Кожа

Долгое время они молчали, а потом Лу Шичэнь неожиданно спросил: — Хочешь, я съезжу с тобой в тот переулок? Заодно поужинаем где-нибудь по дороге. — Если у тебя есть время, то почему бы и нет, — отозвался Мэн Чжао. Он как раз собирался заехать туда сегодня, но за весь день так и не выбрал момент. Когда он вбил адрес переулка в навигатор, Лу Шичэнь вновь заговорил: — А что с Сюй Юйлинь? — Она тоже исчезла, только это случилось десять лет назад. — Два исчезновения с разницей в десять лет? Эти дела как-то связаны? — Да. У Сюй Юйлинь до исчезновения был парень по имени У Вэйхань, нынешний генеральный директор той самой компании, где работала Сюй Инъин. Мэн Чжао опустил стекло и подставил лицо ветру. — Я встречался с ним сегодня днём. Естественно, он всё отрицал, но судя по его реакции... мои подозрения только усилились. И конечно, мы не сможем добиться от него каких-либо признаний, поэтому надо искать прямые улики, связывающие его с этими двумя делами. — У Вэйхань? Сын У Цзяи? — Лу Шичэнь свернул направо, в узкий проезд, — тогда вероятно он и есть зачинщик школьной травли против Чжао Туна. — Ты знаешь У Цзяи? — удивился Мэн Чжао, бросив на него взгляд. Лу Шичэнь выдержал паузу, потом спокойно сказал: — Он один из самых богатых людей в городе и довольно знаменит. Я работаю в финансах, и в этой сфере мимо таких фигур не пройдёшь. — Верно, — кивнул Мэн Чжао, — Деньги, власть, статус — у отца У Вэйханя есть всё это. В нашем городе не так уж много людей, способных довести человека до самоубийства и выйти сухим из воды. — Дело Чжоу Яня может быть с ним связано? — Трудно сказать… В этом деле много странностей. Если У Вэйхань действительно стоял за травлей Чжао Туна, как ты думаешь, он захотел бы, чтобы об этом снова заговорили? Конечно же, нет. Но если Чжоу Янь нашёл улику, способную пролить свет на него, и господин У узнал об этом?.. Может, он решил избавиться и от Чжоу Яня, и от доказательств? Связана ли эта улика с той закрашенной стеной? Но что такого может быть на стене, чтобы это имело реальную силу…— Мэн Чжао погрузился в раздумья, а потом вздохнул и сердито пробормотал, — Чёрт, башка трещит. Он запустил пальцы в волосы и принялся лихорадочно их теребить. Казалось бы, подозреваемый уже определён, но дело по-прежнему не сдвинулось с мёртвой точки. Мэн Чжао запрокинул голову и надавил пальцами на виски. — Тебе нужно действовать поэтапно. Давай, сначала разберёмся с текущим делом, — сказал Лу Шичэнь, мельком взглянув на него. После того, как Мэн Чжао как следует растрепал себе волосы, они встали дыбом, а несколько прядей на макушке торчали в разные стороны, как у всполошённого воробья. Лу Шичэнь затормозил на красном светофоре. Его правая рука плавно оторвалась от руля, зависла в воздухе, а потом легла Мэн Чжао на голову, пригладив взъерошенные пряди. — Эй-эй-эй! — Мэн Чжао резко поднял взгляд, — Ты чего меня лапаешь? — У тебя волосы торчат, — сухо ответил Лу Шичэнь, вернув руку на руль. Мэн Чжао пристально смотрел на него пару секунд, но потом махнул рукой, увидев, что это бесполезно. Он сам поправил волосы и откинулся в кресле, снова погрузившись в размышления о деле. Машина пересекла перекрёсток, проехала ещё метров двести и остановилась у въезда в переулок. — Приехали, — сказал Лу Шичэнь. Мэн Чжао вышел из машины, хлопнув дверцей. Впереди, у зоны сноса, полицейские проверяли, не зарыто ли что-то в земле. Он оглядел переулок: земля выложена неровнаой брусчаткой из голубого песчанника, ширина около трёх метров, машина могла бы пройти, но впритык. — Капитан Мэн, — один из участковых узнал его и подошёл с отчётом, — Днём мы уже всё осмотрели, и сам переулок, и зону сноса, но не нашли ничего, что указывало бы на захоронение. — Понял. Спасибо за вашу работу, — кивнул Мэн Чжао и пошёл осматривать окрестности. У переулка было три ответвления. Мониторинг всех трёх он уже пересмотрел не раз, и нигде не нашёл следы Сюй Инъин. Мэн Чжао обошёл переулок и, вернувшись, увидел, что Лу Шичэнь тоже оглядывается по сторонам. Он подошёл к нему и кивнул на перекрёсток неподалёку: — Сюй Инъин вошла сюда именно оттуда. Камеры в этом переулке не работали, но на трёх других дорогах, что примыкают к переулку, её уход не зафиксировали. Увидев, что Лу Шичэнь глубоко погружён в собственные мысли, Мэн Чжао спросил: — Есть какие-то идеи? — Можно взглянуть на запись? — спросил тот. — Она в машине, сейчас принесу, — ответил Мэн Чжао, направившись к автомобилю. Он достал планшет, подключённый в внутреней базе. Делиться записями с Лу Шичэнем было не совсем по регламенту, но он доверял его мозгам: возможно, тот сможет увидеть то, что ускользнуло от полиции. — Ты сказал, что Сюй Инъин после выхода из пансионата сразу направилась в этот переулок? — уточнил Лу Шичэнь, принимая планшет. — Да. Лу Шичэнь просмотрел кадры, на которых девушка выходит из ворот пансионата. — От санатория Вэньи до этого места не близко, идти не по прямой и нужно повернуть несколько раз, но у неё уверенная походка, словно она знает, куда идёт. Мэн Чжао заметил, как между бровей Лу Шичэня легла складка. — О чём ты думаешь? — Зачем она приходила в пансионат? — Неизвестно. Говорят, её туда провёл кто-то из персонала, вроде как посмотреть условия, но это странно. Я общался с её роднёй, и отношения у них явно холодные. С какой стати ей выбирать для них дорогущий пансионат? Лу Шичэнь досмотрел фрагмент, где Сюй Инъин выходит из пансионата, потом прокрутил остальное на шестикратной скорости и вернул планшет. — Ну? Есть идеи? — спросил Мэн Чжао. — Сначала поедим, — ответил Лу Шичэнь, — Мне нужно подумать. Видимо, и у него пока нет прорыва, подумал Мэн Чжао. Что ж, это было логично, в расследовании важен не только ум, но и опыт. Без опыта даже самый высокий IQ не всегда найдёт разгадку. Они зашли в ближайший ресторан кантонской кухни. Мэн Чжао не чувствовал голода: хоть он толком и не обедал, мысли были заняты делом, и по его ощущениям сейчас было не до еды. Зато у Лу Шичэня, похоже, разыгрался аппетит, и тот заказал почти всё меню. — Ешь, — сказал он, — Если всё время думать о деле, то легко попасть в ловушку однобокого образа мыслей. Тебе нужно отвлечься, тогда, возможно, ты увидишь другое решение. — Говоришь так, будто у тебя есть опыт в таких делах, — хмыкнул Мэн Чжао. — Это как решать задачу, — Лу Шичэнь взглянул на него и добавил с намёком, — Если решение не находится, возможно, ошибка в выбранном подходе. Услышав этот тон, Мэн Чжао насторожился: — Хочешь сказать, у тебя есть другая версия? Говори. — После ужина, — спокойно произнёс Лу Шичэнь и подвинул к нему тарелку с креветочными димсамами. Мэн Чжао взял палочки и зацепил один. У димсама была хрустящая в меру упругая оболочка, а внутри лежала целая свежая креветка. Он прожевал его и почувствовал, как возвращается аппетит, а заодно и воля к жизни. Внезапно Мэн Чжао ощутил голод и смёл половину стола, пока Лу Шичэнь размеренно ел, будто снова находился на дегустации французской кухни. Насытившись, Мэн Чжао продолжил думать, ожидая, что Лу Шичэнь вот-вот раскроет свою «новую версию», но тот не торопился. В своём изначальном утверждении, конечно же, он был прав, иногда, разбирая дело в одном направлении, упираешься в тупик, и нужно отстраниться, чтобы взглянуть на задачу с другого ракурса. Мэн Чжао перестал терзать себя вопросом «куда она делась из переулка» и сдвинул акцент на «почему она туда пошла». Зачем Сюй Инъин, выйдя из пансионата, выбрала этот маршрут? И что было дальше? Заметив, как Мэн Чжао нахмурился, Лу Шичэнь вытер губы салфеткой и спросил: — Нашёл новое решение? — Сюй Инъин как-то обмолвилась на стриме, что у неё ужасное чувство направления, и она не ходит никуда без навигатора. По её истории поездок видно, что она активный пользователь приложений такси. Если расстояние больше восьмисот метров, она всегда берёт машину, но на этом видео… Он достал планшет и перемотал запись к моменту, где Сюй Инъин подходит к переулку: — Ни навигатора, ни одного вопроса прохожим. Она прошла полтора километра пешком на восьмисантиметровых шпильках! Она могла подвернуть ногу, но всё равно продолжала целенаправленно идти в переулок без камер. Это совершенно не соответствует её обычному поведению! Эта аномалия не давала ему покоя. — Ты слишком сосредоточен на переулке, — сказал Лу Шичэнь, — А если заглянуть глубже? Что заставляет человека внезапно изменить привычки? — Здесь может быть два варианта: либо он долго прививает себе новую привычку, но в таком случае изначальная привычка сохраняется и может проявляться в какие-то жизненные моменты. Либо происходит резкий перелом под влиянием серьёзного события, и это заставляет человка неосознанно действовать новым способом. Лу Шичэнь снова заговорил: — Так что, как ты думаешь, под какой вариант подходит случай Сюй Инъин? Мэн Чжао задумался: — Её поведение изменилось резко. Ни о какой длительной коррекции привычек речи не идёт. И в последнее время у неё не было никаких серьёзных потрясений… Выходит, ни то, ни другое? Лу Шичэнь посмотрел на него и тихо сказал: — Всё, что ты видишь глазами, обязательно истина? Не упускаешь ли ты ещё один вариант? Мэн Чжао пару секунд молчал, а потом резко поднял на него взгляд: — Из пансионата вышла не Сюй Инъин?! — Именно, — спокойно подтвердил Лу Шичэнь, — Если человек вдруг полностью меняет привычки, может ли быть так, что это другой человек? — В теории… может, — Мэн Чжао обдумывал гипотезу, такую дерзкую, что даже ему самому она казалась нелепой. Но если из пансионата вышла женщина примерно того же роста и телосложения, переодетая в одежду Сюй Инъин, и при этом ни разу не повернула лицо к камерам… шанс на подмену был велик. Он схватил планшет и снова просмотрел запись. Действительно: от ворот пансионата до переулка девушка шла походкой без изъянов, но лицо было полностью спрятано под маску, голова опущена, словно она намеренно пыталась скрыть его от камер. — Значит… Что-то произошло с Сюй Инъин уже в пансионате? — нахмурился Мэн Чжао. По логике Лу Шичэня, настоящая Сюй Инъин исчезла там, а тот, кто вышел и добрался до переулка, выступал исключительно в роли ловушки, чтобы сбить следствие, и они угодили прямо в неё. Вот же… Преступник действует чёртовски хитро, но и Лу Шичэнь, чёрт возьми, мыслит широко! Мэн Чжао взглянул на него: — Ты с самого начала подозревал подмену? Лу Шичэнь лишь усмехнулся, не ответив, и спокойно продолжил есть. Мэн Чжао продолжил размышлять над этим: — Но смотри, если Сюй Инъин в тот день сопровождал сотрудник пансионата, значит, её всё время держали в поле зрения. При таком раскладе… когда могла случиться подмена? Разве что этот сотрудник сам замешан в деле? — А если не только он? — мягко заметил Лу Шичэнь, медленно постукивая пальцами по столу, — Возможно, и сам пансионат не так прост. Мэн Чжао помрачнел. Всё это время он зацикливался на переулке, и не обращал внимания на санаторий, но теперь пазл начинал складываться. — Если предположить, что исчезновение Сюй Инъин связано с У Вэйханем, то, вероятно, пансионат может быть связан с его семьёй, — пробормотал он, доставая телефон и набирая Чэн Юнь, — Проверь, пожалуйста, кто владелец санатория Вэньи и не является ли он собственностью У Вэйханя? Или кого-то из его семьи, например, У Цзяи? Мне нужны любые связи с его семьёй, хоть прямые, хоть косвенные, всё, что найдёшь. Где Чжоу Циян? Дай ему трубку. Через пару секунд голос сменился: — Да, Чжао-гэ? — Оформляй ордер на обыск санатория Вэньи и бери с собой группу людей, встретимся на месте. Прочешем этот пансионат по кирпичику. — Что не так с этим пансионатом? Разве Сюй Инъин не вышла оттуда? — Это только моё предположение. Обсудим на месте. Мэн Чжао оборвал звонок, глядя как Лу Шичэнь продолжает неторопливо есть. Ждать его Мэн Чжао не мог, если исчезновение Сюй Инъин действительно связано с пансионатом, нужно действовать немедленно. — Я поехал, — коротко сказал он, поднимаясь, — Ты ешь спокойно, после ужина сразу домой. Счёт на мне. Он направился к стойке, расплатился и быстро вышел. Через стеклянную дверь Лу Шичэнь наблюдал, как тот пересёк улицу и уверенно пошёл в сторону пансионата. Палочки замерли в руке. Лу Шичэнь положил их на край тарелки, потянулся к чайнику, налил себе полчашки и медленно сделал глоток. На его лице отражалось глубокая задумчивость.