Их связал Гейне

Октябрь 1954, СССР, Двинск Когда я впервые был в Советском союзе, я мало внимания обращал на окружающие меня пейзажи и простор. Сейчас же, сидя в вагоне поезда, у меня было время рассмотреть месность. За окном поезда распускается насыщенная осенняя палитра. Листья на деревьях приобретают яркие оттенки — красные, оранжевые, золотые — медленно опадают на землю, покрывая ее мягким ковром. Далекие холмы и рощи словно горят закатным светом, их силуэты подчеркнуты теплыми лучами осеннего солнца. Время от времени через поле проезжают фермерские телеги, запряженные лошадьми, а в воздухе чувствуется свежий, прохладный запах увядания листвы и влажной земли. Дома вдоль дороги выглядят уютными: окна освещены теплым светом, а на крышах видны последние желтоватые листья, которые ветер сносит с веток. Всё это создает ощущение тихой, спокойной осенней идиллии, где природа готовится к зимнему отдыху, а легкий шум колёс поезда создает ощущение движения сквозь спокойную и гармоничную природу. Дневная красота за окном постепенно сменилась закатом, а после и кромешной темнотой, изредка озаряясь огнями проплывающих вдали городов. К разговору соседей я не присоединялся, желая остаться со своими мыслями. Какой будет наша встреча? Вернулась ли она в свой родной город или после того, как его увезли, решила начать жизнь с чистого листа? Если она счастлива, я не буду мешать её жизни, она даже не заметит, что я был тут. Мне просто нужно знать, что с ней и сыном всё хорошо, а со своей любовью разберусь сам. Разве не это любовь — отступить если дорогой тебе человек счастлив? За размышлениями, я не заметил, как сон овладел мной. Мне снилась Соня… Будто она идет, в своем цветочном платье, мне навстречу. Я улыбаюсь и хочу обнять её, но раздается выстрел и она падает мне в руки. В её глазах нет боли, только разочарование. «В этом виноват ты» — произносит она и её карие, бездонные глаза закрываются. Я вскакиваю на сидении, ели успевая сдержать крик, готовый сорваться в любую секунду. — Schlaf… Es ist nur ein Traum… — тихо произношу я, выйдя в коридор, чтобы не разбудить соседей и закрываю лицо руками. — Oh Gott.! — С вами всё хорошо? — неожиданно раздается женский голос за моей спиной. Молоденькая проводница смотрела на меня взволнованным взглядом. — Да, просто бессонница. — постарался успокоить её я. — Может хотите чаю? — всё ещё тревожным голосом задала она вопрос. — Нет, спасибо. Я пойду попробую уснуть, — я улыбнулся ей, как бы извиняясь за беспокойство и зашёл назад в купе. — Спокойной ночи. Всю оставшуюся ночь я не сомкнул глаз. Передо мной было лицо Сони, сначала улыбающееся, а после полное боли. Я боялся, что этот сон может стать реальностью. О чем я думал, когда собирался вернуться сюда?! Ведь если люди узнают о наших отношениях она может пострадать! — Egoist! — кричало моё подсознание. — Sie liebt dich! Sie hat so viel ertragen, nur um bei dir zu sein, und bist du bereit, dich wegen eines schlechten Schlafes zurückzuziehen?! — кричало сердце. Из-за этих споров, моя голова представляла собой бомбу, которая была готова взорваться в любую минуту. — Двинск через 10 минут, готовимся! — открывшаяся дверь и голос проводницы привели меня в чувства. Я понял одно — сначала мне нужно увидеть Соню, поговорить с ней, а уже после принимать решение. Если я сдамся сейчас, кто я буду после этого? Мужчина? Нет… Маленький мальчик, который побоялся ответственности и трудностей, которые последуют за ней. — Ich liebe sie und werde alles tun, um sie glücklich zu machen! — с этими словами я вышел из поезда и обомлел. Почти 10 лет прошло, как я в последний раз видел это место. 10 лет… Почти целая жизнь. Город не сильно изменился, те же дома, те же магазинчики, только нет немецких флагов, их заменили советские. Но больше всего изменилась энергетика говода: больше не чувствовалось страха людей. Они свободно гуляли по улицам, разговаривали и смеялись. — Сейчас они счастливы! — шёпотом произнес я, чтобы не привлекать лишнего внимания. На меня итак все смотрели косо и с недоверием. Я понимал и на их месте, наверное, поступал бы точно также. Как бы мне не хотелось сразу отправиться на поиски Сони, но сначало мой путь лежал к заводу. Нужно было доложить, что я приехал и разузнать по поводу жилья. Дорога не заняла много времени, как и оформление документов. Меня не рады были видеть, так как многие меня помнили, но в лицо никто мне этого не говорил. Я не рассчитывал, что меня будут ждать с объятиями и был рад этому. Я был удивлен, но меня поселили в мой прошлый дом, так как он стоял пустой в данный момент. С завода я вышел в обед, вместе со всеми и обомлел. Возле ворот стояла Соня… Моя Соня! Она совсем не изменилась за это время. На ней было почти такое же платье, как в день, когда я видел её последний раз. Оно выглядывало из-под распахнутого пальто. Рядом бегал мальчик. Он подбегал то к одному человеку, то к другому и что-то у них спрашивал. Они смотрели на него с улыбкой, будто привыкли к этому. Позже, Соня отошла чуть в сторону, чтобы не мешать спешащим на обед людям. Я всё это время не мог отвести глаз. Казалось, только моргну и она исчезнет, как самое прекрасное видение. Неожиданно, будто почувствовав мой взгляд, она посмотрела в мою сторону. В её глазах отразилось непонимание и недоверие, будто она не верила в происходящее. Когда её пока покачнуло, я ели успел подбежать и схватить её за руку. — Зигмунд… Sigmund… — тихо прошептала она сначала на русском, а потом на немецком, будто пробуя моё имя на вкус. На её губах расплылась улыбка, которая заразила и меня. — Sonja… Соня… Meine Sonia…