your hair was long when we first met

Уён и Минги сидят на полу в гостиной, когда Юнхо заходит туда, между ними стоят две коробки с пиццей и несколько банок газировки. На телевизоре — загрузочный экран Mario Kart, а по бокам от них лежат джойстики. - Юнхо! — воскликнул Уён, вскакивая на ноги, спотыкаясь, и все же бросаясь вперед, чтобы неуклюже обнять Юнхо за плечи. - Ты здесь! - Да, — ответил Юнхо, обнимая его в ответ и приподнимая бровь, глядя на Минги. - Ты пьян? - Определенно, — подтверждает Уён. Его макушка достает Юнхо до подбородка, упираясь в него. - Минги напоил меня. - Я плохо на него влияю, — многозначительно кивнул Минги. Юнхо опустил взгляд и увидел полупустую бутылку водки, лежащую на боку, спрятанную за журнальным столиком. - Хочешь поболтать? Юнхо взъерошил волосы Уёна и высвободился из его объятий, поддерживая его руками, пока Чон, шатаясь, опускался обратно на пол. Его щеки пылают ярким румянцем, губы розовые и блестящие. Он такой милый, чёрт возьми. - Конечно, я бы выпил. - Только из горла, — говорит Минги, наклоняясь вперёд с бутылкой в руках. Он протягивает её Юнхо, поигрывая бровями. – Никаких стаканов. - Это твоё правило, или Уён не мыл посуду на этой неделе? — усмехается Юнхо, хватая бутылку и откручивая крышку. Он вдыхает запах алкоголя и изо всех сил старается не обращать внимания на то, что свободная майка Минги слишком сильно обнажает его грудь. Он мельком видит блеск серебра — это что, кольцо в соске? Блять. - Мои глаза чуть выше. - Юнхо резко поднимает взгляд и встречается им с Минги, в ту же секунду понимая, что ужасно покраснел. Уён фыркает, ложась на пол и кладя голову Минги на колени, а Юнхо крепче сжимает бутылку. - Я не… - Сделай глоток! — кричит Чон, и протягивает руку к вырезу на майке Минги. - Я покажу тебе его грудь… - Следи за руками, — спокойно говорит Сон, шлёпая Уёна по ладони. - Юнхо сможет увидеть мою грудь, если будет хорошим мальчиком и выпьет. Ох. Что? Жар разливается по груди Юнхо, скапливаясь где-то глубоко, внизу живота. Минги смотрит на него с лёгкой улыбкой на лице, похоже, даже не подозревая о том, какой ящик Пандоры он только что открыл в тупом, как у пещерного человека, мозгу Юнхо; у него действительно давно не было секса. И он стал слишком легкомысленным, раз такая глупая шутка заставляет его краснеть и возбуждаться. Господи. «Я хороший мальчик», — хочет сказать он, но это, кажется, будет уже слишком. Да и Уён, вероятно, будет смеяться над ним за это до конца жизни. Вместо этого он тянется за банкой газировки, делает большой глоток, прежде чем поднести бутылку водки к губам и разжать горлышко, чтобы она легко скользнула ему в горло. Только это происходит вовсе не так. Она чертовски обжигает, когда Юнхо проглатывает, и он начинает кашлять, отчаянно пытаясь ничего не выплюнуть и не опозориться ещё сильнее. Уён начинает хихикать, ударяясь головой об пол, когда Минги встаёт на колени и наклоняется вперёд, сильно стуча Юнхо по спине с широкой улыбкой на лице. - Да, эта штука только создает ощущение того, что это просто, — говорит он извиняющимся тоном. Возможно. Юнхо не может сказать точно, поскольку большая тёплая рука все еще прижимается к его спине, а эта долбаная серная кислота пытается прожечь дыру в его внутренностях. – А Уён чувствовал себя ничтожеством. - Зато это работает, — говорит Уён, перекатываясь на живот и кладя подбородок на предплечья. Рука Минги всё ещё лежит на спине Юнхо, а его лицо совсем близко, и он всё ещё улыбается, так что Юнхо видит, что один из его передних зубов немного кривоват и выпирает из-за остальных. Боже, как мило. Это чертовски мило, а Минги слишком близко. - Спасибо, — бормочет Юнхо, пытаясь отстраниться от Минги. К счастью, тот, кажется, понял намёк, кивнул и плюхнулся обратно на пол. Он прислоняется к дивану, поставив одну ногу на пол, а другую согнув в колене, положив на него руку. Юнхо старается не поддаваться очарованию от того, как непринужденно и круто он выглядит. - Что случилось с Вону? — спрашивает Уён, протягивая руку, и постукивая пальцами по колену Юнхо. - Ох... Не знаю, всё было нормально. Он просто сказал, что еще не забыл свою бывшую и не хочет продолжать со мной встречаться. - Оу, — говорит Минги, возвращая бутылку. – Тяжёлый момент. Юнхо пожимает плечами. - Честно говоря, мне всё равно. Я не чувствовал… ну, ты знаешь. Не было никакой искры. - он делает ещё один глоток газировки и запивает водкой. Интересно, что он видит, как Минги наклоняется вперёд, словно готовясь снова помочь. - Чтобы переспать с кем-то, искра тебе не нужна, — говорит Уён, переворачиваясь на спину. - Может, и не нужна, — бормочет Юнхо. Минги приподнимает бровь, его губы кривятся в усмешке. - По-моему, он назвал тебя шлюхой, Уён. - Нет! — восклицает Юнхо, выпрямляясь. Уён обиженно надувает губы. - Нет. Просто это не для меня, ну, перепих на одну ночь, и нет ничего плохого в том, что для кого-то это нормально. Уён снова хихикает, его веки трепещут. - Всё в порядке, Минни просто завидует, что у него тоже не может быть случайного перепиха. Минги пожимает плечами. - Нельзя заниматься сексом без связи. - Секс — это связь, — возражает Уён. - Два тела. Что ещё нужно? - Влечение? — отвечает Минги, не сводя глаз с Юнхо. И от этого по спине пробегает чуть ли не табун мурашек. Минги наклоняет голову немного вбок, проводя языком по нижней губе. Юнхо делает ещё один глоток. - Думаю, мне хватит, — хрипло констатирует он, закручивая крышку на бутылке и ставя ее на журнальный столик. - Это было всего два глотка, — жалуется Уён, а затем добавляет, - я хочу спать. Юнхо фыркает. Типично. - Хочешь, я уложу тебя в постель? — спрашивает Минги. Юнхо моргает, почему-то удивлённый. Может потому, что Минги не производит впечатления заботливого человека. Может, он шутит? Но нет — теперь уже Уён кивает, протягивая руки, словно маленький ребёнок, просящий, чтобы его взяли на руки. Это до боли трогательно. - Давай, большой мальчик. Вставай. «Это определенно стоило того, чтобы выпить больше, чем два глотка», - думает Юнхо, когда его мозг, наконец, начинает понимать, что происходит с телом. Он чувствует, как его охватывает тепло подступающего опьянения, и, опираясь на руку, смотрит на то, как Минги поднимает Уёна. - Я сейчас вернусь, — говорит Минги Юнхо, что… ладно? Они собираются потусоваться вместе после этого? Это так в духе Уёна: уговорить его прийти и выпить, а потом вырубиться через несколько минут и оставить Юнхо наедине с незнакомцем. Но он не может заставить себя слишком сильно расстраиваться из-за этого, наблюдая за тем, как Уён сонно улыбается и обхватывает Минги ногами за талию. К тому же, Сон больше не кажется ему незнакомцем. И то, как он поднимает Чона, словно тот ничего не весит… Боже. - Я буду здесь, — говорит Юнхо, слегка помахав рукой. - Спокойной ночи, Уён-и. - Мгм, — мычит Уён, уткнувшись лицом в плечо Минги, пока они идут по коридору. Оставшись один, Юнхо подползает к дивану и забирается на него, свернувшись калачиком на подушках. Он приятно пьян, лишь немного сонный и чувствует себя немного неуютно в своём наряде, подобранном для свидания. Наверное, стоило переодеться перед приходом, ну да ладно. Его веки тяжелеют и он кладёт голову на подлокотник дивана, подложив руки под щёку. - Не хочешь переодеться? Внезапно прямо над ним раздаётся голос Минги; Юнхо переворачивается на спину и, подняв взгляд, видит, что Минги смотрит на него сверху вниз, скрестив руки на груди. Ну, подумаешь – грудь. Ладно, большая грудь. - Все нормально, – говорит Юнхо, хотя джинсы неприятно жмут и обтягивают ноги, а свитер вдруг кажется слишком толстым и тёплым. - Но спасибо. - Ну, как хочешь, – говорит Минги. Юнхо садится, наблюдая за тем, как Минги начинает понемногу прибираться: собирает коробки из-под пиццы и банки из-под газировки и относит их на кухню. Он совсем не выглядит пьяным и, кажется, даже на ногах стоит твёрдо. - Извини, я не знал, кто ты, — почему-то говорит Юнхо. Минги на секунду замирает, пока моет руки в раковине, затем тщательно вытирает их, берет две бутылки с водой из холодильника и грациозно перепрыгивает через спинку дивана. Он протягивает одну из бутылок Юнхо, слегка встряхивая её. - Вот. Тебе нужно выпить воды. Юнхо ждёт ответа на своё предыдущее заявление, но Минги лишь выжидающе смотрит на него. Вздохнув, Юнхо демонстративно открывает бутылку с водой и делает большой глоток. Явно удовлетворенный этим, Минги тоже делает несколько глотков воды, прежде чем также облокотиться на другой подлокотник дивана, согнув колени. - На самом деле, мы и правда мало разговариваем, — в его глубоком голосе слышна приятная хрипотца. - Не в плохом смысле, или что-то в этом роде. Просто мы не общаемся на постоянной основе, но, когда снова встречаемся, мы так же близки, как и раньше. Это круто. - Я понимаю, о чём ты, — кивает Юнхо. – Вообще, мы тоже не особо поддерживаем связь во время каникул, но также, как и всегда, близки, когда возвращаемся в школу. - О, я знаю, — говорит Минги, откидывая голову на спинку дивана. - Я много о тебе слышал. - Что, правда? - это заставляет Юнхо немного оживиться. - Он обо мне говорит? Минги кивает. - Да, много. Ни о ком другом я не слышу столько, сколько о тебе. - улыбка расплывается на его лице, обнажая кривой зуб. - Раньше я думал, что он в тебя влюблён или что-то в этом роде. - Отвратительно, — говорит Юнхо, запрокидывая голову назад и от души смеясь над этим. - Серьёзно, мерзость! - Да, я тебя понимаю, — отвечает Минги с тихим смешком. - Хотя ты не такой, каким я тебя представлял. - А каким ты меня представлял? — с любопытством спрашивает Юнхо. Он немного выпрямляется, внезапно чувствуя себя уже не таким уставшим. - Ну, я видел много твоих фотографий, поэтому уже знал, как ты выглядишь, но я ожидал, что ты будешь более… - Минги пожимает плечами. - Не знаю. Я думал, ты будешь более глупым. - Глупым? — повторяет Юнхо. Грёбаный Уён. - Какого хуя? Минги смеётся над ним, его плечи трясутся. - Да, я думал, что ты полный придурок, но это определенно не так и ты точно не такой. - Большое спасибо, — фыркает Юнхо, прижимаясь плечом к дивану. Минги всё ещё улыбается, прищуривая глаза, от чего в уголках появляются морщинки, а его щёки слегка краснеют. - Ты такой милый, когда дуешься. Он говорит это так прямо, так буднично. Юнхо моргает, не зная, что ответить, но Минги, похоже, ничего и не ожидает в ответ. Просто зевает, уткнувшись носом в спинку дивана. - Ты будешь спать на диване? — спрашивает он, после того как Юнхо несколько раз открывает и закрывает рот. - Я могу пойти к Уёну. Ну, если ты не хочешь. - Нет, спасибо, — усмехается Юнхо, лишь слегка разочарованный тем, что, похоже, уже пора расходиться. - Мне совсем не хочется, чтобы меня всю ночь пинали. Минги снова смеётся, вставая с дивана и потягиваясь. Его майка немного задирается, обнажая мягкий живот. Юнхо отводит взгляд, прочищает горло. - Ты уверен, что не хочешь надеть штаны посвободнее или что-нибудь в этом роде? У нас, наверное, один размер. В этом заявлении есть что-то такое, что запускает десяток тревожных звоночков в бедном, нежном и маленьком мозгу Юнхо, и он уверен, что каждая из этих мыслей отражается на его лице. - Я в порядке, — бормочет он, пряча раскрасневшиеся щеки в диванных подушках. И Минги, может быть, замечает это, а может быть и нет, но он ничего не говорит. И Юнхо благодарен ему за это. - Ладно, давай я принесу тебе подушку, — говорит Минги, и Юнхо отчаянно просит все свое тело остыть за то время, пока ему несут подушку. Её бросают на диван рядом с ним вместе с одеялом. - Я хочу, чтобы утром эта бутылка была пустой, — предупреждает Минги, и у него, вроде бы, нет абсолютно никакой власти над Юнхо, но, похоже, это не имеет значения ни для мозга Чона, ни, к сожалению, для его члена. Он кивает, и в животе у него порхают бабочки, когда Минги одаривает его широкой улыбкой, полной одобрения. - Молодец. Увидимся утром. Молодец. Похвала проникает в опьяненный, сонный мозг Юнхо, и он уверен, что проснётся с вечным, несмываемым румянцем на щеках.