Пока ты не исчезнешь снова.

Город уже не казался таким ярким. Его огни больше не грели, музыка больше не звенела в сердце, а сцена — не приносила радости. Руми жила, как умела, но каждое утро начиналось с пустоты, которая оставалась после Джину. Он ушел слишком внезапно. Без прощаний. Без шанса на последнее "прощай". И эта рана не заживала. Прошел почти год. "HUNTRIX" продолжали выступать. Зрители по-прежнему сходили с ума на концертах, но Руми, хоть и улыбалась, как умела — была лишь тенью самой себя. Каждый день — репетиции, концерты, фанвстречи. Каждый вечер — мысли о нём. О Джину. Она больше не рисовала, не играла в любимые игры, и избегала смотреть в зеркало — там всегда пряталась надежда, которую она пыталась похоронить вместе с ним. Её подруги — Мира и Зои — поддерживали, как могли. Они знали, насколько сильной была связь между Руми и Джину. Настоящая, почти невидимая, но глубокая. Она не говорила об этом, но они чувствовали: Руми не отпустила. И, кажется, не собиралась. Однажды, ранним утром, пока Руми листала комментарии под новым клипом группы, её внимание привлёк никнейм: @jinu_soul_99. Он оставил короткий комментарий под её сольным моментом: "Ты всё ещё поёшь, как будто для меня." Сердце Руми болезненно сжалось. Это мог быть просто фанат. Или странный тролль. Но... аватарка. В этом лице было что-то знакомое. Линия челюсти. Взгляд. Брови. — Это... не может быть... — прошептала она и сжала телефон. С тех пор он появлялся всё чаще. Лайки. Комментарии. Поддержка. Он никогда не писал напрямую, не нарушал границ. Но в каждом слове, в каждом его сообщении — было что-то пугающе близкое. Прошёл месяц. Наступил вечер большого концерта в Сеуле. Стадион был забит. Волнение, вспышки камер, энергия зала. И тут... она увидела его. Первый ряд. Он стоял, не двигаясь. В руках — неоновые палочки, но он ими не махал. Он просто смотрел на неё. Руми запнулась. Нота сорвалась. Музыка играла, Мира и Зои продолжали, но она замерла. Этот взгляд. Она знала его. До дрожи. До боли. До слёз. Он отвернулся, будто не заметил её. Она закончила выступление на автомате. Не отвечала на реплики, не делала танцевальные движения до конца. В гримёрке Мира спросила: — Всё хорошо? — Мне нужно... на воздух. Не дождавшись ответа, Руми выскользнула наружу. Поднялась на крышу. Ночь обнимала город, ветер трепал волосы. Она встала на край и посмотрела вниз. Всё внутри сжалось. — Ты же умер... Почему ты снова здесь?.. На секунду ей показалось, что он стоит рядом. Как тогда, на их первой ночной прогулке по крыше. Его голос звучал в её памяти: "Ты знаешь, ты для меня как звезда. Даже если я исчезну — ты будешь сиять." Слёзы выступили в глазах. Она провела пальцем по щеке — мокро. Только это уже был не дождь. Когда Руми вернулась в гримёрку — там было пусто. Лишь на столе лежала записка: > "Если ты чувствуешь то же, что и я — приходи на крышу клуба ‘Eclipse’. Сегодня. Полночь." Без подписи. Но почерк... до боли знакомый. Она знала этот наклон. Эти завитки. Она хранила его письма. И это был он. Руми не спрашивала у девочек, не звонила менеджеру. Просто пришла. И когда поднялась на крышу, он уже ждал её. Он не сказал ни слова. Лишь смотрел. Она сделала шаг вперёд: — Кто ты? Молчание. И вдруг он запел. Негромко. Почти шёпотом. > "I was trapped in the night, you were my only light..." Это была их песня. "Free". Та, что они сочинили вчетвером, но исполнили только вдвоём. Она рыдала, дрожала, не в силах оторваться от него глазами. — Я отдал свою душу тебе, — прошептал он. — Это было единственное правильное решение в моей жизни. Она ударила его в грудь: — Почему?! Почему ты ушёл?! Ты сломал меня! — Прости... Я никогда больше не уйду... Дождь начал литься с неба, смешиваясь со слезами. Руми опустилась на колени, и он подхватил её, прижимая к себе. Она рыдала у него на груди, пока сердце вновь не обрело слабое тепло. ...а потом — тьма. Сон. Тишина.