел на кровати с согнутой спиной, думая о чем-то.       – Я Банхара. И я хочу разорать наш с вами контракт. – Произнес серьезным голосом дмитрий, взглянув на мужчину. Тот рассмеялся, услышав это.       – Чего?! Что-что ты хочешь? Ха-ха! Вот умора! Банхара, у тебя мозги спермой затекли? Хотя после того, как тебя спермой залили на днях, я не удивлен такому.       – Я имею право разорвать контракт.       – Ну разорвешь ты его, а дальше что? У тебя будки нет. Только я могу дать тебе дом и деньги.       – У меня нет желания находится здесь и дальше. Мне тошно быть шлюхой за копейки.       – И? Мне нет дела до твоей желайний. Мне плевать. Пошли Девилиан, больше здесь нам делать нечего.       – Нет. – Сказал Девил строгим тоном.       – Что ты сказал? Щенок не благодарный, ты мне перечить вздумал?! Хочешь, я устрою тебе жизнь в точности, как у этой мрази?! – Начал кричать мужчина, на что улыбнулся Дмитрий.       – Девил, пойдешь со мной на свободу? Уйдем вместе от этой свиньи?       От этого у мужика совсем голову сорвало. Мужчина начал идти на Дмитрия, который надеялся, что если его и ударят, то на смерть.              – Это место сгорит в скором времени.       – Да как ты смеешь? – Мужчина схватил Диму за горло, начав души. Парень не сопротивлялся. Лишь улыбнулся, ожидая, когда его жизнь оборвется. Но, к его сожалению, Девил решил вмешаться.       Взяв с тумбы настольную лапму, Девил ударил «отца» по голове, приложив максимум силы. Мужчина упал. Парни думали, что он мертв.       Двое юношей посмотрели друг на друга. Дмитрий, резко вскачив, схватил Девила, что пребывал в шоке, и потащил к выходу.       Другие ребята выглядывали из дверных проемов, наблюдая за тем, как эти двое бегут.       Даже выбежав из дома, они продолжали двигаться в перед, не сбавляя темп. Лишь когда они оказались на довольно далеком расстоянии, они остановились.              После такого бега и так больное тело Димы стало болеть еще сильнее.              – Блять... Девил? Братец, ты как? – Дмитрий называл его так довольно редко, но сейчас, увидев напуганное лицо Девила, он понимал, что его «брату» нужна была помощь.       Дима подошел к рядом стоящему и обнял. Девил же, почувствовав тепло от объятий, прижался к другу сильнее.       – Я убил его. Я... Дима... Что мне делать? Нас убьют... Дима, мне страшно. Пожалуйста, скажи, что мне делать? – Голос Девилиана дрожал. Парень походил сейчас на совсем маленького, беспомощьного котенка. С глаз юноши сорвались слезы. Капли скатывались одна за другой по его щекам.       – Я убийца? – Вновь подал голос Девил.       – Нет... Нет, Девил. Ты не убийца. Брат, давай... просто начнем все сначала? Начнем новую жизнь вдвоем. Только ты и я. – Дмитрий тело друга своего прижал еще сильнее к себе, желая успокоить.       – А как же другие?       – Тебе не плевать? Девил, решайся.       – Нет. – Парень пытался придать строгость своему голосу. – Я не брошу своих людей. – Он разорвал объятия, немного отойдя.       – Своих? Девил, с каких пор они твои? Ты так думаешь из-за того, что они бояться вякнуть тебе что-либо, потому что за твоей спиной были мы с отцом? Ответь, дев-       – Да. Они стали моими, потому что поняли меня. Дмитрий, прошу, давай вернемся! Я приму наказание за нас.       – Мы не вернемся. Это конец. Ты идешь со мной?       – Нет.       – Тогда удачи, мой дорогой братец. Я буду помнить тебя. Бывай, Девилиан. – Дмитрий, нахмурившись, глянул на брата своего, после чего отвернулся и пошел прочь в сторону леса.       Девил стоял и смотрел на удаляющуюся спину своего товарища. Но уже в следующее мгновение его лицо исказилось от ужаса. К нему пришло осознание того, что он только что натворил. Парень упал на колени, вновь начав рыдать. Но в этот раз это была истерика, накрывшая юношу с головой.       Накрывшая Девила истерика напоминала ему ту, что была, когда он лишился своего дома. И все из-за его мачехи.       Та ненавидела Девилиана. Презирала его за внешний вид. Женщина хотела себе мужчину, а не мальчика с женской внешностью. Когда парень был еще совсем ребенком, мачеха била его.              Время шло, малец вырос, но даже в свои семнадцать он все еще напоминал юную девушку. Мачеха не могла больше избивать парня, ибо тот теперь мог дать отпор. Вместо этого она стала оскорблять его, клеветать. Она постоянно врала отцу Девила, а тот серьезно верил ей, из-за чего юноше приходилось терпеть то, как его постоянно отчитывают.       Как то раз, в голову мачехи пришла хорошая, по ее мнению, мысль. Она обвинила Девила в домогательстве. И не к какой-то не знакомой девке его возраста. А к ней самой.       В итоге Девилиана выгнали из дома. Он скитался по улицам пару недель. Но в один счастливый день он повстречал «отца» дома очага. Он забрал его, сделал своим и уверил в том, что он единственный, кто может помочь.       Девил был словно птица в клетке. Ему вечно хотелось на свободу, но он был слишком сильно предан своему «спасителю». Он всегда возвращался к нему, что он радовало «отца». Именно верность бедной зверушке нужна была мужчине.       Спустя какое-то время Девилиан наконец успокоился. По крайней мере он перестал лить слезы. Парень никак не мог выкунуть слова своего друга из головы. Он надеялся, что Дима вскоре вернется. Юноша встал на ватных ногах и вновь посмотрел вслед Дмитрию бросив тихое "прости, братец"       Сказав это, Девил развернулся и пошел своей дорогой.       Но правда ли, что они виделись в последний раз?