Трижды на вокзале Кингс-Кросс

Океан. Обычно, именно так ощущалась его душа. Тихая, мрачная, молчаливая – последние несколько лет она представляла собой особенно темные глубины, до которых, как правило, не добирался ни единый лучик света. Однако, кто мы такие, чтобы спорить с общеизвестными истинами? В любом правиле есть место исключениям. И сейчас был именно один из тех редких моментов, когда мужчина был достаточно свободен, чтобы провести как можно больше времени с этим самым «исключением». Но… …К сожалению, не всегда все идет так, как ему бы того хотелось. Озноб. Тревога подобралась незаметно, совсем как подводное землетрясение в бескрайних морских глубинах. Дрожь мелкая настолько, что он не сразу заметил ее присутствие, проявилась легким покалыванием на кончиках длинных пальцев. Медленной, но оттого не менее сокрушительной волной она окутала все его тело, опуская на самое дно Марианской впадины. Что-то невидимое глазу туманной и неестественно морозной дымкой маячило на границе человеческого рассудка и врожденной животной натуры. Что-то неподдельное, безумное, первобытное овивало его холодными кандалами безжизненной, но такой желанной, почти смертельной пустоты. Мандраж. Сосредоточившись на внезапно нахлынувших внутренних ощущениях, маг не сразу заметил тремор заледеневших конечностей. Безупречная осанка, которая всегда сопровождала волшебника на публике, в одно мгновение исчезла под покровом немых содроганий и буйства магической оболочки. Будто молния проникла под кожу уже согнувшегося пополам тела. Мелкие электрические заряды мгновенно впитались в кровеносную систему, разбредаясь по каждой отдельной конечности, пропитывая всякий микрон его взбудораженных нервов, концентрируясь неуправляемым потоком прямо под ребрами – где-то под сердцем. Или под тем, что от него осталось. Аффект. Буря неизвестно откуда взявшихся эмоций мгновенно поглотила сознание, заставляя его владельца то плавиться, то задыхаться, то рассыпаться соломенной трухой о границы рациональных мозговых извилин. Непонимание, уязвимость и какой-то необъяснимый дурман накатывали тяжелыми волнами, окутывали потусторонней дымкой и буквально кружили голову молодого темноволосого мужчины. А вместе с тем, внутри продолжали со скоростью снежного кома расти уверенность, предвкушение и адреналин. Что-то давно позабытое, словно вернувшееся из прошлой жизни, бесцеремонно стучало в дверь, бередя едва покрывшиеся коркой раны. Осознание. –…па? – Послышался откуда-то издалека неуверенный, приглушенный и чересчур невинный для этого жестокого мира голосок, разрезая своим звучанием купол дурманящей разум и в то же время проклятой тишины, которая липкими путами обвила сознание мага. – Ты слушаешь?.. – Это она. – Шокировано произнес мужчина куда-то вдаль, пытаясь взять под контроль вырывающееся из груди сердце. – Она наконец-то здесь… – Словно в бреду он потянулся за этой бесформенной мыслью, маниакальной идеей, фантомной надеждой на… А, впрочем, неважно на что - не теперь. – Я… Его хриплый голос оборвался на полуслове, будто намеренно давая ему возможность передумать. Вот только сердце волшебника уже успело сделать выбор. Он должен был убедиться, обязан был уточнить. Ему жизненно необходимо было подтвердить свои догадки. Их догадки. Она бы не простила его, если бы он поступил иначе. – ..Папа? – Тонкий голос вновь разрезал удушающую тишину зала, а большие серые глаза посмотрели на молодого мужчину – на отца – с легким беспокойством. Волшебник провел чуть дрожащей от приступа рукой по макушке ребенка, тем самым усыпляя и ее, и свои собственные тревоги. Эта маленькая темноволосая девчушка была единственной отрадой в его беспросветной жизни. Еще раз собравшись с силами, волшебник куда более твердым голосом обратился к стоящим у стены служанкам. – Какой сегодня день? – Спросил он, не отрывая глаз от дочурки. – Простите?.. – Неловко отозвалась одна из горничных, заслужив тем самым ледяной взгляд своего господина. – О… Я полагаю, что сегодняшний день довольно… солнечный? – Неуверенно пролепетала она, пока на ее бледных губах медленно расцветала улыбка. – На улице так тепло... Невероятно удачный день для дневной прогулки. Если Вы пожелаете, то я подготовлю… Волшебник тяжело вздохнул, пытаясь прогнать накатившую волну раздражения. Он смерил горничную взглядом, отмечая про себя буйную гриву ее кудрявых волос и россыпь золотистых веснушек. Ее внешность была чем-то средним между «абсолютно заурядной» и «достаточно привлекательной». Возможно, все дело в том, как она ее преподносила. А делала она это абсолютно бездарно. Если бы не наработанная годами профессиональная привычка подмечать незначительные детали, то маг бы ни за что в жизни не смог запомнить черт ее угловатого лица. Через несколько секунд мужчина пришел к выводу, что действительно не помнит конкретно эту служанку, а значит она, вероятнее всего, была одной из новеньких. Мадам Хелпер проводила недавно отбор? Надо бы сказать ей, что спустя столько лет ее суровые стандарты пошатнулись. – Дата. – Спокойнее, чем ему бы того хотелось, проговорил молодой волшебник. – Я спросил, какая сегодня дата. – Ох. – Покрытое яркими вкраплениями лицо вмиг полыхнуло неловким румянцем, обеспечивая себе очередную порцию мужской неприязни. – В-второе, господин. Сегодня второе мая. Хриплый, безрадостный смех заполнил помещение, заставив вздрогнуть каждую из тех немногих служанок, что до этого безмолвно стояли у стены. Молодые девушки невольно переглянулись, не будучи до конца уверенными, как им следует реагировать на такую эмоцию господина. – Ты вновь оказалась права, дорогая. – На грани шепота пробормотал он, пока на губах расцветала кривоватая, но необычайно искренняя улыбка. Кажется, она была первой за последние несколько лет. – Как и всегда… Казалось, что лишь одного человека в этой комнате не взволновала столь «бурная» эмоциональная реакция обычно флегматичного мага. Девочка знала, что ее отец иногда бывает «странным». Сама она так никогда не считала, однако часто слышала разговоры, которые прислуга вела в отсутствии своего господина. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что так называемые «приступы» – как любила называть их няня – не являются чем-то «нормальным» или «обычным» для посторонних людей. Однако, могло ли это знание хоть как-то повлиять на безграничную и безусловную любовь ребенка к своему родителю? Ответ был до боли очевиден. «Папа улыбается – он «счастлив», – а значит я тоже счастлива». Девочка улыбнулась, не обращая внимания на то, как пустой взгляд волшебника расфокусировался, а сам он словно «провалился» за пределы их игровой комнаты.

***

Громоздкий, но не слишком вычурный стол из красного дерева был завален кипами документов, проверкой которых последние несколько дней занимался юный Глава Рода. Неприлично длинные черные волосы давно были собраны в низкий хвост, а под глазами проступили темно-фиолетовые круги. Мужчина буквально похоронил себя под бумагами, лишь бы не вспоминать лишний раз про недавнее «происшествие». За это время он даже ни разу не встретился с дочерью, что само по себе являлось тревожным звоночком. Вот только, словно в насмешку над всеми принесенными жертвами, мысли волшебника раз за разом возвращались к тому самому магическому выбросу. Огромная волна магической энергии – вот что стало причиной его резко изменившегося состояния два дня назад. Это был импульс просто невероятных масштабов, который должен был бы всколыхнуть все магическое сообщество Королевства, однако, по какой-то причине, не привлек к себе абсолютно никакого внимания. Это было еще одним подтверждением его догадки. На самом деле, мужчине не потребовалось много времени, чтобы сложить два и два. Он ведь буквально жил ожиданием «ее появления» до событий трехлетней давности. Теперь же он не был до конца уверен, что ему стоит принимать участие в разрушении устоявшихся парадигм и строительстве «новой истории». Какое имеет к нему отношение судьба этого слепого и насквозь прогнившего мира?.. Мерное постукивание в дверь разорвало раскаленную тишину кабинета, заставив волшебника вынырнуть из злосчастных мыслей. – Войдите. – Разрешил Лорд, по-прежнему не отрываясь от документов. Дверь медленно отворилась, и в кабинет вошел дворецкий Баркли – седовласый мужчина, которому уже давно перевалило за шестьдесят. Впрочем, сей факт не мешал ему уверенно занимать свою должность и достойно справляться с возложенными на него обязанностями. – Прибыл гонец из дворца, господин. – Констатировал верный помощник, слегка склоняя голову в приветственном поклоне. – Король назначил аудиенцию. Чуть поднятое над пергаментом перо резко остановилось, оставляя жирную кляксу на одном из одобренных документов. Придется переписывать. – Что на этот раз?.. – С усталым напряжением поинтересовался придворный волшебник. Мужчина никогда не питал к своему повелителю теплых чувств. Король Утер был тираном, который, ко всему прочему, относился к магам как к своим персональным игрушкам. Даже в ту роковую ночь… Нет, теперь это уже не имеет смысла. Юный Лорд уже давно смирился со своей ролью. Он был почти уверен, что его вновь заставят зачаровать очередную безделушку, показывать фокусы иностранным гостям или отправят устранять последствия какого-нибудь природного катаклизма на окраине Английского Королевства. Спасибо, что хоть в войну с норманнами не впутывают… – В послании от гонца не была указана причина. – Покачал головой, верный дворецкий. – Только приказ явиться во дворец. Сегодня. – Понял. Ну что ж. Пришло время поработать.

***

«… – Ты ведь наследник рода. – Строгим, но любящим голосом упрекнула его Леди Морвиль. – Тебе нужно выглядеть соответствующе. – Ты же и сама прекрасно знаешь, Джоанна, что они никогда не посмеют критиковать мой внешний вид. – А ты только и рад этим злоупотреблять. – Продолжила возмущаться она, поправляя воротник церемониальной мантии. Девушка старалась выглядеть грозно, однако смешинки в ее поставленном голосе выдавали с головой. – Мне нравится, как ты выглядишь при полном параде. – И это единственная причина, почему я терплю этот противный костюм. – Признался он, оставляя легкий поцелуй на женской щеке. – Люблю тебя – Выдохнув ему в губы прошептала она. – Ты ведь знаешь, что это взаимно? – Ответил он в тон, накрывая женские губы своими. –… Всегда знала.

…»

***

Сменив повседневный наряд на парадную синюю мантию с эмблемой рода и с ностальгической улыбкой поправив воротник, молодой человек сразу же аппарировал во дворец. Оттягивать аудиенцию было бессмысленно, поэтому стоило покончить с ней как можно скорее. Он появился посреди аванзала с громким хлопком, чем сразу же привлек внимание стражи. Охранникам потребовалась несколько секунд, чтобы понять, кто находится перед ними и опустить металлические копья. Мужчина на это лишь махнул рукой, желая, как можно быстрее приступить к делу. Гвардейцы, очевидно, прониклись намерением мага, поэтому без дальнейших расспросов поспешили объявить: – Прибыл придворный волшебник - Лорд Рейвенкло! – Громогласно провозгласил тот из рыцарей, что стоял по левую сторону от парадных врат тронного зала, и двустворчатые двери отварились, пропуская главу одного из величайших родов Королевства внутрь. Стук элегантных кожаных ботинок эхом отдавался от позолоченных стен замка, унося за собой легкие отголоски магического шлейфа, который повсюду сопровождал волшебника. Мужчина остановился в паре метров от пьедестала, опускаясь на колено перед своим повелителем. – Ровен, ах, Ровен… – Приторно протянул монарх с высоты своего трона. Его пальцы небрежно постукивали по подлокотнику, а надменный взгляд самодовольно следил за проявлением покорности действующего Лорда Рейвенкло. – Безмерно рад видеть, что ты так быстро явился на мой зов. Фамильярность правителя была ядовитой словно тлетворный дым, однако ни один мускул на лице мужчины так и не дрогнул. С какого момента его юношеский максимализм сменился фатализмом и полным отчуждением от реальности? Как бы легкомысленно это ни звучало, но Ровен Рейвенкло мог назвать конкретную дату. А еще, он вплоть до секунды мог назвать конкретный "час", когда парадигма боли и сожалений содрогнулась. Как бы отчаянно парень не пытался это отрицать, но два дня назад в нем снова зародилась надежда. Маленький, совсем еще тусклый огонек возник в самом отдаленном уголке сознания, назойливо жужжа каждую свободную от работы минуту. – Во славу бессмертного дракона. – Монотонно и с некоторой долей иронии промолвил придворный волшебник, мечтая, как можно скорее перейти к сути дела. Ровен все-таки сомневался в том, стоит ли ему вмешиваться в новую веху истории. Может ли он позволить личным чувствам и желаниям затмить свои дворянские обязательства? Он отчаянно нуждался в толчке, быть может, в чьем-то совете, в напутствии самого близкого и родного человека, который, впрочем, никак не мог ему сейчас помочь. – Ну, все. Довольно этих формальностей. – Несколько лицемерно объявил монарх, явно наслаждаясь обращенными к нему почестями. – У меня есть для тебя задание. Тон повелителя тут же потерял насмешливые интонации и окрасился властной строгостью, которая часто предшествовала особенно важным поручениям. Волшебник непроизвольно подобрался. Придется попотеть. – Моя жизнь и силы в Вашей власти. – Продекламировал Лорд Рейвенкло, принимая более устойчивую позицию, но все еще не смея поднять головы. – Ну-ну, в этот раз нет необходимости ставить на кон собственную жизнь. – Ехидно отозвался Король Утер, склонив набок и подперев правой рукой голову. – Видишь ли… Норманны продолжают атаковать наши границы. – Заговорщически проговорил он, пока в голосе нарастала холодная ярость. – Я ведь не могу позволить им и дальше буйствовать на нашей территории? Все-таки от этого страдают мои подданные. – Уже более елейно проворковал правитель. «Просто смешно», – пронеслось в голове у придворного мага, который ни на миг не поверил «благородным намерениям» своего повелителя. – Разумеется, Ваше Величество. – Отстраненно подтвердил волшебник, скрывая свои истинные мысли за непроницаемой маской. – Я так и знал, что ты разделишь мои чаяния о мирном небе над головой наших граждан. – Чересчур довольно подвел итог своей речи монарх, заставив мага насторожиться. У мужчины возникло четкое ощущение, словно он уже каким-то образом сумел угодить в искусные сети интригана. – В таком случае, слушай и внимай моему приказу, Лорд Рейвенкло! Завтра на исходе дня ты переправишь отряд наемников к границе графства Уилтшир. – Наемников, Ваше Величество?.. – Удивление мага было настолько велико, что он не успел даже подумать, прежде чем слова сорвались с его языка. Впрочем, такая реакция была вполне оправдана. Английское Королевство всегда славилось своими могучими рыцарями и великими магами, однако, несмотря на это, король планирует отправить на войну с норманнами обычных наемников!? Да это ведь не имеет никакого смысла! – Какие-то проблемы, Ровен?.. – Прищурив взгляд, с подозрением прошипел правитель. – Никак нет, Ваше Величество. – Засунув куда подальше свои подозрения, поспешил откланяться волшебник. – Будут ли еще какие-то указания?.. – Завтра в 9 часов вечера Министр будет ждать тебя в Зимнем Зале. Остальные инструкции получишь от него. – Махнув произвольно свободной от поддержания головы рукой, сообщила монаршая особа. – Можешь быть свободен.

***

Покинув пределы тронного зала, Ровен не спешил аппарировать обратно в родное поместье. С одной стороны, у него не было ни малейшего желания задерживаться на территории Королевского Дворца, а с другой – ему просто жизненно необходимо было немного пройтись и привести разрозненные мысли в порядок. «Было бы намного проще, не будь этой дьявольской клятвы». Не добившись значительного прогресса в постижении царских интриг, мужчина уже собирался трансгрессировать куда-нибудь подальше, но за несколько секунд до «побега» его окликнул громкий детский голос. – Лорд Рейвенкло! Посетовав на свою «удачу», мужчина плавно развернулся на острых носках своих кожаных туфель и встретился взглядом с маленьким восьмилетним принцем. – Ваше Высочество. – Ответно поприветствовал он, в очередной раз поражаясь отличиям юного инфанта от своего биологического отца. – Чем могу быть полезен?.. Чистые, ничем не замутненные глаза аквамаринового оттенка смотрели на мага излишне доверчиво, почти благоговейно. Однако, под покровом этой детской невинности затаилась высокая степень сознательности напополам с рассудительностью и несоответствующим возрасту прагматизмом. Что-то в этом ребенке заставляло проникнуться к нему уважением и верой. За ним хотелось идти, пред ним хотелось преклоняться. Он мог бы стать хорошим правителем. Намного лучше своего предшественника. Как жаль, что сейчас принц находится в немилости у Короля Утера, – прискорбная потеря по истине национального масштаба. – Если позволите, то у меня к Вам будет просьба…

***

Аппарировав подальше от ненавистного Дворца, юноша устало откинулся на темно-синем бархатном кресле в одной из своих многочисленных гостиных. Стоит признать, что после встречи с принцем Ровен был несколько… подавлен. Если такое тривиальное слово вообще было способно передать всю глубину охватившего его раздрая. Он никогда не был большим любителем дворцовых интриг или каверзных манипуляций, однако положение все же обязывало его разбираться в текущих политических настроениях. Да и сам Лорд Рейвенкло с юных лет предпочитал излишек информации ее явному недостатку. Однако, услышать такую просьбу из уст восьмилетнего ребенка все-таки было ударом. Ударом не столько его «взрослому», сколько «отцовскому» Я. Хотя, даже если бы он не растил собственную дочь… Разве можно оставаться безучастным, когда мальчуган втрое младше тебя просит о создании артефакта? И ладно бы какая-нибудь безделица, но идентификатор ядов?.. Противное гнилое чувство доверху наполнило мужскую грудь: «Он попросил никому не рассказывать об этой просьбе…»