На краю неизбежного

Чёрт. Моё сознание и тело плавилось от палящего солнца. Я зажмурилась, пытаясь прийти в себя и заглушить пульсирующую боль в висках. Рука сама собой медленно поднялась ко лбу. Боже, я вся в поту. — Эй, она очнулась! Голос эхом раздался в голове. Пульсация волнами проходила через затылок и выходила где-то у лба. Я с трудом разлепила глаза. Первое, что я увидела — силуэт. Высокий, тёмный на фоне яркого неба. Он стоял чуть наклонившись, и солнце обрисовывало контуры плеч, будто специально подчеркивая ширину его фигуры. Лицо появилось в фокусе не сразу. Ярко-голубые глаза — тёплые, но настороженные. Щетина вдоль челюсти, светлые волосы, немного взъерошенные, будто он не привык к зеркалам. Или не считал нужным смотреться в них. На нём была бежевая рубашка, открывающая вид на его грудь, испачканная песком и солью. Руки обожжённые солнцем, сухие, с несколькими царапинами. — Эй… — его голос на этот раз звучал тише. — Ты слышишь меня? И почему-то именно этот голос был самым реальным из всего, что происходило вокруг. — Что?… — пробормотала я, пересохшими от недостатка влаги губами. — Максон разбудил спящую красавицу, пацаны! — я услышала еще один приближающийся голос. Он звучал слишком весело и беззаботно. — Вставай.. — снова заговорил этот парень с белокурыми волосами. Он присел на корточки рядом со мной, и протянул руку, сжимая моё плечо и пытаясь помочь мне встать. Если бы я была в себе, то это прикосновение вызвало бы у меня табун мурашек на коже. Но сейчас я слишком перегрелась и не понимала что происходит. — Ну что, она живая? — это уже третий голос который я услышала. Наконец я нашла в себе силы подняться с горячего песка. Я села и повернулась к тому парню, который до сих пор почему-то держал меня за плечо. — Где я?.. — прошептала я хриплым голосом. — Я принес воды! — какой-то пацан явно бежал в нашу сторону. В следующую секунду меня окатило потоком теплой воды. Черт, этот идиот упал пока бежал и пролил воду из стакана прямо мне на лицо. Я зажмурила глаза, а потом снова открыла их. Передо мной лежал перепуганный парень, с пустым стаканом в руке, который разглядывал меня своими темно-карими, почти черными глазами. Тёмные волосы, коротко постриженные, лоб в каплях пота. Лицо угловатое, с острым подбородком и серьёзным выражением, которое явно не шло к тому, как нелепо он сейчас выглядел. На нём была чёрная футболка, мокрая и прилипшая к телу. — Блять, Аслан! — закричал симпатичный блондинчик и наконец убрал свою руку с моего плеча, но только для того, чтобы пихнуть… Аслана?.. — Ты можешь аккуратнее?! — Ну сори, брат, я спешил! — залепетал виновник моего мокрого лица и спешно поднялся с песка. — Кто-нибудь объяснит мне что тут происходит?.. — пробубнила я себе под нос, глядя сначала на блондина, кажется, его зовут Макс, а затем на Аслана. — Ты на необитаемом острове, подруга! — я почувствовал чью-то теплую руку на своем плече. Непонимающе повернула голову и увидела парня, сидящего на корточках, который радостно мне улыбался. В его светло-карих глазах играли отблески солнца, а каштановые волосы торчали в разные стороны, как будто его пытался причесать ветер. Он был среднего роста, с широкой открытой улыбкой, загорелый и явно довольный собой. — Это.. Как-то должно меня обрадовать?.. — я искренне не понимала почему он лыбиться. Где-то сверху я услышала как кто-то прыснул от смеха. — Санёк, это явно не твой уровень! — я перевела взгляд на парня, который стоял над нами. Высокий, крепкий, с обветренным лицом и лёгкой щетиной. На нём висела потёртая кепка, из-под которой выбивались тёмно-каштановые волосы. Глаза — темно-зелёные, цепкие, но с какой-то спокойной уверенностью. Взгляд, которым смотрят не на человека, а на кадр, который нужно запомнить. Он лениво опёрся на бамбуковую палку, как на трость, и ухмыльнулся — уверенно, будто всё под контролем. — Добро пожаловать на курорт. — сказан он коротко. — Только тут полотенец не выдают. Меня, кстати, Егор зовут. Это Саня, Аслан и Макс. — он по очереди показал на каждого из парней. Я скривилась. Голова все еще болела. Я вытерла лицо рукой, чувствуя, как капли пота и воды, которую на меня пролил Аслан, стекают по шее. То ли от жары, то ли от шока, но я никак не могла сосредоточиться. — Курорт?.. — переспросила я, всё ещё не веря ни единому слову. — Ну, технически… — Санёк щёлкнул пальцами. — Это остров. Есть солнце, вода, песок, кокосы. Всё, что любят туристы. — Прекрати, — буркнул Макс. Он выпрямился, отряхивая руки. — Ей и так плохо. Я перевела взгляд на него снова. Он был явно не такой, как остальные. Тихий, собранный. В его глазах не было насмешки — только напряжение. Будто он был готов в любой момент подхватить меня, если я снова упаду. — Ты… — я вдруг спохватилась. — Вы кто вообще? Почему я здесь? На мгновение повисла тишина. Парни переглянулись. Первым заговорил Аслан, виновато почесывая затылок: — Ты… эм… появилась тут примерно час назад. Просто… лежала на берегу, как выброшенная бутылка. Мы думали — всё, труп. Но ты дышала. Макс тебя нашёл. — Я? — переспросила я. — Выброшенная? — я перевела взгляд на океан, пытаясь вспомнить что случилось. Боль в голове явно мешала это сделать. — Мы можем с кем-то связаться? Полиция? Радио? Спутниковый телефон? — я попыталась встать, ноги дрожали. — Мы бы тоже не отказались, — хмыкнул Егор. — Но, увы, связь тут мертва. Так что — добро пожаловать в клуб. Макс всё ещё стоял рядом, как будто охранял. Я почувствовала, как его рука мельком коснулась моей спины — быстро, почти невзначай. Просто чтобы убедиться, что я стою ровно. — Нам нужно отвести тебя в тень, — сказал он спокойно. — У тебя лицо красное, ты можешь перегреться снова. — Слушайся Макса, — Санёк подмигнул. — Он у нас тут эксперт… по выживанию. — Скорее нянька. — буркнул Аслан, всё ещё теребя пустой стакан. Я позволила Максу подхватить меня под локоть. Мы сделали пару шагов к тени от навесного брезента, натянутого между пальмами. Под ногами скрипел песок, и в голове медленно выстраивалась картина. Необитаемый остров. Четверо парней. И я, которая вообще не помнит, как здесь оказалась. Но при этом — я точно помню себя. Имя, кто я, где жила. Это не фильм. Это не амнезия. Это что-то другое. И вот сидя в тени, в окружении незнакомцев, я впервые ясно поняла: Я застряла. И неизвестно — на сколько.

***

Прошло около часа. Я сидела в тени, облокотившись спиной на ствол пальмы, и держала в руке пластиковую бутылку. Почти тёплая вода всё равно казалась райской. Макс то и дело косился в мою сторону, будто проверяя, всё ли со мной нормально. Остальные немного расслабились. Саша лежал на спине, подложив под голову сумку, и жевал что-то непонятное, глядя в небо. Аслан пытался починить какую-то самодельную ловушку из верёвки и палки. Егор что-то писал на мокром песке веткой — карту что ли?.. Я обвела всех взглядом, всё ещё ощущая лёгкую нереальность происходящего. — То есть, — я заговорила, медленно подбирая слова, — вы были тут уже два дня? А меня вы нашли около двух часов назад? — Три, — поправил Санёк. — И да. Ты вырубилась почти сразу, как мы тебя нашли. Сгоревшая, обезвоженная, в какой-то майке и сандалиях. Без телефона, без рюкзака. Как ты вообще сюда попала? — Не знаю, — я чуть отвела взгляд. — Правда. Помню, как была на огромном пароходе… вроде как с друзьями. Потом… что-то странное. Белый шум. Темнота. И вот я здесь. Наступила пауза. Макс тихо спросил: — Ты уверена, что тебя никто не бросил специально? Я повернулась к нему. Его взгляд был прямой, но без нажима. — Не знаю, — снова ответила я. — Я никого не помню рядом. И… вообще, если честно, я не хочу сейчас думать о том, что меня могли бросить. — Так или иначе, — подал голос Егор, — ты теперь с нами. А это значит, нужно решать, как быть. Тут не просто «отдохнём и поедем домой». Нам нужно добраться до того острова. — он показал пальцем куда-то вдаль, я даже не поняла куда. — Там есть люди, сможем наконец выбраться. — Если доберёмся, — буркнул Санёк, не отрывая взгляда от неба. — Доберёмся, — коротко сказал Макс. — Мы уже построили половину плота. Я уставилась на него: — Вы хотите… плыть? — А что, пешком пойдём? — хмыкнул Егор. — Этот плот — не шедевр, но выдержит, — сказал Макс, понизив голос. — Мы всё проверим. Безопасность прежде всего. От него веяло уверенностью, и, даже несмотря на жару, ссоры и шутки, я поймала себя на том, что смотрю на него чуть дольше, чем нужно. Он повернулся ко мне и встретился взглядом. Его лицо было серьёзным. — Ты с нами? Я не знала, что сказать. Моя жизнь буквально за пару часов перевернулась. Но было одно чувство — где-то под рёбрами — что говорило: я уже здесь. И выбора у меня не так много. — Похоже, что да, — я медленно кивнула. Егор хлопнул в ладоши: — Отлично! Тогда ты — новобранец. Завтра учимся ловить крабов и не умирать от обезвоживания! — И делать крепление для навеса, — добавил Макс. — И не ронять воду в лицо! — язвительно бросила я в сторону Аслана. Он виновато поднял руки: — Уже извинился! Я всё ещё не знала, как именно оказалась здесь. Или что будет дальше. Но в этот момент, сидя в тени пальмы, с этими странными, но живыми людьми вокруг, я вдруг почувствовала что-то очень неожиданное. Я почувствовала… интерес.

***

К вечеру жара начала спадать. Воздух больше не плавился, а лёгкий ветер с моря приносил запах соли и влажных водорослей. Мы сидели у костра — кто на коряге, кто просто на песке, ближе к огню. Его потрескивание заглушало шум волн, и всё казалось чуть менее безумным, чем днём. Я держала в руках металлическую кружку с какой-то теплой бурдой, похожей на отвар из травы и коры. Но после дня без нормальной воды — это был деликатес. — Завтра с утра выйдем на северную сторону острова, — говорил Егор, глядя в огонь. — Нужно проверить, не выбросило ли штормом обломки. Нам бы пригодился любой кусок пластика. Аслан зевнул, подтянув колени к груди. — А я предлагаю не вставать, — пробормотал он. — Мы и так живём лучше, чем в общаге. — Если не считать пауков, — добавил Санёк. — И песка везде. Везде. Я молчала. Слушала их разговоры, но почти не вникала. Мысли блуждали — я пыталась вспомнить хоть что-то, что предшествовало моему появлению здесь. Лица, голоса, причины… Тепло. Сбоку. Я вздрогнула и обернулась. Макс присел рядом, совсем близко. Он держал в руках вторую кружку и протянул её мне: — Хочешь ещё? Я немного нахмурилась: — Это снова трава с корой? — Уже без коры, — хмыкнул он. Его взгляд небрежно скользнул по мне. — Ты дрожишь.. — Просто устала, — сказала я, но тут же почувствовала, как он накрыл мою ладонь своей. Его рука была тёплая, грубая — но не тяжёлая. Он держал её аккуратно, будто боялся, что я исчезну. — Прости, если я слишком прямой, — его голос стал ниже, мягче. — Но ты меня немного сбила с толку. — Я? — Ты будто… не отсюда. Не из этого всего. Ты появилась из ниоткуда, и я… Он замолчал, не договорив. Несколько секунд тишины. Огонь отразился в его глазах — чуть тёплый, чуть золотой, как будто весь свет этого вечера жил только в нём. Макс смотрел прямо на меня, внимательно, не торопясь. Мне вдруг стало трудно дышать. — Я просто хочу, чтобы ты знала, — продолжил он, — я не позволю, чтобы с тобой здесь что-то случилось. Мы справимся. Вместе. Я кивнула — слишком быстро, слишком резко. Он всё ещё держал мою ладонь. Большой палец медленно скользнул по её тыльной стороне. Это было нечто настолько нежное и личное, что я чуть не отвела руку… но не смогла. Не захотела. Мы остались вдвоём. Остальные то ли ушли спать, то ли просто разошлись по импровизированному лагерю. Над головой — чёрное небо, усыпанное звёздами. Огонь потрескивал, и мне казалось, что этот миг где-то вне времени. — Ты всё ещё не рассказала, кто ты, — тихо сказал он, не отпуская руки. Я улыбнулась, не отводя взгляда. — А если я — кто-то, кого не стоит знать? Он чуть наклонился вперёд. Волосы легли на лоб, а голос стал почти шёпотом: — Тогда мне тем более хочется узнать. Он был слишком близко. Слишком тёплый. Слишком настоящий. И в какой-то момент между нами зависло то самое напряжение — то, которое не нуждается в словах. Я чувствовала его дыхание. Его ладонь. Сердце колотилось слишком громко. Но он не приблизился дальше. Не сделал ни шага, ни касания. Только смотрел. Словно ждал, чтобы я решила. Он не приближался. Не тянулся. Не давил. Просто сидел рядом и смотрел — с этим тёплым, тихим, почти непроницаемым выражением лица. Как будто давал выбор мне. Как будто весь этот момент зависел от моего решения. У меня внутри что-то щёлкнуло. Я не знаю, что именно толкнуло меня вперёд — жара, страх, эта нежность в его глазах… или, может, одиночество, которое вдруг обрушилось всем весом. Я просто наклонилась — быстро, неровно, неуверенно — и поцеловала его. Касание было лёгким, почти случайным, но настоящим. Его губы были тёплыми и немного солёными — от моря, от жары. Он застыл. Не отстранился, не ответил — просто был рядом, позволив мне это. А через секунду я отпрянула. Сердце колотилось в горле, а лицо мгновенно вспыхнуло от стыда. — Прости! — выдохнула я, почти захлебнувшись словами. — Я не знаю, что… Я просто… Это, наверное, из-за… Я совсем сбита с толку. Я… Я перегрелась. Он молчал, всё так же сидел рядом, удивлённый, но спокойный. Не двигался, только смотрел. — Я не должна была… — продолжала я, чувствуя, как слова срываются с губ быстрее, чем я успеваю их осмысливать. — Это не потому что… Я не знаю, кто вы. Где я. У меня сейчас просто всё… Я резко замолчала, вцепившись в кружку и отвела взгляд. Пламя отражалось на внутренней стороне металла, и руки у меня дрожали. Он всё ещё молчал. Это молчание было не страшным, а… терпеливым. Не холодным. Просто он ждал, пока я перестану метаться, как птица, врезавшаяся в стекло. И только когда я собралась встать, Макс тихо сказал: — Знаешь… я бы мог поверить в перегрев, если бы не видел, как ты на меня смотрела. Я замерла, не поднимая глаз. — Но, — добавил он, — если ты хочешь, чтобы мы сделали вид, что этого не было… я смогу. Только скажи. Теперь я точно не могла посмотреть на него. Ни сейчас. Ни в эту секунду. — Лучше… просто забыть. Ладно? Тишина снова упала между нами. Костёр потрескивал, а ветер гонял пепел. Внутри меня было странное чувство — будто я сделала шаг за грань, и теперь уже не могла вернуться. Но он не осудил. Не оттолкнул. Не засмеялся. Он просто… понял.