Shard Island

В ту ночь Зоро снился Санджи. И когда он проснулся, то сразу же подумал о Санджи. Пока он тренировался, запах табака преследовал его, несмотря на то, что он был далеко-далеко от камбуза. Не имело значения, куда он шел и что делал, в его мыслях постоянно обитал Санджи, Санджи, Санджи… Санджи. Это имя вселяло в него досаду и било по вискам, словно пушечное ядро. Его фиксация на коке то появлялась, то исчезала, но он был уверен, что избавился от последних ее крупиц во время тренировок с Михоуком. А сейчас эта одержимость накатила на него с новой, удвоенной силой. Зоро предполагал, что сейчас, когда он знает, какой кок на самом деле, его привязанность наконец оставит его, перестанет его отвлекать. Вместо этого он превратился в одержимого зомби, и перед его мысленным взором не переставало возникать самодовольное лицо кока. Прошло уже два дня с тех пор, как они покинули этот странный остров, и теперь кружили по периметру пузыря в поисках его слабого места, однако больше Зоро не мог сказать ничего о том, что творилось на корабле. Кроме, разумеется того, сколько раз он поднял на жим и что делал кок. Он знал, что Нами и Луффи, вроде как, очень громко ругались, но понятия не имел, о чем именно, и не мог даже в какой-то мере почувствовать себя заинтересованным. Он также знал, что Чоппер волнуется из-за чего-то, и тем не менее все, о чем Зоро думал — это о том, чем в это время занимается кок. Это унизительно, жалко, до глупого смешно. Зоро не хотел таким быть, и все же, вот он — сохнет по гетеро-парню как какой-то двенадцатилетний пацан. Он был выше этого. Он знал, что был выше этого. И сейчас он стоял перед дверью в камбуз, стискивая до боли зубы и до белых костяшек пальцев сжимая ручку двери. Зоро тупо пялился на свою руку и пытался заставить себя думать. Заставить свой дрянной мозг работать, обрести понимание происходящего, а еще лучше — смысл. Он не должен открывать дверь. Ему лучше вернуться к тренировкам, медитациям. Вполне легкое решение, просто пойти восстанавливать утраченные силы и ни в коем случае не открывать эту чертову дверь. ...Он открыл эту чертову дверь и вошел в камбуз, оглядываясь в поисках знакомого стройного силуэта. Кухня сияла чистотой, и только кипящая на плите кастрюля давала понять, что кто-то здесь готовил. Массивная железная дверь, защищавшая кладовую от вечно голодных ртов, была приоткрыта. Хм. Кок, вероятно, там. Это значило, что ему нужно развернуться и заняться чем-то полезным вместо того, чтобы усугублять свое положение. Кладовая была более пустой, чем предполагал Зоро, но он быстро отмахнулся от этой мысли. Кок был тем еще придурком, но знал, как обращаться с едой. И запасов у них хватало, иначе кок бы уже начал жаловаться и что-то предпринимать. Если же он будет работать спустя рукава, тем больше поводов вышвырнуть его с корабля. Обычно Зоро бы ухватился за эту мысль и обдумал, не было ли это проявлением сдерживаемой обиды. Вместо этого в его голове образовался вакуум, и он просто уставился на кока, который перетаскивал с полок на пол мешки с мукой. Кок прервал свое занятие, медленно развернулся на каблуках и посмотрел на Зоро. И снова улыбнулся, широко, пугающе-искренне. В его глазах плясал неподдельный блеск, а с губ сорвалась усмешка. Зоро нужно прекратить все это. Он не мог нормально соображать, он не мог тренироваться, он не мог быть мечником, каким он должен являться. Поэтому, если игнорировать Санджи не получается, ему нужно сделать что-то иное. Над тем, что такое это “иное”, Зоро не сильно раздумывал. Его идеи редко были четко сформированными. Скорее это были расплывчатые абстракции, которые приходилось долго обдумывать и формулировать в связную мысль. Зачастую ему было проще выражать мысли действием. Но сейчас? Сейчас он не мог надеяться только на свою силу и твердолобость. Ему нужно найти подходящие слова, и найти их быстро. — Кок, тебе нужно перестать делать это, — сказал Зоро. Он стоял, как вкопанный, перед Санджи, и не переставал кусать губы, словно неосознанно пытался почувствовать вкус крови. — Перестать считать остатки? — спросил Санджи, склонив голову набок. — Перестать… вести себя так. По отношению ко мне. — Зоро, бро, дружище, дорогой мой, я же уже изв… Санджи не смог закончить свой ответ: Зоро схватил его за горло и впечатал в стену. — Хватит!.. — прошипел Зоро, стараясь не привлекать внимание остальных громкими выкриками. — Ты выиграл, доволен? Ты окончательно меня выбесил! Не знаю кто тебе посоветовал, или как ты к этому пришел, но поздравляю! Ты вымотал мне все нервы. Кок не реагировал, смотрел за Зоро спокойно. Мечник не любил показывать свою злость, особенно коку. Он был выше этого — хотя, очевидно, что нет, не был. Но он может разобраться с этим потом. Сейчас же ему необходимо с этим покончить. Просто покончить со всем этим. — Это не смешно и не мило, и ты не можешь просто вести себя так, будто вокруг все радужно и солнечно. Что ты за мужчина, если сразу, блять, начинаешь извиняться?! — продолжил Зоро. Кок, тем временем, молчал, вместо ответа поднеся к губам сигарету и зажигая ее. Он глубоко затянулся и выдохнул дым Зоро в лицо. — Знаешь, — произнес он, — тебе повезло, что меня такое заводит, иначе бы я тебе уже вмазал. Кровь прилила к голове Зоро. Его сердце забилось чаще, и он, пересиливая себя, убрал руку с шеи кока, не зная, что ему ответить и хочет ли он отвечать вообще. Спустя секунду он пришел в чувства, но только на мгновение. — Кто, блять, сказал тебе? — ощетинился он. — Сказал что? — спросил кок, приподнимая бровь. — Сказал… вести себя вот так! Ты, блять, флиртовал со мной! Я не слепой, бровастый, я заметил! — продолжал Зоро, встав в у двери между кухней и кладовой. Санджи усмехнулся, и Зоро замер. Наконец-то. Ответы. Он не знал, что будет дальше, ему было без разницы — чему-то необходимо было произойти. Санджи сделал шаг вперед, оказываясь в нескольких сантиметрах от Зоро, смотря на него прямо. Лицо его озарила широкая улыбка; он провел рукой по волосам, обнажая на мгновение две завитые брови, и затем челка снова упала ему на глаза. — Так, — произнес Санджи, — а кто тебе сказал, что я пытался это скрыть? Время замедлилось, и поначалу Зоро был абсолютно уверен, что Санджи собирается ударить его головой. Но удара не последовало — ни резкой боли, ни ожидаемых травм. Вместо этого Санджи его поцеловал. И на мгновение все мысли покинули Зоро. Осталось лишь колючее прикосновение щетины, укус в губу и настойчивый язык, проникший в его рот. Запах и привкус сигарет обволок Зоро, ощутимый так близко, как никогда прежде. Зоро стоял, парализованный, и не мог понять, от страха ли, смятения или крайней степени благоговения. Его руки тряслись. Руки Ророноа Зоро тряслись. Он обхватил Санджи за талию, практически впившись в него, и разорвал поцелуй, пытаясь глотнуть немного воздуха, отчаянно соображая, что только что произошло. Он ожидал, что Санджи что-то скажет. Может, посмеется над тем, как тот быстро потерял хладнокровие. Но Санджи прильнул еще ближе, проводя языком от шеи Зоро вверх, к уху. Зоро весь затрепетал — и вот так просто каждая грязная мысль, каждая секунда возжелания, каждая четко очерченная фантазия, каждый момент пресеченной на корню похоти — все, что он сдерживал в себе эти три года, враз нахлынуло на него, норовя задушить. Санджи. Он сжал его талию крепче, впиваясь ногтями в кожу под незаправленной рубашкой. Его ноги подкосились, и он медленно опустился на пол, и Санджи воспринял это как призыв к очередном поцелую. На этот раз, едва-едва, Зоро смог ему ответить, открывая рот и прижимая кока к себе настолько близко, насколько он мог. Какая-то часть его сознания, где-то совсем на задворках, обматерила его. Плохая ли это идея? Да, вероятно. Если кто-то ворвется через окно и атакует, ему потребуется как минимум четыре секунды, чтобы встать в боевую позицию. Плохая ли это идея — целовать Санджи? О да. Ужасная идея. Самая ужасная из всех возможных — Зоро нужно немедленно уйти. Санджи оседлал Зоро, расстегнул свой пиджак и ослабил галстук. Зоро не двигался, его глаза следили за ловкими пальцами Санджи. Это происходило наяву. Это происходило наяву, и ему нужно уйти, только вот он не уходил, он оставался здесь, застывший, как статуя, на месте. Ему нужно слушать свои инстинкты, но как же он может слушать их, когда Санджи здесь, прямо перед ним? Поток его мыслей притупился, когда Санджи сбросил с себя пиджак, прикоснулся ладонью к его щеке и снова поцеловал, так же горячо, как и в первый раз. Руки Санджи прошлись по груди Зоро, слегка царапая его кожу. Зоро распалился, и его с головой накрыло возбуждение. Ему нужно сохранять самоконтроль, но он не хочет этого. Он хочет трахнуть Санджи, или чтобы Санджи трахнул его — ему не принципиально. Он хочет почувствовать тепло его кожи так, как не получается сделать это в бою… он хочет изучить каждый миллиметр его тела, на мгновение ощутить, что Санджи принадлежит ему. Пусть даже это и фантазия, которая могла… которая уже сбывается. Ему нужно просто не испортить все и… — Санджи? — позвал Чоппер из кухни. Санджи остановился, а дыхание Зоро замерло. Зоро моргнул. Санджи встал, затянул галстук, расправил рубашку, смятую в том месте, где Зоро его держал. Он вышел из кладовки, оставляя Зоро позади. — Доктор Чоппер! Чем я обязан такому сюрпризу?.. О, у меня тут есть фрукты, из которых я собирался сделать сок. Хочешь? — Не пытайся маня задобрить! — отозвался Чоппер. — Я беспокоюсь о твоих ранах. — Ах, я же говорил не переживать из-за этого. — Ты даже не дал мне на них взглянуть! Я ожидал от тебя большего, Санджи. — Все уже практически зажило… давай я тебе покажу… И дверь захлопнулась за ними. Зоро все еще не шевелился. Он знал, что ему нужно, нужно двигаться. Движение — его вторая натура, врожденный инстинкт. Он мог враз пересекать поля, не чувствуя усталости, на чистой энерции. А сейчас все тело обернулось ему врагом. Ему нужно двинуться. И он не знал, как. Это было все равно что осознавать каждый свой вдох. Зоро только и лежал и смотрел на свои ноги. Он должен был быть зол на Санджи. Он и был зол на кока! Никакие поцелуи этого не изменят! Просто… вся злость как-то быстро улетучилась из головы. Зоро устало опустил голову и раздраженно вцепился в свои короткие волосы. Его ладони были влажными от пота, челюсть напряжена, и он все еще был частично возбужден. Это была плохая идея. И ничему это не помогло. Он только нажил себе еще больше проблем. Санджи поцеловал его! Эта мысль задержалась, плавленным горячим воском стекая по его плечам и спине. Он не мог отпустить ее и не мог ее принять. Она просто витала рядом, издеваясь над ним. Он же хотел получить ответ, да? Он его получил. И сейчас ему нужно встать. Давай, правая нога, левая нога. Двигайся. В конце концов, он медленно поднялся и уже в следующее мгновение оказался вне камбуза, на палубе Таузенд Санни, пытаясь сориентироваться. Возможно, ему стоит долго-долго постоять под ледяным душем. Попытаться оставить это все позади. …Санджи привлекают мужчины? Этого же быть не может. Может, он просто хороший актер? И кто, блять, все же сказал ему? Он знал, что это не Робин. По крайней мере, ему хотелось ей верить. Прежде чем разделиться на острове, кок, как обычно, истерил, а когда Зоро потом встретил их с Луффи, он вдруг начал вести себя странно. Ему Луффи сказал? Нет, быть не может. Луффи об этом не знал. Блять, даже если бы Зоро сказал Луффи, тот бы все равно ничего не понял. Тогда в чем дело? Просто совпадение? Это вполне могло быть совпадением. Тогда почему все дошло до поцелуев? И как тут замешано это его извинение? Как… Нет. Хватит об этом думать. Осознай все и забудь. Прими ебаный душ. Только вот он не пошел к ванной, расположенной на верхней палубе, а почему-то спустился вниз, на склад боеприпасов. Он раздраженно зарычал, со злости пнув пушечное ядро. Сегодня определенно не его день. Душ. Напиться до чертиков. Выспаться. Санджи? Поцеловал его? Розыгрыш? Стратегические игры разума? Месть? Что случится, когда они в следующий раз пересекутся? Зоро будет проще вообще больше не есть. Он сможет. Если натренирует себя обходиться без пищи, это наверняка сделает его еще более великим мечником. — ...все умрем! — послышался голос Усоппа издалека. Зоро нахмурился. Мастерская Усоппа тоже находилась в нижней части корабля, поэтому слышать его голос неудивительно, да и снайпер всегда был эмоциональным, но все же… Ему нужно отвлечься от кока. Зоро был не в себе последние дни, и попытка эта исправить… Он не понимал причины, но стало в итоге только хуже. Надо перевести внимание на Усоппа. — Фрэнки на несколько дней может увлечь Луффи, а Чоппер и Брук… — раздался голос Нами, утихая под конец, из-за чего Зоро не смог расслышать остальное. — Нет, — запротестовал Усопп, его голос по прежнему был громким и разборчивым, — Фрэнки может отвлечь настоящего Луффи! Он точно раскроет наш… ну, знаете… бунт и убьет всех нас! — Тогда, может, тебе стоит об этом помалкивать?! — огрызнулась Нами в ответ. Бунт? Зоро сузил взгляд. Внутри начала закипать злость, но он быстро усмирил ее. Он всегда мог вернуться к ней, если подтвердит свои догадки, но для начала ему нужно абсолютно точно убедиться в том, что слова, отдающиеся эхом в глубине покачивающегося корабля, не являются вырванными из контекста. Если Усопп не заметил его присутствия, значит он не использовал хаки наблюдения, и значит Зоро может подойти ближе и выудить как можно больше информации. Два других голоса слабым эхом отскакивали от стен, обсуждая что-то гораздо ниже и тише — Робин и Джимбей. Зоро подкрался ближе, через солдатские доки, стараясь оставаться незамеченным, когда вдруг все звуки утихли. — В каком смысле, он снаружи?! — заверещал Усопп. Ах, ну да. У Джимбея тоже есть хаки наблюдения. Как и у Зоро, но у него оно не почему-то не работало — возможно, потому что он сох по Санджи, как последний спермотоксикозник. В солдатские доки зашла Робин, крепко сложив руки на груди. — Ах, Зоро, — произнесла она, как ни в чем не бывало. Зоро смотрел на Робин, поджав губы и не убирая руки с рукояти катаны. — Робин. Что происходит? — ровным тоном спросил Зоро. — Мы планируем бунт, — ответила Робин. — Ты не должна была ему это рассказывать! — заревел Усопп из своей мастерской. — ...Это все ваше объяснение? — спросил Зоро. — Отнюдь. Если хочешь, можешь присоединиться к нам и узнать, что мы собираемся делать и почему. — И почему я должен присоединиться к вам, а не доложить Луффи прямо сейчас о том, что здесь происходит? Робин улыбнулась своей крайне вежливой улыбкой. — Потому что если мы все-таки правы, то это объяснит и твои проблемы с Санджи. Зоро прищурился. Вот теперь это сбивало с толку. Какое отношение бунт против Луффи имеет к Санджи? Неужели… неужели они тоже считали, что то, что сделал Санджи — непростительно? Несмотря на то, что Луффи принял его обратно? Вот это уж точно конфликт. Не зная, что еще сказать, Зоро кивнул и, стиснув зубы, прошел в мастерскую Усоппа и Фрэнки. Вокруг бумаг и карт столпились так называемые бунтовщики. Усопп ходил из стороны в сторону, нервно перебирая руками, Нами то и дело поглядывала на климатакт, а Джимбей, расположившийся в центре комнаты, спокойно сидел и внимательно оглядывал мечника. Зоро сел, перекинув ногу на ногу, и сделал глубокий вдох. — У вас пять минут, — сказал он. — Супер! Просто супер! — выкрикнул Усопп. — Теперь даже не важно, настоящий это Зоро или поддельный, мы все умрем! — Не глупи, Усопп, — поправила его Робин, — Джимбей вполне себе останется в живых. — Спасибо большое, мне от этого прям полегчало! — крик Усоппа перешел на визг. Джимбей в свою очередь, просто усмехнулся. — В каком смысле, “поддельный Зоро”? — спросил мечник. Нами встала и хлопнула ладонью по столу. — Вы трое отправились на остров, а когда вернулись, то стали вести себя по-другому, и теперь Луффи указывает мне, как мне делать мою работу… — А Санджи выкидывает еду из окна… — вклинился Усопп. — ...ведет себя так, будто знает, как работают течения! Будто вообще знает, что это такое!.. — ...И ты тоже ведешь себя странно... Но конечно, у тебя на то свои причины! — продолжил Усопп, замахав руками перед Зоро, будто оправдывая его. — ...И он говорит, что в пузыре есть слабое место из-за состыковки энергий, и нарисовал мне эту идиотскую карту, в которой я ни черта не понимаю, и потом он вообще начал строить из себя какого-то начальника, будто он король Алабасты… — Стоп! Стоп! — запротестовал Зоро, вскинув руки. — Вы думаете, что нас… поменяли телами? — Мы оказывались и в более странных ситуациях, — сказала Робин. — Я — Зоро! Санджи это Санджи, а Луффи — Луффи. Может, они и ведут себя по-другому, но это точно они. Вы задали им хоть один вопрос про прошлое? Неужели, не вынесли ничего для себя после способности Бон Клея? — спросил Зоро. — Думаю, Зоро, ты неправильно нас понял, — подал голос Джимбей. — Мы предполагаем, что имеет место быть одержимость. Они могут являться Санджи и Луффи, но их может что-то контролировать, возможно им даже промыли мозги. Как вариант, фруктовик, который может изменять личность. Изменять… Изменять личность. Санджи. Если бы его поведение изменилось на сто восемьдесят градусов… Это имеет смысл. Так ведь? Одержимый женщинами, гетеросексуальный, любящий сквернословить придурок, которой вдруг становится дружелюбным и… Симпатизирует Зоро? — Окей, но Зоро там тоже был, и если фруктовик добрался до Луффи и Санджи, тогда и Зоро тоже в их числе! — произнес Усопп. — Почему мы объясняем ему наш план? Мы уже проиграли! — Я отделился от них на острове, — пробормотал Зоро. — Когда я с ними встретился, кок… кок начал вести себя иначе. Робин улыбнулась. — И ты пришел ко мне спросить, почему Санджи так добр к тебе. Зоро кивнул. — Ох… да, вот именно! — продолжал Усопп. — Вы с Санджи презираете друг друга. Так ты согласен! Они ведут себя странно! — Я знаю, что с коком что-то не так, но это не значит, что и с Луффи тоже, — возразил Зоро. Нами подошла к нему и схватила его за воротник: — Хочешь снова выслушать мои аргументы? — Нет! Убери, блять, свои руки… — рявкнул Зоро, отстраняясь. Вдруг к ним вломился Брук, драматично размахивая руками. — Плохие новости, дамы и господа, я совершенно не могу найти Зоро… О, привет, Зоро. Я хотел поделиться с тобой одной техникой меча, что… — Хватит! — прикрикнула Нами. — Он нормальный, он знает! Он помогает нам! — Я не говорил, что помогу вам! — вклинился Зоро. Все в комнате затихли. — Так… ты не убьешь нас, это хорошо, — произнес Усопп. — Но помогать ты не собираешься? — Это же… Луффи! Иногда он может быть проницательным. Возможно, одержим только кок. И предполагать, что Луффи одержим и затевать бунт… — Зоро ожесточенно покачал головой. — Тогда ты… хочешь остановить нас? — спросил Усопп. Зоро открыл уже рот, чтобы сказать “да”, но перед ним выросла рука Робин и щелкнула пальцами. Он перевел взгляд на Робин. — Что такое? — У меня к тебе вопрос, Зоро. Гипотетический. — Хорошо, — Зоро чуть нахмурился. — Допустим, Луффи одержим. Или его подменили. Кто-то наподобие Мистера Ту, или что-то более… изощренное. Каковы будут надлежащие действия в таком случае? Зоро опустил взгляд на свои мечи, а затем посмотрел на спокойное лицо Робин. Он оглядел всех; каждому из них он доверил бы свою жизнь. Потом он подумал о Луффи, которому он доверял больше всех. Было бы легче, если бы проблема была только в этом тупоголовом коке. Робин постучала пальцем по подбородку. — Возможно, задам вопрос получше. Если бы был одержим ты, и у нас было бы такое неподтвержденное подозрение, как бы ты хотел, чтобы мы поступили? — Я отказываюсь присоединяться, — сказал Зоро. — Но вмешиваться не буду. Если вы правы, то хорошо. Если нет… то пеняйте на себя. Джимбей снова усмехнулся. — Не ожидал, что ты настолько осторожен, Зоро! Это не было осторожностью, но Зоро был не в настроении объяснять что-то новому члену команды. Честно говоря, он и сам не мог дать этому чувству названия. — Я буду действовать, если сочту это необходимым, — произнес мечник. — Когда вы планируете начать? — Либо сегодня ночью, либо ранним утром, — ответила Нами. — Примерно когда мы доберемся до места, где, по словам Луффи, должна быть брешь в пузыре. Если он прав, то для меня это весомое доказательство, что с ним что-то не так, и он не просто ведет себя, как придурок. — И нужно сделать это до того, как мы отсюда выберемся. Мы не знаем, как они поведут себя на свободе, — согласился Джимбей. — У вас хотя бы есть план, как усмирить его? Это же Луффи, — напомнил Зоро. Возможно, он сам бы мог победить его, если будет действовать неожиданно. Но сражаться он не собирался. — Честно, план становится чуть проще, учитывая, что нам не придется сражаться еще и с тобой, — пробормотал Усопп. — Зоро, если ты не желаешь принимать участия, возможно, не стоит задавать так много вопросов? Ты ведь хочешь сохранить алиби, да? — сказал Брук. Справедливое замечание. Раздражающее, но справедливое. Зоро хмыкнул, кивнув, встал и направился к выходу. Никто его не остановил. Он вышел на палубу прямо в тот момент когда Таузенд Санни выстрелил световым лучом в океан. — Вау, Фрэнки! — кричал Луффи, восторженно прыгая вокруг. — Это так круто! Самому Зоро капитан казался обычным. Но он не мог думать ни о чем кроме кока последние два дня, так что как он мог судить? — Зоро! Иди сюда! Фрэнки хвастается своей новой пушкой! — позвал Луффи, размахивая руками. Зоро покачал головой. — В другой раз, капитан. Я устал. — Хах! Хорошо! Сегодня мы выплывем из пузыря, Зоро, так что готовься к новым приключениям! — Да-да, капитан.