Забери мою Тьму

– Как ты вообще до этого додумался? – под нос пробормотал Кейн, раскладывая рагу по тарелкам. К счастью, к аренде этого дома шел контракт с приходящей кухаркой: искать на ночь глядя, где можно поесть, не отравившись, было бы совсем неприятно. Вампир, усаженный за кухонный стол, пожал плечами, пытаясь делать вид, что не принюхивается жадно к ароматам еды. Кейн поставил перед ним тарелку и сделал приглашающий жест рукой, усаживаясь напротив. Брезгливым снобом он никогда не был, а уж в такой ситуации отправлять вымотанного спасителя есть куда-то ещё казалось и вовсе подлой жестокостью. Рагу действительно пахло так, что у Кейна живот подвело и слюна потекла. Следующие две минуты прошли в сосредоточенном поглощении пищи. Кейн до сих пор не мог поверить в собственное спасение. Он периодически посматривал на вампира, который жевал с болезненной гримасой, и раз за разом перематывал в сознании произошедшее. Отрубался он с полнейшим ощущением обречённости, только и успел подумать: глупая, вообще-то, смерть. Тело занемело полностью, сознание померкло… а в следующую секунду он почувствовал боль. И сразу же всё переменилось – он чувствовал теплую тяжесть на коленях, страшный ледяной спазм в груди потихоньку спадал, нижней части лица почему-то было очень холодно и больно, но постепенно всё проходило. Кейн смог открыть глаза и тут же встретился взглядом с вампиром: тот действительно сидел у него на коленях, таращил свои глазищи и держал Кейна зубами за губу. Потом отпустил. Кейн, конечно, его сначала оттолкнул рефлекторно, зато тут же успел поймать и притянуть к себе, поняв, что произошло. Рагу в тарелке кончилось до обидного быстро. Кейн поднял взгляд на раба, с похожим выражением лица глядящего в тарелку, поднялся и доложил обоим остатки из кастрюли. Вампир глаз поднять не осмелился, но поблагодарил и на добавку накинулся так же остервенело, как на первую порцию. Впрочем, поесть ему действительно стоило. Им обоим. У Кейна сейчас полным ходом шло восстановление жизненной силы. По хорошему, выпить бы укрепляющего да завалиться спать часов на двадцать. А уж вампиру сама Дева велела. – Как тебя зовут? – придвинув к парню кружку с отваром, спросил Кейн. Вампир вздрогнул, поднял на него взгляд, будто уточняя для себя, что это именно его спрашивают, потом будто нехотя открыл рот: – Эри. Кейн кивнул. Первый глоток укрепляющего горячей волной прошёлся по телу, и он аж прижмурился от удовольствия. После холодного касания Смерти такие мелкие вещи казались потрясающе значимыми, уводящими прочь от ледяных просторов Того мира. – Эри, – повторил он, делая ещё один глоток, и поднял глаза, рассматривая собеседника. – Ты сделал… не невозможное, но близкое к тому. Я очень благодарен тебе. Спасибо. Вампир поперхнулся отваром и ошеломлённо посмотрел на него. Потом пробормотал: – Я… мне… – втянул воздух носом, будто снова плакать собрался. Потом распахнул свои глазищи и выпалил: – Я же должен был! Вы же… ну… – тут он явно смутился и закончил еле слышно. – Вы же попросили. Ну. Помочь… Кейн за этим спектаклем наблюдал с все более возрастающим подозрением и в конце концов не выдержал. – А тебе сколько лет?.. – уточнил он, внимательно рассматривая чужое лицо. Вампир кое-как умылся перед трапезой, но возле волос и на бледных щеках всё ещё оставалась грязь. По пропорциям, вроде бы, вполне уже взрослый, хоть и глаза большеваты. Но такое поведение… и слезы эти вечные… Эри, кажется, как-то не так воспринял этот вопрос. Потому что покраснел, сжался и на Кейна взглянул с возросшим страхом. Буркнул нехотя: – Девятнадцать. Мда. Хотя бы совершеннолетний, и на том спасибо. Кейн, пока разогревал еду, вспомнил ещё один способ передачи энергии, после которого не надо было ходить с кровоподтёком на весь подбородок... но с ребёнком такое он точно делать не стал бы. Впрочем, вампир и так этот способ может не оценить, судя по его реакции. Надо бы разобраться… но потом, это не к спеху. Сейчас хотелось не думать над дальнейшими действиями, а сразу отправиться в постель… мягкую, под тёплое одеяло… Кейн дёрнул головой и понял, что все это время невидящим взором пялился на мелко дрожащего раба. Челюстью он странно двигал, вот что не так! Ну, помимо… того, что было видно ещё при продаже. Кейн отставил опустевшую кружку, встал со своего места, обошел стол. Вампирчик вжался в спинку стула так, будто страшный хозяин, которого, на минуточку, всё ещё шатало, прям сейчас собирался его на столе и разложить. Кейн остановился в двух шагах от него и поднял руки. – Эри, – произнес он спокойно, не пытаясь больше приблизиться. – Я не сделаю тебе ничего плохого. Помнишь? Тот быстро закивал, судя по всему, не веря ни единому слову. Кажется, после изрядного количества энергии и сытной трапезы на голодный желудок (ай, Тьма, забыл…) этого конкретного вампира тянуло на нервы, а не на сон. А вот Кейну, между прочим, спать хотелось страшно! А не успокаивать тут… спасителей. Малолетних. И так настрадавшихся. Кейн вздохнул и попытался ещё раз. – Эй, – он улыбнулся, надеясь, что вышло не очень криво, и опёрся бедром на стол. Не стоило, конечно, нависать так над испуганным вампиром, но на корточках он бы сейчас не удержался. – Я серьёзно. Не надо меня бояться. Ты мне жизнь спас… – он махнул рукой, – и спасёшь ещё, возможно, не раз. Пока я не разберусь с этой штукой. Если разберусь вообще. Эри отвёл взгляд и дёрнул плечом. Голос его прозвучал так же глухо, как и раньше, без всяких эмоций. – Что я должен сделать, господин? Кейн протянул к нему руку, но отдёрнул на полпути. Додумался тоже – нестабильным Светом тёмного лечить! Он раньше даже с пятидневного отсутствия сна столько дебильных решений не принимал, вот что значит – побывал на краю. Пришлось ограничиться короткой просьбой встать, с увещеваниями стащить с вновь перепуганного вампира мешающий плащ. Кейн подержал у него ладонь на животе, всё же убрав первые признаки спазмов с голодухи, а потом развернулся к выходу, кинув через плечо: – Иди за мной.