Кожа

На него вновь наступали трое противников. Мэн Чжао щёлкнул складным ножом, выбрасывая лезвие, резко оттолкнулся, пригибаясь, и с разгона бросился к одному из врагов, занявшему северо-восточный угол, целясь в сердце! Хотя они уже видели невероятную силу Мэн Чжао, его молниеносный рывок застал врага врасплох. Тот быстро отпрыгнул в сторону, но споткнулся, потеряв равновесие. Однако Мэн Чжао не стал его добивать и рванул дальше к окну. — Он хочет сбежать через окно! — угадав его намерение, человек со шрамом бросился в погоню. Споткнувшийся бандит, восстановив равновесие, кинулся следом с кинжалом в руке. Но они не ожидали, что Мэн Чжао на самом деле не сбегает, а заманивает их в ловушку! Когда все противники погнались за ним к окну, Мэн Чжао резко сменил направление, бросившись к бандиту, оставшемуся без поддержки своих напарников. Он метнул складной нож, и лезвие, сверкнув в воздухе, вонзилось в плечо врага! Тот вскрикнул, не успев увернуться. Не давая ему опомниться, Мэн Чжао сжал правый кулак, вложив в него всю силу, и будто молотом ударил в скулу бандита. Изо рта вылетели зубы, вместе с брызгами крови и слюны. Удар свалил его с ног! Двое других, увидев это, замерли, не решаясь сразу атаковать, а Мэн Чжао присел, хватая поверженного за волосы, вырвал из его руки кинжал и приставил к горлу, обводя взглядом остальных: — Не двигаться, или я его прирежу! Человек со шрамом, опомнившись, сплюнул и выругался: — Чёрт, я тебя в решето превращу! Но вместо атаки он направился в противоположный угол, где достал длинный, больше полуметра, ящик, похожий на футляр для инструментов. Мэн Чжао следил, как тот вытаскивает предмет, состоявший из деревянной рукояти и двух толстых чёрных стволов, соединённых вместе. Самодельное охотничье ружьё! В тот же миг Мэн Чжао подтянул поверженного бандита выше, прикрываясь им, а человек со шрамом без колебаний спустил курок. С оглушительным грохотом сотни стальных дробинок обрушились на него, словно ливень. Дробь вонзилась в тело, превращая плоть врага перед ним в фонтанирующее кровью месиво! Бандит стрелял, не жалея своего! Мэн Чжао хотел отступить к окну, прикрываясь заложником, но теперь понял, что тот бесполезен! Он отбросил изуродованное тело и метнулся за ближайший железный бак для масла, лихорадочно обдумывая план. Ружьё в руках человека со шрамом было самодельным и стреляло дробью. Судя по длине ствола и эффекту выстрела, такое оружие имело огромную мощь, широкий радиус поражения и оставляло смертельные раны, но у него были слабости: низкая точность, невозможность стрелять очередями и долгая перезарядка. Значит, у него появится шанс в момент перезарядки! Человек со шрамом, уверенный в своём превосходстве, перезарядил ружьё, и они с напарником снова начали наступать с двух сторон, собираясь зажать полицейского в клещи. Бандит с кинжалом первым заметил укрытие Мэн Чжао и крикнул: — Он здесь! Человек со шрамом, не колеблясь, выстрелил. Раздался громовой залп, и заряд дроби снова полетел в Мэн Чжао! Полицейский метнулся в сторону, но человеческая скорость не могла тягаться с пулями. Несколько стальных шариков пробили его левое плечо, кровь брызнула фонтаном, заставляя руку ослабнуть, и нож с лязгом упал на пол. Игнорируя жгучую боль, Мэн Чжао, пользуясь паузой для перезарядки, рванул вперёд. Подпрыгнув для ускорения, он набросился на человека со шрамом, правой рукой отводя ружьё, а левой ударил в подбородок! После боя и уклонений силы Мэн Чжао были на исходе, а рана в плече ослабила удар. Человек со шрамом пошатнулся, но не рухнул, как предыдущий, и Мэн Чжао понял что одолеть его кулаками почти невозможно. Нужно забрать ружьё, иначе он окажется в безнадёжном положении без шанса выжить! Отведя кулак, Мэн Чжао обеими руками вцепился в ружьё, пока враг не опомнился. Вены на руках вздулись, и кровь из раненого плеча хлынула потоком. С яростным рёвом он вырвал оружие из рук врага, но от потери крови силы покинули его, и тяжёлое ружьё выскользнуло, упав на пол. Мэн Чжао наклонился за ним, но, очнувшись, человек со шрамом схватил его за руку! Стоявший поодаль другой бандит, уловив момент, бросился к Мэн Чжао с ножом. Тот знал, что нужно уклониться, но ослабевшее от кровопотери тело не слушалось, и он смотрел, как кинжал летит к его сердцу. Чёрт, неужели ему суждено умереть здесь? Умереть, как его мать, не худший вариант, жаль только, он всё ещё отстранён… В этот миг с оглушительным грохотом чёрный седан выбил ржавую дверь и влетел в здание фабрики! Двигатель дымился от удара, но водитель, не останавливаясь, на полной скорости направил машину на бандита с кинжалом! Тот отпрыгнул в сторону, а машина, не успев повернуть, врезалась в стену и замерла. Человек со шрамом остолбенел, а Мэн Чжао, собрав остатки сил, пнул ружьё в угол, вырвался из хватки и, подобрав упавший кинжал, отступил подальше. Дверь машины открылась, и из неё вышел высокий худощавый человек. Увидев Лу Шичэня, Мэн Чжао облегчённо выдохнул, ещё несколько секунд, и он был бы мёртв! Подавляя боль и борясь с сонливостью от кровопотери, он смотрел на Лу Шичэня, а тот замер, увидев залитый кровью зал. Всё это время Мэн Чжао отбивался от троих вооружённых врагов! Он подошёл к Мэн Чжао, оценивая ситуацию: на полу лежало изуродованное тело, и было непонятно, жив ещё нападавший или нет, Мэн Чжао был весь в крови и пошатывался от истощения, двое оставшихся бандитов, хоть и потрёпанные, всё ещё были полны решимости расправиться с ними. Один против двоих, для него, с малым боевым опытом, шансы победить их были ничтожны. Лу Шичэнь, поддерживая Мэн Чжао за плечи, холодно посмотрел на бандитов: — Сколько платит У Цзяи за убийство? Незваный гость нарушил их планы, но те лишь настороженно смотрели на него и молчали. — Двадцать лет назад был миллион. Теперь пять? Десять? — продолжил Лу Шичэнь, — Остановитесь, и я заплачу вдвое больше. В противном случае, я вызвал полицию, и они уже оцепляют здание. Пока у вас есть шанс сбежать. Человек со шрамом, усмехнувшись, бросил: — Вдвое, говоришь? А ты кто такой? Лу Шичэнь ответил с пугающей уверенностью: — Если вы работаете на У Цзяи, то слышали о Лу Чэнцзэ. Это мой отец. Его имя будет гарантией моих слов. — Лу Чэнцзэ? — человек со шрамом окинул его взглядом, — Твой отец? Он задумался, но через секунду решил: — Неважно, этот полицейский должен умереть! Он ринулся вперёд, а второй бандит, услышав приказ, бросился следом. Один безоружный, другой с кинжалом. Лу Шичэнь мгновенно решил, что сначала обезвредить вооружённого, и толкнув Мэн Чжао за спину, уклонился от удара кинжалом, выбросил свой складной нож и нанёс удар, целяся в живот. Бандит левой рукой перехватил лезвие, так что из ладони хлынула кровь, но не отпустил и другой рукой попытался ударить Лу Шичэня в шею! Лу Шичэнь увернулся, сжимая горло врага, вырвал свой нож и ударил по сухожилиям на запястье противника. Кинжал упал. Только теперь он обратил внимание на человека со шрамом и понял, что ошибся, ведь безоружный оказался опаснее! Пока Лу Шичэнь отбивался от одного бандита, человек со шрамом бросился на Мэн Чжао, стремясь добить его! К счастью, у того был нож, и, хоть он едва держался, но продолжал сдерживать атаки врага. Лу Шичэнь хотел обернуться, чтобы помочь, но второй бандит выхватил ещё один кинжал и теперь нацелился на Мэн Чжао! Лу Шичэнь перехватил его руку и с силой ударил кулаком по голове врага. Краем глаза он видел, что Мэн Чжао, хоть и вооружённый, с трудом справляется с человеком со шрамом из-за кровопотери. Чтобы спасти его, нужно избавиться от этого противника. Но бандит тоже заметил слабость Мэн Чжао и понял, что если задержать Лу Шичэня, то полицейский обречён! Поэтому бандит начал наносить удары кинжалом в смертельные точки, не давая Лу Шичэню приблизиться. Когда происходила очередная атака, Лу Шичэнь повторил трюк врага и перехватил лезвие ладонью, преграждая путь, а затем с размаху ударил локтем в живот противника! Удар был сокрушительным. Пока бандит корчился от боли, Лу Шичэнь отпустил лезвие, схватил его за шею и с силой впечатал головой в стену. Убедившись, что тот не может сопротивляться, он отшвырнул его на несколько метров. В это время человек со шрамом сжал руку Мэн Чжао, пытаясь повернуть лезвие против него. Мэн Чжао отчаянно сопротивлялся. Враг, увлечённый борьбой, не следил за тылом, и Лу Шичэнь с силой пнул его, отбросив на два метра! Человек со шрамом, отлетев, оглянулся на напарника и рявкнул: — Бездельник, вставай! Лу Шичэнь шагнул вперёд, поддерживая Мэн Чжао и заслоняя его собой. Крови на нём стало больше, а кровотечение из раны не останавливалось. Отброшенный в сторону бандит поднялся, сжимая кинжал, и присоединился к человеку со шрамом. Обе стороны, готовые к бою, замерли в напряжённой паузе, не решаясь атаковать, но вдруг взгляд человека со шрамом упал на ружьё, лежавшее у ног Линь Май и её сына! Чтобы добраться до него, придётся прорваться с боем. Хватит ли силы на ещё одну схватку? Человек со шрамом выкрикнул: — Линь Май, возьми ружьё! Убей их! Тогда никто не тронет тебя и твоего сына, и дела Чжан Линьцина останутся в прошлом. Вы будете свободны! Сын Линь Май всё ещё был без сознания, а сама она, ошеломлённая кровавой сценой, съёжилась в углу. Услышав своё имя, она вздрогнула, глядя на ружьё у ног. — Линь Май, я же сказал, — голос Мэн Чжао был тусклым, как и цвет его губ, слова вырывались с трудом из горла, — если поверишь им, то вы с сыном погибнете! — Линь Май, убей этого полицейского! — рявкнул человек со шрамом, — Убей, и я гарантирую, вы с сыном выживете! Линь Май не двигалась, дрожа всем телом, и мотала головой, отказываясь прикасаться к оружию. Мэн Чжао чувствовал, как сознание мутнеет, а сонливость от кровопотери может в любой момент обернуться обмороком. Если он отключится, то Лу Шичэнь, защищая его, не сможет отбиться, и их ждёт смерть! Он был не против умереть, но Лу Шичэнь не должен погибнуть вместе с ним. Нужно переломить патовую ситуацию, и воспользоваться Линь Май! — Линь Май, — Мэн Чжао решился на риск и собрал всю уверенность в словах, — думаешь, если не будешь ничего делать, то вы спасётесь? Пойми, эти люди убивают полицейских. Думаешь, им будет сложно вас прикончить? Стоявшая на коленях Линь Май шевельнулась и дрожащими руками подняла ружьё, а потом встала и направила ствол на Мэн Чжао и Лу Шичэня. Её лицо побелело, слёзы катились по щекам, а голос дрожал: — Офицер Мэн, я хочу, чтобы мой сын жил… только чтобы он жил… — Стреляй, и он выживет! — подстрекал человек со шрамом. Мэн Чжао смотрел в чёрный зев ствола, направленного на него. Он казался спокойным и бесстрашным. Это была его ставка. Он всё просчитал: если Линь Май выстрелит в бандитов, они с Лу Шичэнем выживут. Если в него, то его смерть освободит Лу Шичэня от обузы, давая шанс спастись! Все взгляды были прикованы к женщине. Человек со шрамом замолчал, увидев её решимость, а Линь Май опустила палец на спуск. Мэн Чжао шагнул вперёд, заслоняя Лу Шичэня, но почувствовал, что тот тоже хочет его прикрыть. В тишине зала грянул выстрел, но в следующую секунду пуля полетела не в Мэн Чжао. Он не верил своим глазам, в последний момент Линь Май развернула ствол! — Чёрт! — человек со шрамом взревел от боли, схватившись за щеку, — Я убью тебя, тварь! Из-за резкой смены направления, пуля лишь задела его щеку и плечо, не нанеся серьёзных ранений, но этого хватило, чтобы дать Мэн Чжао и Лу Шичэню время и шанс на победу! В этот момент снаружи послышался шум, как будто кто-то приближался! — Полиция? — человек со шрамом нахмурился, глядя на дверь. Он схватил с пола кинжал и быстро пошёл к Линь Май. Мэн Чжао рванул вперёд, неужели этот безумец, раненный Линь Май, потерял рассудок и хотел её убить? Но, к его удивлению, человек со шрамом остановился посреди зала и с силой вонзил кинжал в сердце лежащего напарника! Затем он посмотрел на второго: — Уходим!