Часть 20
28 сентября 2025 г., 21:15
Роша с детства лезла куда ни попадя. Развалины образовались еще в ее раннем детстве и сразу начали влечь к себе. Дома в Спальниках стояли такими ровными понятными рядами, скучными, а там... Там была неизвестность, там был интерес и возможность раздобыть какие-нибудь артефакты.
Вот только пока маленькая девочка была рада найти красивый осколок тарелки или кусок железного прута, другие копались в камнях в поисках денег, драгоценностей. А ранее и в поисках трупов.
Мама никогда не пускала Рошу даже близко к Развалинам. По крайней мере до тех пор, пока могла хоть что-то контролировать. С подросткового возраста та сбегала ранним утром, прихватив в рюкзаке пару бутербродов и бутылку воды, и шла на новые исследования. Бродила до самого вечера, а иногда и оставалась на ночь, если получалось отыскать сохранившуюся комнатку без свежих следов на пыльном полу.
Иногда ее поддерживали друзья, или она находила новичков в компанию из тех, кто тоже в одиночку шарился по Развалинам.
Однажды, погода решила напомнить, кто здесь хозяйка. Гроза с сильнейшим ливнем началась почти неожиданно. Если, конечно, закрыть глаза на то, что Роша, вслушиваясь в далекие раскаты грома, искренне верила, что непогода до нее не успеет добраться. Но все произошло иначе. И она, мокрая насквозь, поскальзываясь на размоченной цементной пыли, пыталась сориентироваться и добраться до ближайшего из своих некогда найденных укрытий.
После очередного падения, она уже не пыталась бежать, лишь упрямо шла, прикрывая своим телом рюкзак, раз ее одежде все равно уже ничего не поможет, нужно было хоть часть вещей сохранить сухими. Шаг за шагом, чувствуя, как замерзли руки. Силы постепенно заканчивались, но как только она увидела знакомое строение, которое выделялось своим бежевым оттенком среди серых домов, у нее будто открылось второе дыхание.
Торопливо к подъезду, через выломанную входную дверь и вверх по лестнице. Квартира в самом углу всего несколько месяцев назад была более-менее целой и в ней даже можно было раздобыть пыльное, но сухое одеяло, что сейчас было самым важным.
Она аккуратно заглянула за дверь – тишина и ни одного следа. Выдохнув, закрыла за собой дверь и спокойно прошла в сторону спальни, вот только еще в коридоре почувствовала запах сигаретного дыма и нахмурилась. Но отступать поздно.
Заглянув в спальню, она увидела парня, сидящего с сигаретой на полу у кресла. Его расслабленный и спокойный взгляд не выдавал ни капли тревоги из-за появления еще одного человека. Хотя в таком месте стоило бы напрячься...
– В шкафу есть полотенце.
Роша посмотрела туда, куда указал незнакомец, и едва не рассмеялась, когда поняла, что тот назвал шкафом лежащую на полу груду деревянных досок, которые, судя по всему, некогда и правда представляли из себя завалившийся на бок шкаф.
На месте осталась всего одна, держащаяся на одной петле дверца небольшой полки. Роша подошла, открыла ее – скорее отодвинула – и действительно увидела там пару полотенец. Взяв одно из них, она поразмыслила и бросила взгляд снова на парня. Тот отвернулся и смотрел не на нее, а в окно.
Роша откровенно почувствовала себя призраком, но сейчас это было даже хорошо. "Лучше бы тебе оставаться так и сидеть".
С этими мыслями она направилась в другую комнату и, прислушавшись, решила все же раздеться и обсушиться как следует.
В рюкзаке лежала толстовка на случай прохладной погоды, и даже сохранилась почти идеально сухой, так что заменить мокрую одежду на нее было очень приятно. А вот промокшие шорты пришлось оставить, чисто символически промокнув. Лучше, чем в таком месте разгуливать в одном полотенце.
Взгляд упал на помятые бутерброды, пару яблок и бутылку воды, что были уложены на дне рюкзака. Пора было заняться бартером.
– Найдется еще сигарета? – вернувшись в основную комнату, она дождалась, пока парень посмотрит на нее и кинула ему яблоко, после чего села так же на полу в метре от него.
– Вау, это были твои первые слова мне, – рассмеялся парень, покручивая в пальцах пойманное яблоко.
– Ну не в жизни же, че так удивляться, – выдохнула она, доставая нож и разрезая свое яблоко. Отвлеклась она лишь когда краем глаза увидела движение, резко повернула голову. Перед ней оказалась протянутая рука, с зажатой в пальцах новой сигаретой. Пальцы были как можно дальше от фильтра. Как заботливо.
– Спасибо, – она приняла сигарету. – А зажигалка?
– Что-то случилось? – он протянул и зажигалку.
– Дождь. Ты, вроде, только и делаешь, что пялишься на него.
– Я не про это. Ни сигарет, ни зажигалки с собой. Не куришь?
– Не курю, – заявила она, хотя без проблем затянулась сигаретой. Роша покосилась на своего случайного компаньона. Такой допрос начинал напрягать.
– Вот. Случилось что-то, значит, – не замечая никакой напряженности, продолжал болтать парень, явно просто развлекаясь.
– А ты ко всем незнакомцам с этой фигней лезешь?
– Ну почему фигней, – это даже не было вопросом. Он почти с философским спокойствием давал понять, что сам он абсолютно иного мнения.
– Потому что это праздное любопытство. Едва ли помогать вызовешься, даже если что-то и случилось, – усмехнулась Роша, выдыхая дым сквозь зубы.
– Я вообще-то джин, желания исполняю. А ты уже два из трех потратила на курение.
– Что ж, Джин, тогда оставайся на связи, на последнем я отыграюсь за все три. Можешь звать меня Роша, но лучше Моя хозяйка.
Она протянула руку, и парень пожал ее, рассмеявшись. Их небольшой обмен мнениями навевал предположение, что все это может перерасти в приятную постоянную конфронтацию.
С тех пор Джин и правда следовал за своей хозяйкой, хоть это все и выглядело, как случайность. Вот только третье желание она все никак не озвучивала.
До тех пор, пока при столкновении с преступной группировкой Джин не пострадал, оказавшись с ранением и без сознания в больнице.
– Эй, хватит отлынивать! – шипела она в тихой злости, уже не первый день сидя у его постели. – Ты же джин, и вот мое третье желание: пусть с тобой все будет в порядке...
***
Роша зашла в Бар, спускаясь по привычным ступенькам, и села за непривычно пустой стол. И без того полупустое днем помещение сегодня занимали всего несколько людей. Она коротко осмотрелась. Раз, два... Пятеро, считая ее. Она старалась не думать о том, куда делись остальные, и в этом ей хорошо помог тихо подошедший Лад. – Что ты здесь делаешь? – спросил он из-за спины и девушке пришлось обернуться, после чего она проводила Лада взглядом до места напротив. – Работаю. Или я чего-то еще не знаю? Лад вздохнул и покачал головой, откидываясь на спинку дивана. – Естественно, я никого не увольняю. Но одну тебя работать не пущу. – Мне нужно чем-то заняться, – настойчиво заявила она, хотя изначально и не думала о том, чтобы браться за работу. Ей скорее любым доступным способом хотелось оказаться среди людей. Людей, которые в состоянии ходить и разговаривать. В идеале, разговаривать с ней. – Поспи. – Я выспалась. Лад скрестил руки на груди, смотря на девушку осуждающим взглядом. – Ты правда считаешь, что мне не докладывают о том, что происходит в больнице? Ты всю ночь у постелей просидела. – Вот сидела и спала, – огрызнулась она. – Тебе налить чего-нибудь? – Давай... Когда я могу вернуться в больницу? – Лад уже было направился за барную стойку, но оглянулся через плечо, и под его взглядом Роше захотелось объясниться. – Тебе же все передают. Расписание, наверное, тоже есть. – Я просто удивлен, что ты его сама не выведала. – Меня выгнали и сказали приходить после нормального сна, – буркнула она, не желая признавать, что все вокруг говорят ей об одном и том же. Лад принес пару бутылок с пивом, и Роша удивленно осмотрела этикетку. – Не выглядит как дешевое пойло. Это откуда. – Ты думаешь, у меня своих запасов нет? Сюда иногда очень важные люди приходят. Едва Лад успел открыть бутылки, как зазвучала тихая мелодия. Оставив выпивку на столе, он отошел за барную стойку, где звонил его телефон. – Да, она здесь, – произнес он, держа телефон у уха и смотря на Рошу, которая уже сделала первые несколько глотков. – Спать даже не думает. Девушка, слыша все это, нахмурилась. Неужели врачам настолько нечем заняться, что позвонили пожаловаться. – Хорошо, – Лад кивнул, стараясь звучать серьезно, хотя хмурый взгляд его веселил. И не только веселил… Он отложил телефон и отогнал пока лишние мысли. – Даже не начинай, – предупредила Роша, смотря, как Лад снова к ней подходит. – Ну что за тон. Можно хоть немного уважения? – снова пожаловался Лад. – И вообще, не начинать что? – Уважаемый, не начинайте читать мне нотации, – съязвила она, но после следующих слов ее настроение резко изменилось. Лад не стал реагировать на очередную колкость и произнес: – Можешь вернуться в больницу, Джин пришел в себя.***
После всех событий, Син остался временно жить у Нара, ведь путь домой ему был заказан. По крайней мере, как он сам считал. Буквально на следующий же вечер он увидел на экране телефона сообщение от дяди. Открывать его не хотелось, но начало выглядело слишком неожиданным. «Тебя ждать на ужин?..» Какой, к черту, ужин? С добавлением яда? Син старался, но не мог припомнить, чтобы Лад решал проблемы с помощью ядов. – Мой дядя либо совсем идиот, либо встретит меня дулом в лоб, – вздохнул он, в некоторой мере рассчитывая, что второй вариант. Но сидящий рядом Нар лишил его последней надежды. – Первое. Син поморщился, но все же открыл сообщение: «Тебя ждать на ужин? Ты уже несколько ночей не появляешься дома. Все в порядке?» В порядке? Син чувствовал, что у него масса вопросов, но ни один из них не удавалось сформулировать в слова. Он впервые почувствовал себя некомфортно в своем выборе, и на это его натолкнула случайная мысль, как он возвращается домой, ужинает с дядей, будто ничего не изменилось. Будто он не предатель или, что еще хуже, будто то, что он предатель, не меняет отношения Лада. Это ж насколько бесхребетным человеком нужно быть, чтобы так отреагировать? До такого Лад не опускался даже в представлении Сина. Что-то определенно не сходилось, но в чем именно он ошибся? Нар, наблюдавший за уровнем недоумения на чужом лице, решил, что было бы забавно рассказать об этом Ладу. Конечно же, с подачи, что они с племянником оба настолько наивные, что даже друг друга не понимают. И вообще, раз такой добрый, пусть поговорит уже с Сином, объяснит, почему не собирается пускать пулю ему в лоб и заберет уже. Не хватало еще нянчится и жить вместе с племянником предателя. И вскоре ему представилась для этого возможность.***
Встреча Роши и Джина в больнице прошла на удивление привычно и расслабляюще, сразу вернувшись в русло взаимной язвительности и даже тычков под ребра. Единственной проблемой стало то, что Роше придется на ближайшие пару недель запомнить, с какой стороны Джина можно пихать, чтобы не разошелся шов. К счастью, попавшая в его тело пуля, хоть и вошла довольно глубоко, но не нанесла серьезного вреда внутренним органам. Вскоре они уже вместе навестили все еще не пришедшего в сознание Кела, а затем решили заглянуть в Бар.***
Когда Роша и Джин спускались в Бар, они застали картину, которую предпочли бы никогда больше не видеть. Нар и Лад сидели за столом и общались, будто были, как минимум, исполнителем и заказчиком. Как максимум, как друзьями. – Что здесь происходит? – спросила Роша, не в силах сформулировать вопрос более конкретно. Она смотрела таким ошарашенным взглядом, что Нар, который его поймал, даже поморщился. – Ну-ну, что за взгляд? Не я же в твоих друзей стрелял. Такие прямолинейность и непосредственность вызвали неприятные ощущения, но и оспорить их было нечем. – Просто удивлены, что тебя ни одна пуля не задела, – пытался парировать Джин, подходя ближе. – И это наши места. Нар действительно занимал диван, на котором обычно сидели Джин и Роша, и, к их удивлению, с легкой усмешкой быстро перебрался на противоположный к Ладу. Лад же почти извиняющимся взглядом посмотрел на Нара, но желание извиниться за некорректное поведение работников быстро испарилось, как только рука Нара незаметно скользнула по его пояснице. – Не рычи, я с радостью посижу рядом с Ладусей. Лад попытался отсесть подальше, но ему этого не позволили. – Мне на вопрос кто-нибудь ответит? – возмущенно напомнила Роша. Лад ответил лаконично: – Переговоры. – С человеком, который приходил и унижал тебя просто развлечения ради, – припомнил Джин. – Мало ты еще здесь поработал, что б такие выводы делать, – Нар начал самодовольно перечислять, – Во-первых, я не так уж часто сюда заглядывал. Только когда начинал скучать по вашему начальничку. Во-вторых, как я могу себя вести, если он нас предал? Он так вцепился в это желание устроиться в Организацию, что срывал нам все планы, а потом и вовсе сбежал и открыл свой Бар по указке Организации. – Не по указке…, -оправдался Лад, но был вынужден признать. – Я не верил, что Организация может делать все это для получения власти. То есть, конечно, контроль это про власть, но, чтобы использовать ее в своих глобальных целях... Масштабами политики я тогда попросту не умел мыслить. Роша пыталась в голове связать все услышанное. Организация и ее деятельность, прошлое Лада с точки зрения самого Лада, с точки зрения Нара, кто и что понял неправильно, где поступил неверно… Голова начинала кипеть, а понятнее не становилось. – Да-да, Организация, предательство, политика. А теперь-то зачем к Ладу цепляться? Даже несколько раз, это все равно бессмысленно. – Ну... Ладуся всегда такой недотрога, аж заводит, – Нар похабно ухмыльнулся. Роша и Джин тут же скривились. – Какой ты мерзкий... Бе, – прокомментировала Роша, кажется теперь поняв хоть что-то из всей этой мешанины событий. – Лад, ты че, с ним встречался? И вы прям трахались? Лад с трудом удержал на лице мягкую улыбку и похлопал девушку по голове. – Маленьким девчушкам не положено задавать такие вопросы, – он только усмехнулся, когда Роша закатила глаза и отпихнула его руку. – А что насчет Кела и Лайма? – решил сменить тему Джин. – Они тоже встречались, – буркнула Роша и тут же получила тычок под ребра. – Я не об этом. – К этому меня тоже не привлекайте, – отмахнулся Нар. – Да, ваш Факел попортил нам планы и этим изрядно разозлил человека, которого даже в наших кругах стараются не злить. – Хочешь сказать, он действовал без твоего приказа? – Скажем так, – Нар потер переносицу, уткнувшись лицом в ладонь. – С моего разрешения, которое я не мог не дать, иначе рискую тоже на его экспонаты пойти. Як такой, с ним ничего не поделать. Нар снисходительно усмехнулся, вспоминая подчиненного. Ладу тоже довелось некоторое время пообщаться с этим человеком, и от воспоминаний его передернуло. – Звучит как-то…, – Роша пыталась подыскать подходящее определение ситуации. – Тупо, – закончил за нее Джин. Насколько прозаичными были события, которые привели к трагедии, настолько же простым должно быть и слово. Ничто более художественное и с более сложной эмоциональной окраской просто не подошло бы. – Интересно, какое бы слово подобрал Кел, – вздохнула Роша.***
Голова жутко болела, в ушах трещало, а тело то ли не чувствовалось вовсе, то ли ощущалось слабостью и онемением. О своих ощущениях не получилось подумать, попытки открыть глаза стали приоритетной задачей. Поначалу веки не слушались, но затем все же поддались и позволили в полной мере осознать свою ошибку – глаза резанул яркий свет и вынудил снова закрыть глаза с тихим болезненным стоном. Спустя еще долгое, по ощущениям, время, Кел кое-как повернулся на бок, медленно и осторожно, почувствовав щекой подушку и уткнувшись в нее лицом, прежде чем предпринять еще одну попытку открыть глаза. Так-то лучше... В полутени глаза открыть удалось, взгляду предстал вид из бело-серых пятен, которые постепенно преобразовались в край кровати, с белым постельным бельем, пол, какую-то железку... Кел проследил взглядом выше по железке и понял, что это – подставка для капельницы. То-то так болит рука, на которой он почти лежал – его тело давило на иглу, неприятно смещая ее, царапая внутри плоть. Ему потребовалось еще время, прежде чем он осмотрелся вокруг. Никого. Он никого не видел и не слышал, только улавливал шум аппаратуры и едва различимые звуки вдали. Похоже на голоса и шаги людей. Он прислушался, пытаясь угадать источники звука, в голове невольно мелькнуло воспоминание о том, как он прислушивался к содержимому коробок. Теперь в коробке он сам, а шумы снаружи. Интересно, а кто-нибудь откроет его коробку – эту палату? Он вслушивался так долго, что ему начало мерещиться, что шаги стали громче. Только потом он полян, что ему не кажется, по коридору за дверью действительно раздаются шаги. Он затаил дыхание и замер бы, если бы вообще двигался, но шаги раз за разом проходили мимо палаты. Разговоры, шум, новые шаги и голоса, в одном из которых он разобрал "тихий час окончен". – Так вот почему так тихо было, – шепнул он. Сиплый, едва слышный собственный голос отчего-то его даже не удивил, будто таким и должен быть в этом месте с исключительно приглушенными звуками. Несмотря на напряженное ожидание, Кел вздрогнул, когда ручка двери наконец-то щелкнула. Врач зашел, смотря в бумаги, закрепленные на планшете, и только у самой постели поднял взгляд на привычно тихого пациента. Но непривычно открывшего глаза. – О, Вы наконец пришли в себя, приятно видеть. Я сообщу вашим друзьям, – голос врача стал первым отчетливым и даже громким звуком, который он услышал. Кел окинул его растерянным взглядом. Клишировано спрашивать, где он, он не собирался, но все же. – Что произошло? – Не интересуемся событиями, которые не влияют на нашу работу – политика больницы. Но Вас доставили с несколькими пулевыми и сотрясением. Пока вы неделю были без сознания, самый тяжелый период заживления прошел, дальше будем только менять повязки. Кел нахмурился, но отнюдь не из-за своих ранений. Его больше интересовала "политика больницы", но придется разобраться с этим позднее. Через несколько часов в палату под укоризненным взглядом врача почти ворвались Джин и Роша. – Живой, неужели! – почти возмущенно произнесла Роша и все же не смогла скрыть выдох облегчения. – Доктор, ему еще нельзя подзатыльники давать? – с абсолютно серьезным видом спросил Джин, подходя ближе. – Не стоит, – покачал головой врач. – Идиот, попортил же ты нам нервы, – Джин смотрел на Кела и откровенно не верил, что видит того живым. И более того, был искренне рад этому.
