Настройка сердца

Дождь барабанил по крыше автобуса, превращая окна в мутные акварели Сеула. Сынмин прижался лбом к прохладному стеклу, наблюдая, как огни магазинов и рекламные неоновые вывески расплываются в цветных пятнах. В наушниках тихо играл меланхоличный инди-рок, звук почти заглушал шум двигателя и шлепание дворников. Он ехал с пары по истории, в сумке через плечо лежал конспект, испещренный аккуратными заметками, и ноутбук. В кармане широких серых брюк – билет в консерваторию на вечерний камерный концерт, который он планировал посетить после главного пункта сегодняшней программы. Покупка гитары. Идея зрела давно, подогреваемая университетскими джемами в общежитии и внезапно нахлынувшей тоской по чему-то более осязаемому, чем клавиши синтезатора в его комнате. Стабильность – его конек, но даже ему иногда требовалось что-то новое, пусть и тщательно спланированное. Он выбрал магазин «Resonance» по отзывам: говорили, там хороший выбор и грамотные консультанты. Автобус резко затормозил на его остановке. Сынмин ловко проскользнул к выходу, поправляя рукав своего бежевого худи большого размера, накинутого поверх простой черной футболки. Он открыл сложенный зонт – большой, черный, практичный – и шагнул в прохладную, влажную пелену позднего весеннего дня. Воздух пах мокрым асфальтом, кофе из соседней кофейни и чем-то зеленым, пробивающимся сквозь городскую пыль. Он направился к «Resonance», мимо витрины канцелярского магазина, заваленной яркими блокнотами и пастельными ручками – эстетично, но не для него. Его сумка через плечо, кожаная, вместительная, мягко постукивала по бедру. Магазин оказался уютной пещерой, забитой до потолка гитарами, бас-гитарами, укулеле всех мастей. Воздух был пропитан запахом дерева, лака и… пыли? Или старых струн? Звук дождя снаружи приглушился, сменившись тихим гудением и случайными переборами струн где-то в глубине. Сынмин сложил зонт в специальную стойку у входа и слегка отряхнулся, чувствуя себя немного неуклюже в своем просторном худи среди этого леса грифов и дек. Он медленно пошел вдоль стены, разглядывая акустические гитары. Глаза скользили по этикеткам: Yamaha, Taylor, Gibson… Цены заставляли внутренне содрогнуться. Он искал что-то попроще, для начинающего, но не откровенно дешевое. Его пальцы невольно потянулись к грифу одной из гитар, но он сдержался – трогать без спроса казалось невежливым. Он замер, разглядывая красивый топ из кедра, погруженный в свои мысли о бюджете и размерах корпуса. – Эй, ищешь что-то конкретное? Или просто наслаждаешься видом? Голос прозвучал неожиданно близко, слегка хрипловатый, с легкой, чуть насмешливой ноткой. Сынмин резко обернулся. Перед ним стоял парень. Невысокий. Сынмин был выше его почти на полголовы. Темно-синие, почти черные волосы с четким пробором, падающие на лоб и уши. И… пирсинг. Маленькая серебряная штанга прямо в центре нижней губы. Она сверкнула при свете софитов, когда парень улыбнулся – улыбкой широкой, открытой, немного дерзкой. В одном ухе – маленькая серебряная серёжка. Он был в обтягивающей черной футболке, которая подчеркивала довольно рельефную грудную клетку и намек на мышцы пресса под тканью, и в потертых черных джинсах. На предплечье, выглядывая из-под короткого рукава, угадывались контуры татуировки – что-то абстрактное, переплетение линий. Над ключицей, у самого выреза футболки, виднелся еще один кусочек чернильного рисунка. «Хан Джисон» Прочитал Сынмин имя с бейджика, а после мысленно добавил: Эмо-белка. Но описание сходилось идеально. Диссонанс был налицо. Этот человек излучал энергию, которая казалась почти осязаемой в тишине магазина. Он стоял, слегка расставив ноги, руки в задних карманах джинсов, и смотрел на Сынмина с неподдельным любопытством и легкой ухмылкой. Сынмин почувствовал, как по щекам разливается тепло. Он не был из тех, кто легко сходится с людьми, особенно с такими… яркими. Он предпочел бы просто полистать каталог. – ...Гитару, – выдавил он, внезапно ощутив ком в горле. – Акустическую. Для начинающего. Джисон кивнул, его взгляд скользнул по Сынмину – от мокрых от дождя кудрявых коричневых волос (которые Сынмин сегодня тщетно пытался пригладить) до широкого худи и сумки через плечо, задержавшись на его лице, на мягких, но сейчас напряженных чертах. – Начинающий? Круто! – Джисон оживился, его улыбка стала еще шире, обнажая ровные зубы. Пирсинг на губе снова сверкнул. Он сделал шаг ближе, и Сынмин инстинктивно отступил на полшага, наткнувшись спиной на стойку с медиаторами. Несколько пластинок посыпались на пол с тихим шуршанием. – Ой, сорян! – Джисон легко присел, собрав их одной рукой. Его движения были быстрыми, уверенными. – Не пугайся так, я не кусаюсь. Хотя… – он встал, закинув медиаторы обратно в коробку, и подмигнул, – …пирсинг иногда пугает консервативных граждан. Ты не из таких, надеюсь? Сынмин покачал головой, стараясь сохранить невозмутимость, хотя внутри все съежилось от неловкости и этого внезапного, слишком близкого флирта. «Граждан»? Серьезно? – Нет, – сухо ответил он. – Меня пугают скорее необдуманные траты. Ищу что-то адекватное по цене и качеству. – Прагматик! Уважаю, – Джисон похлопал его по плечу. Прикосновение было легким, быстрым, но Сынмин снова едва не подпрыгнул. Джисон, казалось, этого не заметил или сделал вид. – Ладно, мистер Прагматик, поехали. Какой бюджет? И какой звук тебе ближе – погромче и звонче, или помягче, глубже? Он повел Сынмина вдоль стены, легко скользя между стойками. Его объяснения были живыми, полными энтузиазма и… сленга. Он брал гитары, легко извлекал из них аккорды, показывая разницу в звучании. Его пальцы уверенно бегали по грифу. Сынмин слушал, кивал, задавал короткие, конкретные вопросы, стараясь анализировать информацию, а не смотреть на пирсинг на подвижной губе консультанта или на татуировку на бицепсе, которая полностью показалась, когда Джисон потянулся за гитарой с верхней полки. – Вот эта, – Джисон достал красивую гитару с топом из ели и задними деками из сапеле, – классика жанра для старта. Звук ровный, гриф удобный, цена не кусается. Yamaha FG800. Проверенный временем вариант. Хочешь попробовать? Сынмин осторожно взял инструмент. Он был легче, чем казался. Джисон подвинул ему табурет. Сынмин сел, неуклюже устроив гитару на колене. Он знал пару аккордов по урокам на ютубе. Попытался зажать Am. Звук получился глухой, с дребезгом. – Расслабь руку, – мягко сказал Джисон, стоя рядом. Он не нависал, но его присутствие ощущалось физически. – Не впивайся в гриф, как в спасательный круг. Представь, что держишь… ну, не знаю… хрупкую птичку. Сильно – сломаешь, слабо – упадёт. Сынмин попробовал снова. Звук стал чище, но все еще далеким от идеала. Он почувствовал, как краснеет от усилия и смущения. Джисон тихо рассмеялся – звук был теплым, беззлобным. – Ничего, первый блин комом. Все так начинали. Главное – чтобы тебе было удобно. Чувствуешь баланс? Гриф не кажется толстым? Корпус не упирается куда не надо? Они провели так минут двадцать. Джисон был терпелив, объяснял толково, хотя и с неизменной долей легкого подтрунивания и какой-то внутренней искры. Он показывал разные модели, сравнивал. Сынмин постепенно начал расслабляться, увлекшись процессом. Он даже позволил себе маленькую улыбку, когда Джисон, пытаясь достать гитару из дальнего угла, чуть не зацепился пирсингом за струну соседнего инструмента. – Джи, ты там клиента не замучил своими бесконечными лекциями? – Раздался новый голос из глубины магазина. К ним подошел еще один парень, повыше Джисона, с ирокезом выкрашенных в кислотно-розовый цвет волос и в футболке с черепом. На руках – множество браслетов и пара тату. Напарник. Сразу сообразил Сынмин. – А? О, это Чхве Кихун, мой напарник по несчастью и главный скептик, – представил Джисон, широко улыбаясь. – Кихун, это… эээ… – он вопросительно посмотрел на Сынмина. – Ким Сынмин, – представился Сынмин, слегка кивнув. – Сынмин выбирает себе первую гитару, – продолжил Джисон. – Я его просвещаю. Кихун окинул Сынмина оценивающим взглядом, от кудрявых волос до широких штанов и сумки. Взгляд был не враждебным, но острым. – Просвещаешь? Или просто флиртуешь, как обычно? – спросил он прямо, с легкой усмешкой. Джисон фыркнул и толкнул его плечом. – Отстань! Я профессионал! Иди лучше струны перебирай, а то опять путаница в ящиках. Кихун покачал головой, но ушел, бросив напоследок: – Только не уговори его купить ту пятидесятилетнюю гитару, что в подсобке пылится! Она для декора только! Джисон крикнул ему вслед что-то непечатное, но с добродушной злостью, а потом обернулся к Сынмину, снова с этой своей открытой улыбкой, от которой у Сынмина почему-то слегка ёкало сердце. – Не обращай внимания. Он просто завидует моему обаянию. Ну что, присмотрелся к чему-то? Сынмин указал на ту самую Yamaha. – Эта… кажется, неплохая. И цена нормальная. – Отличный выбор! – Джисон одобрительно хлопнул в ладоши. – Солидный, надежный вариант. Будешь доволен. Берёшь? Сынмин кивнул. Процесс оплаты и оформления прошел быстро. Джисон упаковал гитару в хороший чехол, положил набор струн и пару медиаторов «в подарок от магазина». Пока он писал чек, Сынмин разглядывал витрину у кассы – там лежали каподастры, тюнеры, гитарные ремни. Его взгляд зацепился за простой черный кожаный ремень с минималистичной стальной фурнитурой. Стильный. – Присмотрел ремешок? – Джисон последовал за его взглядом. – Классный, да. Практичный и не кричащий. Как раз под твой… – он запнулся, словно ища слово, – ...лаконичный стиль. Сынмин почувствовал, как снова теплеют уши. «Лаконичный стиль». Хм. – Пожалуй, возьму и его, – сказал он, стараясь звучать деловито. – Отлично! – Джисон достал ремень. – Теперь ты полностью экипированный новобранец армии гитаристов. Осталось только научиться играть. – Он подмигнул. Сынмин расплатился. Сумма была приличной, но он был готов к этому. Джисон протянул ему чехол с гитарой и пакет с ремнем и мелочью. – Ну что, Ким Сынмин, удачной тебе дороги домой и продуктивных занятий! – Он снова улыбнулся. – Если что – вопросы, проблемы со струнами, или просто захочется поболтать о музыке… – он на секунду замялся, затем быстро схватил со стойки визитку магазина и что-то быстро написал на обороте. – …вот мой личный номер. Пиши. Я тут почти всегда. Отвечу, когда смогу. Он протянул визитку. Сынмин взял ее, слегка ошеломленный. Личный номер? Просто так? Он посмотрел на обороте: аккуратным, но размашистым почерком было написано: «Хан Джисон» и номер телефона. Ниже приписка: «P.S. Играй каждый день! :)» – Спасибо, – пробормотал Сынмин, сунув визитку в карман брюк. – Я… попробую. – Обязательно! – Джисон проводил его к выходу. – И смотри, не промокни там окончательно. Сынмин вышел на улицу. Дождь все еще шел, но уже не так сильно. Он открыл свой большой черный зонт, водрузил чехол с гитарой на плечо (это было неудобно, но терпимо) и пошел к автобусной остановке. В кармане брюк лежала визитка, которая казалась неожиданно теплой. В ушах еще звучал живой голос Джисона, его смех, его объяснения. И эта улыбка с серебряной искоркой на губе. «Безбашенный», – подумал Сынмин, шагая по мокрому тротуару. «Слишком открытый. Слишком… много всего». Но почему-то образ темно-синих волос, пирсинга и уверенных рук, берущих аккорд, не выходил из головы. Он достал из сумки термос с остывшим карамельным латте и сделал глоток. Сладость смешалась с легкой горечью. Впереди был автобус, библиотека (нужно было вернуть книгу), потом концерт. Стабильный, предсказуемый вечер. Но где-то в подсобке музыкального магазина «Resonance», заваленной коробками и старыми плакатами, висел черный ремень гитары, похожий на тот, что лежал у него в пакете. А в кармане у Ким Сынмина лежал номер телефона человека, который внезапно внес диссонанс в его гармонично спланированный день. Диссонанс, который почему-то не звучал фальшиво. Пока.

***

Дождь к вечеру прекратился, оставив после себя влажный блеск на асфальте и лёгкую прохладу в воздухе. Сынмин вышел из консерватории, сжимая в руке программку с концерта — впечатления были приятными, но странно размытыми, будто часть его внимания всё ещё оставалась там, в музыкальном магазине, где тёмно-синие волосы и серебряный пирсинг мелькали в памяти ярче, чем звуки виолончели. Гитара в чехле за спиной казалась непривычно тяжёлой, но приятно напоминала о себе лёгким постукиванием о бедро при каждом шаге. Он уже представлял, как будет разбирать аккорды в своей комнате, но сначала… Сначала нужно было зайти в кафе. «Café Mute» было его привычным местом — тихим, с полупустыми столиками у окна и барменом, который давно запомнил его заказ. Карамельное латте, без лишних вопросов. Сынмин пристроился в углу, аккуратно поставив гитару рядом, и достал ноутбук. Пока он ждал заказ, пальцы сами потянулись к телефону — проверить сообщения (ничего), почту (рассылка), соцсети (скроллинг без интереса). А потом… Визитка. Он достал её из кармана, слегка помятую. «Хан Джисон» и номер, а ниже — «P.S. Играй каждый день! :)» с нарисованным смайликом-гитарой. Сынмин наморщил нос. Зачем он вообще взял эту бумажку? Писать первому — неловко. Да и о чём? «Спасибо за гитару»? Слишком формально. «Как настроить вторую струну»? Глупо, есть же гугл. Кофе принесли как раз в момент его раздумий. Сынмин отложил визитку, сделал глоток сладкого латте и открыл ноутбук, решив отвлечься на учёбу. Но едва он запустил текстовый редактор, как в дверях кафе мелькнуло что-то знакомое — чёрная обтягивающая футболка, тёмно-синие волосы, серебряная искорка пирсинга. Джисон. Он вошёл, смеясь чему-то своему, с ещё одним парнем (не Кихуном — этот был выше, в очках и с капюшоном, натянутым на голову). Сынмин инстинктивно съёжился, будто пытаясь стать незаметным, но… — О, серьёзно? — голос Джисона прозвучал слишком близко. Сынмин медленно поднял взгляд. Джисон стоял перед его столиком, ухмыляясь, а его друг уже шёл к стойке заказывать. — Вот так совпадение, — Джисон ткнул пальцем в гитару у стула. — Уже пробовал играть? Или просто носишь для стиля? — Я… — Сынмин почувствовал, как по шее разливается тепло. — Пока не пробовал. — А, ну логично, — Джисон кивнул, затем, не спросив разрешения, опустился на стул напротив. — Тогда кофе пьёшь для вдохновения? Или просто потому что вкусно? Он устроился так естественно, будто они давно знакомы. Его локти легли на стол, пирсинг на губе сверкнул при свете ламп, а взгляд — слишком прямой, слишком заинтересованный — заставил Сынмина потянуться за чашкой, лишь бы занять руки. — Второе, — пробормотал он. — Ага, — Джисон ухмыльнулся. — Карамельное, да? — Ты… — Сынмин нахмурился. — Как ты…? — Бармен кивнул на твой столик, когда я заказывал, — Джисон рассмеялся. — Не пугайся, я не экстрасенс. Хотя… — он наклонился чуть ближе, — может, просто хорошо чувствую людей? Сынмин отодвинулся на сантиметр. — В каком смысле? — Ну, например, чтобы понимать, кому продавать гитары, а кому — барабаны, — Джисон игриво поднял бровь. — Ты, кстати, точно гитарный тип. Спокойный, внимательный… Ну, кроме вот этого вот. — Он махнул рукой в сторону Сынмина в целом, словно указывая на его скованность. — Кроме чего? — Сынмин нахмурился. — Ну, ты весь как натянутая струна, — Джисон откинулся на спинку стула. — Расслабься. Я же говорил, что не кусаюсь. Сынмин хотел ответить что-то резкое, но в этот момент его взгляд упал на запястье Джисона — там, поверх татуировки, был намотан чёрный браслет-шнурок… точь-в-точь как те, что продавались в магазине канцелярии рядом с «Resonance». — Ты… купил это сегодня? — неожиданно для себя спросил он. Джисон посмотрел на браслет, затем на Сынмина, и его глаза сузились от удовольствия. — О, а ты внимательный. Да, зашёл после работы. Люблю такие штуки. — Он покрутил браслет на запястье. — А ты, выходит, тоже там был? — Проходил мимо, — Сынмин пожал плечами, но внутри что-то ёкнуло. Он действительно заметил Джисона в витрине, когда ждал автобус — тот выбирал что-то у стойки с аксессуарами, но Сынмин тогда опустил взгляд себе на кроссовки. — М-м, — Джисон прищурился, будто что-то соображая, но тут его друг окликнул его с кассы, показывая два стакана с кофе. — Ладно, мне пора, — он поднялся, но перед уходом положил на стол что-то маленькое и блестящее. — Держи. Для мотивации. Когда он ушёл, Сынмин разжал ладонь. В ней лежал ещё один медиатор — чёрный, с крошечным серебряным логотипом «Resonance». На обратной стороне было написано: «P.P.S. Пиши, если что. Не стесняйся;)»