Кожа

С приближением апреля рассветы наступали всё раньше и раньше. Около семи утра Мэн Чжао вышел из здания городского управления. Солнце било прямо в глаза, он прищурился. Прошлой ночью он дежурил, а сегодня у него был выходной. Хотя «дежурство» — это громко сказано: по сути, он просто провёл ночь в комнате дежурной смены. За последний месяц в Минтане с безопасностью всё было в порядке, и отряду полицейских почти не приходилось выезжать на вызовы. Завибрировал телефон. Пришло сообщение: “Брат, мне осталась одна остановка. Ты выехал?” Младшая сестра, Мэн Жошу. Подходя к парковке, Мэн Чжао быстро отстукивает два слова в ответ: “Не опоздаю”. Он дошёл до своей машины, открыл дверь и лениво кинул телефон на пассажирское сиденье, но не сел сразу. Выпрямившись, он поднял голову и уставился вдаль на жилой комплекс по ту сторону улицы. Он снова это почувствовал. Последнее время его не отпускало ощущение, что за ним кто-то следит, точно тень. Сейчас, пока он шёл и печатал сообщение, чувство вернулось. Острый, колющий взгляд. Интуиция подсказывала, что наблюдают оттуда, со стороны того здания, но расстояние было слишком большим, он не мог определить точное месторасположение следящего. Неужели кто-то из подельников преступников решил мстить? Мэн Чжао предполагал такую возможность. За семь лет в уголовном розыске он раскрыл столько крупных и мелких дел, что если кто-то и затаил злобу, отследить, кто именно, было бы задачкой не из простых. Хотя... если это и правда месть, то этот человек уж слишком терпеливый. Когда он впервые почувствовал этот взгляд? Месяца два, может, даже три назад… Мэн Чжао прошёл курс по контрслежке, и чувствительность у него была исключительная. Он буквально спиной ощущал чужие взгляды. В первое время это сводило его с ума, как будто заноза засела между лопаток. Он даже поднимал архивы старых дел, пытаясь что-то сопоставить, но не нашёл никаких зацепок. Постепенно он привык и смирился, взгляд стал частью фона. — На что ты уставился? — рядом затормозила машина. Из неё выбрался Чжан Чао, коллега по техотделу. Проследив за его взглядом, он поинтересовался, — Приглянулась квартирка? Подкол был очевиден. Тот жилой комплекс «Юйхувань» считался одним из самых элитных в городе. Цены резко выросли за последние годы и теперь зашкаливали. По нынешним зарплатам, чтобы Мэн Чжао смог купить хотя бы однушку, пришлось бы ничего не есть и не пить до самой пенсии. — Если меня продать, хватит на квартиру? — усмехнулся он, отводя взгляд. Чжан Чао смерил его с ног до головы. — Конечно! За тебя мы сможем купить не просто квартиру, а выторговать пентхаус. Видишь вон тот сектор с виллами? — он кивнул в ту сторону, — Позволь мне оценить тебя, если не купишь особняк, то продешевишь. — Пошёл ты, — рассмеялся Мэн Чжао, — У вас в техотделе уже совсем делать нечего, да? — Да вообще тишина, — Чжан Чао закрыл дверцу, подошёл и хлопнул друга по плечу, — Кстати, если тебя утвердят на должность начальника группы, зарплата поднимется. Старик Сюй ведь уже полгода как наблюдает за тобой. Чего ждёт-то? — Кто ж его разберёт, — Мэн Чжао пригнулся, сел в машину и завёл двигатель, — Ладно, я поехал. Надо сестру с вокзала забрать. — Сестрёнка вернулась? — Чжан Чао повысил голос и, махая рукой, крикнул в спину уезжающему, — Так ты её уже кому-то пообещал? Мэн Чжао не ответил, только газанул, и Чжан Чао остался стоять в облаке выхлопов, кривясь и разгоняя дым резкими взмахами руки. На перекрёстке скопились длинные ряды машин. Утренний час пик вступил в свои права. Район Хуайань начал активно развиваться лишь в последние годы. Ещё лет пять назад это место считалось окраиной Минтаня. Но стоило горсовету объявить о переносе администрации в Хуайань, как район тут же стал лакомым куском. Цены на жильё взлетели, с тех пор как туда переехали мэрия и управление полиции, квадратные метры в этих местах стали недосягаемыми даже для небожителей. Впрочем, вместе с бурным развитием пришло и великое строительство. Повсюду торчали краны, высились леса новых жилых комплексов, а старенькие дома уже обречённо несли на стенах зловещее слово «Снос», написанное красной краской. На перекрёстке скопилась очередь из десятка машин, все ждали зелёный сигнал светофора. Мэн Чжао не был поклонником стояния в пробках, крутанув руль, он свернул на узкую улочку и, петляя по знакомым закоулкам, направился к вокзалу. Он знал Минтань, как свои пять пальцев, спасибо службе в городской дорожной полиции два года назад. Тогда, во время погони за подозреваемым, он слегка переборщил с жёсткостью, за что начальство в воспитательных целях отправило его в соседнее бюро регулировать порядок на дорогах в течение месяца. Руководители муниципального бюро высоко оценивали Мэн Чжао. Тот был хорош во всем: умён, красив, тренирован и надёжен. Единственный его недостаток — это скверный взрывной характер. В свои двадцать два, только окончив Университет общественной безопасности, Мэн Чжао был как с картинки: статный, собранный, с острым взглядом. Многие из старших офицеров выбрали его за внешность, решив заполучить зятя для дочерей. К сожалению, по мере достижения брачного возраста и ряда повышений до заместителя капитана уголовного отдела всё отчётливее раскрывалось его истинное лицо. Трое лучших стажёров, тщательно отобранных в управление пару лет назад, познакомились с этим характером поближе: одного он несколько раз довёл до слёз, другому пришлось использовать связи, чтобы перевестись в канцелярию, а третий вообще бросил службу и ушёл из полиции. Начальник Чэнь, который когда-то почти что сватал его к своей дочери, только вздыхал и качал головой, пытаясь убедить Мэн Чжао изменить свой характер. Тот каждый раз кивал, но всё заканчивалось одинаково. Два года назад, например, он сломал два ребра насильнику, который попытался напасть на оперативников. История едва не закончилась обвинением в превышении полномочий. С тех пор Чэнь окончательно решил найти другого жениха без склонности к насилию, мало ли тот в запале нехорошо поступит с его дочерью. Где тогда ей искать справедливости? Так за считанные годы звезда отдела превратился в завидного холостяка за тридцать с характером, от которого бегут невесты. Место начальника уголовного отдела пустовало уже больше года. Формально кандидатура Мэн Чжао подходила идеально. Но начальник Чэнь не мог стерпеть этого унижения и только отмахивался, ссылаясь на наблюдение за кандидатом. У въезда на вокзал Мэн Чжао припарковал машину, до прибытия поезда оставалось несколько минут. Он достал телефон и стал листать свежие новости. Не успел он открыть приложение, как в верхней части экрана всплыло уведомление: «Шок! В кадре во время стрима замечен труп мужчины в женской одежде!» Мэн Чжао скептически приподнял бровь. Городские СМИ всегда отличались любовью к громким заголовкам, но в итоге чаще всего оказывалось, что речь идёт о какой-нибудь мутной истории пятилетней давности или обычной утке. Если это случилось во время стрима, то, наверняка, такой кликбейтный заголовок сделан специально, чтобы привлечь больше просмотров. Но он всё же ткнул в ссылку. На экране появилась фотография с места происшествия. Мэн Чжао нахмурился, происшествие оказалось совсем свежим, и произошло буквально в паре кварталов от того места, где он только что проезжал, в старом районе, отмеченном под снос. Он провёл пальцами по экрану, увеличив изображение. В новости говорилось о "мужчине в женской одежде", но это было не совсем верно. На покойнике действительно были надеты красные туфли на высоком каблуке... но красное платье просто наброшено сверху. Поэтому общее фото не производило такого уж страшного впечатления. А вот портрет погибшего — дело другое. Лицо жертвы было густо и грубо загримировано: толстый слой красного макияжа на веках, щеках и губах, обведённых, как у куклы. На фоне посиневшей от отёка кожи лицо казалось нарисованным, театральным, и от этого пугающе безжизненным. Однако СМИ поступили совершенно неэтично, выложив фото жертвы безо всякой обработки. Телефон завибрировал. Звонила Чэн Юнь, одна из стажёрок отдела. Мэн Чжао ответил и сразу подумал, что звонок, скорее всего, относится к этому делу. И не ошибся. — Чжао-гэ! — голос в трубке был напряжённый, — Ты дома? — Нет, я ещё на вокзале, — отозвался он спокойно. — Срочно посмотри новость, которую я тебе переслала. Сегодня утром, недалеко от Юйхуваня, в районе сноса, нашли мужской труп… — Видел, — перебил он. — Это дело в нашей юрисдикции? — По идее, — продолжала говорить по телефону Чэн Юнь, — этим делом должен был бы заняться районный отдел. Но та стримерша с утра устроила трансляцию прямо с места преступления, теперь фото жертвы гуляет по всему интернету... А тут ещё и правительство недавно переехало в район, говорят, начальство уделяет этому случаю особое внимание. Только что звонили, интересовались... В общем, начальник Чэнь велел, чтобы ты взял это дело себе. Не успела она договорить, как в окно машины кто-то постучал. Мэн Чжао вспомнил, что забыл разблокировать дверь. Он подался вперёд, потянулся и открыл замок на пассажирском сиденье. Дверь тут же распахнулась, и в салон села Мэн Жошу. — Чжао-гэ, — снова раздался голос в телефоне, — я тебе сейчас скину геолокацию… — Не надо, — перебил он, — я знаю, где это. Отключив вызов, он повернулся к сестре: — Без чемодана? Едва он бросил на неё взгляд, как мгновенно заметил её ярко накрашенные веки, алые, словно обведённые маркером. В голове мгновенно всплыла картинка из новости про убийство: лицо жертвы с таким же чудовищным макияжем. Уголок его глаза дёрнулся. — Что у тебя с глазами? — А что? — Мэн Жошу тут же достала из сумки зеркальце, открыла его перед лицом и повертела головой туда-сюда. Она осталась довольна, макияж был идеален, — Всё отлично, по-моему. — С чего ты их так раскрасила? Как у кролика, — Мэн Чжао нашёл это непостижимым, завёл двигатель и влился в поток выезжающих с вокзала машин. — Это не "как у кролика", это тёплый коричнево-красный оттенок! — возмутилась Мэн Жошу, убирая зеркальце. — Самый модный мейкап в этом сезоне! Так называемый "айдол-лук". И вообще, гетеросексуальным мужчинам лучше не высказываться о женском макияже, если не разбираетесь! — Ладно, — буркнул он, не желая спорить, — У меня срочное дело, я довезу тебя до Юйхуваня, оттуда возьмёшь такси. — Это из-за того дела? — Мэн Жошу широко распахнула глаза, — С блогером? — С каким ещё блогером? — Разве это не о мертвеце в женской одежде? Моя соседка по комнате только что скинула ссылку. Говорит, покойник похож на одного музыкального блогера, она даже присоединилась к его фан-группе. Сейчас там, говорят, все сошли с ума… Музыкальный блогер?.. В наше время интернет нередко знает больше полиции. Если личность погибшего уже можно подтвердить, расследование, может, и не затянется. — Попроси свою соседку скинуть ссылку на его страницу и отправь мне. Обратно он снова поехал окольной дорогой. Подъехав к кварталу Юйхувань, он высадил Мэн Жошу. Прежде чем выйти из машины и захлопнуть дверь, она сказала: — Брат, я отправила тебе ссылку! Мэн Чжао уже собирался кивнуть, как вдруг заметил в зеркале заднего вида фигуру. Мужчина примерно его возраста, высокий, спортивного телосложения. Видно, он только что выгуливал собаку. Одет в спортивный костюм, в руке поводок, рядом семенит средняя по размеру псина. Мэн Чжао на мгновение затаил дыхание. Лу Шичэнь?.. — мелькнуло в голове. — На что ты смотришь? — обернулась Мэн Жошу, следя за его взглядом. Он словно проснулся. — Да ничего. Иди уже. — Я тебе ссылку на страницу скинула, не забудь, — Она помахала телефоном и пошла к дороге. Он кивнул, но когда разворачивал машину, не удержался и снова посмотрел в ту сторону. Мужчины уже не было. “Не может быть…” — подумал он. Разве Лу Шичэнь не за границей? К тому же он ненавидит собак. С какой стати ему с утра пораньше неторопливо выгуливать кого-то? И потом, они не виделись больше десяти лет… Разве он мог узнать его с первого взгляда, а в этом районе довольно много людей. Наверняка просто показалось. Он решил, что сон в дежурке был не слишком хорошим, и в результате, у него случилась утренняя галлюцинация. Мэн Чжао открыл присланную сестрой ссылку, бегло пролистал страницу, после чего перекинул адрес коллеге в городское управление, с просьбой выяснить, кто этот блогер, и что о нём известно в реальной жизни.