𝐇𝐢𝐬 𝐬𝐞𝐜𝐨𝐧𝐝 𝐜𝐡𝐚𝐧𝐜𝐞 | 𝐒𝐪𝐮𝐢𝐝 𝐠𝐚𝐦𝐞

***

Пятая игра подходила к концу, на таймере оставалось чуть больше двух минут. Те, кто уже прошли испытание, мысленно ликовали и благодарили всех святых, кого только могли вспомнить в этот момент. И лишь только один участник всë ещё не пересёк мост. Чжун Хи спокойно сидела на лавочке, не шевелясь и смотря в пол. Каждая секунда тянулась мучительно долго. Травмированная лодыжка болела, принося ей явный дискомфорт даже в сидячем положении. С тяжёлым вздохом девушка встала с лавочки, подходя к краю моста. Еë взгляд устремился к вращающейся балке, которая описывала очередную окружность. А если... я всë-таки смогу? Слегка согнув больную ногу в колене, она нервно сглотнула, следя за тем, как балка коснулась моста. В этот момент Чжун Хи подпрыгнула на месте, проверяя, способна ли она вообще пройти это испытание без чьей-либо помощи. Но попытка подпрыгнуть на месте окончилась лишь тем, что девушка скривилась от боли и опустилась на колени, осознавая, что силы медленно покидают её. Может, это и правда конец... Может, пора просто сдаться и принять это? Она медленно повернула голову в сторону других игроков, находившихся по ту сторону моста. Ки Хун и Ин Хо стояли рядом, наблюдая за каждым её движением. Во взгляде Ки Хуна читалась отчаянная вера в лучшее. Поднявшись на ноги, Чжун Хи встала ровно, стараясь удержаться на ногах. — Господин Ки Хун... господин Ëн Иль! — крикнула она, смотря прямо на них. Слёзы текли по щекам Чжун Хи, но её взгляд оставался хоть и усталым, но решительным. Еë губы дрогнули. — Спасибо...! — продолжала кричать она, печально улыбаясь. — Спасибо, что мы играли вместе! Пожалуйста... позаботьтесь о моей малышке!... Сохраните ей жизнь!... — Чжун Хи! — Ки Хун вскочил на ноги, нервно смотря на неё. Девушка в последний раз взглянула на своих друзей. Сердце Ки Хуна замерло. Чжун Хи глубоко вдохнула... и сделала шаг вперёд. На долю секунды её тело зависло в воздухе, а затем исчезло в темноте под мостом, оставляя после себя лишь пустую платформу и пустую лавочку, которая теперь казалась слишком большой и одинокой. — "Игрок 222 — выбывает!" По спине Ки Хуна пробежал холодок, сердце замерло от неожиданности. Игрок 456 медленно опустился на корточки, хватаясь за голову. — Нет... нет... — словно не веря в произошедшее, он что-то бормотал себе под нос. Его взгляд зацепился за пустую лавочку, и слёзы будто замерли в глазах. Ин Хо стоял рядом. Его плечи были напряжены, кулаки сжаты. Ведущий просто смотрел на мост, не проронив ни слова. Его взгляд был холодным и сосредоточенным... но внутри всё болезненно сжалось. Он видел, как Ки Хун снова теряет кого-то близкого, и чувство бессилия тянуло его вниз, оставляя лишь жгучее желание защитить его любой ценой. Теперь, из их команды в живых осталось только двое. И они должны будут бороться ещё сильнее, чтобы не потерять друг друга. На таймере теперь показывало 00:00. Женский голос из громкоговорителя прервал тяжёлую тишину: — "Время, отведённое на игру — закончилось! Игрокам просьба покинуть игровую зону!" VIP-гости безмятежно продолжали своë наблюдение за игрой, не скрывая удовлетворения от хода событий. — Вот это жертва! — с восхищением воскликнул третий гость, откинувшись в кресле и медленно хлопнув в ладони. — Настоящая драма! Она знала, что не сможет пройти, и всё равно вышла вперёд, пытаясь доказать себе обратное. Разве это не прекрасно? — Хм, прекрасно... или же глупо, — задумался первый, постукивая пальцами по подлокотнику. — Она ведь только что оставила ребёнка сиротой. — Но вдруг у него есть отец? — спросил второй VIP-гость, не отрывая взгляд от происходящего снаружи. — Дети ведь не появляются просто так. — Если отец и есть, то он бесполезен, — добавил первый, наклоняясь вперёд. — Настоящий отец никогда бы не позволил, чтобы беременная женщина оказалась здесь. Это уже всё, что нужно знать. Вывод очевиден: этот младенец здесь больше никому не нужен. На мгновение все замолчали, обдумывая эту мысль. И вдруг один из тихих VIP-гостей, до этого молчавший, заговорил низким ровным голосом: — Мы можем включить его в призовой фонд. — Включить ребёнка в призовой фонд? — переспросил второй, слегка нахмурившись. — Это звучит... ново. Даже дерзко. — Он не участник, а значит не представляет ценности для игры сам по себе, — продолжал говорить тихий VIP-гость. — Теперь его можно использовать как объект интереса или же... элемент контроля. — Деньги и новорождённый младенец... какая интрига! — ухмыльнулся третий гость. — Использование ребёнка в таком ключе не нарушает правил, а лишь добавляет игре новую грань! Игроки будут сражаться не только за богатство, но и за чужую жизнь! Разве это не чудесно? — К тому же... — вновь сказал тихий VIP-гость, пожав плечами. — Будет интересно наблюдать за тем, как игрок 456 отнесётся к этому решению... а его реакция, как мы видим, напрямую влияет на господина ведущего. Это обещает сделать финал ещё увлекательнее. Чёрный Квадрат стоял в стороне и внимательно слушал их рассуждения, словно тень среди ярко освещённых масок. Его неподвижная поза контрастировала с оживлённой жестикуляцией гостей. Он чуть склонил голову, взглядом скользнув по каждому из них, затем медленно достал рацию из кармана и сухо произнёс: — Принесите младенца из комнаты. Похоже, у наших дорогих гостей появились новые планы. Его голос не отражал ни эмоций, ни колебаний — только хладнокровный, жестокий приказ. Гости оживились ещё больше, кто-то захлопал в ладони, кто-то с хищной ухмылкой наклонился вперёд. А внизу, в игровом зале, игроки возвращались в жилую комнату, даже не подозревая о решении управляющих. Поднимаясь по уже знакомым розовым ступенькам, сейчас каждый участник думал только об одном: завтра будет финальная игра, завтра будет решающий момент. Кто же из них заберёт призовые деньги? Чьи души останутся навсегда в этих стенах, безмолвно блуждая по коридорам и разыскивая своего обидчика? Ки Хун поднял взгляд вверх. Яркое освещение резало глаза, заставляя его щуриться, мысли путались, сердце ещё не успело успокоиться после того, что он пережил. Он вспоминал, с какой решимостью шагнул сюда в самом начале: остановить игры, спасти тех, кого ещё можно, найти способ положить конец этому чудовищному аду. Но теперь, после каждой потери, после каждого отчаянного крика, после каждой капли крови — даже эта цель переставала казаться ясной. Где-то глубоко внутри он уже не понимал: играет ли он ради идеи, или просто пытается дожить до следующего утра? Кажется, что любая попытка что-то изменить обречена на провал. И всё же была одна точка опоры, которая давала хоть какое-то облегчение. Вернее, кто. Ëн Иль. Ки Хун бросил взгляд на идущего рядом Ин Хо. Его присутствие было словно тихая гавань среди хаоса. Пока он рядом, игрок 456 чувствовал, что не может сдаться, сломаться полностью. Он не знал, что ждёт их завтра. Не знал, выживут ли они оба. Но сейчас, под гулкий звук шагов по пустым коридорам и тяжёлое молчание, в голове Ки Хуна стойко держалась лишь одна мысль: Мы выберемся отсюда вместе. Вместе положим конец этим играм. Вернувшись в жилую комнату, игроки обнаружили, что кроватей осталось всего лишь девять — именно столько выживших осталось после пятой игры. Солдаты вошли вслед за участниками, со скрипом закрывая тяжëлые двери. — Мы рады поздравить всех выживших игроков с победой в пятой игре, — ровным голосом произнёс один из солдат. — В честь такого события мы подготовили для вас особый подарок. Однако, перед тем, как мы вручим его вам, нам бы хотелось объявить о результатах игры. В копилку, подвешенную под потолком, начали падать пачки купюр. Все тут же уставились наверх, мысленно считая денежную сумму. На электронном табло загорелась итоговая сумма: 44,6 миллиардов вон. — Однако, у нас есть для вас важное объявление, — продолжил говорить солдат. — В связи с событиями последней игры, нововведения коснутся распределения призового фонда. Младенец, оставшийся без опеки, теперь включён в призовую систему и будет считаться объектом распределения средств. В комнате повисла тишина. Ки Хун сжал ладони в кулаки, внутренний гнев сковывал его тело. Он не мог поверить, что здесь, среди этих людей, решение о ребёнке принимается как о предмете игры. Это... просто немыслимо. Ин Хо лишь скрестил руки, глядя на солдат с холодной наблюдательностью. Остальные игроки замерли, осознавая всю жестокость данного решения. — Это не шутка? — голос одного из участников прервал молчание. — Вы включили в призовой фонд... ребёнка? — Всë верно, — спокойно ответил солдат. —Теперь, когда вы ознакомлены с нововведением, просим всех принять от нас ваш особый подарок. Каждому из игроков вручили по чëрной коробке, на крышке которой находился аккуратный, розовый бант. Внутри лежали костюмы: белоснежная рубашка, чëрный пиджак, чëрные брюки и чëрные туфли. Тяжёлое молчание постепенно уступало место тихой суете — игроки осторожно рассматривали новую одежду, проводя ладонями по дорогой ткани. Сейчас всем было ясно: этот вечер станет их последним перед финальной игрой, и теперь каждый миг ощущался как подготовка к чему-то зловещему и неизбежному. •••Продолжение следует•••