Сырный раф и горячую брюнетку

      yuna.sh:        — У меня такое странное чувство       — Рюджин стала холодной       — Но постоянно улыбается

yeji.hw:

— Что ты имеешь в виду?

— Ты её в чем-то подозреваешь?

      yuna.sh:        — Я думаю, что она мне изменяет

yeji.hw:

— Смешно, Юна, но я на это не поведусь

      yuna.sh:        — Я не шучу, Джи. Она стала мутной

yeji.hw:

— Да ну, не может она изменять, ты чего?

      yuna.sh:        — Возможно и так, но я не могу доверять ей полностью.

yeji.hw:

— Боже мой

— И что ты планируешь делать? 

— Может, вы просто поговорите?

      yuna.sh:        — Я намекнула ей       — Но она лишь скорчилась, назвав меня дурочкой       — Йеджи, мне нужна твоя помощь

yeji.hw:

— Если ты ждёшь того, что я взломаю её телефон или прочитаю мысли, то спешу тебя огорчить.

      yuna.sh:        — Нет-нет       — У меня есть план       — Ты можешь возбудить Рюджин, если поведётся, то сразу звонишь мне

yeji.hw:

— Юна, ты с ума сошла?

— Не буду я это делать! 

      yuna.sh:        — Ну, Джи, пожалуйста!        — Мне правда нужна твоя помощь.

yeji.hw:

— Мне будет очень и очень неловко, понимаешь? 

      yuna.sh:        — Ну блин, что тогда делать?       — Давай я попрошу Черён, пока она будет выполнять план, мы сможем посидеть в кино

yeji.hw:

— На такое я согласна

— Но Черён приедет только через два дня, ты ведь помнишь?

      yuna.sh:        — Да, но ничего страшного, я подожду.       — Что делаешь?

yeji.hw:

— Только закончила уборку, хочу поспать. 

      yuna.sh:        — Давай, сладких снов.

yeji.hw:

— ❤️

      Отложив телефон, Хван потирает глаза, пару секунд смотря в стену. Идея Юны кажется ей сомнительной, но тем не менее она должна быть рабочей. Рюджин не знает, что Черён — подруга Юны. Поэтому это уже плюс. Как бы то ни было, ей в целом всё равно: изменяет Шин, не изменяет, она не сможет построить с ней будущего, ведь она девушка её подруги.        Но при каждой встрече Йеджи хочется взвыть: широкие плечи, длинные пальцы, короткие чёрные волосы, часто неаккуратно свисающие, линейная татуировка темно-коричневого цвета из изгибов и зазубренных фигур, поднимающихся по правой руке. А её ненавязчивый флирт? Одной фразой она может возбудить так, что трусики моментально намокнут. Хван слишком завидовала Юне, и, согласившись на этот план, она не смогла бы сдерживать себя.        Только вот уснуть она явно не сможет. Низ живота тянет приятная истома, а в голове лишь образы Рюджин. Ох, сколько же раз она не могла уснуть, думая о том, как грубо и безжалостно Шин берёт её прямо стоя, на глазах Юны; в их спальне; на столе у Йеджи на кухне. Представляла, как громко стонет под ней, пока по комнате разносятся хлюпающие звуки и шлепки. Боже, а когда Рюджин чуть душит её, заставляя задыхаться...       Так, стоп, хватит мечтать. Раз уж со сном у неё не удастся, то стоит приготовить что-нибудь поесть. Вновь взяв в руки телефон, она заходит в браузер, ища интересные рецепты чего-то сладкого и вкусного, от чего у неё точно слипнется задница. Она читает, какие ингредиенты понадобятся, как нужно готовить, но ничего не запоминает, продолжая думать о Рюджин.        Боже, ну что такое!        Йеджи с характерным звуком вздыхает, прикрывая глаза. Нужно собраться, а она ведёт себя как озабоченная четырнадцатилетняя девочка в пубертате. Самым лучшим решением сейчас будет включить музыку и все же прочитать рецепт. Именно так шатенка и поступила.        Уже стоя у столешницы и чуть пританцовывая, она перемешивает яичную массу, после чего добавляет в неё шоколадную смесь. Ещё пара штрихов, и брауни почти готов. Поставив его в духовку, она ждёт полчаса, а за это время убирает кухню, не забывая двигаться в такт музыке.       Почувствовав лёгкий аромат гари, она тут же снимает наушники и моментально открывает духовку. Брауни подгорел, как обычно. Хван расстроено выдыхает, ведь помимо той посуды, что была, ей нужно мыть новую, а также выносить мусор. Да и пошли все к черту, теперь она точно ляжет спать, всё остальное подождёт.       Проснувшись ближе к вечеру, Йеджи неуклюже доходит до кухни, где вспоминает бардак, который все же надо убрать. Но... Но позже. Сейчас она не нашла занятия лучше, чем сходить в кафе. Быстро собравшись, Йеджи вышла из дома, забежав в ближайшую кофейню.        — Сырный раф на месте, пожалуйста, — Хван протягивает купюру бариста, а девушка, улыбнувшись, кивает, говоря о времени ожидания. Шатенка садится за столик у окна, клацая что-то в телефоне, пока вдруг не слышит шаги в свою сторону.       — Какие люди, — брюнетка садится напротив, наверняка шокирует старшую своим присутствием, но ничего про это не говорит. — Давно не виделись. Как дела, почему одна? — прежде чем Йеджи успевает ответить, Рюджин снова перебивает. — Или ты кого-то ждёшь? Юна не говорила, что вы встречаетесь сегодня. Или ты пришла в мою любимую кофейню не за этим?        Какая она болтушка, Хван не успела переварить половину слов. Она поднимает палец вверх, стараясь вспомнить всё, что ей сказали, и постепенно отвечает на каждый вопрос, давая Шин понять, что не стоит отвечать за неё. Рюджин фыркает, в это же время закатывая рукава рубашки, обнажая замысловатый узор татуировки на предплечье, наблюдает за Йеджи, пока та оглядывается по сторонам, неловко смотря то на людей в кофейне, то на бариста, то на Рюджин.       — Ты чего такая напряженная? Я, конечно, знаю, что от меня сложно оторвать взгляд, но не стоит так сильно напрягаться, — она улыбается, не забывая подмигнуть. Сука, ну вот зачем ты это делаешь? Её харизма убивает в Йеджи всё живое, заставляя течь, как последнюю сучку. И ведь ничего пошлого она и не сказала.       — Я просто... Работаю, — она делает вид, что смотрит что-то важное в телефоне, но Рюджин лишь усмехается.       — Работать можно по-разному. Я вот, например, умею работать с удовольствием. Может, научу? — она вновь подмигивает старшей, на что внутри той всё начинает кипеть. То ли от недовольства, то ли от возбуждения — непонятно.        — Рюджин, ты такая самонадеянная, — Йеджи улыбается ей в ответ, самой себе напоминая: «Нельзя. Она девушка Юны. Не смей даже думать об этом». Рюджин усмехается и, поставив локти на стол, сокращает дистанцию, чувствуя, как Хван напрягается.        — Ваш сырный раф, — бариста подносит чашку, отвлекая девушек. Боже мой, шатенка будет на неё молиться, честное слово. Она благодарит девушку, и та отходит обратно на кассу, уже принимая заказ у кого-то другого.        — Горячий? — ненавязчиво интересуется младшая, и Хван кивает. — Будь аккуратнее, от твоих горящих красных щек он поднимется на пару градусов выше, — Йеджи замирает, осторожно проглатывая напиток, тупо смотрит на Рюджин. — Что ты так покраснела? Я тебя смущаю?       — Мне просто жарко, — шатенка неловко ёрзает на кресле, постоянно поправляя волосы.        — Жарко? Может, я смогу тебя охладить, — она мягко улыбается, поднося ладонь к шее старшей, касается кожи, чем будоражит девушку, и немного поправляет воротник. Йеджи закусывает губу, убирая руку Рюджин, что уже задержалась у её шеи, на что та ничего не отвечает, но ухмылка так и светится на её лице. — Эй, ну ты сегодня сама не своя.       — Знаешь, Шин, — Хван набирает в лёгкие больше воздуха. — Есть черта, за которую переступать лучше не стоит ни тебе, ни мне. Мне уж тем более, — Йеджи ждёт в ответ что-то по типу: «Что ты имеешь в виду?», «Ты о чём?», но Рюджин, видимо, прекрасно понимала, о чём речь.       — Скажи честно, ты ведь хочешь, чтобы я переступила эту черту? — напряжение током проходит по кончикам пальцев, и внутри Йеджи что-то трескается. Наверное, совесть. В голове всплывают картинки, где Шин ставит её раком, шлёпая, кусая, целуя, входит двумя пальцами под жалкий скулёж и мольбы продолжать, другой рукой поглаживает спину, ведя пальцы к шее, чуть придушивая. — Джи?        — Я... — до фразы «Я тебя хочу» остаются считанные секунды, и Хван чуть трясётся. — Мне нужно отойти.        Шатенка моментально встаёт, быстрым шагом направляясь в уборную. Подходит к раковине, умывается прохладной водой, похлопывая по щекам. «Угомонись» — вертится в мыслях и на языке, но тянущаяся боль снизу живота разжигает блядское пламя разврата, желая чего-то большего, чем одних мыслей.        Хван хватается за край умывальника, интуитивно раздвигает ноги шире, прикрывая глаза. Руки начинают трястись, а тупая башка, вместо того чтобы собраться, прокручивает самые тёмные фантазии, заставляя девушку мычать в этой чёртовой уборной, как грязную шлюху, которую заказали на час для своих пахабных гулянок.        Старшая чувствует холодные руки, что залезли под её майку, сжимая девичью тонкую талию. Она прикусывает губу, прекрасно понимая, кто находится позади. Пытается убрать чужие руки, которые уже шарятся по телу, поднимаясь то вверх к груди, то вниз к летним джинсовым шортикам.        — Рю... Рюджин, мы не... Нельзя, — младшая уже расстёгивает лифчик, откидывая его назад, прикасается к груди, сжимая. Йеджи надорвано выдыхает, хватается одной рукой за брюнетку, другой изо всех сил старается оторвать её руку от себя. — Ты девушка моей подруги, нет... Рюджин! — Шин сжимает соски между пальцами, припадает к шее. Хван стонет, откидываясь девушке на грудь.       — А твоя подруга, вместо того чтобы предлагать тебе объективно хуёвый план для проверки меня на верность, не рассказала о том, что как шлюха стонала под Черён, пока меня не было дома, м? — Шин снимает с неё футболку, любуясь изящной женственной грудью в зеркале. Вновь прикусывает кожу шеи, зализывая след. Замечая замешательство Джи, она объясняет. — Хочу ответить ей тем же – переспать с её лучшей подругой. А ты очень хороша в этом плане, киса.        — Используешь меня? — Хван закусывает губу, наблюдая в зеркало за действиями Рюджин. Та, казалось, настолько увлекалась своим занятием, что даже не услышала вопроса. Вместо этого уже полезла в шортики, спуская их к полу. — Рюджин-и...        — Не использую. Лишь исполняю твою мечту, — она наклоняется к ушку, шепча. — Признайся, киса, как часто ты представляешь, как я целую тебя в шею? Касаюсь груди, — Рюджин прикасается левой рукой, вновь зажимая сосок между двумя пальцами. — Уделяю внимание твоей красивой киске, — брюнетка через трусики касается клитора, из-за чего Хван чуть было не падает на зеркало, но младшая вовремя подставляет свою руку. — Умничка. Скажи мне, чего ты хочешь прямо сейчас, м?        — Рюджин, это... Это неправильно, — она закрывает глаза, стараясь выравнить дыхание, но новый поцелуй в шею выбивает все её силы, заставляя застонать как сучку. Правая рука, привлекающая внимание своей татуировкой, движется вниз, спуская нижнее белье, полностью оголяя Хван.        — Посмотри на себя, — приказывает Шин. — Стоишь полностью голая в моих руках, прижатая ко мне. Позволила бы мне это девушка, что не хочет меня, м? — татуированная рука накрывает промежность, тремя пальцами начинается тереть клитор, вновь слыша неуверенный стон. — Даю тебе право покомандовать мной, пока я не начала командовать тобой, — Рюджин целует её мочку уха, после аккуратно цепляясь зубами. — Три, два...       — Трахни меня! — фраза вырывается так внезапно и громко, что Хван тут же багровеет, наконец вспоминая о том, что они, вообще-то, в кофейне.        — А волшебное слово? — Рюджин переходит с шеи на ключицы и плечо, левой рукой сжимает животик, а правой — бёдра.        — Пожалуйста... — Йеджи строит глазки, но Шин цокает языком и мотает головой.        — Не то, — в перерывах между засосами отвечает брюнетка. — Послушная девочка должна называть меня хозяйкой, поняла? — Она подмигивает ей и, не дожидаясь кивка, разворачивает старшую к себе лицом и аккуратно приподнимает, усаживая на столик, который стоял сбоку раковины. — Раздвинь для хозяйки ножки.       Хван послушно повинуется. Стоит ей сделать правильное движение, как Шин подходит впритык, целует ключицы, одновременно с этим мастурбируя клитор. Йеджи прикрывает рот рукой, стонет, закатывая глаза. Ей на секунду кажется, что она застряла где-то между раем, где с каждым вздохом и движением чувствуется новый прилив эйфории, и адом, где бушует блядский огонь, что сжигает до тла. Она дрожит и кипит, желая больше, грубее и жёстче.        И пока Хван, витая в облаках, полностью отдалась в руки младшей, та вошла в неё сразу двумя пальцами, без предупреждения, мгновенно набирая темп. Заткнув шатенку поцелуем, Шин ускорилась, второй рукой сжимая одну из ягодиц, иногда пошлёпывая. Йеджи податливо двигалась навстречу пальцам брюнетки, скуля сквозь поцелуй. Рюджин ухмыляется и, отстранившись от пышных губ, припала к груди, кусая сосочки, пока пальцами входила в Хван с особой скоростью.       — Хозяйка... Я-я... М-м-м... — Йеджи ерошит волосы, притягивая Шин к себе ближе, вновь стонет, свободной рукой прикрывая ротик.        — Да, послушная девочка? Что «ты»? — Рюджин отрывается от поцелуев на пару секунд, заглядывая в глазки старшей. Та неловко жмётся и на свободной руке показывает число три. — Хочешь три моих длинных пальчика в себе? — Она усмехается, на что Хван, смущаясь, кивает. — Моя девочка, ты должна попросить меня как следует.       — Хозяйка, я хочу, чтобы вы трахали меня тремя пальцами, — шатенка мгновенно заливается краской, краснея пуще прежнего.        — Какая сообразительная девочка, — Рюджин добавляет третий палец и на этот раз аккуратнее входит в девушку, растягивает её, после чего возвращает прежний темп: грубый, жёсткий и самый безжалостный, на который только способна Шин. Она большим пальцем стимулирует клитор, надавливая, натирая, играясь с ним.        Йеджи откидывает голову назад, блаженно простонав, окончательно забивает на то, что её могут услышать. Рюджин возвращает свои губы на шею, чтобы засосы, которые она оставила, точно дали понять каждому, что Хван занята.        Шатенка прикрывает глаза, и когда она чуть затихает, что-то шепча себе под нос, Шин ускоряется. Свободной рукой она сжимает талию, создавая приятную боль, от чего бабочек в животе появляется всё больше и больше. Прикусив сосок, она язычком играется с ним, пока Хван слегка постанывает, не обращая внимания на то, как она выглядит и что с ней делают.        — Давай, послушная девочка, кончай хозяйке на пальчики, — шепчет в ушко, немного щекоча Хван. Та дрожащими руками хватается за спину Рюджин, пока ноги неуклюже свисают со стола. Она царапает ногтями спину, благо Шин в одежде. — Моя послушная шлюха.        Йеджи изливается прямо ей на руку, но брюнетка продолжает свои движения, желая продлить удовольствие старшей. За пару секунд она замедляется, пока вовсе не выходит из девушки. Показав ей свои пальцы, на которых блестит смазка, Шин подносит их ко рту шатенки. — «Давай, шлюшка, вылижи как следует».        Хван послушно берёт пальчики в ротик, язычком вылизывая свою естественную смазку. Покончив с этим, она выпускает пальцы Рюджин с пошлым причмокиванием. Младшая довольно усмехается и жадно припадает к губам девушки, пробуя её на вкус. Йеджи дрожащими руками обнимает её, отдавая инициативу вести.       — Какая ты сладкая, послушная шлюшка.

***

      yuna.sh:        — Мы расстались!        — Она ещё и заявила мне об этом по переписке

yeji.hw:

— Ого...

— И...

— Почему?

      yuna.sh:        — Она узнала про мою измену. Это просто пиздец

yeji.hw:

— Чего?

— Ты изменяла ей? 

      yuna.sh:        — Ну, было       — Пару раз

yeji.hw:

— И ты хотела, чтобы при этом я проверила, верна ли она тебе? 

— Юна, какая ты...

      yuna.sh:        — Блин, Джи       — Ну прости       — Иди сюда       — Джиии       — Написывает? — интересуется Шин, сонным взглядом осматривая Хван. Она играется с её волосами и целует в лобик.       — Угу.       — Ну и пусть. Всё, хватит, иди ко мне лучше, — Рюджин обнимает её за талию, голову укладывая на грудь. Шатенка, улыбнувшись, откладывает телефон, ероша волосы младшей. — Я тебя люблю.       — И я тебя люблю, хозяйка.