Потому что нельзя

…быть на свете красивым таким

Звуковой сигнал известил о новом сообщении. Стараясь не разбудить уснувшую у него на коленях дочь, Сергей перегнулся через подлокотник дивана и взял мобильный, чтоб посмотреть, кому неймется так поздно. Это было уведомление, гласившее, что пользователь, на которого он подписан, опубликовал новый пост. Ну и кто там?.. Кхм, Билан. Ладно, посмотрим, чего там у него. Сергей открыл приложение. Фотографии. Много. Очень много. Кто–то дорвался до соцсетей? Как это в его стиле — либо неделями ничего не постить, либо завалить контентом — кушайте, не обляпайтесь. Вот и сейчас целая фотосессия. И какая. На снимках был рассветный пейзаж в турецкой Каппадокии, раскрашенное золотыми оттенками небо, множество воздушных шаров в нем, горы в утренней дымке и раскаленный шар встающего солнца. Завершал картину красный кабриолет, как будто прямиком из какого-то ретро-фильма. А на фоне всего этого красовался он — мужчина в костюме цвета какао и дымчатых очках, скрывающих взгляд, но не прячущих глаза полностью. Хорош. До невозможности. На несколько минут Сергей завис, рассматривая кадры, с каждым последующим физически ощущая, как высыхает и сжимается горло от невозможности сглотнуть. Казалось бы — все прилично, никакой обнаженки, скорее даже анти-обнаженка, но его сердце забилось быстрее, кровь зашумела в ушах, а кончики пальцев закололо тонкими острыми иголками. Словно под гипнозом он уставился на один из снимков: прислонившись к боку автомобиля, Дима смотрел вдаль, скрещенные на груди руки, чуть откинутая назад голова и открытая шея, мягкие складки на одежде, едва обозначенная выпуклость паха. Мозг дорисовал картинку, добавив его, Сергея, и то, что бы он сделал, оказавшись рядом: встать вплотную напротив, преграждая путь, взять в кольцо рук, упершись в борт авто, зажать бедрами, чтоб не мог пошевелиться, припасть губами к шее… Ощутив пульсацию в штанах, Лазарев тряхнув головой, заставляя себя вернуться в реальность. Это вынужденное воздержание так сказывается, что у него встает на полностью одетого мужика? Поморщившись от собственного циничного сарказма, Сергей мысленно поправил себя — не на мужика, а на Него. И смахнул кадр. Следующий был не лучше — стоя вполоборота к камере, Дима закинул руки за голову, полы пиджака разлетелись в стороны, но край рубашки так и остался заправленным в брюки. Хотелось запустить туда пальцы и вытащить, дотронуться до живота, погладить теплую кожу. Он смахнул и этот кадр пока не унесло фантазией. Пролистал следующий и следующий, помедлил на снимке, где Дима сидел на капоте машины, а под задравшимися брюками были видны носки. Розовые. Лазарев улыбнулся — какая милота. Надолго он завис над фото Билана, сидящего на краю обрыва. Он смотрел в небо и указательным пальцем как будто пересчитывал плывущие в вышине шары. Сергею нестерпимо захотелось оказаться там, опуститься рядом, прижавшись плечом к плечу и просто молча лицезреть раскинувшуюся перед глазами красоту. Чувствовать запах и тепло тела, тепло украдкой бросаемого взгляда. Погладив пальцем темный затылок, Сергей сохранил себе снимок. Усилием воли отбросил грустные мысли, что вряд ли они когда-нибудь смогут вот так встречать вместе рассвет. Перелистнул кадр и прыснул со смеху, но вовремя спохватился, закрыв рот рукой, чтоб не разбудить Аню. На фото Билан стоял спиной, взгляд так же устремлен в небо, одной рукой опирается на багажник, вторая в кармане брюк. Поза небрежная и расслабленная, ну просто готовая афиша для кинофильма или рекламный постер, не хватает слогана в духе «Следуй за мечтой». И все в этом снимке было стильно и красиво, но особого внимания заслуживал солнечный зайчик, расположившийся аккурат на правой ягодице Димы. Чувствуя, как губы разъезжаются в улыбке, и собрать их в кучу просто нереально, Сергей сдавленно посмеялся, зажимая рот ладонями. Затем сохранил себе и это фото. Открыв мессенджер, написал: «У тебя совесть есть? Постить такие фотки, когда мы столько не виделись. Еще и на ночь…» Отправив сообщение, он взял на руки спящую Аню и понес в ее комнату. Уложил в кровать, поправил покрывало и игрушки вокруг. Поцеловал в лоб, потушил ночник и тихонько отправился на выход. Он уже закрывал дверь, когда в кармане завибрировал телефон. Пришел ответ от Димы: «Знал, что тебе понравится». «Особенно носки. Зачетные. А кадр с бликом на заднице — мой любимый. Пойду, подрочу». «На носки или на задницу?» «На всю фотосессию» «Пришли видео процесса» «Ага, щас. Думаешь, десяток одетых фоток это равноценный обмен на видео с самоудовлетворением? Нужно что–то посущественнее» Ответа не было долго, и Лазарев даже подумал, что не дождется его вовсе. Вибрация мобильного, новое фото. Сергей открыл файл и его глаза полезли на лоб. Кадр темный, высвечен только Дима, лежащий на диване. Закрытые глаза, обнаженный торс, приоткрытый рот, спущенные до предела штаны. Одна рука держит их за пояс и, кажется, только поэтому они еще не сползли в район колен, вторая просунута в расстегнутую ширинку и сжимает внушительную выпуклость. Вид на всю эту красоту откуда-то сбоку и немного сверху, как будто камера находилась где-то рядом с головой. Понятно, почему он не отвечал — устраивал очередную фотосессию. Следом пришло сообщение: «Такое подойдет?» Сергей сглотнул и послал раскаленный смайлик с высунутым языком. Билана ответ не удовлетворил. «Твоя очередь», — напомнил он. Окей, сейчас всё тебе будет, подумал Сергей, направляясь в свою спальню. Но даже полученный дикпик Диму не устроил. «Все еще жду видео» Глядя на это безапелляционное сообщение, Лазарев некоторое время подумал, а потом взял и записал то, чего от него хотели. На следующий день растрепанный Сергей в «кружочке» для Телеграм рассказывал, как они с командой не покладая рук репетируют новое шоу, оправдывая этим свой помятый вид и общую рассеянность. Запинаясь от усталости потому, что не спал полночи, занимаясь виртуальным сексом, сбиваясь и нервно теребя челку, он смотрел в камеру утомленным или томным взглядом человека, у которого перед глазами все еще стояли картинки ночного безумия. И никто кроме него самого не знал, кому предназначалось это видео. А адресат вещая из турецкого отеля о том, как важно «всматриваться в себя», прятал счастливые глаза под очками и старался не улыбаться. Но у него не получалось.