Father and Son

***

Оби-Ван Кеноби исчез в Силе, когда красный световой меч Дарта Вейдера пронзил его. Его коричневая, дымящаяся одежда джедая упала на песок пустыни, а световой меч отключился и упал на землю. Вейдер посмотрел на одежду и световой меч своего бывшего учителя. Император приказал ему вернуть сверхсекретные планы, украденные слабым и молодым Альянсом повстанцев. Он ненавидел эту миссию с того момента, как получил приказ, и решил передать как можно больше работы штурмовикам. И все же, когда пришло время и он отследил планы до пары дроидов, которые приземлились на Татуине, он пошел на это по импульсу. Они подошли к дому, в который дроиды были проданы после того, как их поймали джавы. Штурмовики вошли в дом и вывели Оуэна и Беру Ларс. Вейдер был удивлен, увидев их, особенно здесь, на Татуине. Но они же должны были где-то быть. Вейдер потребовал, чтобы они отдали ему купленных дроидов, но Оуэн утверждал, что они продали дроидов соседу. Вейдер почувствовал через Силу, что Оуэн говорит правду. Он колебался секунду, но затем приказал убить Оуэна и Беру. Он не мог оставить никаких улик того, что Империя искала украденные планы, это только подсказало бы повстанцам, что планы, которые у них были, действительно важны, если они еще не знали этого. Но рисковать нельзя было. Штурмовики начали разрушать дом Оуэна, когда внезапно появился Оби-Ван. Вейдер почувствовал его присутствие за мгновение до того, как Оби-Ван появился в поле зрения. Он сразу же вытащил свой световой меч и зажег его. Штурмовики заметили Оби-Вана в тот момент, когда Вейдер вытащил свой световой меч. Они были сбиты с толку и не знали, что делать: "Напасть и убить злоумышленника или ждать, пока Темный Лорд сделает это сам?". Никто из них никогда раньше не видел, как Вейдер зажигает свой световой меч, половина из них даже не имела ни малейшего представления о том, что это такое, а другая половина слышала слухи, которые они отвергали как не более чем слухи. Решение было принято за них, когда Вейдер медленно приблизился к Оби-Вану. Он не тратил лишних слов, поскольку его великая ярость и ненависть к Оби-Вану подтолкнули его к нападению на своего бывшего мастера. Броня, дышащая маска - все это было виной Оби-Вана. В последний раз, когда они сражались, он упал в яму с лавой после того, как Оби-Ван сразил его. На этот раз он отомстит. Оби-Ван пытался убедить Вейдера пойти с ним и отказаться от темной стороны, но Вейдер не хотел ничего слышать. И Оби-Ван не настаивал, нет, казалось, что Оби-Ван был озабочен чем-то другим. Как будто он о чем-то беспокоился. Вейдер списал это на страх быть убитым, потому что с самого начала битвы было очевидно, что преимущество было на стороне Вейдера. Но теперь, когда Оби-Ван был мертв, его беспокоило то, чем был озабочен Оби-Ван. И тут он вдруг почувствовал это. Откуда-то из дома доносилось такое сильное чувство страха, что Вейдер понял, что оно может исходить только от человека, чувствительного к Силе, и от кого-то с большим неразвитым потенциалом. Необученный человек, чувствительный к Силе, неудивительно, что Оби-Ван был обеспокоен. Он боялся, что Вейдер обнаружит существование этого человека. Вейдер решил, что если Оби-Ван считал, что защита этого человека стоила его смерти, то это стоило того, чтобы разобраться. - Стойте, - приказал он штурмовикам, которые собирались продолжить разрушение дома. - Подождите здесь. Вейдер оставил удивленного командира снаружи и вошел в остатки двери. Он последовал за потоком страха к задней части дома, как можно дальше от входной двери. Вейдер задался вопросом, было ли это сделано специально, но его мысли были отвлечены, когда он вошел в спальню и обнаружил маленького двухлетнего мальчика, скучившегося на кровати. Мальчик свернулся калачиком у изголовья кровати, укрывшись одеялом, и держал в руках маленького потрепанного плюшевого мишку. Мальчик поднял глаза, когда Вейдер вошел в комнату, и его ярко-голубые глаза расширились от страха, когда его взгляд упал на Вейдера. Вейдер стоял у входа в комнату, глядя на маленького мальчика с песочными волосами. Он был удивлен количеством Силы, излучаемой мальчиком. Кем бы он ни был, он определенно происходил из сильной родословной джедаев. Он наблюдал, как мальчик смотрел на него, его страх нарастал, но мальчик не плакал. Вейдер имел навязчивое чувство, что он знает этого мальчика или кого-то из его родственников, но не мог вспомнить, кого именно и где. Он уже собирался глубже проникнуть в сознание мальчика, когда тот наконец обрел голос. - Дядя Оуэн! Тетя Беру! - воскликнул он, чувствуя, как слезы наполняют его глаза. - Дядя Оуэн! Тетя Бер... - Они мертвы, - спокойно ответил Вейдер, прервав мальчика. Но хотя его голос был спокоен, его мысли бегали со скоростью света. Дядя Оуэн? Тетя Беру? Это определенно не был ребенок Оби-Вана, в этом он был уверен. И он точно знал, что Оби-Ван был единственным братом Оуэна, причем сводным. Кроме того, насколько он помнил, Беру была единственным ребенком, да и в ее семье не было потенциала Силы, а этот мальчик определенно происходил из сильной родословной джедаев. - Мертвы? - пискнул мальчик. Вейдер просто посмотрел на мальчика и кивнул. В этом мальчике было что-то особенное, его способность разговаривать с ним, несмотря на свой страх? Ведь Вейдер ясно чувствовал, как мальчик боялся, и все же он набрался смелости задавать ему вопросы. - Как мой отец? Это привлекло все внимание Вейдера. Отец мальчика был мертв? Может быть, его отец был джедаем? Но если так, зачем они сказали об этом мальчику? Он мог раскрыть себя, рассказывая об этом. - Твой отец? - спросил он. - Да, - кивнул мальчик, и Вейдер почувствовал внезапную боль. - Энакин. - Энакин?! - произнес громким голосом Вейдер, внезапно не веря своим ушам. Мальчик вздрогнул от внезапного изменения тона Вейдера, затем натянул одеяло на голову, пытаясь спрятаться. Но он не мог скрыть свои мысли от Вейдера. Вейдер немедленно проник в сознание мальчика и начал его исследовать, решив выяснить, правда ли то, что сказал мальчик. Как только мальчик произнес это имя, к нему вернулись воспоминания и внезапное чувство узнавания. Осознание того, что он знает этого мальчика, хотя никогда раньше его не видел. Войдя в сознание мальчика, он смог подтвердить то, что подумал сначала: этот мальчик был его сыном! Вот почему Оби-Ван появился даже после смерти Оуэна - он хотел спрятать его сына от него. Оби-Ван хотел украсть у него сына, как он украл его жену, которая, должно быть, была беременна в то время. Новая ярость наполнила его, и единственное, что ее удовлетворило, был тот факт, что он только что убил Оби-Вана. Вейдер дал ярости пройти, обратив свое внимание на своего новообретенного сына. Мальчик как раз поднимал одеяло, чтобы посмотреть, есть ли он еще там. Вейдер посмотрел в ледяные голубые глаза своего сына, восхищаясь его мужеством. Любой другой ребенок спрятался бы под одеялом при одном только его виде, но этот мальчик, его мальчик, остался на месте, пока он не закричал. Возможно, где-то в глубине души он знал, что Вейдер был его отцом. Вейдер не мог быть уверен, но он знал, что у мальчика был большой потенциал Силы, так что это было возможно. - Как тебя зовут? - спросил он, но говорил тихо, чтобы не напугать сына. Его сын посмотрел на него, сбитый с толку постоянными перепадами настроения Вейдера. Он еще немного помедлил, но потом, похоже, решил, что нет ничего страшного в том, чтобы назвать свое имя. - Люк, - пробормотал он, готовый нырнуть под одеяло, если Вейдер сделает какое-нибудь резкое движение. - Люк, - пробормотал Вейдер. - Люк Скайуокер. - Я не сказал тебе свою фамилию, - сказал Люк, не успев себя остановить. Под маской Вейдер улыбнулся: его мальчик был не только смелым, но и умным. В этот момент он решил взять Люка с собой. Взять своего сына с собой и обучить его искусству Ситхов. Со временем Люк станет очень сильным и не побоится использовать свою силу. Вейдер внезапно понял, что молодой Люк смотрит на него с любопытством. - Кто ты? - прошептал Люк, когда понял, что привлек внимание Вейдера. Каким-то образом его первоначальный страх перед этим человеком исчез. Ему казалось, что он знает этого человека, что может ему доверять. Но он не был уверен, ведь всего несколько мгновений назад тот кричал на него. - Я твой отец, - сказал Вейдер, уловив мысли Люка. - М... мой... мой отец? - спросил Люк, и его голубые глаза внезапно наполнились недоумением. - Но... но дядя Оуэн сказал, что ты умер. - Оуэн Ларс солгал тебе, - сообщил Вейдер своему сыну. - И он не твой дядя, а Беру не твоя тетя. У тебя нет ни дяди, ни тети. - Энакин? - наконец смог произнести Люк, пытаясь осмыслить всю информацию, которая внезапно обрушилась на него. - Дядя Оуэн не был его дядей? Тетя Беру не была его тетей? И его отец был жив? - Нет! - строго сказал Вейдер. - Меня зовут Вейдер, Дарт Вейдер. Энакин - это имя слабого человека, который жил давным-давно. Люк открыл и закрыл рот, пытаясь отойти назад, подальше от этого высокого человека, одетого в черное. Ему не нравилось, когда на него кричали или разговаривали с ним так, как сейчас разговаривал его отец. Когда он понял, что уже отошел так далеко, как только мог, он просто посмотрел на Вейдера и задумался, что будет дальше. Вейдер понял, что снова пугает своего сына. Он снова проклял Оби-Вана за то, что тот так его изменил. Когда-то у него было сильное, здоровое тело и песочные волосы, не отличавшиеся от волос мальчика. При этой мысли он вдруг понял, насколько мальчик похож на него самого в молодости. У Люка были такие же ледяные голубые глаза, и хотя он унаследовал цвет кожи матери, он был больше похож на него, чем на Падме. Падме - это имя вызывало в нем смешанные чувства. Но сейчас у него не было времени на воспоминания о прошлом, нет, он должен был взять мальчика и вернуться, потому что чувствовал, что командир начинает нервничать. Он оглянулся на маленького Люка, который все еще сидел на краю кровати, держа в правой руке плюшевого мишку. Мишку придется оставить, но не сейчас. Нет, мальчик, скорее всего, устроит истерику, а на это у него сейчас не было ни времени, ни терпения. - Пойдем, Люк, - сказал он, подойдя к мальчику и протянув ему правую руку. Но Люк отшатнулся, не уверенный. - Идти? Куда? - Я беру тебя с собой, сынок, - ответил Вейдер, прочитав мысли Люка. - Мы летим на Корусант. - Корусант? - спросил Люк, явно заинтересовавшись. - Большая планета, покрытая одним только городом, - ответил Вейдер, гадая, был ли Люк когда-нибудь в каком-нибудь космическом корабле. Он всегда интересовался пилотированием, так что было большое вероятность, что Люк тоже. - Мы долетим туда на большом корабле. Вейдер сразу понял, что попал в цель, потому что глаза Люка засияли, как две рождественские елочные лампочки. - Корабль? - спросил мальчик. - Я смогу им управлять? - Нет, - ответил Вейдер, не зная, злиться ему или смеяться. - Но я научу тебя летать, когда ты станешь старше, если ты пойдешь со мной сейчас. Люку не нужно было больше уговаривать: быть с отцом, отправиться на другую планету и научиться летать - все это было слишком заманчиво, чтобы отказываться. Поняв мысли Люка, Вейдер улыбнулся. Его сын все еще был в том возрасте, когда его легко было убедить, а это означало, что он не будет сопротивляться темной стороне. Люк вылез из-под одеяла и перебрался через кровать, чтобы взять руку отца левой рукой, а правой рукой он держал плюшевого мишку. Как только Люк коснулся его руки, Вейдер позволил Силе проникнуть в своего сына. Глаза Люка расширились от удивления, когда Сила пронзила его, но он не отстранился. Нет, что-то в этом ощущении привлекало его. Ему нравилось это ощущение, и в то же время он боялся его. Но прежде чем он успел решить, что делать, ощущение исчезло. Вейдер наблюдал за реакцией сына, а затем подождал, пока Люк снова не посмотрел на него вопросительно, ища ответы, пока мальчик безуспешно пытался найти слова. - Это Сила, - просто сказал Вейдер. - Сила? - наконец спросил Люк. - Да. Позже я научу тебя, как ее использовать, - пообещал Вейдер, видя испуганный интерес в глазах Люка. - А теперь пойдем, - приказал он, помогая Люку встать с кровати.

***