Автограф в единичном экземпляре

У Джисона колени дрожать начинают когда он смотрит на сцену, о которой так мечтал. Путь до стадиона занял больше 6 часов, а всё ради того, чтобы воочию завидеть парня, от которого голова ехала кругом. Ли Минхо — популярный музыкальный исполнитель, звезда его времени и тот, кто заставляет девушку падать в обморок от одного лишь взгляда. Джисон наткнулся на него около года назад, когда в семье были ужасные проблемы. Вечные ругани, непонимания и крики не давали уединиться. Хотелось спрятаться от реального мира, и он нашёл своё успокоение в его музыке. Каждый вечер проходил с громкой музыкой в ушах, пока он разгуливал по улицам или лежал в мягкой кровати. Ещё с того момента как Минхо, буквально, спас его, в нём поселилось огромное желание увидеться с ним вживую. Даже если не коснуться, то хотя бы взглянуть. И вот, он здесь, среди огромной толпы людей разных возрастов. Все толкаются, стараясь оказаться как можно ближе к сцене, чуть ли не расталкивая друг друга локтями. Джисон специально приехал пораньше, чтобы не попасть в ту же ситуацию, в какой сейчас оказалась половина танцпола. Да, стоять пришлось долго, но это того стоило. Весь концерт Хан кричал как не в себя, заглушая своим голосом басы мощных колонок. Он громко пел каждую, активно прыгая. Его крики разносятся по толпе и толпа подхватывает их, скандируя. Джисон не знал прежде кайфа больше, чем быть здесь и смотреть на того, кто заставил тебя жить новой, прекрасной жизнью. Воочию Минхо оказался ещё красивее. Его резкие, но в то же время спокойные движения, мелодичный голос, волосы, что прыгали вместе с ним, а к концу уже прилипли к мокрому лбу от пота. Весь этот парень был пределом его мечтаний, настолько он оказался волшебен. Когда Ли сошёл со сцены, Хан тяжело выдохнул и отметил про себя, что всё кончилось в разы быстрее, чем он ожидал. Два часа концерта пролетели словно двадцать минут и младший не успел до конца прочувствовать Минхо. Хотелось ещё, надолго и поближе. Люди начали потихоньку перемещаться к фан зоне, в которой старший фотографировался с одной из фанаток, соединяя с ней половинки сердец. Джисон послушно встал в очередь, сгорая от нетерпения и смотря на тех, кто оказывался около Ли. Со всеми он доброжелателен и фотографируется так, как те предлагают. Улыбается в камеру и машет для видео, лишь бы расположить к себе ещё больше фанатов. Очередь продвигается настолько медленно, что у Хана сил нет стоять на одном месте. Хочется расталкать всех и пройти вперёд без очереди, но вместо этого он послушно ждёт, переваливаясь с ноги на ногу. Руки неожидано начали потеть и сердце в груди забилось в разы сильнее когда последний человек получил желаемое фото и отошёл в сторону. Он шагнул к старшему, в пару шагов достигая его. Джисон взглянул на Минхо, что с прищуром рассматривал его с ног до головы, чего прежде не делал. Хан смущённо уместился рядом и почувствовал ладонь, что провела по спине и удобно улеглась на боку. Он голову в сторону старшего повернул, а тот и виду не подал, лишь продолжал улыбаться в камеру. С кучей мыслей и дрожащими коленями Джисон наконец получил то, о чём мечтал больше, чем о простой встрече — фото со старшим. На радостях он готов запрыгать или вовсе наброситься на парня, но тот и сам был явно не против объятий. Ли протянул руки, обвивая ими маленькую талию, прижимая парня ближе. Дыхание опалило раковину и он услышал как тот еле слышно прошептал: «жди меня в гримерной через пару минут. распишусь на твоём теле». Лицо Джисона залилось пунцовой краской, а Минхо лишь сделал вид что не причём. Он медленно отпрянул, мысленно напоминая не забыть о сказанном. А Хан и не мог. Его голос звенел ультразвуком в ушах, пробирался в мозг и сердце, рокоча там с неистовой силой. Он не мог поверить что всё это происходит с ним сейчас. Это точно не сон? Младший развернулся, оглядываясь по сторонам в поисках той самой гримёрной. В далеке он завидел охранников, что напыщенно стоят у дверей, естественно, никого внутрь не пуская. Подходить к ним Хан не решился. Уж лучше подождать Минхо здесь, чем получить по голове парой громадных кулаков. Стоя в паре метров от перевозной комнатки он вынул телефон из кармана, дабы посмотреть что у них получились. Из всех нормальной вышла только одна, и то, лицо у него там слишком красное и смущённое. Испортил все фотографии и теперь ничего на память не останется. Хан Джисон, ты глупый. — Прости что заставил ждать, крошка. Давно здесь стоишь? — уха коснулся горячий шёпот, от чего Хан вздрогнул всем телом. Парень уложил подбородок на плечо, стоя позади. Он глядит на младшего своими кошачьим взглядом, а руками крепко прижимает его к себе. Джисон смущён до кончиков пальцев и не знает, стоит ли отвечать что-то, если в голове непроглядная тьма. Да и если честно, он даже звука проронить не может, язык на отрез отказывается слушаться его. — Н... Нет... Вот... Только пришёл... — Трясёшься, словно на приёме у уролога. Не переживай, я не собираюсь делать тебе больно. Просто услышал твои крики, что выделялись на фоне остальных. У тебя звонкий голосок, мне это нравится. А твоё «Минхо-хён, я дрочу на тебя по ночам» заставило меня расплыться в улыбке. — на его лице появилась ухмылка, а Джисон в действительности запереживал. Глаза забегали и он встал истуканом, не зная что на это ответить. — И... Как много ты слышал? — Практически всё, — младший почувствовал как сгорает со стыда за самого себя. Как можно быть таким идиотом, чтобы устроить столь унизительное представление для того, к кому так долго тянулся? Разве об этом он мечтал? Возможно, быть сейчас, вне концертное время рядом с Ли, действительно чересчур привлекательно, но это не отменяет факта, что тот опозорил себя. Он закрыл лицо руками, тяжело вздыхая. — В этом нет ничего постыдного. Мы все люди, я всё понимаю. — его ладонь коснулась мягкой копны, заправляя выбившуюся прядь за ухо. Он перехватил запястье младшего, отрывая его от лица, и потащил за собой, в сторону огромных громил. В компании Минхо их беспрекословно пропустили, хоть и мужчины переглянулись после этого в вопросительном взгляде. Джисон впервые был в гримёрке, так ещё и мог рассмотреть её изнутри. Небольшая, но места хватает. Даже место чтобы отдохнуть имеется. Он оглядывается вокруг, пока Минхо молча стоит позади, скрестив руки на груди и наблюдает за заинтересованным младшим. Во всей этой тишине Джисон и вовсе забыл зачем пришёл, пока Минхо не подал голос. — Ты ведь не забыл, зачем я позвал тебя?, — Хан хлопал ресничками, пока старший наступал на него, медленно приближаясь. Джисон попятился назад, впечатываясь спиной во что-то твёрдое, понимая, что идти больше не куда. Минхо в опасной близости от его лица. Он опускает взгляд на пухлые губы, усмехаясь. Младший в голове прокручивает дальнейший исход событий и не знает, радоваться ему или стоит бежать от этого парня со всех ног пока не поздно. — Как тебя зовут? — Хан Джисон. — его маленькие ладошки упёрлись в массивную грудь, ощущая округлые половинки через ткань. Глаза смотрят вниз и отвечает очень тихо, тресясь от неизвестности и смущения. — Значит Хани. Миленько, — большим пальцем он коснулся пухлой щёки, задерживая на ней взгляд. Такая мягкая и нежная. Хочется впиться зубами и чтобы оставить след. — Здесь прежде не было никого, кроме меня и моей охраны. Но то, каким возбуждённым ты был там, в толпе, заставило меня смотреть на тебя не отрывая глаз. Ты знаешь, что выглядишь безумно мило?, — тот слабо качнул головой, все ещё испытавая смущение от нависающего над ним старшего. Он так сладко дышит где-то около ухо, опаляя его, заставляя маленькое тельце содрогаться от нетерпения. — Подними на меня свои глазки. Не стоит прятать то, чем стоит гордиться. Ты безумно красив и должен этим пользоваться. Позволишь и мне прикоснуться к тебе, чтобы нащупать чувствительные места? Вслух Джисон не ответил, так как уж очень стеснялся, но положительно кивнул, дав старшему зеленый свет. Тот носом припал к шеи, вдыхая сладкий аромат духов, смешанный с запахом тела. Длинная ладонь вытащила край футболки из джинс, позволяя себе скользнуть вверх, очерчивая впалый животик, проходясь по нему пальцами и поднимаясь к груди, коснуться маленьких сосков. Хан тихо выдохнул, оплетая плечи Хо, запуская запястье в мягкие, каштановые волосы. Он сжал их от щекочущих касаний к чувствительной шеи и розовым ареолом, что от стимуляции встали, заставляя младшего простонать под нос. Минхо ощущал себя как пёс, сорвавшийся с цепи на давно желаемую добычу. Этот младший оказался столь сладостным, что его вкус осел на языке, не желая уходить. Кожи хотелось касаться всё больше, чтобы уловить каждый импульс, проходящий через неё. Он сжал грудь в ладони, шипя себе под нос от ощущения столь мягкой половинки, и припал зубами к мягкой шее, получив громкий вскрик от младшего. Старший с нежеланием оторвался от желанного мальчишки и выпрямился, оглядывая чужие пухлые губы. Большим пальцем он прошёлся по одной из них, заставляя Хана громко сглотнуть, глядя смущённо в его черные, от похоти, глаза. — Твои губы кажутся настолько сладкими, что скорее всего я получу передоз, когда коснусь их. Ты весь словно сахарное безе и я готов прокусить тебя насквозь, чтобы ощутить на языке эту приторную сладость, — идеи были быстрее Минхо, и он, сам того не осознавая, подхватил младшего под ягодицы, заставляя того пискнуть и ухватиться конечностями за парня. Он прошёл пару шагов, усаживая обоих на диван, оставляя Джисона на своих коленях. — Ты заставил меня почувствовать желание так быстро, Хан-а. Твое личико буквально вынуждает хотеть тебя, и не важно, что мы с тобой видемся впервые. Ты такой притягательный, что тебя хочется присвоить. С каждым словом лицо младшего становилось все ярче, а член в штанах все больше вставал, заставляя неприятно тереться о грубую ткань. Фетиш на похвалу подвёл его в самый ответственный момент, выставляя себя чересчур чувствительным и желающим. Минхо прекрасно понимает как действует на него, от чего ухмыляется, приближаясь к чужому личику. Он за раз вбирает губы в рот, сжимая в ладонях тонкую талию, но не сквозь футболку, а голое тело. Спускает их медленно, кладёт на ягодицы и мнет мягкие половинки, толкая Хана на себя, проезжаясь бёдрами по чужому возбуждению. Он без какого-либо стыда трахает Джисона через одежду, с остервенением кусая и зализывая его губы. Задница так правильно уместилась в его руках, и он, вместо того, чтобы тянуть время, оттягивает край штанов, заползая внутрь, пробираясь пальцами к чувствительной дырочке. Младший истекает смазкой словно течная омега, поэтому проникнуть в неё оказалось легче лёгкого. Фаланга мягко проскользнула внутрь, оглаживая мягкие стеночки, заставляя Хана затрястись в его руках. Старший отвлекал его поцелуями, проталкивая язык в расслабленные от стонов губы. — Ты все ещё хочешь мой автограф, Хани? — произносит он с отдышкой, добавляя внутрь ещё один палец, слыша тихое хлюпанье. Он не станет спрашивать, почему в нём настолько мокро, но он будет пользоваться этим, попутно пуская слюни. Младший стонет и скулит, держась ладошками за сильные плечи. Такой послушный, бедрами подмахивает, проезжаясь возбуждённым членом по чужому, стимулируя себя с обеих сторон. — Лино, пожалуйста. Я очень и очень хочу. — Пожалуйста что? Скажи, и тогда я смогу помочь. — Хан с силой насаживается на длинные пальцы, понимая, как же сильно хочется ощутить всего старшего снаружи и внутри. Но даже сейчас, когда фаланги так правильно проходятся по простате, а колени дрожат, Джисон понимает, что о таком он и мечтать не мог. Так приятно и правильно. — Хочу кончить от твоих рук, прошу. — Минхо смотрит на него по-кошачьи, поднимает уголки губ и попутно расстегивает ширинку, в одно движение выпуская средних размеров член на свободу. Парень выдыхает расслабленно, а старший обхватывает ствол, подстраиваясь под темп сзади. Ему целиком и полностью хочется отдать себя мальчишке и помочь достичь пика. Обе руки заняты Ханом, обе трахают, не сбавляя темпа, ударяя по простате и проходясь по головке. Джисон изгибается на чужих коленях, закатывает глаза и стонет порнушно, заставляя Минхо содрогнуться от удовольствия. Двойная стимуляция заставила младшего пару раз содрогнуться в сильной судороге и с громким стоном, кончить в чужую ладонь, оставив пару капель на своём животе. Старший расплылся в довольной улыбке, хоть в штанах сейчас и чувствуется неприятная липкость. Он излился не касаясь себя. Что-то новенькое. Поднеся пальцы к губам, Минхо прошёлся по ним языком, слизывая чужое семя, удовлетворенно мыча. Хан глядел на него кукольными глазками, сгорая со стыда. — Посиди минутку, мне нужно кое-что взять, — он за ягодицы снял его с себя, усаживая на край дивана. Член все ещё на свободе, грязный и горячий, как и сам Хан. Минхо вернулся к столу и схватив чёрный маркер вернулся к младшему, упав между его колен. — Как моему самому преданному и любимому фанату. — щёлочок колпачка и холодный, спиртовой стержень касается оголённой части живота, чиркая на нём быстрый автограф. На последок Минхо целует след, вглядываясь в темные радужки. — Спасибо. — от смущения он закрывает личико ладошками, сжимая бедра. Он чувствует, как от стыда член в очередной раз начинает твердеть, от чего кожа краснеет ещё больше. — Не стоит благодарности. Где твой телефон? Сделаю фото. — Хан указывает на тумбочку, и старший тянется за ним, включая камеру. Рукой придерживает футболку, дабы та не спустилась и не закрыла вид, другой жмёт на кнопку фотоаппарата, любуясь проделанной работой. Джисону не стоило говорить, что удачных фото не вышло. Ведь сейчас в его галереи красуется пара фотографий его живота с витьеватым автографом Минхо, покрытого следами младшинской спермы. Он ещё долго будет рассматривать их, изо дня в день, но теперь, рядом с ним есть тот, о ком он желал больше всего. Ему больше не нужны фото, ведь каждый день старший украшает его тело новыми следами, заставляя навсегда запомнить, с чего это началось.