Смена закончится. Мы - нет

Солнце, поднявшееся ещё несколько часов назад, теперь настойчиво пробивалось сквозь не зашторенное окно, заставляя сонных детей морщиться и прикрываться рукой. Но проснулся Нам Гю не от этого, а от мелодии какой-то тупой детской песенки и прыгающего рядом Ки Хуна, который сорвал с него одеяло: — Встаём! Новый день нас ждёт! После этого подросток поклялся себе, что будет ставить будильник на 10 минут раньше, чтобы во время такого "интересного" пробуждения уже находиться в ванной. А вот и вторая игра: попасть в туалет. Нам Гю стучал в закрытую дверь уже несколько минут подряд, поливая находящегося там отборным матом: — Ты заебал, ты можешь срать быстрее?! — Да отъебись, дай в душ сходить! — кричал Танос, сидя на унитазе и затягиваясь "ашкой" со вкусом вишни. За пребывание здесь его уже чуть не спалили.

***

Он стоял возле домика, когда, как ему казалось, все уже ушли строиться на первую линейку. Но не тут-то было. Мимо прошла пожилая женщина, своим появлением заставив подростка задержать дыхание, оставляя дым растворяться в ротовой полости, и наспех засунуть табачное изделие в карман. Лишь бы она его не заметила... — Эй! Мальчишка! Ты чего тут стоишь? Все уже там. Не пронесло. "Бабушка" — так мысленно назвал её Танос — лет пятидесяти, с седыми волосами, заплетёнными в пучок и заколотыми длинной металлической шпилькой, обратилась к нему. Парень вообще всех старше 30 называл "стариками", за что его мама, родившая его довольно поздно, постоянно ругалась. В этом году ей исполнилось 48. Подростку, впрочем, было сложно осознать, что это он ещё маленький, а не они уже старые. Как так — они в три раза старше его! Почему он не имеет права называть их grandparents? С последней затяжки прошло слишком мало времени. Слишком рискованно сейчас открывать рот или хотя бы попытаться вдохнуть. Так как ответа не последовало, женщина подошла ближе: — Тебе не плохо? Как тебя зовут? Тишина. — Я — Чан Гым Джа. Тишина. — Может, тебе воды принести? Я работаю в столовой. Парень, уже чувствующий, что скоро начнёт синеть, отворачивается и начинает кашлять, выпуская остатки дыма и тяжело дыша. Гым Джа слегка похлопывает его по спине: — Бедный, может, тебя в медпункт отвести? — No, thank you! Просто подавился! — тараторит Су Бонг, разворачивается на пятках и срывается с места, на ходу выкрикивая: — Я Танос, приятно позна... — он ударяет себя по лбу и останавливается. — Су Бонг, то есть. — Он улыбается буквально секунду, после чего оставляет "бабушку" одну. — Ой, ну молодёжь...

***

На ясном летнем небе не было ни единой тучи — лишь редкие облака и палящее солнце. Но воздух был душным, как это бывает перед дождём. Спустив белые митенки до локтя, слегка добавив складками ткани объёма худым рукам, Нам Гю стоял среди других детей — там же, где вчера поднимали флаг лагеря. Шума было намного меньше, чем в прошлый раз, потому что не все до конца проснулись. В подтверждение этого рядом с Нам Гю зевнул, не прикрываясь рукой, Дэ Хо, державший саморучно кастомизированный флаг. Все же знают, насколько зевок — заразная штука. Поэтому через минуту уже каждый из их отряда сонно раскрывал рот. — Всем доброе утро! — весело махая в знак преведсвия, на всеобщее обозрение выходит Ин Хо, в той же футболке, что и вчера. И как ему не жарко? Сам Нам Гю очень любил тёмную одежду, но сейчас, стоя в объёмной серой футболке, с радостью бы надел что-нибудь белое. Уж кому точно не было жарко — так это Сэ Ми. Девушка была в красной кружевной топике и чёрных, широких джинсовых шортах с искусственно сделанными потертостями. Наверное, также хорошо было Ён Ми — она стояла в развивающемся белом сарафане с клубничками. Чего не скажешь о стоявшей рядом Хён Джу в чёрной оверсайз-футболке и слишком широких тканевых штанах. Нам Гю неприлично отметил, что она чем-то напоминает парня, но быстро поругал себя за стереотипное мышление. Су Бонг стоял чуть дальше, разговаривая с Кён Су. Парень с фиолетовыми волосами, как обычно, был в яркой футболке кораллового цвета с вызывающим принтом, а его друг — в голубой рубашке в полоску. Неожиданно заиграл гимн лагеря, вырывая парня из своих наблюдений. Хотя, возможно, он и не был таким неожиданным — просто кое-кто слушал речь перед ним. — Так хорошо, что первое утро в нашем лагере встречает молодых и перспективных людей такой солнечной погодой... — Какой он приторный, — довольно громко сказала Сэ Ми, очевидно никому не адресовуя эти слова, а лишь произнося мысли вслух Но почему-то Нам Гю захотелось ответить: — Хорошо, что в школе он не такой, — чуть тише сказал он, глянув сначала на девушку, потом на вожатого, что стоял немного поодаль от них — Он твой учитель? — удивлённо откликнулась Сэ Ми. — Классный руководитель, — подтвердил отличник. — Пф. То есть я плачу бабки, чтобы сюда попасть, а кто-то на халяву оказывается здесь просто потому, что он подсос учителя? — Она сказала это с вопросительной интонацией, но было понятно, что вопрос был риторическим — Я выиграл путёвку на Олимпиаде, — оправдывается Нам Гю, а потом понимает, что делать ему это совсем не обязательно. — Да и какие бабки ты там платила? Это ж волонтёрская шарага. Если это для тебя такая огромная сумма — мне тебя жаль. — А ты в мой кошелёк не лезь, подстилка учительская, — победно улыбнулась она, когда к ним подошёл Сон Ки Хун. Но гордый подросток не собирался оставлять последнее слово за хамкой: — Чё ты дерзкая такая? — злобно шипит он. — А что, не любишь таких? — в тон ему, с издёвкой, отвечает Сэ Ми. — А если люблю? — это могло быть похожим на флирт, но на самом деле являлось саркастичной перепалкой — Тогда мне тебя жаль. Ни одна характерная женщина не посмотрит на такого мямлю, как ты. — Не волнуйся, на такую стерву даже мямля не посмотрит. — Ребята... — их прервал тихий голос. Настолько неуверенный, что сначала Нам Гю показалось, что он ослышался. Но, обернувшись, он увидел растерянного Мин Су, сжимающего край своей нежно-голубой футболки в горошек. — Не ругайтесь... пожалуйста. Сэ Ми меняется в лице, и вместо ухмылки, рассветает добрая улыбка. Она растрёпывает волосы мальчику: — Мы не ссоримся, это у нас дружба такая, — она поворачивается к Нам Гю, всё так же искренне улыбаясь. — Походу...

***

— А сейчас мы посмотрим, какие же команды будут участвовать в наших конкурсах. Первый отряд под пристальным присмотром Сон Ки Хуна, представьтесь! Подростки стояли в ровной шеренге с прямой осанкой и боевым настроем. Только один Мин Су склонял голову, замечая пристальные взгляды любопытных глаз. Но после того как Сэ Ми ободряюще взяла его за руку и пару раз нажала на ладонь, он сделал грубый вдох и выпрямился. Дэ Хо — вызвавшийся гордо нести флаг его команды— делает отточенный и твердый шаг вперёд, поднимая знамя, на котором красуется телефонная трубка и ироничное название команды, обрамлённое разноцветными отпечатками рук. — Мы команда... — уверенно и громко говорит он. — Мы хотим домой! — натренированным хором отвечает остальная часть отряда. — Наш девиз... — Сердцем — дома, телом — тут, нас победы только ждут! Наступает тишина. Дэ Хо возвращается в строй, наблюдая за реакцией. И тут кто-то из младшего отряда начинает хихикать. Это подхватывают и другие дети заливаясь смехом — Очень креативно! Давайте поддержим наших ребят, чтобы они поняли, что здесь не хуже, чем дома!

***

После представления всех команд детям сообщили, что сегодня состоится игра "Зелёная пятка". Небо начало затягиваться облаками, но впереди — утренняя зарядка. — Так, кто-нибудь, отнесите флаг в домик, — говорит вожатый. — Я могу, — первым отзывается Нам Гю. — Хорошо... — I will help him! — врывается в их разговор Танос. — Мне не нужна помощь, — сухо отвечает отличник. Но парень с фиолетовыми волосами уже вешается ему на руку и тащит к домикам. — Ещё как нужна! Нам Гю вздыхает, но послушно идёт на поводу у этого упёртого подростка — Подожди, дай флаг взять...

***

Оказавшись в домике, темноволосый кладёт знамя на диван и собирается уходить, как его хватают за запястье. — Where are you rushing to? Там сейчас зарядка, — Су Бонг отпускает руку и заваливается на диван. Нам Гю только вздыхает и садится рядом. — А тебе что, не нужна зарядка? Спорт — это полезно. — А ты вспомни мой пресс. Думаешь, мне нужны these children's dances? — Танос ухмылялся, замечая как краснеют чужие кончики ушей. Понимая это обладатель длинных волос быстро закрывает ими предательски сдавшую его часть тела, быстро переводит тему. Он обязательно подумает, что за странная реакция. Потом. Не сейчас. — Так вот чем ты занимаешься в душе — дрочишь на свои кубики, — берёт инициативу Нам Гю, пытаясь смутить собеседника. — Не угадал, — тот только шире улыбается и достаёт из кармана электронную сигарету. — То есть ты из-за этого чуть не заставил меня ссать в окно?! — возмущенно ворчит Нам Гю. Танос, смеясь, затягивается, но уже в следующую секунду жалея о сделанном, начинает кашлять — Туда тебя, сволочь, — бурчит некурящий, но все ровно хлопает второму по спине — Будешь? — отдышавшись, предлагает Танос. — Не, не увлекаюсь таким. — Ну, мне больше достанется.

***

Вернулись они на площадь уже в середине зарядки и встали в самый конец, наблюдая за вяло двигающимися старшими отрядами и весело подскакивающими младшими. — Вас где носило?! — возмущённо спрашивает Ки Хун, когда песня закончилась и появилась пауза для передышки. — У my boy разболелся живот, пришлось ждать, — Танос локтем пинает "его мальчика". — Да, — раздражённо поджав губы, отвечает Нам Гю. Ещё и этого придурка прикрывать. — Сейчас всё нормально? — с обеспокоенным тоном уточняет Ки Хун. — Уже да, спасибо, — быстро отвечает Нам Гю, отворачиваясь. — Ну и хорошо. Так как вы пропустили большую часть зарядки — становитесь вперёд! — Что?! Нет! — начинает отпираться Нам Гю, но его протесты не помогают. Два сапога пара уже стоят в первом ряду под насмешливым взглядом Сэ Ми, сочувственным Мин Су и ободряющим Хён Джу, что показывает им пальцы вверх. Начинается первая песня. Такая же тупая, как и предыдущие. Нам Гю только лениво поднимает руки, пока весело танцующий рядом Ки Хун подбадривает бедолагу — Веселее! Веселее! Нам Гю оборачивается к своему "товарищу по несчастью", в надежде найти поддержку, но видит такого же активно прыгающего человека с широкой улыбкой на лице. — Какой придурок... — More fun, Нам Су, more fun! — Я Нам Гю! — возмущённо отвечает тот. Но тут Танос подходит сзади, берёт его за плечи и начинает дергать, заставляя танцевать как тряпичную куклу. Нам Гю пытается вырваться, но спустя некоторое время заедающая детская песня уже не кажется такой тупой. Танцуя и даже напевая повторяющиеся строчки, он замечает улыбающегося Ин Хо, что наблюдает за ним. Неловкость тут же сковывает тело, и парень перестаёт двигаться. Это ведь весь лагерь так смотрит. Ему хочется спрятаться, но, снова взглянув на мужчину — его уже не было. Нервно хрустя пальцами, он начинает озираться и замечает, что даже ребята из его отряда не обращают внимания — каждый занят собственными движениями тела, либо разговорами с теми, кому такое утро не приносит удовольствия. Не много расслабляясь, так как песня уже закончилась, он возвращает взгляд на танцуещего перед всем лагерем, уставшего вожатого 3 отряда. К бедолаге подходит Ин Хо, берет микрофон и отправляет парнишу к своему отряду — Надеюсь, наша разминка наполнила вас энергией и настроением на грядущий день. Сейчас будет заключающая песня, и я хочу вам сказать: наслаждайтесь. Мы создавали это место, чтобы дать вам свободу самовыражения. Даже если вы не любите танцевать — это отличный шанс начать. Не волнуйтесь ни о чём. Просто живите. Он смотрит на каждого из детей, задерживая взгляд на Нам Гю, и подмигивает на последних словах. Начинается последняя песня и новые незамысловатая движения. Казалось бы — такие банальные слова, и весело двигающийся и подбадривающий тупыми английскими словами..знакомый? Сосед ? Друг ? Не важно, ведь это действует — Come on, Нам Су! — Нам Гю! — Да-да, Нам Гю!

***

Уставшие, но довольные, они, весело смеясь, направляются на завтрак. Накрытые столы стояли в белой деревянной беседке рядом с кухней, что находилась немного поодаль, уходя в лазурный лес. Деревья придавали прохладу, так как, несмотря на отсутствие солнца — оно спряталось за тёмными облаками, — воздух был ещё очень душным. Занимая место, Нам Гю с Танос садятся на свободную скамейку, откуда Кё Су предварительно вытолкал бедного Ён Сика, что сидел там, где теперь сидят парни. Перед ними, за тем же столом, сидят две девушки — Ён Ми и Хён Джу. Девушка в сарафане без аппетита ковыряет ложкой предоставленную кашу, даже не притронувшись к чаю и бутерброду с сыром. А вот её подруга время не теряла — ела активно, но аккуратно, в отличие от Кё Су: тот оставлял после себя крошки, капли напитка и разговаривал с набитым ртом. Нам Гю был не привередлив к еде. Он ел, чтобы жить, а не жил, чтобы есть. Пристрастий к какому-то из продуктов он не имел. Ну, наверное, кроме кофе. Кофе он любил, но не мог себе часто его позволить. Он разбирался в сортах и мечтал попробовать хороший и качественно сделанный напиток, но приходилось лишь довольствоваться слишком сладкой растворимой отравой в пакетах с надписью "три в одном", или горьким и безмерно кислым подобием кофе из автоматов, стоящих в магазине недалеко от его школы. Отправляя первую ложку какой-то сладкой пшеничной каши в рот, под боком раздаётся: — Фу, I don't eating this! — Ну тогда голодай, — раздаётся сзади фиолетоволосого. — What? — Танос замечает Мён Ги, разносящего еду сидящим за следующим столом детям. — Что, уже запрягли работать? — смеясь, комментирует чужие действия Су Бонг. — Я сам попросился, — даже не смотря на собеседника, сообщает парень. — Не знал, что ты такой инициативный, — колкость осталась без ответа. Но вот Нам Гю он и не был нужен. Кажется, он догадывался о странной природе такого желания помочь. — Конечно инициативный. Сегодня ж дежурит та молоденькая вожатая младшего отряда, — говорит догадливый на ухо Таносу, немного хихикая. — И чо? — не в тон ему отвечает озадаченный получатель сплетни. — Ты что, не догоняешь? Ты посмотри, как он за ней бегает! — уже в полный голос объясняет Нам Гю. — Ааа, он что, втюрился? — Не втюрился я. Это вообще не ваше дело, — отвечает Мён Ги, делавший раньше вид, что не слышит их. — Хватит уши греть, — влазит в разговор уже осушивший тарелку Кён Су. — Хватит хуйню придумывать. Я тоже могу придумать, что вы ебётесь, — помощник смотрит на двоих парней, сидящих слишком близко друг к другу. — Закрой ебало, может, ты сам педик?! — Танос подскакивает, агрессивно толкая человека с тарелкой в руках. — Ну не я же постоянно ищу поводы побыть с мужиком, который патлы длиннее девушек отрастил. А, или ты его с бабой перепутал? Тогда спешу огорчить... — не успев договорить свой мерзкий монолог, Мён Ги чувствует боль в скуле. Тарелка, ранее находившаяся в руках, ударяется об пол и разлетается на осколки вместе с остатками каши. — Какой джентльмен, защищаешь свою даму, — Мён Ги, потирая покрасневшую щеку, улыбается, за что Танос замахивается второй раз, но на этот раз от его кулака уворачиваются — и получает сам Су Бонг. Из разбитого носа сочится кровь. — Слышь, ты убдюдок! — ублюдок-то слышал, а вот парень в коралловой футболке со свежим алым пятном на ней — нет. Он не слышал, как ему кричали остановиться, и как к ним побежали вожатые, и сейчас держали двух виновников драки за руки. Как они сейчас их ругают. Он не слышал, как Нам Гю пытался влезть в перепалку, а потом — как пытался успокоить разъярённого Су Бонга. Всё это превратилось в фоновый шум, который перекрикивала циркуляция собственной крови, ударяя шипящим звуком по ушам. Но сейчас он начинает не просто смотреть — он начинает видеть. Пелена злости спадает, и он замечает перед ним обеспокоенного Нам Гю. И начинает чувствовать — тот нежно растирал чужие плечи.

***

Первые капли дождя ударились об крышу беседки ещё до того, как все дети успели вернуться в свои домики. Промокшие подростки сейчас сидели в своих комнатах. Почти все. Кроме наказанных Кён Су и Су Бонга. И Нам Гю, решившись составить им компанию, объяснил это тем: "Да вы тут друг друга поубиваете, если вас оставить одних" — а парни и не были против компании. Мён Ги относился к тому нейтрально, может, с лёгкой неприязнью, но не более. Таносу же грело душу, что кто-то вместо уютного домика решил остаться с ним, ещё и предлагая свою помощь с уборкой. Но тому пригрозил Ки Хун, чтоб он не смел делать за них работу, и если он так хочет поубирать, то пойдёт мыть полы в столовой. Два раза объяснять не надо было. Сон Ки Хун, конечно, ругался, махал руками и грозил выкинуть из лагеря. Но удивило Нам Гю не это, а то, что после нравоучений вожатого 1 отряда, Мён Ги отвела в сторону вожатая 5 отряда и, махая пальцем, недовольно дуя губы, что-то тихо объясняла. Наверное, это не очень странно, ведь она несла за него ответственность, разрешивши помочь. Но то, как она гладила ребёнка по плечу... Наверное, Нам Гю себе надумывает, зная чуть больше, чем должен. Это обычное отношение взрослого человека к провинившемуся ребёнку. Или нет? Мысли забивать этим сейчас не хотелось. Сильный ливень во время изменения направления ветра заливал открытую беседку. — Вам и вода не нужна, вот дождь сам всё помоет, — пытаясь разбавить атмосферу, пошутил Нам Гю, сидящий на столе. Никто не посмеялся. Парни молча мыли пол, так как помимо сделанного ими бардака, им приказали отдраить всю беседку. Наверное, они были злы друг на друга, но срываться не хотели, потому что Нам Гю пообещал Ки Хуну за ними проследить. Пока те были в медпункте, длинноволосый сбегал в комнату и взял два своих худи — предложил их парням. Мён Ги отказался, а вот Танос с радостью натянул на себя чужую одежду, так как сменившая погода принесла с собой холодный порывистый ветер. Закончив, Мён Ги предложил пойти Нам Гю в домик, делая вид, будто никого третьего в этом помещении не было. Но Нам Гю вежливо отказался, ссылаясь на то, что здесь очень вайбово. Но на самом деле просто у того самого "третьего" ещё оставалась работа, и он не хотел его бросать. Почему его стало волновать чьё-то благополучие — он и сам не знал. Но пока здесь, рядом с Су Бонгом, ему хорошо, он не будет забивать голову другими мыслями. Оставшись наедине, Танос откинул швабру и устало повалился на скамейку. — I'm stuck here because of this stupid asshole! — выругался тот, затягиваясь. — Yeah, fuck you, Мён Ги! Только сейчас Нам Гю заметил, каким симпатичным был парень, сидящий на противоположной скамейке: чёткие черты лица, тонкие и бледные губы, которые сейчас медленно выпускали дым, взъерошенные и слегка влажные от сырости волосы... — Bro, ну ты согласен? — Да, — слишком быстро отвечает Нам Гю, осознав, о чём он только что думал. — Ну вот и я о том же... О чём тот говорил — узнать было не суждено. Спрыгнув со стола и подойдя к фиолетоволосому, Нам Гю опустился перед ним на корточки, рассматривая ссадину на чужом лице. — Больно? Он тянет руку и аккуратно притрагивается к повреждённой коже. — Пустяки, бывало и похуже, — отшучивается Танос, но от прикосновения не отстраняется. Нам Гю спускает большой палец на чужую скулу, после — оглаживает край губы. Сердце Таноса билось так сильно, что ему казалось, Нам Гю его точно слышит. Он не двигался, как будто боясь спугнуть непонятно откуда взявшуюся нежность со стороны друга… вот именно, друга. Почему тогда такие невинные прикосновения вызывают такой трепет? Он делал с девушками и более развратные действия, но кроме животного возбуждения он ничего не чувствовал. А теперь же Танос задумался, что ни одна девчонка к нему так не прикасалась. Или прикасалась, просто парень никогда не был ни в ком настолько заинтересован, чтобы они вызвали у него хоть крупицу этих ощущений. — Всё нормально? Ты покраснел, — из размышлений вырвал обеспокоенный голос сидящего перед ним Нам Гю. Тот заглядывал в глаза парня напротив, стараясь узнать, о чём тот думает. Боже. БОЖЕ. Нам Гю же его друг! Нам Гю же... парень! О чём он думает?! Отбрасывая руку Нам Гю, что перебирала фиолетовые волосы: — Всё нормально, — грубее, чем положено, ответил Танос, на что встретил удивлённый взгляд больших чёрных глаз. — Я уже закончил. Пошли. — Но ты же... — I fucking said, let's go! Ну а если тебе так надо — то сам и убирайся, — Танос резко встаёт, пинает ни в чём не повинную швабру и быстрым шагом выходит из беседки прямо под дождь, не дожидаясь ошарашенного парня. Су Бонг ужасно злился. Он пытался убедить себя, что он злился на Нам Гю. Но как бы ни пытался переубедить разум, он понимал, что злился на самом деле на себя. За эти мысли. За то, что позволил. За то, что прервал... Нам Гю так и остался сидеть, не понимая причины резкой смены настроения друга. "Друг"— уже смирившись, так он называл Су Бонга в голове. Это было так глупо: они знакомы всего день, а какая-то непонятная энергетика заставляла тянуться к этому безбашенному, невоспитанному и до ужаса красивому парню. Наверное, просто лишённый общения отличник, почувствовав крупицу внимания, больше не хотел её терять. Как легко, оказывается, привязать к себе Нам Гю.

***

Он просидел так ещё около десяти минут, просто втыкая в одну точку, пока в беседку не пришёл Ки Хун. — Ты чего тут? Пойдём, — он стоял под раскрытым зонтиком, протягивая его подростку. С него стекала вода, капая на недавно вымытый пол. Молча поднявшись, Нам Гю становится под переносную временную крышу. — Вы поссорились? — пока они шли, решил разбавить тишину вожатый. — С кем? — незаинтересованно спрашивает ребёнок. К нему и правда не сразу дошёл смысл сказанных слов. — С Бонгом. Он пришёл один, а на вопрос, где ты — фыркнул и сказал, что он не твой секретарь, чтоб знать. — И как вы меня нашли? — поднимая глаза, спрашивает Нам Су. — Ну, мы просто предположили, что в такой дождь ты никуда не пойдёшь. Если б тебя там не было — стали бы искать. — Ну да, это логично, — заторможено отвечает парень, всё ещё находясь в своих мыслях. Сон Ки Хун, заметив, что Нам Гю не идёт на контакт, решает дать ему время.