Стать на равных

Некоторое время всё шло хорошо. Работы было много, мотоцикл не ломался, Корн не жаловался на школу, денег хватало. Но иногда Мину становилось тревожно — ему казалось, что вот-вот должно случиться что-то нехорошее, не может ему всегда везти. Он же неудачник. Когда неприятность реально произошла, причём свалившись как будто ниоткуда, он воспринял её со смиренным вздохом. В первый момент. Но тут же на Мина накатила такая сильная злость — «да сколько можно!», что он еле сдержался, чтобы не врезать домовладельцу по морде. Этот мужик, который стоял сейчас перед ним с наглой ухмылочкой, неохотно пускал в свои дома жильцов с детьми, и даже при жизни родителей Мина постоянно ворчал, что мелкие засранцы всё ломают и пачкают. А уж после их смерти Мину с большим трудом удалось убедить его не выгонять их с братом. И хотя Мину пришлось пообещать делать мелкий ремонт в доме за свой счёт, он был рад, потому что в этом доме он жил с родителями с самого детства и любил его, ему было хорошо здесь и очень не хотелось куда-то переезжать. И вот теперь домовладелец требовал двойную плату со следующего месяца — и это помимо коммунальных платежей. — Или плати, или убирайтесь с братцем вон! Мысленно Мин всё-таки начистил ему морду — "да кто позарится на твою развалюху, для которой ты палец о палец не ударил и жлобишься даже фасад покрасить!», — а наяву был вынужден с поклоном согласиться, не хотелось проблем, да и не стоило сейчас ещё больше злить домовладельца неуважением. В расстроенных чувствах и с тяжестью на сердце Мин поехал на работу — сегодня были назначены очередные съёмки, в которых он хотел участвовать. «А может, всё-таки найти другое жильё?..» — раздумывал он по дороге. Но всё равно сию секунду лишних денег не было, а дешёвые коттеджи сдавались только на окраинах, откуда Корну далеко было бы добираться в школу, а ему на работу. Вскоре Мина уже охватила привычная суета съёмочной площадки и он позабыл о негативе на какое-то время — настолько ему нравилась актёрская игра, и у него получалось изображать нужные роли всё лучше с каждым разом. Вот только платили в массовке вроде и не очень мало, но намного меньше, чем актёрам, снимающимся в сериалах. Иногда, лежа в постели и не в силах заснуть, Мин позволял себе помечтать об этом — сняться в каком-нибудь сериале, хорошо заработать, получить известность и найти себе парня. Эти мечты немного утешали его. * Как-то раз Джеймс заметил, как Мин с удручённым видом пересчитывает зарплату, полученную за законченный наконец клип. — Что-то не так? — Всё так, просто… У меня долг за дом образовался, и, как я не стараюсь, никак не могу рассчитаться. — Всё настолько плохо? Мин только вздохнул. Близился срок очередной платы за дом, удвоенной к тому же, и коммунальные услуги, а у него опять не хватало на всё это денег. — Если хочешь… — Джеймс понизил голос, стрельнув глазами по сторонам, — могу помочь. Могу свести кое с кем, кто может заплатить больше. Но как бы тебе сказать… Это не совсем законно. Снова Мин ощутил это странное чувство — что от твоего решения зависит вся твоя дальнейшая судьба. По спине пробежали мурашки — ему было страшно связываться с чем-то незаконным. «А если поймают и посадят? Что будет с Корном?.. Только… всё равно не видать мне ни сериалов, ни официальной денежной работы. Без образования я никто… Будь что будет,» — решил он. — Хочу, — согласился он с уверенностью, которой не чувствовал. Но приобретённые уже актёрские навыки помогли ему хотя бы выглядеть уверенным. Джеймс вытащил из кармана телефон и набрал номер по памяти. — Я сейчас к тебе парня одного пришлю, можно? Выслушав короткий ответ, он сбросил вызов. — Зовут Алан, — пояснил он Мину. — Если коротко, он — вор, промышляет и наркотой. Не последний человек в этой сфере. Если ты ему понравишься, он даст тебе свой номер и будешь выполнять для него разные задания. Кстати, он не любит болтунов. Ну, ты понимаешь, — подмигнул он. Объяснив Мину, куда ему нужно приехать — в одно определённое заброшенное здание на окраине их городка, Джеймс хлопнул его по плечу. — Да не ссы, он нормальный парень. Многим помогает. * Алан оказался довольно молодым человеком — лет тридцати пяти, вряд ли больше. Его живые тёмные глаза и тонкие черты лица очень понравились Мину. «С такой породистой внешностью как раз в сериалах и сниматься», — слегка позавидовалось ему. Алан ждал его во дворе, и когда Мин остановил мотоцикл прямо возле него, окинул его оценивающим взглядом. Сняв шлем, Мин вежливо поклонился ему. Кивнув в ответ, Алан повёл его в здание. Снаружи оно выглядело как обычная заброшка, но внутри было чисто и даже по-своему уютно. — Что тебе нужно? — поинтересовался Алан. — Деньги, доза, оружие или ещё что-то? — Мне нужны деньги, — от стыда у Мина покраснели уши и он отвёл глаза. — Немного, просто на долги за дом. — Сколько? Мин ответил, продолжая смотреть в пол. — В глаза мне посмотри. Мин нерешительно поднял взгляд. Он не знал, что Алан мог увидеть на его лице, но вор только задумчиво хмыкнул. — Ну что ж… Как тебя зовут? — Мин. Алан отошёл на минутку в соседнюю комнату, а когда вернулся, в его руках был небольшой чёрный пакет, заклеенный скотчем. — Вот, — он положил свёрток на стол. — Надо просто отвезти его на автобусную остановку и положить в определённую мусорную корзину и не светиться на камерах при этом. Справишься? Мин и знать не хотел, что в этом пакете. Наркота или нет — его не касается. Задание казалось простым — что тут может пойти не так? Конечно, он справится. — Если всё будет как надо и пакет заберут, Джеймс завтра передаст тебе деньги, идёт? — Да, спасибо, — Мин снова поклонился и взял пакет. * Мину удалось незаметно бросить пакет в урну, прикрыв его собственным (заранее положенным) мусором из карманов — несколькими обёртками от шоколада. Если его и зафиксировали камеры, то ничего лишнего не будет видно — просто мотоциклист решил выбросить мусор, проезжая мимо урны. То, что при этом по его спине лился холодный пот, камеры точно не увидят. Мин надеялся, что хорошо выполнил задание. По дороге домой он не стал кататься по вечерним улицам как обычно — ему не терпелось помыться. Корн уже ждал его с готовым ужином, но Мин, как бы ни проголодался, сначала отправился в душ. Ему хотелось поскорее смыть с себя пыль, пот и усталость, и провести спокойный вечер за недочитанной книгой. Переодеваясь в чистую домашнюю одежду, Мин подумал о том пакете — забрали ли его уже, и принесёт ли Джеймс ему завтра деньги. Он сделал всё, что мог. Но когда этого было достаточно?.. Мин даже потряс головой, пытаясь отогнать навязчивые мысли и злясь при этом на самого себя — вот до чего он докатился. Мин мельком взглянул на себя в зеркало и пошёл на кухню. Садясь за уже накрытый стол, он улыбнулся брату и поинтересовался, как прошёл его день. Вот с кем, а с Корном приятно поговорить, особенно когда он в хорошем настроении. У Корна действительно было сегодня приподнятое настроение. Он отлично, на высокий балл написал сложную контрольную работу, и был очень собой доволен. И Мин вернулся пораньше сегодня, и улыбался, а не хмурился, как обычно в последнее время. Корн любовался братом, его красивым, но уставшим лицом, всегда элегантной причёской — и как только ему удаётся сохранять её? Вот и сейчас, едва выйдя из душа, Мин тщательно причесался, хотя, казалось бы, дома можно и расслабиться. Но Корну нравилось, как выглядит брат. Он принялся весело рассказывать свои новости, не отвлекаясь, впрочем, от еды. Мин замечал его взгляды, конечно, замечал, но боялся необходимости разговора. И предпочитал молчать о своих наблюдениях. Вообще, сегодня он чувствовал себя особенно измочаленным — день выдался тяжелей обычного, и сил к вечеру почти не осталось. Он слушал болтовню Корна, ел, и старался не думать вообще ни о чём. Убирая со стола посуду, Корн в какой-то момент вдруг застыл, снова залюбовавшись братом, — освещённый закатным светом из окна Мин был сейчас просто невыносимо красив. Он сидел, подперев подбородок кулаком, на его голых руках играли отблески солнца, на губах — усталая разморённая улыбка, а глаза светились уютным домашним теплом. Корну нестерпимо захотелось обнять его, ощутить его тело в своих объятиях, запомнить и сохранить в сердце этот восхитительный момент. Не осознавая толком, что делает решительный, бесповоротный шаг, Корн положил руку ему на плечо. — Не смотри на меня так! — не выдержал Мин. — Как? — Как будто я тебе нравлюсь! Корн опустил глаза. — Не надо, Корн, — тихо сказал Мин, накрывая его руку ладонью. — Ты такой красивый… — брат как будто не слышал его. — Хочется дотронуться… Корн мягко высвободил руку и повёл ею дальше по плечу Мина. Тот встал, собираясь уйти, пока не случилось… то, о чём он боялся говорить. — Можно, я тебя поцелую? — вдруг выпалил Корн. Мин замер. — Ты же понимаешь, что мы не можем быть парой? — наконец с трудом выговорил он. — Да, ну и что? Разве тебе не хочется… нежности? — Корн прямо взглянул ему в глаза. Удар попал в цель. Мин перевёл дух. Конечно, ему очень, очень-очень сильно не хватало чьей-то ласки и любви, ему хотелось иметь парня, которого он мог бы любить, обнимать, целовать когда захочется, заботиться о нём, спать с ним… Но до сих пор ему не везло, и все попытки завести отношения были провальными. Он и не целовался ещё ни разу — даже в университете он был слишком стеснительным для этого. Но брат?.. Он считал брата очень привлекательным внешне и не сомневался, что тот легко может найти себе пару. «Зачем ему я?..» Его взгляд невольно спустился на губы Корна. — «Но… можем мы подарить друг другу немного нежности? Никто ведь не узнает и не осудит нас…» Мина вдруг охватила настолько сильная тоска, настолько неодолимая потребность ощутить чьё-то тепло, что он не выдержал. Резко выдохнув, он поцеловал Корна, осторожно прижавшись губами к его губам. В первый миг Корн остолбенел. Но тут же обнял его за шею и ответил так жадно, так охотно, что Мин не заметил, как поцелуй стал глубже и слаще. Ощущение чужих губ на своих собственных было настолько ошеломительным, что он просто упивался им, пытаясь заглушить свою тоску, утолить жажду близости. Корн был чуть ниже его ростом и немного худее, обнимать его как парня оказалось очень приятно. Не отрываясь от поцелуя, Мин гладил его по спине, неосознанно стремясь получить как можно больше незнакомых ранее тактильных ощущений. Но когда руки дёрнулись сами собой и прижали Корна вплотную, Мин вдруг очнулся. Он с отчаянием взглянул на Корна, вырвался из его рук и сбежал в свою комнату.