Отель страсти

Все расселись за низким деревянным столом в гостиной. Огни гирлянд мягко отражались в бокалах с вином, в вазах лежали орехи, сыр, ягоды и какие-то булочки, явно дело рук Маши. Варя села между Максом и Алёной. Он сразу положил руку на её бедро, легко, почти невинно, но — владельчески. А потом медленно начал большим пальцем совершать ленивые круги по ткани её шорт. Варя чуть сместилась, но не убрала руку. А Влад заметил. Он сидел напротив, рядом с Сашей, и будто ничего не сказал. Но взгляд его задержался. Чуть дольше. Чуть внимательнее. Тишину заполнил чей-то рассказ, кто-то включил фоновую музыку, все болтали. Но внутри Влада будто развернулся старый плейлист воспоминаний, и трек включился сам: > …Варя, 18 лет, босиком, с растрёпанными волосами и диким взглядом, бежит по лестнице за ним с тапком в одной руке и резиновой курицей в другой. > — Влаад! Я ТЕБЯ ДОГОНЮ, КРЫСА! > Он хохочет, несётся в зал, а та налетает следом, прыгает на него, сбивает с ног — оба падают на подушки. Она дышит тяжело, смеётся, а потом говорит: — Ты украл мой батончик. Это была война. А теперь — расплата. > — Варя, клянусь, я оставил тебе половину! > — ПОЛОВИНУ В ОБЁРТКЕ?! > — Я хотел оставить послевкусие... Он усмехнулся сам себе, откинулся на спинку дивана. — Чего ухмыляешься? — спросил Саша, заметив перемену в лице друга. — Просто… — Влад отхлебнул из бокала. — Помните, как Варя за мной гонялась? То с тапком, то с указкой, то с распечаткой моего школьного дневника? — А как она пыталась тебя испугать, притворившись ведьмой? — добавила Снежка, улыбаясь. — С подручным пылесосом и зелёным макияжем! — А как она кинула в него лаваш, потому что подумала, что он съел её роллы? — вклинилась Маша. Смех раздался дружный, лёгкий, и только Макс, всё ещё нежно водя пальцем по Вариному бедру, спросил с улыбкой: — Весёлое у вас было детство. — М? — Варя повернулась к нему, пытаясь отвлечься. — О да. Бурное. Особенно с этим психом, — она кивнула на Влада. — Эй! — Влад поднял руки. — Кто у нас тут гонялся за людьми с противогазом и фразой: «Я – конец твоей сессии»? Алёна закашлялась от смеха, уткнулась в Сашино плечо. Макс тихо засмеялся. Варя вдруг на секунду почувствовала — напряжение в воздухе. Не явное, не грубое. Но — взгляд Влада, слишком острый. Движения Макса, слишком внимательные. И она, будто между ними, как тогда — всё ещё Варя, но уже совсем другая. Ну, вообще-то… Это уже не было детством. Нам тогда по восемнадцать было. Варя уже за ним с тапком гонялась не как соседка по песочнице… а как раз как девушка, которая слышала, как он шутит про её пижаму. В комнате зависла мгновенная, пряная пауза. Варя, прикусывая губу, многозначительно посмотрела на Алёну: — Спасибо, сестрица. Вот прям вовремя ты это вспомнила. Саша подался вперёд, подыгрывая: — Погодите, погодите. Так это была та самая пижама? Белая с зайцами? — Она была не с зайцами, — огрызнулась Варя, — она была… просто мягкая. — И довольно короткая, — с мечтательной миной добавил Влад, отпивая из бокала. Варя сразу кинула в него подушкой. — Ага, — подхватил Вася, — и ты, как я помню, всегда вставал пораньше, когда Варя выходила на кухню в этой «не-заячьей» пижаме. — Всё, хватит! — засмеялась Варя. — Я сейчас каждому напомню, в чём он сам ходил по утрам! Макс чуть улыбнулся, но взгляд его скользнул к Владу — коротко, но цепко. Варя почувствовала это. Он снова положил руку ей на бедро. В этот раз — чуть плотнее. Как будто хотел сказать: «Она — со мной». Влад не ответил ничем. Только молча доел ягоду и сказал с ленцой: — Белая пижама, тапки, резиновая курица… Золотое было время. Алёна рассмеялась громче всех. — И это вы называете нормальной юностью? А я ещё сомневалась, что мы ведьмы. Ну… — протянула Снежка, обвивая подушку руками. — Раз уж мы тут вспоминаем всё на свете, можно я расскажу, как вы с Максом познакомились? Варя прищурилась: — Снежа, не надо… — Но уже было поздно. Макс, наоборот, вытянулся на диване, закинув руку за голову, ухмыляясь с предвкушением. — Ой, началось, — пробормотал Влад, делая вид, что ковыряется в ягодах. Снежка с заговорщицким взглядом: — Это было прошлым летом. Мы тогда патрулировали старый квартал возле реки, и Варя пошла за кофе… как всегда — сама, конечно. Возвращается с таким лицом… как будто кофе ей сам купидон заваривал. — Я просто была в хорошем настроении, — буркнула Варя. — Ага, ага. А потом она нечаянно решила пройти тем же маршрутом ещё три раза. И знаешь, кто там опять оказался? — Снежка повернулась к Максу. — Наш герой. Стоит себе у своего магазинчика, весь такой недосягаемый… и не замечает, как кто-то проходит мимо с шестым стаканом кофе за день. Все засмеялись. Варя прикрыла лицо ладонью: — Всё, хватит. — Нет уж, — сказал Макс, — теперь моя очередь. Он посмотрел на Варю и мягко улыбнулся, понизив голос: — Я, если честно, сразу её заметил. Просто притворился, что не смотрю. Потому что если бы заговорил сразу — мог всё испортить. Он вздохнул. — А потом ты подошла и попросила воды. Хотя воды у тебя в сумке было две бутылки. Но я не стал задавать вопросов. Варя закатила глаза, но не смогла не улыбнуться. — А я, — продолжил Макс, — до сих пор помню вечер, когда ты впервые осталась у меня. Ты заснула в моей футболке, свернувшись калачиком, как будто была там всегда. Я тогда подумал: «Если она уйдёт утром — всё, я пропал». Он засмеялся сам над собой. — А потом ты сделала тост с вареньем и пританцовывала у плиты. И я понял, что точно пропал. В комнате стало немного тише. Словно кто-то впустил в воздух нечто личное, тёплое… и щекочущее сердце. Саша кашлянул: — Вот это признание… Как в сериале. — Даже немного киношно, — пробормотал Вася. Влад не сказал ничего. Он просто поднял бокал с соком и коротко кивнул. — За тосты с вареньем, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Они делают мужчин безоружными. Алена хлопнула ладонью по столу: — Вот поэтому я ем овсянку. Смех снова наполнил дом. А Варя… Варя вдруг поймала на себе взгляд Влада. Короткий. Почти невесомый. Но в нём читалось всё: «Ты правда была тогда так счастлива?» «Ты счастлива и сейчас?» И она — впервые за долгое время — не знала, как ответить.