Ни одна хризантема не пострадала зря

Знаете, я вот уже пару дней чувствую себя домохозяйкой (причем отчаянной, очень; наверное, поэтому и пишу тут всякое). И понимаю, что такая жизнь не по мне: вот это ваше мясо тушить и суп варить. А я мясо только разделываю хорошо, хо-хо. °°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°° "Да без вопросов, парень." Дождавшись, когда прекратятся несколько коротких сокращений мышц входа, Шэнь Цинцю вытащил палец и, снова смазав его лубрикантом, попробовал ввести уже два. На самом деле его вход уже приспособился от месяцев тренировок в режиме "день через два", но Шэнь сделал пометочку в голове, что с Бинхэ в его оригинальном теле на этот счет нужно придумать что-то получше: процесс растяжки может не быть таким быстрым с непривычки. Да и ему держать пальцы в заднице его муженька по полчаса будет малость проблематично, а это время можно занять чем-то еще более... продуктивным, например, иными местечками. К двум без проблем добавилось три, к трем — четыре, а там уже можно было приступать к более активным действиям. Шэнь Цинцю сел на кровати так, чтобы мог облокотиться спиной о ее спинку. Все верно, он решил сделать из Бинхэ наездницу. А тот и рад: взгляд полыхал не столь смущенно, сколь предвкушенно. Без малейших колебаний он оседлал бедра учителя и уставился на него выжидающе. А тот на него. "Ну же, действуй," — просилось в мыслях у обоих. Хоть сей момент не был первым для уже давно не девственной хризантемы, но для девственного в этом плане и теле Бинхэ то был! И для его мужа тоже, только с другой позиции. Когда оба отчаялись, их руки столкнулись где-то за спиной Ло Бинхэ и вместе обхватили временно шэневский член: один повыше, другой пониже. Уж поверьте, длины хватало всем. Когда широкая налитая головка только-только столкнулась с временно бинхэйской хризантемой, Шэнь Цинцю заметил, что стержень его мужа уже полутвердый, а яички поджаты. Это обнадеживало, очень. — Ты... готов? Снова прозвучало в унисон, но на этот раз вслух. Встретившись взглядом, они без слов все поняли: обоим было очень волнительно. Их губы встретились в поцелуе, ища успокоение. И в этот самый момент поцелуя Ло Бинхэ решил контратаковать: он насадился на столп и ахнул прямо в поцелуй. Дальше головки ожидаемо дело пока не зашло: мышцы были немного напряжены, поэтому Бинхэ нужно было ослабить их. Глядя на такого беспомощного Ло Бинхэ, Шэнь Юань немного наклонил корпус вперед ради более тесного контакта. Их торсы встретились, и Цинцю прошептал Бинхэ куда-то в висок: – Попытайся сейчас немного расслабиться, ладно? И сделай глубокий вдох. Сам Шэнь Цинцю уже имел объяснимое желание поскорее овладеть Ло Бинхэ, но сдерживался как мог. Неужели Бинхэ тоже прикладывает столько усилий, чтобы не причинить ему боль? Почувствовав, что сдавливание немного ослабло, а грудная клетка расширилась и поднялась, Шэнь Цинцю сделал небольшой толчок. Последовал стон Бинхэ. Так, небольшими толчками-шажками под стоны он постепенно продвигался вперед, пока задний проход его мужа не встретился с его мошонкой. Наконец Шэнь Цинцю, войдя целиком, получил способность двигаться. Положив руки на щеки мужа, Ло Бинхэ, сливаясь в очередном, но не очень глубоком поцелуе, начал двигаться, все еще презывно постанывая в рот Цинцю. Который в свою очередь положил руки тому на талию и подмахивал бедрами. Удивительное открытие: помимо стимуляции полового члена и рта он чувствовал кое-что еще. Прижимаясь так близко, соски тела Бинхэ получали довольно приятную стимуляцию; оказывается, эти горошинки очень чувствительны. Шэнь Юань сделал очередную пометочку в голове. Когда поясница Шэня начала затекать, он просто лег на спину. Распаленный Бинхэ наращивал темп постепенно, заведя руки под бедра Цинцю. Который в свою очередь решил скрасить толчки Бинхэ плавными движениями своего таза; со стороны могло показаться, что Бинхэ качается на волнах или скачет верхом. – Муж... а-ах! Его стержень каждый раз с тихим шлепком падал на живот мужа, создавая дополнительную стимуляцию. В какой-то момент он решил сменить движения вверх-вниз на вперед-назад, и член стал тереться о пресс Цинцю. Видимо кое что вспомнив, Ло Бинхэ не вытаскивая из себя чужой член, лег сверху на мужа и начал тереться торсом, интенсивно стимулируя бутоны сосков, при этом еще и оставляя пурпурные метки в основании шеи. Цинцю млел, осознавая, что кульминация близко, он стал уже куда сильнее вбиваться во все еще полулежащего на нем Бинхэ. Комната была наполнена шлепками плоти. Когда Цинцю показалось, что он изливается в тело ученика, тот, будто каким-то неведомым импульсом ведомый, поднялся и отклонил корпус немного назад, почувствовав, как внутри него разливается жидкость, ниже температуры их разгоряченных тел. Это стало спусковым механизмом для Бинхэ, а мощная струя, так кстати попавшая четко в область простаты позволила ему излиться немного позже мужа. °°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°° "Простата— второе сердце мужчины." (с) В следующей главе наш Шэнь в древнекитайском секс-шопе, а я в шоке с того, как мне это пришло в голову.