Ненормальный

Зимняя ночь – это время, когда можно ощутить себя находящимся в другой реальности, которая совершенно не похожа на нашу. В воздухе витает нечто чудовищное, внушающее ужас простому смертному. И вот, кажется, очутишься ты в этой холодной ловушке, а назад пути уже нет. Это нечто уже тянет к тебе свои ледяные конечности, а после утаскивает в своё снежное логово. Жуть, правда? Или, может быть, дело вовсе не во времени? Тьма. Всему виной тьма. Беги. Беги. Беги. Беги и не оглядывайся. Не смей падать. Оно уже рядом. Оно уже здесь. Но вот, когда кажется, что из тьмы уже не выбраться, когда в ушах уже начинает звучать торопливый шёпот, а тело бьëтся в лихорадочном огне, впереди виднеется он. Он – тëплый и нежный свет, который становится всё светлее и светлее. Он безжалостно поглощает злую тьму, заполняя собой всё пространство. Вокруг образуется тишина, а тело постепенно расслабляется, чувствуя, как тот самый свет ласково обволакивает его, заключая в свои успокаивающие объятия. Земля под ногами становится всё мягче, словно белоснежное покрывало, отчего падать становится совсем не страшно. Дыхание. Глубокое дыхание. Такое чистое и ровное... И воздух. Очень много воздуха. Дыши. Только дыши. Вдох. Выдох. Абсолютная тишина создаёт атмосферу спокойствия, заставляя ощущать себя в полной безопасности. Голова вновь такая лёгкая, а конечности двигаются непривычно плавно и свободно. Ничего не может нарушить устоявшийся покой, как вдруг откуда-то сбоку возникает резкий звук разбитого стекла, который бьёт по ушам, и тело вновь дёргается. *** Андрей внезапно открыл глаза, отрывая голову от подушки, и начал торопливо оглядываться. Осознав, что находится в квартире Серафима, а конкретно в гостиной, где и засыпал ночью, парень облегчëнно выдохнул. Это был сон. Но почему он был такой... Другой? Уже давно кроме одной картинки ему ничего не снилось. Бывало, время от времени, что сны и вовсе не приходили, но чтобы так... Привычная атмосфера ужаса вдруг сменилась светом, который распространился по всему сознанию и сопровождал до конца сновидения. Андрей посмотрел на свои руки. Одна из них легонько покалывала, и парень крепко стиснул зубы, понимая что это значит. Этот странный незнакомец вчера трогал эту руку, будто пытался пробудить что-то внутри него через тактильность или же что-то ему глубоко внушить. На ум пришло то, что именно Филипп мог как-то способствовать прервавшемуся кошмару. То тепло, что ощутил Андрей во сне показалось ему уже хорошо знакомым. Что бы это ни значило, сейчас не время об этом думать. И так целый вечер голову ломал, думая о значении вчерашней встречи с данной персоной. Блондин помотал головой, после чего скинул с себя плед и встал на ноги, заметив в другом углу гостиной, совмещённой с кухней, Серафима, который собирал осколки разбитой кружки. Он виновато посмотрел на друга и хрипло произнёс: – Прости-прости, Андрейка, я еблан. – И тебе доброе утро, – усмехнулся Андрей и, потягиваясь, подошёл ближе, – Что-то ты рановато встал для человека, который вчера пол-бара выпил. Услышав что-то про алкоголь, старший нахмурился, заканчивая убирать осколки: – Не напоминай. – А чего так? Неужели плохо себя чувствуешь? – парень иронично захлопал глазками. – Эй, ну перестань, помню я, что алкоголь это плохо и вообще ай-яй-яй, Сима, нельзя так себя вести и всё такое,– пробормотал Сидорин, – Прости, хорошо? Ну так получилось. Это вообще Давид виноват. – Сим, ну как ты не поймёшь, – вздохнул Андрей, – Перед собой ты должен извиняться, а не передо мной. Выпить можно, ты знаешь, что я не против, но зачем же до такой степени напиваться? Ты и так по сколько сигарет в день выкуриваешь! Серафим улыбнулся, мягко массируя виски указательными пальцами, чтобы смягчить боль. – Ну ладно-ладно, понял я, – закончив, кивнул он, – Постараюсь следить за своим здоровьем, товарищ командир. Но ты ж знаешь, что без тебя я всë равно с этим не справлюсь, да? Парень подошёл чуть ближе и щëлкнул друга по носу, чем заставил его улыбнуться. Расстраивать Андрея и заставлять лишний раз его переживать Серафим не хотел, но каждый раз попадал в какие-то ситуации, из-за которых выходило совсем наоборот. Ощущение того, что рано или поздно из-за своей халатности он может лишиться заботы самого дорогого человека заставляло сердце невольно сжиматься, ведь именно эта забота – всё, что ему нужно. – Видимо, понимаю... – пожал плечами Андрей, чувствуя, как этот диалог всё сильнее вгоняет его в краску, – Слушай, Сим, вчера кое-что произошло, о чём я хочу тебе рассказать. – Так... – резко нахмурился Сидорин, – Это касается твоих снов? – Да я сам до конца не понял, если честно. Я уже ничего не понимаю. – Сейчас и разберёмся, – Серафим присел на край стола, – Иначе для чего тебе такой прекрасный друг? Андрей присел рядом и набрал в лёгкие воздух так, будто собирался высказать всё на одном дыхании. – Там, на балконе ресторана, когда Ян отошёл, я встретил очень странного человека. Он выглядел, словно... Не знаю, приведение из мультика, – парень всплеснул руками, – Я сначала не придал ему особого значения, но та аура, что от него шла, показалась мне слишком неоднозачной, чем я и заинтересовался. – Неоднозначной? Это как? – переспросил Серафим, скрещивая руки на груди. – От него шло такое приятное тепло, но, с другой стороны, он меня напугал. Он посмотрел на меня, представился, как-то понял, что меня что-то тревожит, а дальше начал копаться внутри меня. Перед тем, как начать рассказывать самое главное, Андрей налил себе прохладной воды из графика в стакан, осушив его практически в один глоток. Он прекрасно знал, что сейчас несёт какой-то дикий бред, но в глазах друга не видел ничего отталкивающего, что хоть немного успокаивало. Сидорин будто уже просто смирился и принял ситуацию, которая, от части, касалась и его тоже, это ведь Андрей, его Андрей. И он всегда будет на его стороне, даже в случае, если тот будет утверждать, что Земля на самом деле плоская. – Он дотронулся до моей руки, а дальше начал говорить какие-то загадки. Что-то о том, что нельзя тратить время на размышления, судьба сама ведёт к разгадке и одному искать истину не выйдет. Мне показалось, будто он знал о предложении Давида и отчего-то хотел, чтобы я согласился, – снова вспоминать голос Филиппа было не по себе, – Самое интересное, что я стоял как столб, смотрел ему в глаза и внимал каждому слову. А глаза у него были то ли голубые, то ли серые, но в то же время вообще без цвета. Серафим задумчиво посмотрел в сторону, постукивая ногой по холодной кухонной плитке и прислушивался к мыслям в своей голове. В ресторане было не очень много людей, да и на тех парень внимания не обращал, но если бы в зале появился тот человек, которого описывает Андрей, не обратить на него внимания было бы нелегко. Значит, что в ресторане за столиком он вряд ли сидел. Хотя, эти размышления всё равно не значили ровным счётом ничего, так как кроме бутылки виски Сидорин мало что замечал вчерашним вечером. От этого и обидно. – Может, это кто-то типо гипнотизëра? Просто напугать тебя хотел всяким бредом, и это ничего не значит. А про наш отдых... Подслушал или просто угадал. Не прямым же текстом он тебе всё это говорил. – Сим, ну зачем какому-то гипнотизëру меня пугать? – усмехнулся Андрей. – Ну-у-у... – протянул Серафим в ответ, – У тебя же в дизайне твоём много конкурентов. Если кому-то реально нужно было, чтобы ты с ума сошёл, уверен, нашли бы кого-нибудь. Младший покачал головой, слабо доверяя в действительность этого предположения. Как бы не хотелось, чтобы слова Серафима были истиной, Андрей был уверен, что тут не всё так просто. Филипп точно что-то знает и, более того, имеет непосредственное отношение к происходящему в жизни парня. Он наверняка пытался вывести Андрея из тупика, в котором тот оказался, но тем лишь запутал его. Единственное, что было ясно – это то, что Филиппу правда важно, чтобы Андрей действовал. Неужели это действие и правда заключалось в поездке, которую предложил Давид? Получается, если там ждёт какая-то разгадка, то и друзьям придётся столкнуться с частью настоящего кошмара, а впутывать в это близких Андрей совсем не хотел. Увы, в этой жизни приходится чем-то жертвовать. – Сима, – настороженно обратился блондин, – Я боюсь, что это как-то может коснуться и вас. Я думаю, что в коттедж вам лучше ехать без меня. Вдруг, там из-за меня что-нибудь нач... – Так, чудик, остановись. Что за бред вообще? – перебил его Серафим, – Без тебя я точно не поеду, так что либо мы оба едем тусить, либо я нахожу этого придурка и бью ему ебало, идёт? – Вот только давай без этого, договорились? – А разве он не заслужил? – Серафим! – Андрей положил ладонь на плечо друга, заставляя того развернуться к нему, – Не надо никого находить и кому-то что-то бить, даже не думай, понял? Сидорин улыбнулся, отводя взгляд куда-то в сторону, но парень снова заставил его посмотреть себе в глаза. – Эй! Я серьёзно, повтори! – Ладно-ладно, сделаю это в другой раз, уговорил, – старший слабо посмеялся, – Пусть пока поживёт. Андрей осуждающе покачал головой, на что Серафим лишь пожал плечами и аккуратно перехватил его руку в свою. – Вообще не понимаю чё ты так нервничаешь, – Сидорин резко понизил тон, с каждым словом говоря всё тише и тише, – Артём, вон, любую нечисть до слёз доведёт, Ян стопудово какой-то выход придумает, а Давид вообще сам как нечисть. Блондин склонил голову с лёгким смешком и почувствовал, как начинают выступать едва заметные слёзы. И почему он так равнодушно относится к своей жизни? Почему так мало времени уделяет тем, кто ему важен? Так не хочется оставаться без них, чтобы больше никогда не слышать эти глупые шутки или искренние разговоры по душам. Так не хочется оставаться одному в этой страшной темноте, ожидая пока она поглотит полностью. Но если нужно будет принести в жертву себя, чтобы спасти друзей, он обязательно это сделает. И пусть эта тьма и впрямь заберёт его полностью, не давая шанс на спасение, лишь бы жили те, кого он любит. И будет любить и там, в новой кошмарной реальности. – Веришь, что всё будет хорошо? – совсем тихо, почти что шёпотом, спросил Серафим. – Верю. Враньë. Наглое враньё. Уже не верит. – Мы отдохнëм и очень хорошо проведём время, а потом просто вернёмся домой и ты поймёшь, что этот мудак специально тебя запугивал, – парень сильнее сжал руку Андрея, которая до сих пор спокойно находилась в его собственной, – И сны, я уверен, скоро перестанут тебя мучить. Просто нужно перезагрузиться и выдохнуть. Серафим боялся, что парня просто хотят свести с ума и это может получиться, рано или поздно. Какие-то люди, разбирающееся в воздействии на человека, заставляют видеть его все эти кошмары во сне, а теперь ещё и так добрались. Однако, если это и правда связано с какой-то паранормальной ерундой, во что Серафим и правда начинает верить всё больше, то всё гораздо хуже. Сидорин ценой собственной жизни готов встать на защиту, но как? В мистике он совсем не разбирается, а уже тем более не знает, как с ней бороться. Он всего лишь желал, чтобы Андрей задышал спокойно. Даже если для этого придётся исчезнуть самому. Серафим резко выдохнул, понимая, как именно он должен доказать серьёзность своих намерений защитить парня. Так будет легче, так будет правильней и безопасней. Плечи его напряглись, а сердце застучало так, что этот шум начал раздаваться в ушах. Сейчас. Нужно сказать всё сейчас. Нельзя больше тянуть. – Знаешь, а вообще я... Это, ну... В общем, я хотел сказать, давно хотел сказать, но не сказал, но я хочу сказать... Бля, – от злости парень готов был прикусить себе язык, – Не светит мне большая сцена с таким словарным запасом. Старший замешкался, пытаясь сформулировать мысль, но отчаянно понимал, что за это время накопилось столько слов, что одним предложением и не скажешь. О чувствах нужно уметь говорить, и Серафим вроде как умел это делать и достаточно красиво, однако на практике признание никак не клеилось. Вот так проговариваешь себе под нос или перед зеркалом, и всё вроде прекрасно, но когда вместо зеркала напротив тебя сидит объект твоей нежности, то не только конечности становятся ватными, но и язык. – В общем, Андрей, ты для меня очень дорог... Ну, в прочем ты это знаешь и так... Андрей вдруг почувствовал, что перестаёт слышать половину той запинавшейся речи, что говорит Серафим. В грудной клетке с каждой секундой начинал разжигаться такой пожар, что парня вскоре должна была накрыть паника. Это то, что он думает? Ян был прав, Ян точно был прав, по-другому и быть не могло. Неужели он сейчас это скажет? Просто вот так возьмёт и выскажет всю информацию? Нет-нет-нет, пожалуйста, нет. Этого не должно случиться. Не сейчас. Только не сейчас. И вот, когда парень уже был готов упасть в обморок, раздался спасительный звонок в дверь. – Блять, ну какого хуя именно сейчас кого-то принесло! – сквозь зубы процедил Серафим и раздражённо потопал к двери. Младший облегчённо выдохнул, хватаясь за сердце. Ещё чуть-чуть и Сидорин совершил бы ужасную ошибку, которая наверняка разбила бы сердце обоим, ведь объяснять, что Андрей потянет их на дно и не сможет дать той любви, которой достоин Серафим, было бы мучительно больно. Серафим должен улыбаться, строить успешную карьеру и радоваться жизни, а не решать проблемы какого-то ненормального, чьи чувства делают не счастливым, а обречённым. Они не должны быть связаны. Не должны. На лестничной площадке, сунув одну руку в карман джинс, а другой опираясь о подъездную стенку, стоял Артëм. – Приветствую, – усмехнулся он и протянул другу его забытый в ресторане телефон, – Принимай пропажу, наверняка обыскался, а я видишь, нашёл. – Спасибо, ты пиздец вовремя, – пробормотал Сидорин, впуская Артёма в квартиру, – Прям с утра курьером подрабатываешь? – Да у меня рано утром тачка на техосмотр была записана, вот я обратно еду, – парень скинул ботинки в прихожей и прошёл в зал, – Слушай, ну ты норм вообще? Я тебе тут телефон привëз, который ты вчера в рестике просрал, а ты ещё и выëб... О, привет, Андрюх. – Привет, – кивнул парень, стараясь унять дрожь в теле после пережитого стресса. – Эй, хозяин, ты хоть бы чаю предложил! – Артём всплеснул руками, усаживаясь на стул. Серафим закатил глаза, нехотя подходя к чайнику. – Вы тут разбирайтесь, я в душ, – протараторил блондин и ретировался в ванную комнату, защëлкивая за собой дверь. Перед душем Андрей набрал в ладони ледяной воды и хорошенько прыснул ею себе в лицо, повторяя это несколько раз. – Симочка, милый мой, что же ты делаешь, зачем... – зашептал он, начиная расхаживать по комнате туда-сюда, – Пожалуйста, не надо, я так не хочу делать тебе больно, родной. Парень точно знал, что если сейчас ему повезло, то это не значит, что получится и дальше избегать этого разговора. Блондин вышел к ребятам уже в полном умиротворении после горячего душа, который очень хорошо отстрочил тревожные мысли. – О чём беседуете? – улыбнулся он. – Во сколько завтра выезжать будем, – ответил Артём, делая глоток чая, – Я за то, чтобы прям с утра. – Мы что, едем уже завтра? Я думал, хотя бы через неделю. – Да-да, я тоже этого не знал, – возмутился Серафим. – Вообще-то, мы вчера это обсуждали! – Артём громко поставил кружку с горячим напитком на стол, косо глядя на друзей, – Ну ты понятно, алкаш, не помнишь, но ты, Андрюх, забыл что ли? – Видимо да, забыл, – замялся парень, хотя, на самом деле, этого и не помнил. – Ясно всё с вами, – махнул друг и взглянул на часы у себя на руке, – Ладно, я полетел домой, обсудим всё в чате. Андрей вдруг встрепенулся, осознав, что сейчас снова останется один на один с Серафимом. Тем временем, Артём уже встал с места и медленно двинулся к выходу с рассуждениями о планах на оставшийся день. – Тëм, может ты и меня домой подбросишь, а? – остановил его младший. – Ну погнали. Сидорин резко встал со стула и подошёл ближе к друзьям, сурово глядя на Андрея сверху вниз. – Ну и куда ты щас собрался после душа, у тебя волосы мокрые. Заболеешь, чудик. – Да всë хорошо, я в шапке, – отмахивался парень. Он с моментальной скоростью нацепил куртку и ботинки, с той же скоростью натянул шапку и выжидающе посмотрел на Артёма, который ещё обувался. Серафим, в свою очередь, подошёл к вешалке, снял оттуда свой вязаный тëмно-коричневый шарф и аккуратно надел на Андрея, закрывая его лицо до самого носа. – Опять в пробке стоять хер знает сколько... – пробубнел Артём, выходя вместе с другом в подъезд. Андрей ехал домой, невольно вдыхая аромат чужого парфюма. В голову лезли напоминания о частых объятиях Серафима. Сидорин вернулся в комнату, до боли сжимая кулаки. Первая попавшееся статуэтка с полки полетела в стену. *** Снег медленно спускался на землю, а небо застилали пушистые снежные облака, закрывая собой солнце. Пугающая зимняя метель снова отступила и позволила жителям города выйти на улицу с санками. Дети весело визжали, бегая друг от друга со снежками, затем подскальзывались на льду и снова бежали. Молодые люди прогуливались по парку со стаканчиком горячего кофе и радостью от того, что зима подарила хоть одну спокойную субботу, когда можно вот так просто гулять с теми, с кем давно не виделся. Высокие ели, на чьих иголочках с Нового года оставались яркие украшения, гордо стояли вдоль дороги, в парках, скверах и около торговых центров. Андрей стоял и задумчиво смотрел на такой живой город, сунув замёрзшие руки в карманы, а ребята грузили собранные вещи в багажник автомобиля Артёма. Вчера, после того, как парень вернулся домой, весь день он пробыл в одиночестве, а вечером начал собирать вещи. Серафим звонил, спрашивая как дела и не произошло ли что-нибудь ещё, а Андрей всё боялся, что друг захочет приехать. В целом, блондин просто строил из себя дурачка, словно и не понял тогда что вообще пытался донести до него Серафим. После телефонного разговора обо всяких привычных глупостях, только не о насущных проблемах, делать вид, что ничего не произошло действительно стало легче. Андрей понял, что снова заводить этот диалог Серафим не собирается. Ночью абсолютно ничего не снилось, что ещё больше прибавило к хорошему настроению. Камень с души пусть и не упал, но хотя бы кусочек от него откололся. Блондин глубоко вдохнул свежий морозный воздух. Может, этого Филиппа действительно просто подослали завистники, а сны уже начали отступать насовсем? Хоть бы так. – Так, а что это он там стоит без дела? – раздалось за спиной Андрея за секунду до того, как его схватили поперёк груди, повалив в сугроб. Парень ахнул, а после заливисто рассмеялся, пытаясь встать, но Давид хорошенько впечатал парня в снег и не давал возможности этого сделать, пока сзади в затылок ему не прилетел тяжёлый снежок от Серафима. – Вот так, значит? – обернулся тот, – Десять минут назад ты мне предлагал снеговиков дружбы слепить, а сейчас снежок в спину? Парень демонстративно сделал ещё один снежок и бросил в ответку. Война была объявлена, и двух взрослых мужчин уже было не остановить от этой снежной бойни. Ян, пригнувшись, помог Андрею подняться и отряхнуть одежду от снега. – Ну всë-всë, ладно, предатель, твоя взяла! Отыграюсь, как приедем, – с тяжёлым дыханием улыбнулся Давид. – А потом снеговиков дружбы? – спросил Сидорин, устало падая в сугроб. – А потом снеговиков дружбы. Послышался громкий хлопок багажника серебристой фольксваген тигуан, и Артём горой встал перед друзьями: – Эй, первоклашки, очищаемся от снега и прошу на места. За окном мелькал зимний город: люди гуляли с колясками, с друзьями, парами или просто в одиночку. Никто не желал упускать шанс снова выйти на улицу без особой надобности. – Ну надо же... – с восхищением прокомментировал Ян, – И снова погодка шепчет. – Я специально заранее прогноз посмотрел. Обещают, что ещё неделю так будет, – заявил Давид. – Враньё, – послышалось с водительского сидения, – Это не надолго, я уверен. – Не бубни, а наслаждайся, пока есть возможность! Красиво же. – Янчик, я за дорогой следить должен, а не за эстетикой, – Артём вжал педаль газа, обгоняя фуру впереди. – Ой-ой, какой деловой, да ты и водишь так себе. – Скажи спасибо, что не пешком топаешь. Пейзажи стали ещё более красивыми, когда автомобиль выехал из города. В салоне шла усердная беседа о планах на этот отдых: бане, еде на мангале и посиделках в беседке с горячим чаем, если погода будет позволять. – Надо почаще так выбираться, – улыбнулся Давид, – На майские в поход пойдём. – Не загадывай наперёд, – тут же ответил Андрей. – А что, боишься не выйдет? Да я вас при любых обстоятельствах вытащу, вы ж знаете. Ян покосился на Давида, с сомнением поджимая свои тонкие губы и произнёс: – В поход? С комарами и без душа? – Ух, надо же, и что из этого тебя не устраивает? – с насмешкой вклинился Артём, – Ты ж такой ценитель эстетики, вот и налюбуешься природкой. Ян сжал челюсть и хотел уже ответить что-то колкое, но Андрей остановил его, хватая за локоть. Тогда парень с раздражением отвернулся к окну и замолчал. – Да чё вы сегодня успели не поделить? Надоели, – сонно пробормотал Серафим, потягиваясь на переднем сидении рядом с водительским. – Действительно, всё утро грызëтесь, чё случилось-то? – согласился Давид. – Со мной всё окей, это он на меня злится. Между прочим, ничего такого я не сделал. – Не сделал? – не выдержал Ян, – Идиот, ты вообще-то мой фотик вчера разбил и даже не извинился! – А вот врать не надо, пожалуйста, я извинился и заплатил за него. – «Ну сорян», значит, это извинения? – парень недовольно развёл руками, вспоминая события вчерашнего вечера, – Я же тебе свой любимый фотик одолжил, как другу, а ты... – Да успокойся ты уже, купишь себе новый и всё. Давид посмотрел на рядом сидящего Андрея и вопросительно кивнул, спрашивая стоит ли вмешаться, но тот отрицательно помотал головой, поднося указательный палец к губам. Но вот Серафима эта ситуация начала раздражать из-за постепенно нарастающей головной боли. Вчера они с Давидом весь вечер провели на студии, но вот в отличие от Давида, который уехал с наступлением ночи, Серафим остался чуть ли не до самого утра. – Да не в этом дело, придурок, а «успокойся» тёлкам своим говорить будешь, понял? – Ну не знаю, ты щас и сам истеришь не хуже моих тëлок. – Воу-воу, вы чё? – воскликнул Серафим, приподнявшись со спинки сиденья, – Распизделись. Ты, мажор херов, извинись нормально перед человеком, а ты выдохни уже и прими ситуацию. Вы друзья вообще-то, если вдруг забыли, и мы едем отдыхать, а вы устроили тут. В салоне автомобиля на какое-то время повисла тишина. Ян, по-прежнему чувствуя себя униженным, прислонился к холодному стеклу окна и замолчал, а Артём равнодушным взором уставился вперёд. Давид медленно наклонился вперёд к Сидорину, похлопав его по плечу. – Молодец, брат, даже я испугался, – прошептал он. Андрей посмотрел на Яна и аккуратно погладил его по плечу. Блондин помнил, что у друга обострëнное чувство справедливости, от чего ему было ещё сложнее в подобных случаях, но с таким настроением и отношением внутри компании весело проводить время не выйдет. Андрей перевёл взгляд вперёд, посмотрев на невозмутимого Серафима и улыбнулся, но стоило вспомнить вчерашнее утро, как улыбка каждый раз тускнела. Вроде бы всё в порядке, но эта недоказанность всё равно жгла изнутри. В любом случае, стоит поговорить по-взрослому, а не бегать как маленький ребёнок, делая этим только хуже. В целом, расположение духа у каждого сидящего в салоне этого автомобиля, оставляло желать лучшего. Хотя, почти у каждого, ведь предвкушение Давида от собственно организованного путешествия было не сломить. – Долго нам вообще осталось? Жопа квадратная уже, – Сидорин посмотрел на водителя. – Навигатор показывает, что ещё час, но погода всё хуже становится, так что скорость придётся снизить. – Бля, и правда, – Давид на автомате поëжился, кутаясь в свитер, хотя печка в салоне работала прекрасно, – Неужели метель начинается. Снег усиливался с каждой секундой, а вместе с ним сорвался ураганный ветер. Видимость стремилась к нулевой, когда белые снежные стены облепили автомобиль со всех сторон. Артём вцепился в руль обеими руками, ощутимо снизив скорость. На улице из-за метели становилось всё темнее, и парень поспешил включить фары. Он пригнулся, в надежде таким образом лучше разглядеть дорогу и на всякий случай заблокировал двери. – Слышь, а ты на каком сайте прогноз смотрел? – обратился к Давиду Серафим, – Пиздëшь точка ру? – Да это всё бред, пацаны, оно щас закончится. – Блин, всё же хорошо было, – Ян заметно запаниковал, ëрзая на месте. – Так, ребят, спокойно, – заговорил Андрей, – Это всего лишь погода, всё хорошо. На деле же, внутри парня точно так же начинала разрастаться паника. Эта метель будто пыталась заманить их в ловушку, и в голову парня вместо радостного предвкушения снова полезли кошмарные мысли. Он сжал в ладонях рукава толстовки, стараясь не выдавать свою тревогу ребятам. Серафим неожиданно повернулся к задним сиденьям и внимательно посмотрел на блондина. Будто почувствовав, что тот, на самом деле, испугался метели, он одними губами спросил: «Всё в порядке?», на что Андрей лишь неуверенно кивнул. В порядке. Конечно в порядке. Устоявшийся жизненный девиз. С трудом можно было разглядеть дорогу впереди, что ни говорить о деревьях и рядом проезжающих автомобилях, однако складывалось ощущение, что по этой трассе они действительно ехали одни. Ян повернулся к другу и шепнул: – Это этот водила накаркал своим: «не надолго, не надолго, и вообще я весь такой крутой и борзый, мне папаня бизнес купил» Автомобиль сам по себе начал снижать скорость всё больше и больше, пока вовсе не остановился посреди дороги. – Чё за херня? – не понял Артём и сделал попытку снова завести машину, но та не поддалась. – Пиздец, вот и приехали, – Серафим закрыл лицо руками, откидываясь назад. – Ну только этого щас не хватало. Я ж вчера на техосмотр ездил, всё там окей было и бензина полный бак! Позади послышался встревоженный голос Давида: – Чё делать будем? Эвакуатор вызывать? – Сидите, пойду капот гляну, – вздохнул Артём и вышел на улицу, полностью застëгивая куртку. Снег бил в лицо и совсем не давал возможности полноценно открыть глаза и найти проблему. Парень понимал, что сейчас вряд ли что-то получится, да и приборы показывали, что состояние автомобиля отличное, поэтому смысла в действиях Артёма попросту не было. В данном случае, поломку должны были искать специалисты, и водитель уже хотел вернуться в салон, но буквально в метре от себя заметил какую-то табличку или знак, что был плотно засыпан снегом. Любопытство взяло верх, и парень отряхнул находку от снега, прочитав крупную надпись: «Верхнее», которую через секунду снова начало заметать снегом. – Короче, – начал он, вернувшись в салон, – Там щас хер чё разберёшь, но кое в чём нам всë-таки повезло, если это можно так назвать: тут, походу, какая-то деревня, поэтому мы можем переждать метель у местных, а дальше по ситуации. – Деревня? – сомнительно переспросил Андрей. – Ну да, «Верхнее» написано. Деревня. Верхнее. Метель. Блондин откинулся назад под дальнейшие разговоры друзей и посмотрел в окно. Практически ничего нельзя было разглядеть, но сквозь метель всё равно изредка проглядывались крыши домов. Парень боязливо сглотнул, вспоминая свои опасения про метель и её ловушку. Стоило это вспомнить, как вдруг тело прожëг едва уловимый ток. Этот ток медленно прошёлся от головы, заканчивая кончиками пальцев. Вот же она. Ловушка. Филипп говорил об этом? Это сюда должна была привести судьба? Андрей обнял себя руками, понимая, что чего-то такого он и ждал, да и глупо было хоть чуть-чуть надеяться на что-то хорошее. Если Андрей так хотел получить разгадку, то нужно было перестать глупо верить, что он просто так её получит и ничего не даст взамен. Вот даже сейчас какая-то частичка парня надеялась на обыкновенность этого места и ситуации. Никакой тут разгадки. Обычная деревня. Обычный случай. Да? – Ты чего? – Серафим заглянул Андрею в глаза, узнав этот взгляд, который ассоциациировал со взглядом загнанного котёнка. – Ничего, просто задумался. Артём вырулил в сторону, паркуя любименький фольксваген на обочине. Ветер сдувал, а ноги утопали в сугробах. Ян, спотыкаясь, схватился за Давида, и оба прошли первее всех. Немаленьких размеров домики находились буквально в паре метров от трассы. Они стояли на своих участках недалеко друг от друга, и всего в паре из них горел слабый свет. Было довольно любопытно смотреть, как метель засыпает крыши и некогда вычищенные дорожки, но желания и сил довольствоваться видами совсем не было. Сейчас хотелось побыстрее оказаться в тепле с кружкой горячего чая, чтобы дождаться окончания бури и не заработать ОРВИ или какой-нибудь грипп. Дверь первого же дома незамедлительно открылась, а открыл её довольно высокий опрятный мужчина лет пятидесяти со стриженной бородой и хмурым настороженным взглядом. Ветер шумел настолько, что при разговоре приходилось повышать голос. – Здравствуйте, – улыбнулся Давид, – Извините за беспокойство, у нас просто машина сломалась, можно мы переждëм метель у Вас, пожалуйста? Мужчина простоял несколько секунд, а после растерянно осмотрел каждого из ребят со странным любопытством. – А... Метель... Вы... – он удивлëнно захлопал глазами, словно перед ним стояли не люди, а неведомые существа, – Ну д... да, конечно, проходите. Давид посмотрел на Яна, а тот лишь пожал плечами, мол ничего странного не заметил, и прошёл внутрь. – Вы нас ещё раз извините, – проговорил Серафим и пожал руку хозяину. – Да, мы не ожидали, что так произойдёт, – добавил Артём. Андрей недоверчиво вышел вперёд, чтобы повнимательнее разглядеть мужчину. Он создавал впечатление безобидного человека, однако его реакция на появление ребят смутила. Он бегал глазами из стороны в сторону и тяжело дышал, приоткрыв рот от слабо скрываемого удивления. Людей что ли давно не видел или чужаки пугают? Почём знать этих деревенских, но вот блондин уже был уверен, что дело тут вовсе не в этом. Этот мужчина что-то знает, да такое, что и Андрею тоже положено было бы знать. Однако, его взгляд, его жесты и поведение почему-то вызывали у Андрея лишь... Жалость? В этом человеке парень не заметил угрозы, смотря на то, как сильно он испугался, как только открыл дверь своего жилища. – Вас как зовут? – улыбнулся Ян, но улыбка исчезла, как только мужчина пошатнулся, хватаясь рукой за стену. – Ох... Боже мой... – приговаривал он, – Как же так-то. Андрей первый ринулся вперёд, желая как-нибудь помочь. – Вам плохо? – он положил руку на широкое плечо, – Голова закружилась? Хозяин медленно поднял голову, смотря на Андрея влажными испуганными глазами. Губы его дрожали так, словно у него сейчас начнётся истерика, однако этого не случилось. Парни позади напряглись, а Серафим уже хотел подойти, но Андрей услышал шаг и выставил руку вперёд, мол сам разберётся. Ребята сзади напряжённо перешëптывались, а Андрей замер с раскрытыми от ужаса глазами, как только в его ухо прошептали: – Вы ведь ещё так молоды...