Изгой

Весна подкралась совсем незаметно. Казалось, только вчера хвойный лес белел снежными шапками, а ледяную воду обрамлял толстый слой льда, однако буквально за несколько недель вид за окном поменялся до неузнаваемости. Голые ветви кустарников покрылись почками и на пустых полянах сошёл снег, обнажая покрытую прошлогодней хвоей и молодыми ростками травы тёмную землю. Холод ещё сохранял свою силу, особенно по ночам, но днём земля начинала прогреваться под яркими лучами солнца. Лёд на реке почти полностью растаял, оставаясь только на совсем тенистых участках. Природа оживала, теперь каждое утро Дилюк просыпался под оглушительный щебет птиц, а в лесу то тут, то там он стал чаще натыкаться на зайцев и мелких грызунов. Солнечные дни были коварны, так как манили выйти из дома без тёплой одежды, но Дилюк по опыту знал, что непостоянное весеннее солнце в любой момент может скрыться, и на время вернётся зимний холод, словно пытаясь обернуть всё обратно в ледяной саван. Однако ничто не в состоянии надолго помешать пробуждению леса от зимнего сна, и это чувствовалось в изменившемся воздухе. С приходом весны дел прибавилось. Дилюку приходилось чаще пропадать в лесу далеко от своего дома, из-за чего с Альбедо он мог не видеться до нескольких дней. Не смотря на это, Дилюк старался навёрстывать упущенное общение в свободное время. После ночи, когда Альбедо подарил браслет, их отношения стали куда более близкими. Последние рубежи осторожности и недоверия рухнули, и русал стал вести себя заметно расслабленнее в присутствии перевёртыша. Для Дилюка стало вполне нормальным после всех дел в конце дня спуститься на пирс и подозвать к себе Альбедо. Они могли молчать часами, временами Дилюк вёл неспешный монолог, а иногда и Альбедо делился интересными находками из реки или жестами что-то пытался объяснить. Несколько раз Дилюк в форме медведя катал его на спине, показывая живописные закутки в лесу, куда не доставало русло реки. Несмотря на то, что дел стало больше, проводить время друг с другом они стали чаще. Дилюк понимал, что с каждым днём сильнее привязывался к своему новому соседу и не хотел терять с ним связь. Помимо Дилюка к Альбедо продолжали приходить Беннет с Рэйзором, иногда за ними увязывался Кэйа, тащивший за собой Чайльда, и тогда во дворе Дилюка начинался волчий балаган. Альбедо это явно забавляло, он с интересом наблюдал за волками и меньше стал их сторониться. Дилюк также связался с Лизой и предложил ей приезжать летом обучать русала, однако, на удивление, она выразила желание начать уроки прямо сейчас. — Возможность без препятствий пообщаться с представителем водного народа — это такая редкость, так что я не хочу тянуть время, — с живым интересом ответила Лиза Дилюку. — К тому же, — её взгляд скользнул по браслету на чужом запястье, — вам явно есть, что обсудить, так что стоит приступить к обучению немедленно. Дилюк не стал с ней спорить и вызвался отвозить гостью на машине из поселения к нему в глушь. Из-за талого снега дорога в некоторых местах стала труднопроходимой для тяжёлого транспорта, так что без помощи медведя-перевёртыша было не обойтись. Альбедо с энтузиазмом принял новость о том, что к нему приедет учитель. Любопытство и интерес русала, казалось, никогда не угасали и с приходом весны разгорелись с новой силой. Дилюк был рад, что куда более эрудированная Лиза займётся обучением. Альбедо делал значительные успехи в учёбе. Он быстро научился писать односложные предложения и по мере способностей заваливал Лизу огромным количеством вопросов почти обо всём, что его окружало. Последнюю общение с русалом несказанно радовало. — Вот бы все мои ученики были настолько же прилежными и талантливыми, — вздыхала Лиза, поглядывая в сторону резвившихся на берегу Рэйзора с Беннетом. В этот день совпало так, что волки тоже пришли проведать русала, но наткнулись на Лизу. Однако это не остановило их от праздного веселья на природе. В общем, всё шло мирно своим чередом. Альбедо достаточно осмелел и стал уплывать дальше. Он мог не появляться целый день, а то и два, заранее узнавая, когда Дилюка не будет дома. Перевёртыш в такие моменты волновался, всё же, Альбедо не так быстро плавал и, мало ли, вдруг наткнётся на своих сородичей, но вслух ничего не говорил. Он не хотел ограничивать свободу русала, к тому же тот всегда возвращался с горящими глазами и очень довольный от длительного плавания. Однако вместе с тающим снегом пришли и проблемы. В одну из весенних ночей к Дилюку в дом прибежал рыжий волк с тревожными новостями. — Браконьеры, — прорычал Чайлд, едва сбросил шкуру на пороге. Их край был богат как рыбой, так и дичью, так что браконьеры периодически покушались на целостность лесов. До прихода Дилюка волкам было сложнее вылавливать нарушителей, но появление перевёртыша-медведя уравняло силы. Пару лет назад Дилюк при помощи волков и местной полиции успешно разобрался с особенно крупным объединением браконьеров, однако, как выяснилось, не на всегда. — Сколько их? — тут же встрепенулся Дилюк. — Пока немного, мы засекли только следы, — с плохо скрытой злостью ответил Чайльд. — Далеко на севере, где река впадает в море. — Это плохо, наши территории слишком большие, чтобы оцепить всё, — задумчиво пробормотал Дилюк. — Знаю. Мы туда послали Кэйю с парочкой толковых ребят, чтобы вынюхали чужую базу, и предупредили городских, скоро должна подключиться полиция. Моя задача — позвать тебя. — Я понял, в ближайшее время поеду к вашим альфам, будем план патрулей составлять. — Да, они тебя ждут. Несмотря на неприятные новости, Чайльд, кажется, был рад предстоящей операции. Его глаза блестели решительным огнём, а в движениях читалось нетерпение. Если начнётся открытый конфликт, он первым бросится на рожон, Дилюк в этом не сомневался. — И ещё, — произнёс Чайльд, стоя у выхода. — Предупреди Альбедо. Я знаю, что он стал чаще надолго уплывать в ту сторону, пусть будет осторожен. Дилюк молча кивнул и проводил убегающего волка задумчивым взглядом. В прошлый раз от браконьеров удалось избавиться благодаря частым патрулям и налётом на их основную базу. Дилюк как медведь тогда очень пригодился, потому что волки, хоть ловкие и манёвренные, но в закрытом помещении от них легко отстреляться. А вот справиться с огромным медведем не так то просто. Дилюк вышел к реке, где на пирсе, облокотившись на доски и старательно что-то выводя в тетради, сидел Альбедо. Для него там специально установили закрытый ящик, в котором хранились книги и письменные принадлежности, так что русал зря времени не терял. Стоило перевёртышу приблизиться, как Альбедо бросил своё занятие и внимательно взглянул на Дилюка. Потом он перевел вопросительный взгляд в сторону леса, куда только что убежал Чайльд. — Чайльд сказал, что на севере заметили браконьеров, — ответил Дилюк. — В ближайшее время я буду занят на патрулях, так что не смогу проводить много времени с тобой. Дилюк сел рядом и потрепал чужую макушку. — Знаю, в последнее время мы не так часто общались, но, надеюсь, скоро разберусь с браконьерами, и тогда я весь твой. Альбедо провёл пальцами по чужой руке с браслетом, как бы успокаивая, и встретился взглядом с Дилюком. — Будь осторожнее, ладно? — тихо произнёс Дилюк. — Если вдруг увидишь незнакомых людей — лучше прячься, не рискуй. Чайльд сказал, что их видели у моря, так что постарайся не заплывать в те места, пока мы их не прогоним. Альбедо медленно кивнул и положил голову на руки рядом с Дилюком. Перевёртыш не спешил уходить, понимая, что ещё не скоро им удастся снова так безмятежно посидеть рядом. *** Проблему с браконьерами надо решать быстро, пока перевес сил был на стороне волков. Дилюк днями и ночами пропадал на патрулях или в местном отделении полиции, где временно расположился штаб борьбы против браконьеров. Операцию возглавляли двое вожаков-альф из стай Кэйи и Чайльда. Дилюк с ними работал в прошлый раз и был рад снова вспомнить былое. Со стороны местных властей к работе присоединилась капитан полиции Джинн, обеспечивающая отряды связью и координируя их. Дилюк, как знаток и хранитель леса, составлял маршруты патрулей и по возможности сам участвовал в них. Сидеть в четырех стенах его не устраивало. Но несмотря на занятость, раз в два-три дня он обязательно возвращался к себе, чтобы проведать Альбедо. Русал скучал без него и каждый раз очень ждал появления перевёртыша. В таком режиме прошло почти две недели. Благодаря скоординированной работе удалось поймать около десятка нарушителей, но основное количество браконьеров с их лидерами постоянно ускользало, так как они часто меняли позиции. — И что они так лезут сюда, неужели нельзя другим способом деньги искать? — возмутился Кэйа, возвращаясь после очередного длительного патруля. — Полагаю, им нравится азарт от того, что лезут на запретную территорию, — проворчал в ответ Чайльд. Он был недоволен тем, что не смог никого поймать за последние несколько дней. — И как они только товар вывозят? Мы прошерстили весь берег и не нашли никаких следов. В этот момент в кабинет зашла уставшая Джинн и села за стол, на котором в беспорядке валялись бумажные карты. — В этот раз они работают куда слаженнее, — вздохнула она. — Допрос почти ни к чему не привёл, нарушители отмалчиваются. — Дай мне провести допрос, я выбью из них правду — хищно оскалился Чайльд. — Нет, — строго ответила Джинн. — Знаю я, какие ты методы будешь использовать. К тому же, ты не уполномочен. Дилюк молча стоял у окна и продумывал новые маршруты. Ленивая перепалка Джинн и Чайльда его мало волновала, так как этот спор они вели уже давно. Дилюк был на стороне Джинн, какими бы сволочами не были пойманные, отдавать их в лапы безбашенного волка — идея плохая. — А что, если они не с моря увозят товар? — предположил Дилюк. — Может, они возят на машинах или по железной дороге. — Тогда надо перестроить патрули, — устало вздохнула Джинн и взяла в руки карту. — Но это очень неудобные пути, я всё-таки склоняюсь к тому, что они используют водные пути, так легче не засветиться. — Кэйа, зови всех на совещание, — обратился Дилюк к растянувшемуся на диване волку. — Я считаю, что надо проверить все пути. Никто с ним спорить не стал, разве что Кэйа немного поныл, что его сгоняют с нагретого места. Совещанию предстояло быть долгим. *** Дилюк вернулся домой совсем поздно. Первым делом он побежал к пирсу, так как два дня не видел Альбедо. Обычно русал терпеливо ждал его и спокойно улыбался, поглаживая по предплечью, однако в этот раз на реке никого не было видно. Дилюк удивился и позвал Альбедо несколько раз. В ответ послышалось только собственное дыхание и ничего более. «Может, спит или уплыл куда-нибудь?» — подумал Дилюк и, подождав ещё немного, пошёл в дом, так как сильно устал. Он надеялся, что утром проблема разрешится, однако всё оказалось куда сложнее. Усталость взяла своё и Дилюк спал почти до полудня. Его отпустили отдыхать на несколько дней, так что торопиться было некуда. Дилюк лениво встал и направился на кухню готовить завтрак. Он периодически поглядывал через окна на реку, вылавливая цепким взглядом белый хвост или светлую макушку в воде, однако никаких изменений с ночи не произошло. Дилюк спешно позавтракал и нетерпеливо направился к реке, может, русал успел появиться. На улице его встретила оглушающая тишина. Ровная гладь воды отражала бледное утреннее небо и нигде не было намёка на присутствие русала. Дилюк позвал Альбедо несколько раз, но безрезультатно. Тогда перевёртыш спустился на пирс и подошёл к ящику с книгами. Альбедо достаточно быстро научился писать и взял в привычку оставлять записки в ящике на видном месте, если планировал уплывать надолго и не заставал перевёртыша. Дилюк внимательно осмотрел каждую книгу и тетрадь, но ничего не нашёл. Он даже обыскал пространство вокруг, вдруг бумажку ветром сдуло, и, опять же, абсолютно ничего. Что-то тревожное кольнуло Дилюка. Альбедо ни разу так просто не исчезал. Неужели что-то случилось? Отгоняя непрошенные мысли, Дилюк ещё раз обошел берег реки, зовя русала. Никаких результатов это не принесло, кроме усилившейся тревоги. «Ладно, меньше дня прошло. Может, его что-то задержало в пути и он к завтрашнему дню приплывёт?» — попытался успокоить себя Дилюк. Он старался не наводить панику раньше времени, итак забот хватало. Альбедо и раньше мог уплыть на несколько дней, так что рано бить тревогу. Однако, с исчезновением русала Дилюк никак не мог расслабиться, и в голову, как назло, лезли тревожные мысли. Вдруг Альбедо поранился об острые камни, или его снесло течением? А вдруг на него напал дикий зверь или кто-то из сородичей? А что, если он повстречал браконьеров? Последняя мысль никак не давала покоя. Те люди, которых им удалось поймать, не отличались праведными мыслями и моральными качествами. Ради наживы они были готовы убивать не только животных, но и мешающих им перевёртышей-волков. Страшно представить, что они могли бы сделать с ненароком попавшимся им русалом, чья чешуя крайне высоко ценится на подпольном рынке. «Если завтра утром не появится, свяжусь со штабом» — решил для себя Дилюк. Остаток дня он провёл как на иголках, периодически спускаясь к реке и зовя Альбедо. Ему всё сильнее не нравилась сложившаяся ситуация. Ночью Дилюку с трудом удалось уснуть, он то и дело порывался встать с кровати, стоило услышать со стороны реки малейший всплеск. Беспокойный сон пришёл ближе к утру и не продлился долго. Дилюк вскочил с первыми лучами рассвета и поспешил к пирсу, в надежде увидеть Альбедо. Однако, как и вчера, его встретило полнейшее безмолвие. С русалом определённо что-то случилось. Дилюк помчался домой и позвонил в штаб. Трубку сразу же взяла Джинн, словно ожидала звонка. — Ты был прав, они пользуются железной дорогой. Вывозят товар через неё, а потом сгружают совсем далеко у других причалов и отправляют дальше, — без приветствия отчеканила она. — Мы готовим облаву этой ночью, как раз тебя ждали. — Хорошо, что вы выяснили это, — ответил Дилюк, всё ещё находясь в своих мыслях. — Что-то не так? — Встревоженно спросила Джинн. — У тебя голос слишком уставший. — Альбедо исчез. — Может он просто уплыл? — предположила Джинн. — Нет, — Дилюк неосознанно коснулся браслета из чешуек. — Он бы мне дал знать, если захотел уплыть. Он просто исчез, не оставив никаких следов. Я думаю, с ним что-то случилось. — Думаешь, он попался браконьерам? — Надеюсь, что нет. — В любом случае, сейчас первостепенная задача — остановить браконьеров, — твёрдо ответила Джинн. — И ты нам нужен. Если твой русал у них, то проблема решена. Если нет — после операции по захвату начнём его поиски, думаю, волки с радостью согласятся тебе помочь. — Да, я тоже так думаю, — ответил Дилюк. — Спасибо тебе, Джинн. Выезжаю к вам. Он закончил разговор и принялся спешно собираться. Тревожными мыслями делу не поможешь, надо действовать. Остаток дня Дилюк провёл в окружении волков и полицейских. В штабе все стояли на ушах, так как чувствовалось приближение конечной точки операции. — Они нас специально уводили к морю, — возбуждённо тараторил Кэйа. — Их база располагается в другой стороне, ближе к железной дороге, оказывается. — Да, именно поэтому мы никак не могли их найти. В том районе много производственных зданий и складов, так что там легко затеряться, — подхватил его Чайльд. Они подловили Дилюка у входа в полицейский участок и принялись активно делиться свежими новостями. Перевёртыш отмахнулся от назойливых волков и поспешил к вожакам с Джинн. Надо было составить план захвата и рассказать про Альбедо. Вдруг он действительно у браконьеров? О том, что русал мог пострадать, Дилюк старался не думать. План был выработан быстро, осталось дождаться ночи. самым сложным оказалось просто сидеть и ждать. Была бы его воля, Дилюк прямо сейчас помчался бы к железной дороге, но он понимал, насколько это было прометчивым решением. Рядом в таком же нетерпении суетились волки из команды захвата. Чайльд с Кэйей, разумеется, состояли в ней. Как только они узнали про Альбедо, то с двойным рвением принялись готовиться к предстоящей ночи. — Если они хоть пальцем его тронули, клянусь, отгрызу целую руку, — угрожающе рычал Кэйа. — Альбедо — друг волков, его нельзя обижать. Он, нахохлившись, сидел рядом с угрюмым Дилюком и ждал команды выступать. Чайльд тоже с трудом сдерживал рвущуюся силу. Если бы Джинн, заметив состояние воинственно настроенного волка, не нагрузила его работой, то было бы не избежать драки в участке. Когда Чайльд был на подъёме, то мог огрызаться на всех подряд. Сначала выступала команда поддержки. Стоило солнцу начать клониться к закату, как они окружили кольцом нужные здания на достаточном расстоянии, блокируя все пути отступления. Затем выступала команда захвата вместе с Дилюком. Он в открытую должен был ворваться в здание в виде медведя и сбить противников с толку. За ним сразу же с разных входов пойдут волки и полицейские, накрывая точку и не давая никому уйти. На бумаге план звучал нормально, а вот как всё пройдёт на самом деле — большой вопрос. Как бы медленно не тянулось время, подходящий момент наконец-то настал. Дилюк со своей командой в молчаливом нетерпении выехали из здания полиции и направились к складским помещениям. Если до момента захвата время тянулось поразительно медленно, то, стоило начаться операции, как стрелки часов полетели с поразительной скоростью. Вот Дилюк переглядывается с альфой стаи Кэйи, в ожидании команды начинать, в следующее мгновение он накидывает шкуру и с оглушающим рёвом сшибает мощным телом проржавевшие металлические ворота и вламывается в просторный ангар. Люди вокруг, не ожидавшие такого визита, начали что-то кричать, в спешке собираться и бегать. Кто-то схватил оружие и открыл огонь по медведю, но Дилюк не просто так являлся хранителем леса. Его шкура куда прочнее, чем у обычных животных. Он бросился на людей с оружием, отвлекая их внимание на себя. В этот момент сзади послышался вой сирен, раздались голоса полицейских, рычание волков и крики людей, смешавшиеся в какофонию звуков. В получившейся неразберихе то тут, то там, мелькали знакомые лица полицейских и морды волков. Совсем близко рыжей молнией пронёсся Чайльд, кидаясь на браконьера с ружьём. Он сбил с ног человека и отшвырнул оружие в сторону, агрессивно скалясь и рыча. Где-то сзади Кэйа догонял пытавшихся сбежать через окна нарушителей, хватая их зубами за одежду и стаскивая вниз. Дилюк в первую очередь бросался на тех, у кого было огнестрельное оружие. Некоторые браконьеры сразу же сдавались, видя исполинского зверя перед собой, но многие давали отпор. Дилюк без разбору сносил все преграды перед собой и нёсся прямо на обидчиков. Он громко ревел, размахивал лапами, выбивая ружья из чужих рук, и старался обезвредить как можно большее колличество людей. Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Большинство браконьеров волки обезвредили и передали полиции. Около пятнадцати человек смогли сбежать, но быстро попались снаружи и также были переданы служителям закона. Теперь вместо криков, выстрелов и воя волков были слышны мигалки сирен и голоса команды захвата. Большинство волков сбросили свои шкуры и принялись помогать охранять пойманных людей. Некоторые перевёртыши рыскали по углам, выискивая оставшихся нарушителей. Сильных ранений почти ни у кого не оказалось, самой серьёзной травмой стала простреленная лапа Чайльда вместе со сломанной челюстью и ещё парочкой мелких царапин. Но на нём всё поразительно быстро заживало, так что зря волноваться не стоило. Кэйа придерживал непутёвого партнёра, пока они ждали команду поддержки с медиками. Дилюк внимательно окинул взглядом помещение. В ушах всё ещё шумела кровь вперемешку с адреналином, но боевой азарт потихоньку спадал. Альбедо здесь не было. Вроде как эта новость должна обрадовать, но принесла только горечь. Дилюк скинул медвежью шкуру и вышел на улицу. Проходя мимо Кэйи с Чайльдом он задержался, окинув тревожным взглядом окровавленную шкуру рыжего волка, но Кэйа его успокоил, жестом показывая, что всё в порядке. На улице суетились люди, подъезжали полицейские машины и машины скорой помощи. Дилюк сказал врачам, где найти Чайльда и побрёл дальше. Что-то ему не давало покоя. В том помещении, где они ловили браконьеров, почти не было их добычи. Так быть не должно, где-то же они хранили туши животных. Дилюк оглянулся и глубоко вздохнул. В потяжелевшем от выхлопных газов и порохового дыма воздухе он уловил запах сырого мяса. Да, вот оно. Запах шёл из соседнего ангара, отделанного железом. Дилюк в последний раз оглянулся на суматоху позади и, видя, что его помощь больше не требуется, медленно отодвинул створку двери, входя внутрь. Здесь запах сырого мяса и животной крови чувствовался куда отчётливее. Помещение было не слишком большим и его разделял на две половины полиэтилен, свисающий с потолка. Здесь было холодно из-за морозильных установок. Дилюк оказался в первой половине помещения, где в полумраке у стены расположился не самый чистый металлический стол с инструментами. Судя по запаху и мрачным силуэтам в отдалении, туши животных висели на крюках за импровизированной полиэтиленовой стеной. Освещение было не очень хорошим, поэтому Дилюк почти сразу же споткнулся о какой-то ящик. Из него что-то со звоном высыпалось на грязный пол. Дилюк рефлекторно опустил взгляд вниз, и его сердце пропустило удар. На полу в неровном свете мигающих ламп тускло блестели знакомые чешуйки. Дилюк наклонился и дрожащей рукой поднял их. Они были мельче и более кривые, но этот полупрозрачный материал невозможно было спутать ни с чем. Дилюк повернулся к ящику и с непонятным чувством отодвинул плохо державшуюся крышку. Он с содроганием увидел то, что на чёрном рынке считалось бы истинным сокровищем. Ящик был почти полностью полон полупрозрачными чешуйками. Наверху лежали совсем мелкие, Дилюк зачерпнул полную горсть и поднёс её к глазам, не веря в происходящее. Ближе ко дну ящика чешуйки становились крупнее и ровнее. Но самым ужасным оказалось то, что изначально бесцветные чешуйки теперь окрасились в розоватый цвет из-за крови. Почти весь ящик был полон окровавленной чешуёй. Точно такая же висела на браслете, только без этого страшного оттенка. Дилюк уставился на окровавленную горсть в ладони, не в силах что-то произнести. В голове не укладывалось, что это была чешуя Альбедо. Дилюк с силой зажмурился и вновь открыл глаза. Он не хотел думать, насколько сильно страдал русал. Рука сама собой разжалась и окровавленная чешуя с тихим звоном посыпалась обратно в ящик. Этот звук словно привёл Дилюка в чувство. Перевёртыш резко встал. У Альбедо единственная надежда — Дилюк, так что надо идти вперёд, даже если стало слишком поздно. На ватных ногах он подошёл к металлическому столу и в ужасе уставился на место экзекуции. В огромном мусорном ведре вместе с ошмётками животных органов и кожи Дилюк увидел до боли знакомый хвостовой плавник. Рядом валялись неровно отрезанные боковые, Дилюк отлично помнил их форму. На столе темнели царапины от ногтей. Дилюк как наяву представил, как несчастного русала распластали на столе, наверное привязали или просто держали. Сначала отрезали хвостовой плавник, потом боковые, а потом… Альбедо наверняка отчаянно сопротивлялся, вырывался и беззвучно звал Дилюка на помощь, а он так и не пришёл. Несчастный русал даже кричать не мог, он беззвучно плакал и рвался из чужих рук, но так и не смог спастись. Дилюк закрыл рот рукой и судорожно вздохнул, пытаясь сдержать неожиданно поступившие слёзы. Альбедо не мог встретить столь ужасный конец, всё же шло так хорошо, почему же он снова начал страдать, неужели предыдущих испытаний было недостаточно? Страшно представить, насколько дикую боль ему пришлось испытать, прежде чем всё закончилось. Его разделывали словно он был животным, а не разумным существом. Дилюк со всей силы отшвырнул стол и закричал. Эти монстры, которых язык не повернётся людьми назвать, получат своё. Дилюк им никогда не простит то, что они сделали и постарается устроить их жизнь так, чтобы они умоляли о смерти. Звук опрокинутого металлического стола вместе с криком эхом пронёсся по ангару и затих где-то в глубине. Дилюк тяжело дышал, пытаясь справиться с поступающим комом в горле. С улицы доносился шум сирен и голоса людей, для них это был просто сложный вечер, но для Дилюка жизнь, кажется, разлелилась на «до» и «после». Альбедо… Такой пытливый ум и поразительная красота, а Дилюк это упустил, не смог защитить. Он столько всего не успел рассказать и показать, у них столько всего могло бы быть впереди, но Дилюк не уберёг. Если бы он только знал, что так случится, если бы он был просто внимательнее… Едва заметное шевеление сзади вырвало Дилюка из мыслей. Он обернулся назад и уставился на мутный колыхавшийся полиэтилен перекрывающий половину помещения. Если его догадки верны, то тело Альбедо где-то там. Наверное висит среди туш животных, если его не выбросили раньше. С тяжёлыми мыслями Дилюк подошёл ближе и отодвинул мутную штору, боясь увидеть подтверждение самым страшным опасениям. Здесь было ещё холоднее, поэтому браконьеры предпочли хранить туши животных в этой части помещения. С одной стороны на крюках были подвешены обескровленные туши, а в другом углу в полумраке громоздились клетки. Дилюк с трудом заставил себя подойти к телам мертвых животных, рассматривая каждое из них. Туш было не так много и все они принадлежали лосям, оленям и кабанам. Ничего, напоминающего русала здесь не было. Тогда Дилюк с затаённой надеждой повернулся к клеткам и принялся разглядывать их содержимое. Складывалось ощущение, что раньше в них держали животных, однако теперь все они были пустыми. Разве что в самой дальней что-то белело. Дилюк напряг зрение и на негнущихся ногах подошёл ближе. При ближайшем рассмотрении бесформенное белое пятно приобрело очертания худого сгорбившегося человека. Забыв обо всём, Дилюк упал на колени перед клеткой. Он схватился за решетку и с ужасом уставился на белое тело. Это был Альбедо. Непонятно, живой или нет, но точно он, только с тощими полностью исцарапанными ногами. Он сжался в позу эмбриона и обессиленно откинулся на прутья задней стенки клетки. Глаза его были закрыты и он не шевелился. — Альбедо, — отчаянно прошептал Дилюк. — Ты меня слышишь? Только появившаяся надежда снова стала затухать, русал никак не отреагировал на слова Дилюка. Клетка была достаточно большой, так что перевёртыш не мог дотянуться до Альбедо. Дилюк в отчаянии постучал по прутьям, пытаясь добиться хоть какой-то реакции. Альбедо лишился хвоста, но он ведь мог выжить, его же почему-то бросили в эту клетку, а не к тушам. Эти мгновения Дилюк запомнил на всю жизнь. Его сердце сжалось и во всю подступаюшее отчаяние вновь готово было нахлынуть, но неожиданно наступило такое облегчение, что Дилюк был готов расплакаться на месте. Альбедо едва заметно дёрнулся от звука, и сильнее сжался в углу, не открывая глаз. Он был жив. Дилюк облегчённо выдохнул и уткнулся лбом в холодный металл клетки. Альбедо жив, а остальное неважно. — Альбедо, я пришел, — хрипло произнёс перевёртыш. — Слышишь? Я пришёл к тебе. Русал мелко задрожал и отвёл голову в сторону, схватившись слабыми пальцами за решётку. Ногти почти везде оказались обломаны, а вокруг бледного носа и побелевших губ чернела запёкшаяся кровь. Альбедо дышал через полуоткрытый рот, будто не привык или не мог по-другому. Пара заострённых зубов сбоку были выбиты, на щеке с этой же стороны темнел синяк и спутанные волосы местами потускнели от крови. Дилюк с содроганием в сердце оглядел избитого русала. Помимо лица у того были разбиты костяшки и виднелись следы ударов на рёбрах. Окровавленные голые ноги были исцарапаны продольными полосами от ножа. Альбедо мелко подрагивал от холода, так как его оставили полностью без одежды. — Я тебя вытащу, потерпи немного, — твёрдо произнёс Дилюк и накинул шкуру медведя. Сильными лапами он принялся выламывать дверь клетки. Хлипкий металл поддался почти сразу и совсем скоро Дилюк оторвал переднюю стенку клетки. От громких звуков Альбедо сильнее обхватил руками решётку и отвернулся к стене, демонстрируя шрамированную спину. Дилюк сбросил шкуру и на коленях подполз к русалу. — Альбедо… — Дилюк дрожащими руками развернул тощее тело к себе и попытался поймать чужой взгляд. Альбедо слегка приоткрыл опухшие покрасневшие глаза и расфокусированно уставился куда-то вдаль. — Ты меня слышишь? Ну, же, ответь мне. — Дилюк, заметив дрожь чужого тела, накинул свою шкуру на русала. Взгляд Альбедо бесцельно блуждал мимо перевертыша, а тонкие окровавленные пальцы продолжали сжимать решётку. Дилюк попробовал вынести его наружу, но ничего не получилось. Альбедо так сильно вцепился в прутья, что Дилюк побоялся сломать русалу пальцы при попытке вытащить того из клетки. Он никак не реагировал на чужие слова и действия, разве что отвернулся, стараясь сильнее отстраниться. Дилюк сильнее укутал его в медвежью шкуру и обнял, пытаясь поделиться всем своим теплом. Затем он аккуратно повернул чужую голову к себе. — Это я, — прошептал он. Поймать взгляд Альбедо никак не получалось и тогда Дилюк аккуратно провел рукой по светлым волосам, как делал много раз до этого у себя дома. Наконец, в пустом взгляде льдистых глаз появилась осознанность. Альбедо сильно вздохнул и уставился прямо на Дилюка. — Пошли домой, — прошептал Дилюк прямо в чужое заострённое ухо. Какое-то мгновение ничего не происходило, но затем Альбедо отпустил решётку и обхватил перевёртыша за шею с такой силой, что, казалось, задушит. Его тело трясло от крупной дрожи и периодически Дилюк слышал сдавленные всхлипы. — Я нашёл тебя, больше не отпущу. Все будет хорошо, — повторил он, вынося хрупкое тело из клетки. Когда Дилюк проходил мимо опрокинутого разделочного стола, Альбедо заметно вздрогнул. Перевёртыш сильнее обхватил его и понёс прочь из этого ужасного места. В ангаре он провёл не больше десяти минут, но это были самые страшные десять минут в его жизни.