Галоп? Галоп.

Наверное, в этот момент я поняла совершенно точно: он не шутит. Это осознание заставило меня взглянуть на него снизу вверх и чуть тише повторить: - Отпустите, пожалуйста. Я не буду больше кричать. Я молча уйду. - Никуда вы не уйдете, - подал голос, видимо, накурившийся маг. Я вздрогнула, и увидела, что Любе эта фраза тоже очень не понравилась. Но он прокашлялся и продолжил чуть мягче: - Довольно. Раз вы здесь, раз вы как-то сюда попали, значит, это кому-то нужно. Может быть, это нужно всем нам. Может быть, это нужно Средиземью... - Сразу говорю: нет, - пробормотала Люба. Я прыснула и отшатнулась от наконец отпустившего меня эльфа. - А вот это не вам решать. - Да какая, блин, от нас польза? Вон, от лошадей и то больше... Но их мы вам не отдадим. - Послушайте, - повысил голос Арагорн. Люба бросила на него тяжёлый взгляд, но замолчала. Честно говоря, я бы тоде замолчала, заговори он со мной таким тоном. - Гэндальф прав. Дальше пока вы пойдёте с нами. *** — Ебануться, ёлки гнутся... — проворчала я и подвинулись ближе к Матильде. Я чувствовала, что она хочет продолжить кричать несмотря на запрет лихолесца. И я разделяла её чувства. Я полезла в карман за телефоном, проверяя, не появилась ли связь - нет. Тишина в эфире. Даже время не идёт. Как остановилось на трёх часах, так и стоит. Мама, наверное, волнуется, я обещала ей позвонить как закончим гулять. Мысли метались от одного к другому. Как вернуться? Возможно ли это? Может это просто сон? А если не сон? Как родным сообщить что всё хорошо и мы живы?.. А с нами точно всё хорошо? Живы ли мы? — Что вы пристали к детям? — бурчал Гимли. Он, кстати, был не такой низкий, как я думала. Я лишь немного выше него. — Сэм, дай им еды. Выглядят как щепки! Ветром сейчас сдует! И загоготал от собственного искромётного юмора. Про щепки обидно, но от еды я никогда не откажусь, особенно сейчас, после долгого дня, наполненого хрен пойми чем. Бедный Сэм, явно нас опасаясь, передал нам по тарелке с похлёбкой. Пахло очень вкусно, да и ели мы только рано утром последний раз... Прикончили похлёбку мы быстро. Было действительно вкусно и очень сытно. От тяжести в желудке потянуло в сон. Вот и мышцы стали показывать, что устали и болят от физической нагрузки, а голова стала наливаться свинцом. Гром перестал есть и стал копать землю, "подготавливая" себе место для ночлега. Хорошо ему, не понимает что происходит. Что интересно – он был не привязан, а всё равно не убегал. Хотя обычно, в присутствии кобылы или пони, а тут имелись оба варианта, рвал верёвки и недоуздки, чтобы отправиться выяснять со всеми отношения - за что часто огребал. И от того, к кому решил докопаться, и от меня. А тут Леголас что-то ему сказал на эльфийском, угостил чем-то, и тот сразу стал ласковым. Морда продажная! Но погладить себя не дал. Сразу видно – моё животное. — Люба, — подруга толкнула меня в плечо, отвлекая от созерцания лошади. — А? — я посмотрела, куда она кивает. Гимли, Боромир и Арагорн отдали свои запасные плащи Леголасу и теперь он расстилал их для нас. Галантно, конечно, но ситуации это не меняло. Мы поплелись к спальным местам, улеглись и окинули друг друга сочувствующими взглядами. Спать хотелось сильно. Бросив последний взгляд на Грома, Сонату и ещё раз друг на друга, мы погрузилась в сон без сновидений... — Ёб вашу мамашу! — крыла я матом корни деревьев, что впивались в меня всю ночь, когда проснулась. — Да чтоб это всё перевернулось и тазом медным накрылось к хуям собачим! *** Над витиеватыми ругательствами подруги я ржала очень долго; благо, я хоть жаворонок и ранний подъем не выводит меня из душевного равновесия настолько, иначе, наверное, я бы тоже материлась. Спать было правда неудобно, но предыдущий дурацкий, наполненный эмоциями день так утомил меня, что я этого почти не замечала. В отличие от Любы. - Ненавижу, блять, эти ебучие... Ветки! - продолжала шипеть она, вызывая у меня новые приступы хохота. Я уже начала догадываться, что это в том числе нервный смех. И почему я не догадалась взять с собой в поля валерианку?.. Проснувшись окончательно, я немедленно бросилась проверять лошадь. Она была жива и абсолютно невозмутимо ела, но, взглянув на неё внимательнее, я обнаружила на её крупе длинную глубокую царапину. Талантище! Эта кобыла всегда умудрялась травмироваться на ровном месте, и не собиралась отступать от своих обычаев. На секунду я даже испугалась, а потом поняла, что эту царапину Соня себе организовала в ночи, или даже вечером: она давно уже затянулась. Оставалось надеяться, что это сделал не какой-нибудь гигантский супер-паук. Люба тоже в первую очередь пошла проверять Грома. Он оказался в полном порядке, разве что перепачкался с ног до головы и нацеплял себе в гриву абсолютно всю окружавшую его флору. - Ну и как тебя чистить, пиздюк? Любимый... - тяжело вздохнула Люба, проводя рукой по слипшейся шерсти и морщась. Я мысленно посочувствовала ей и порадовалась, что у меня кобыла хотя и дурная, но чистоплотная. - В путь нужно выдвигаться как можно скорее, - сквозь мысли прорвался голос Арагорна. - У нас нет и получаса на все сборы. Мы с Любой переглянулись и я поняла, что не только у меня сегодня задёргался глаз... *** — Выдвигаться ему надо. Вот и иди, – бурчала я. – А у меня тут не лошадь от грязи очистить надо – тут скорее грязь от лошади... Ну не люблю я рано просыпаться! Если бы я ещё дома была, в своей кроватке, чтоб утром водичку прохладную с лимночиком... Все движения обработаны до автомотизма. Нашла в вещах братства какую-то щётку и принялась драить ею коня. Гром чистку не любил, особенно живот когда ему чешешь – любыми путями прибить пытается. И вот, в разгар наших толканий, ляганий, клацаний зубами и прочим, меня окликает недокоранованный король Гондора. — Я же сказал, у нас мало времени, — устало повторил Арагорн, начиная потихоньку вскипать. — Нельзя его вечером почистить? Нам нужно идти. — А я за жопу держу кого-то? Идите! — огрызнулась я, уворачиваясь от копыт Грома, пока держала его за хвост, выпутывая оттуда репейник. — Рюкзак на плечи и до встречи! — Мы уже решили, что вы идёте с нами. И это что? Щётка для посуды? Ты почему её взяла? — Для посуды? — Я взглянула на щётку, потом на Арагорна, а после на стремительно бледнеющего Сэма. Да уж... Неудобно получилось, но настроение дерьмо и его надо кому-то раздать. – Соболезную. И мы с Матильдой ничего не решали, а у вас с арифметикой, видать, не очень. И давай проясним на берегу: это ВАШИ Боги решили что мы должны тут оказаться. Я ничего не подписывала, так что юридического подтверждения моего согласия у тебя нет. А без бумажки, мой друг, ты какашка. Заставить нас куда-то идти с вами вы нас не можете – это уголовная статья... И вообще! — я резко развернулась в его сторону, отвлекаясь от выпутывания из гривы Грома всевозможных палочек и листьев. - Мне мама не велела с незнакомыми дядями общаться и куда-то ходить! Вот! И я вернулась к своему занятию, слушая, как сзади тихо смеётся подруга, седлая свою лошадь. Глянув на неё, я поймала её хитрый взгляд – она точно разделила мои взгляды, просто в нашей паре она более дипломатична. А я... Ну так, по ситуации.