Honey Boy in the arms of a demon

В будний вечер вторника все адекватные люди обычно отдыхают или готовятся к следующему дню. Минхо к ним не относится. По наступлению темноты в его особняке каждый раз загорается неоновый цвет, играет громкая ритмичная музыка и распиваются алкогольные напитки. Сегодня — не исключение. — Мэри, опять проиграла! — мужчина злобно хихикает, стоя перед столом для пинг-понга без верха. Настольный теннис на раздевание — его любимая игра. Он даже специально купил её к себе в комнату. Ведь демон мало кому проигрывает, заставляя противника обнажиться, а потом переспать с ним. — Ещё пару очков и тебе придётся снять трусики, дорогая! — Ли мастерски орудует ракеткой и гогочет от вкуса победы. — Ты реально дьявол! — шипит рыжая молодая девушка. — Я предупреждал, что оставлю тебя без одежды, когда ты желала сыграть. — Минхо шлёт воздушный поцелуй. Он может затащить в постель кого угодно, но разве это весело? Гораздо лучше, когда добыча сначала верит, что может взять верх, одолеть его. А потом эти надежды с дребезгом рассыпаются в пух и прах, когда все мячи пропускаются мимо. Неожиданно их покой тревожат. — Всем оставаться на своих местах! — в комнату влетает Хан Джисон с тремя полицейскими, привлекая внимания Минхо, Мэри, а также Чонина, что дурачился в кровати с понравившейся девушкой. — Что происходит? — самый младший подлетает с подушек, его руки сразу заламывают, — Отпустите меня! — Йена, успокойся и познакомься, это — мой горячий детектив, — Минхо сразу теряет интерес ко всему, что происходило до появления Джисона и рассматривает его шею с ярко-красным пятном. Он не стал замазывать засос, что я ему поставил. Мило. Джисон тоже смотрит в ответ и кидает быстрый взгляд на обнажённую грудь демона. Она невероятно плотная, рельефная, с чётко очерченными мышцами. Хан не удержался и облизнулся, когда увидел татуировку в виде дракона, что располагалась вдоль ключиц и ниже. Его однозначная реакция не остаётся не замеченной Ли. — Может, прикажешь своим отпустить моего друга? — демон усмехается, испепеляя взглядом губы Хана. Минхо снова раздевает меня глазами. Хуманизация похоти. Джисон судорожно сглатывает и кивает, не готовясь увидеть грудь Ли так близко и так внезапно. Детектив стоит на расстоянии вытянутой руки. — Да, ребята, он выглядит безобидным, можете отойти. — Йена самый тихий человек, которого я знаю, — уточнил Ли, — тебе нужно было схватить меня, а не его. Только уже своими ручками. — Так. Майкл, Джордж и Оливер, — Хан поворачивается к полицейским и стремительно краснеет, — Помогите обыскать остальных на первом этаже. Я займусь этой комнатой. — Йена, забери Мэри и свою спутницу тоже вниз. Хочу поговорить с детективом с глазу на глаз. — просит Ли. Все, кроме двоих, покидают этаж. Чонин бросает напоследок разочарованный взгляд из-за того, что его променяли на полицейского. — Мы снова с тобой наедине, Хан-и. — демон плавно приближается, от чего другой пятится назад. — Будешь обыскивать меня? Голая грудь касается плеч Джисона — Ли был выше на полголовы. Спина младшего с глухим стуком бьётся о каменную стену. Детектив касается ладонями разгорячённой кожи и сходит с ума от того, что ощущает нарисованного дракона под своими пальцами. Он смотрит на ногу мужчины и в недоумении открывает рот. — У тебя так быстро зажила рана? — Да. Как только ты уехал, она затянулась за секунду. — Минхо запускает руку в мягкие волосы Джисона, немного потягивая их на себя, — Кажется, когда ты рядом, я становлюсь уязвимым. Джисон поднимает голову и встречается своими выпученными с глазами, наполненными страстью и желанием напротив. Он признаётся мне в любви? Но сейчас Ли не использует красивых оборотов или эпитетов для выражения чувств. Демон просто сказал правду. Жаль, Хан этого не понимает. А скрывается ли за правдой нечто большее и всепоглощающее? — И зачем же ты вломился в мой дом, сладкий? — хрупкое тело вжимают в гранит, не давая даже вдохнуть полной грудью. Хану становится дурно. — Я…я-я. Мне… — Ты лишился дара речи? — Минхо ведет указательным пальцем по виску, затем по скуле, шее, вырисовывая волнообразные линии. — Появилась информация, что в твоём особняке распространяют наркотики. — Джисон жмурится от того, что Ли приблизился настолько, что они соприкасаются носами, а на губах чувствуется дыхание друг друга. — И что? Нашёл что-то? — демон опустил взгляд на нижнюю подрагивающую губу, а потом вернулся к потемневшим радужкам. — Повяжешь меня? — Нет! Ещё ничего не нашли! — Хан открывает рот от возмущения, но не может закрыть из-за того, что чужая рука придерживает нижнюю челюсть. — Я ещё не нагнул тебя, а твоё лицо уже — отражение возбуждения и разврата, — шепчет прямо в губы Минхо, — сыграем в пинг-понг? Не получив никакого ответа Ли раздосадовано хмыкает и отстраняется, идёт за стаканом с водой. — Ч-что… — Джисон прочищает горло, — что с твоей спиной? На бледной коже находится два огромных кровавых шрама. — Ох, ты про резцы от моих крыльев? — мужчина оборачивается и делает небольшие глотки, — когда я вырвал крылышки, то они появились сами собой. — Скажи правду, пожалуйста, Минхо. Это сделал твой отец? — Что?! Почему ты так подумал? — Ты упоминал, что презираешь его. — Да, и делаю это до сих пор. Но резцы — дело моих собственных рук. — Что случилось? — Я уже рассказал тебе. — Минхо… Как ты можешь постоянно липнуть ко мне, предлагать переспать и так далее, если ты не доверяешь мне? Я уже не могу слушать твои сказки про демонов и ангелов… В дверь стучат. Почему так невовремя? — Извините, что потревожил — заглядывает Джейкоб и хмуро оглядывает Минхо, — мы ничего не обнаружили, Джисон. Гады успели всё спрятать. — М-мм, хорошо. — Хан даже не смотрит на демона, пока Джейкоб уходит и хлопает дверью. Минхо садится на кровать и впервые чувствует жалящую пустоту внутри. Его будто ударили острыми саблями и оставили без помощи. Джисон смотрит на коробку, стоящую рядом со стеной. — Так это была не ложь? У тебя серьёзно несколько килограммов плюшевых медведей? — Я ещё никогда тебе не врал, детектив.

***

Сегодня серьёзных вызовов нет, поэтому детектив отправляется в часть разгребать документы. — Привет, Джисон. — Феликс тянет руку, но его друг мало того, что не жмёт её в ответ, так и не отвечает на приветствие. Блондин вскакивает с места и прикрикивает: — Эй, Сони, ты в порядке? — Да, всё хорошо. — Ты какой-то грустный. В чём дело? Что-то случилось в особняке Ли? Феликс всегда будто читает его мысли, поэтому Хан вздыхает и кивает. — Когда он касается меня, то происходит нечто странное. Словно тёплая вода. Вроде и тепло, а остаёшься мокрым и продрогшим. — Ты имеешь чувства к Минхо? — Да, — признаётся Хан. У него больше нет сил это скрывать. — А он к тебе? — В том и проблема, что я не знаю. Он флиртует со мной, но это его обыденный стиль общения. Говорит, что я милый, но при любом моём вопросе убегает от ответа, говоря какую-то чушь про то, что он демон. — Может, ему нужна помощь? Психолог там, или таблеточки пропить. Хан задумался. — Но со стороны он выглядит адекватным человеком. — А так всегда, Сони. Сначала притворяются хорошенькими, потом подбираются всё ближе и ближе и — бац! Твоя попа уже не принадлежит тебе. Джисон не сдерживает смех. — Только ты можешь сначала спрашивать про психолога, а потом в следующем вопросе говорить про жопы. — Конечно, обращайся. Специалист Ли Феликс к твоим услугам! Джисон разбирает на своём рабочем месте папки со стола и пребывает в мечтаниях.

***

Кровать Минхо как и владелец, скорее всего, обладает магическими качествами. Ведь по другому объяснить её волшебную прочность нельзя. Ли вдалбливает Хван Хенджина с такой силой, что его стоны слышны даже на первом этаже. — Прошу, сильнее, хён, а-ах… — давний друг обвивает демона ногами, прижимая того ещё ближе и ненасытнее. — Забудь обо всех проблемах, Джинни. Твой папочка обо всём позаботится и доставит тебе удовольствие. С этими словами он переворачивает Хвана, как послушную куклу, укладывая в коленно-локтевую позу и заставив рукой выгнуться в пояснице. Нижний продолжает гортанно стонать и закусывает губу от переизбытка эмоций. — Т-ты лууучший! Ах-ах-ах. Через ещё несколько глубоких и протяжных толчков, оба парня кончают. Минхо откидывается на подушки, убирает использованный презерватив, и закрывает глаза. В последние дни секс стал намного хуже, чем раньше. Внутри него будто борется нечто, которое не даёт до конца расслабиться и войти во вкус. Он будто делает что-то неправильно. Все текущие партнёры по постели становились лишь серыми пятнами, их лица словно искажались и пропадали, когда он входил в них. Ли думал, что решит проблему, если предложит Хенджину переспать — он ведь давно его знает, но всё тщетно. В моей голове только Хан Джисон Он проник туда, как вредоносный код, который отчистил все остальные программы, не касающиеся его. Хенджин рядом касается плеча демона, но старший вежливо просит не трогать его сейчас. Я точно болен. Теперь даже секс не приносит радости. Хочу только Джисона.

***

Минхо провалялся в постели до вечера. Когда Хенджин уходил, они обменялись парой слов. Оба понимали, что просто использовали друг друга, как манекены. Хван видел, что теперь его хён какой-то задумчивый, поэтому сложил два плюс два и осознал, что его старший влюбился. А сам Хенджин заглушал горе после гибели его девушки, пусть и таким грязным образом. Демон поднимается с кровати, разминает шею и плечи, будто у него они могут затечь, одевается и идёт к лестнице. На ступеньках его встречает мужчина с толстыми щеками и зализанной причёской. — Кто ты такой? Я не разрешал никого впускать, — голос демона подавленный и даже немного грустный. — А мне не нужно разрешения, — он без предупреждения резким рывком бросился на Ли, повалил его на пол. — Зря ты это начал. Уходи, пока даю шанс. — Минхо смотрит снизу вверх, но не теряет своей властности в ситуации. До того момента, как незнакомец достаёт его пропавший клинок, и глаза расширяются. — Кто послал тебя? — Так тебе и скажи. — он осматривает оружие, крутя его и заставляя поблёскивать на солнце, — не верится, что я убью самого сына создателя. — Не гордись тем, чего ещё не совершил, — Минхо перекатывается и меняет их местами, — думаешь, я не смогу дать тебе отпор? — Можешь не блефовать, Ли, — мерзкий хохот разносится по пространству, — Я знаю, что с появлением в твоей жизни детектива, ты ослаб. — незнакомец замахивается клинком и встречается с сопротивлением. Минхо обхватил его руки своими, держа лезвие прямо у своего горла. Ещё миллиметр, и пойдет кровь. — Твои источники заблуждаются. — глаза демона загораются красным, когда он пытается воздействовать на нападающего. Тщетно. — Я понял. Ты ангел или демон? — Угадал. Архангел Михаил. Так уж и быть, скажу, твой отец послал меня на Землю, чтобы убить тебя. — Что? Папа? — Ли шокирован, — не может быть. У него, разумеется, не лучшие отношения с родителем, ведь всё дошло до изгнания с небес. Но то, что его папа способен на сыноубийство, он не может поверить. Его окружила ярость. Глаза теперь не красные, а огненные — пламя пылает прямо в радужке. Минхо отталкивает архангела с мощнейшей силой. Михаил летит в небольшой личный бар. Все бутылки разбиваются об его тело, летят на пол и дарят тому новые порезы. Они в миг заживают. Оба смотрят на клинок, оставшийся лежать на полу. Бросаются молниеносно. — Моё! — Ли настигает первым и забирает оружие, оставляя архангела ни с чем. — Беги, пока я не прикончил тебя, сука! — в его голосе надломилось что-то хрупкое. Предательство родного человека. Пусть и строгого. Пусть жестокого. Но родного. Михаил понимает, что проиграл в этой битве, и исчезает без следа. Демон рушится на пол. Сжимает кулаки. Я мог простить тебе многое, но только не это, папа…

***

— Сохи, здравствуй. — Привет, Джисонни. Впервые встречаемся запланировано, а не как обычно без предупреждения, — они обмениваются улыбками, Хан помогает снять лёгкую кофту и вешает на крючок. — Ппама, малышка! Мама пришла, скоро поедем ко мне. — девушка нагнулась, чтобы почесать за ушком озорного питомца. Он всегда был рад видеть их обоих. — Как дела на работе? — Да всё как обычно, даже рассказать нечего. — доносится голос из ванны, пока Сохи моет руки. — Понятно, непостоянность не для тебя, — Джисон хихикает. — Чай будешь? — С удовольствием, Сон. Парень берёт в руки кружку и продолжает диалог. — А как у тебя в участке? — Да мы… — Хан прерывается от того, что кричит на всю кухню. За его круглым столом сидит Ли Минхо с широкой дурацкой улыбкой и ест печенье, специально уготовленное к чаю или кофе. — Я тоже решил прийти на чаепитие, детектив, надеюсь ты рад меня видеть. Джисон хватается за сердце и второй рукой подхватывает кухонное полотенце, которым тут же бьёт демона по плечам. — Ой, здраствуйте. — Сохи тоже подходит на кухню, — Джисонни, а кто этот привлекательный мужчина? — Как ты узнал мой адрес, чертила?! — хлопки полотенцем о ткань пиджака не прекращаются, поэтому Ли берёт всё на себя и перехватывает запястья младшего, сажая к себе на колени. Это действует моментально. — Тот, кто единственный может давать детективу ласковые прозвища, — отвечает старший на вопрос девушки. — Ого. — Не слушай его, Сохи, он придурок. — рот Джисона закрывают мягкие руки, не давая говорить, а корпус притягивают ближе. Теперь он сидит у Минхо на одном бедре. Мужчина будто вообще не напрягается, легко удерживая худенького Хана. — А ты, женщина, что делаешь в квартире моего Хани? — интересуется Ли. — Ох, не подумайте! Я его бывшая жена, всё давно в прошлом. Не знала, что у Джисона есть такие… красивые поклонники. Джисон мычит в ладонь, и Минхо всё-таки отпускает его. Он моментально подрывается с чужих бёдер. Одёргивает ниже домашнюю футболку, потому что трение о эти большие, почти плюшевые ноги, невероятно возбуждают. — Наверное, я пойду. — Сохи разворачивается к двери, но голос младшего останавливает его. — Мы же собирались пить чай, — напоминает Джисон и взглядом просит остаться. Сейчас он не осилит остаться со старшим один на один. Он просто умрёт от грязи, что лезет в голову. — Да, точно. Идём. Они вдвоем уселись за стол, присоединяясь к Минхо. — Тебя не учили, что вламываться в чужой дом — неприлично? — цыкает Джисон, накладывая кусковой сахар. — Когда нормы морали вообще останавливали меня, Хани, вот скажи? — Никогда. — Вот ты и ответил на свой вопрос. Атмосфера веяла напряжённая. По крайней мере, для Хана и его бывшей жены. Сохи пыталась завести диалог, но Минхо упорно игнорировал её присутствие, смотря только на Джисона, чьи щёки покраснели от температуры напитка. Либо от смущения. Демон больше склонялся ко второму. Какого чёрта я смущаюсь? Это он проник ко мне домой, а не я к нему! Пак уже попила чай, помыла кружку и идёт обуваться. — Ты уже уходишь? — Да. Мне нужно… на работу… Но Сохи же только с неё вернулась… Дверь захлопывается, а демон вмиг встаёт с места и подходит вплотную, указательным пальцем поднимая Джисона за подбородок. — Твоя бывшая поразительно догадливая, раз пыталась оставить нас двоих, — Минхо ухмыляется, когда смотрит на губы, сжатые в тонкую линию, — между вами точно больше ничего нет? — А что? Ревнуешь? — во взгляде детектива загорается огонёк. — Я?! Нет, конечно! — Ли приходит в замешательство, глаза забегали. Хан взял указательный палец, что до сих пор покоился на его подбородке и обхватил своей рукой. — Думал, я не замечу твой стояк? — Ли облизывается, — может, помочь? Сердце Хана делает кульбит. Он представляет Минхо на коленях перед ним, делающим минет прямо посередине комнаты. Но ведро ледяной воды будто окатывает на него. — Минхо, я недавно понял, что знаком с тобой больше недели, но ничего о тебе не знаю. — Джисон честно пытался дышать ровно и забыть, что было сказано секунду назад. — Как же ничего? Я могу всё тебе рассказать и показать. — мужчина облизывается. — Пожалуйста, хватит сводить всё к сексу! Давай просто поговорим. — Ладно, хорошо. — Ли отстраняется и садится на стул, — о чём ты хочешь меня спросить? — Расскажи что угодно. О твоей семье, детстве, хоть что-нибудь. — Хани. Но я рассказывал тебе об отце. У нас не очень радужные отношения. — Минхо опускает голову и смотрит на свои ногти. Нервничает. — Ты правда веришь в то, что говоришь? Твой папа — бог, серьёзно? — Да, верю, потому что это правда, клянусь. Я мог бы доказать тебе, но не знаю как. Не хочется рушить твою квартиру, чтобы ты удостоверился в моей силе. — Держи. — Джисон протягивает ему книгу. — Сломай её. Минхо фыркает. Медовый мальчик ставит на мне эксперименты? Он без усилий разламывает её на две части. Глаза Хана округляются. — Вау… — Мне нравится, когда ты так смотришь, — Ли улыбается, но уже без грамма пошлости. — Будем считать, что я поверил. Но это не отменяет того факта, что ты можешь быть просто искусным разводилой. — Хорошо… Спасибо тебе. — За что? — За то, что хоть на долю принимаешь меня. Никто из людей больше не признавал меня. Ты единственный, кто теперь знает. — А как же Чонин или Хенджин? Ты же дружишь с ними, неужели не рассказал? — Не хочу рушить с ними отношения. Они не такие, как ты. Будут переживать, или вовсе не поверят. Поэтому я им не рассказываю. Хотя, как не рассказываю. Я ни от кого не скрываю, что я демон. Всегда говорю это прямо. — Ли ухмыляется, — все тайны, что пытается выяснить человечество, всегда лежат на поверхности. Жаль, что люди этого не видят. Минхо чувствует, как его ноги кто-то касается. Кто-то очень мягкий. — Что это за чудище! — он вскакивает и смотрит под стол. Оттуда, с высунутым языком, выбегает пёсик. — Это Ппама, мой питомец, познакомься! — Джисон берёт собаку на руки и гладит белоснежную спину, — Ппама, это Минхо. Демон во плоти, — пёс, словно действительно понял, что ему говорят, поворачивается к Ли и дышит с высунутым языком. — Мне кажется, из нас троих на демона смахивает больше всех он. — Тебе не нравятся собаки? — Больше по душе кошки. — Я почему-то так и подумал. — Почему? — Ты и сам похож на кота. — Что?! Хочешь сказать, я тоже состою из шерсти и сру в лоток? — А кто тебя знает. — Джисон! — А мне кажется, пёсики очень милые. Особенно, мой Ппама. Похож на маленькую плюшевую игрушку. Я уже выяснил, что ты любишь плюш, раз у тебя их дома целая коробка. Минхо ещё раз оглядел пса и досадливо вздохнул. Он и вправду был привлекательным. — Хочешь погладить? — Джисон двигается ближе, предоставляя доступ к шёрстке. Ли прикасается сначала робко, а потом всё смелей ведёт пальцами по приятному на ощупь покрову. — Ты ему нравишься, Хо. — Конечно, ведь я неотразим. — Минхо широко улыбается. — Стой, как ты меня назвал? — А? — Джисон поднимает взгляд, — Хо. Не нравится? Минхо неопределённо пожал плечами. Очень нравится.

***

Разговор с Минхо убедил Джисона поверить в его историю на неопределённый срок. Он понимал, что Ли действительно очень полезен в расследованиях, поэтому взял на новое дело. Также недавняя проверка его особняка показала, что Минхо чист и пропажа документов была лишь сбоем системы. По крайней мере, Хан в это верит. Для сегодняшнего дня Хан подобрал чёрный свитшот и серые классические штаны, что красиво обтягивали стройные ноги. Минхо предстал перед ним в чёрной рубашке, расстёгнутой на две верхние пуговицы, что позволяло лицезреть его татуировку на гладкой коже. Детектив и демон входят в огромный концертный зал, его вместимость поражает. Билет на выступление здесь может достигать невероятных сумм. В данном театре играют пьесы великие режиссёры-постановщики, выступают мировые музыканты. — Красиво, да? — Ли обращается к Хану, задирая голову и любуясь огромными расписанными золотом потолками, огромной стеклянной люстрой. — Как они, интересно, лампочки вкручивают? — Давай серьёзней, хорошо? — Постараюсь. Но ничего не обещаю. Оба оглядывают зрительные места, на которых ещё находятся люди. Из-за произошедшего преступления всех попросили остаться на своих местах и перекрыли выходы. Джейкоб проводит их к месту убийства. На сцену. На ней стоит огромный рояль, блестящий и переливающийся на свету. Чистоту инструмента портит кровь, что стекает тоненькими струйками. — Популярный дирижёр Ренцо Альтман был убит прямо во время своего выступления на глазах у тысячи зрителей. Мертвый сидит в кресле почти театрально, как кукла, глаза пустые и безжизненные. — Ему можно позавидовать, — говорит Минхо, — умер, занимаясь любимым делом. Не все имеют такую роскошь. Перед телом лежат листы с нотами, испачканные кровью. Джисон надевает перчатки и берёт в руки один из них. «Семь минут молчания». Он и не подозревал, что это произведение станет для него последним. — Как именно произошло убийство? Опросили часть свидетелей? — Да, пока успели только шестерых. Всё шло как обычно — прекрасная музыка и хорошая акустика. Ничего необычного не произошло. Но посередине представления свет, камеры и колонки отключили. Ровно на семь минут. — Будто воплотили в жизнь последнюю симфонию Ренцо. — Точно. — Да, музыка у него хорошая, — Минхо перебирает листы, чем ошарашивает двух полицейских рядом. — Минхо! Ты трогаешь вещдоки голыми руками? — Ну да, а что? — Это улики! — Я тебя умоляю, просто писанина, которую напридумывал себе наш жертва, из-за чего и скончался. — Зачем ты постоянно таскаешь этого тупицу за собой? — Джейкоб скалится и подходит вплотную к Ли. — За тупицу сейчас ответишь, — они стукаются лбами, как два быка. — Успокоились! Минхо, положи листы! А ты, Джейкоб, не обзывайся. Он поможет нам в расследовании. — И как же? Сейчас я наблюдаю, что он только мешает. — Я за него ручаюсь. Продолжай. Полицейский восстанавливает дыхание и говорит дальше: — Осмотр криминалистов показал отсутствие признаков борьбы. Смерть наступила от большой кровопотери через многочисленные разрезы, выполненные с ювелирной точностью. Словно преступник знал, как убить человека лёгкими движениями и не тратить на это лишних усилий. Джисон задумался. — На этом всё? — Да, детектив. — Тогда присоединяйся к опросу свидетелей. Джейкоб кивнул и направился к женщине в шляпке на первом ряду, бросив злобный взгляд на демона. — С каждым разом жизнь подбрасывает более сложные загадки. — Может, я могу помочь? — Это займет очень много времени. В этом помещении все — влиятельные люди и любой может оказаться виновным. Каждому из присутствующих выгодна смерть дирижёра, ведь они так или иначе связаны с музыкой. Будешь заглядывать в голову всем 1625-ти зрителям, насколько рассчитан этот зал? — Ты прав. И что же тогда делать? — Пойдем и поговорим с осветителем. Ведь если кто-то проник к оборудованию, чтобы выключить его, человек, отвечающий за него, должен был заметить преступника. — Мой Хани такой умный. — Я не твой. — хмурится Джисон. — Это пока. Детектив закатывает глаза. — Добрый день, я детектив Хан Джисон, — он показывает удостоверение сидящему у пульта управления старику, — вы находились здесь во время убийства? — Здравствуйте, да. — Получается, преступник заходил сюда во время инцидента? — Ох, что вы, нет. Я бы его заметил. Всё электричество в здании обесточили. — Знаете расположение электрощита? — Конечно, он находится на стороне чёрного входа, прямо на улице. Джисон прижал указательный палец к нижней губе. — А можете предположить время, которое нужно потратить, чтобы добраться от электрощита до сцены? — Точно сказать не могу. Но точно больше 10 минут. — Спасибо вам, что ответили на вопросы. — Не за что. Надеюсь эту тварь найдут. Джисон выходит из комнаты управления и поворачивается к Ли. — У убийцы точно был сообщник или сообщники. Пока он убивал дирижёра, кто-то стоял у электрощита и отсчитывал 7 минут. Чтобы не терять время, детектив и демон разделились и присоединились к другим для опроса людей. Джисон подошёл к двум мужчинам в возрасте. — Все выходы перекрыли. А я хотел поехать к жене побыстрей после представления, — говорит человек в жёлтом пиджаке. — Да уж, и не говори. У меня вообще была назначена встреча с важными поставщиками, — отвечает мужчина в сером. — Здравствуйте. Вас беспокоит детектив Хан Джисон. Можно задать вам несколько вопросов? — Приветствую, — говорит один из них, — задавай, только прежде, хочу спросить, когда нас выпустят отсюда? — Прошу прощения, но я не знаю. Мы делаем всё возможное, что есть в наших силах. Расследование требует времени, не могу вам назвать точных сроков. Оба раздувают ноздри от раздражения и смотрят друг на друга. — Может, вы видели подозрительных фигур в фойе или, может быть, среди зрителей зала? — Нет, уважаемый. Если бы мы что-то заметили, то всенепременно бы предупредили об этом персонал. — Ладно. Тогда, как вы получили билет? — Хо-хо, нам предоставили их наши знакомые, которых мы знаем ещё с юности. — Можно поподробнее, пожалуйста. — Мы оба из влиятельных семей и дружим очень давно, — их голоса предались воспоминаниям, — познакомились в интернате для богатых детей. Он был единственным в своём роде. — И кто же именно отправил вам приглашения? — Мы…мы не знаем. В письме была лишь печать от интерната и приложение в виде пропусков на представление. — Понятно, большое спасибо за потраченное время. Синхронно с беседой детектива Минхо разговаривает с женщиной, одетой в шикарное платье. — Вы невероятно красивы, — начал он издалека, — могу я побеседовать с прекрасной дамой? — Да, конечно, — она голодно обвела Минхо с головы до пят своим взглядом, на несколько секунд задерживаясь на выглядывающей тату. Демон не стал медлить и окрасил глаза в красный цвет. — Вы имеете дело к убийству? — Нет, что вы! — Тогда, может быть что-то можете рассказать, что приблизит нас к разгадке? — Я… Не знаю… Я просто приехала отдохнуть и расслабиться. Мне прислали билет из моего интерната, в котором я провела всё детство. — Интересно, что за интернат? — Для брошенных детей, которых богатенькие родители скидывали на голову воспитателям и учителям, а сами катались по курортам и конференциям. — Дело обретает новые повороты. Джисон и Минхо встретились на проходе между креслами в партере. — Я узнал кое-что! — У меня есть зацепка! Они произнесли это одновременно. — Билеты на это представление были выкуплены одним человеком или одной организацией, которые потом отправили в письмах воспитанникам закрытого интерната, — говорит Минхо. — Абсолютно все, кто получил приглашения сюда — обучались в интернате, куда богачи отправляли своих детей, чтобы за ними присматривали, — продолжает детектив. Джисон набрал в телефоне запрос об этом учреждении. Один из сайтов вещал, что интернат снесли из-за жалоб о буллинге между подростками. — Какой наш следующий шаг? — спрашивает Ли, вытирая платком капли пота со лба. В помещении невероятно душно. Раздаётся крик. Все люди оборачиваются в сторону одного из балконов, где начинается шумиха. Через несколько минут прибегает Джейкоб и объявляет: — У нас ещё один труп. Значит, убийца в самом деле по прежнему в здании.