The way you just don’t stand a chance

Так, что же касаемо того самого случая? Впрочем, по прошествии времени, а уж тем более на данный момент, это давно не воспринимается как что-то за рамки выходящее. И уж тем более не вызывает такую бурю эмоций. Но тогда, это было чем-то, чем-то... - Ага, попался! Брагинский чуть не подпрыгнул на месте от испуга, когда в его плечи вцепились, а за рюкзак дёрнули. В тот же самый миг он мог понять, кто это был, как минимум по голосу. Хотя сперва в голове мелькнула мысль, что это мог быть кто угодно, из окружающих его на данный момент учеников. - Альфред? Оу приве- Внезапно мальчик споткнулся о чужую ногу, заваливаясь куда-то в сторону, в то время как в его локоть вцепился его друг. - Чёрт возьми, почему именно после третьего урока в коридоре такая толпа? - недовольно проворчал Альфред, стараясь как можно крепче держаться за Ивана. К слову, день только начинался. По обычаю, друзья находились в стенах здания школы, пытаясь попасть в другой кабинет на следующий урок. Как можно было понять, по счастливой случайности Альфред увидел в толпе других учеников знакомую ветровку и взлохмаченные волосы своего друга. Как он мог к нему не протиснуться? И раздражение блондина вполне объяснимо и понятно, ведь коридор был далеко не широким, кучки ребят и одноклассников сбивали своим потоком с пути. - На втором этаже всегда много людей... Негромкое бормотание Ивана потонуло в пучине хохота Альфреда и громких разговоров ребят, толкающихся из-за тесноты. Благо, такая толкучка постепенно рассасалась, как только мальчики смогли выбраться в главный коридор. Крики, беготня, смех детей и подростков разносились эхом по всему периметру. Парочка учителей, поднимающихся по лестнице, даже отругали их за шум, поднимаемый ими в главном холе. - Фух, наконец-то, - проворчал блондин, не отпуская локоть Брагинского, - какой у тебя сейчас урок? Двое младшеклассников, чуть не сбивших обоих друзей с дороги, привлекли внимание Ивана. Вследствие чего, он не сразу расслышал вопрос. Лишь после того, как пара хрупких фигурок учеников скрылась за углом, а за плечо потрясли, Иван наконец обернулся, чуть не столкнувшись с Джонсом лбом. Сейчас, кажется, он стоял ближе обычного. На дневном свету его небесные глаза стали словно ярче, из-за чего Брагинский даже зажмурился, отворачиваясь, как будто его ослепили. Всего лишь на мгновение, но этого мгновения хватило, чтобы вызвать вопросы у ничего не подозревавшего блондина. - Ох... - Эй, - Альфред заглянул в его лицо в попытке выяснить, что с ним не так, - всё нормально? Тебе плохо? - Нет, ам, - Иван немного покраснел от того, что привлёк к себе непрошенное внимание, - я в порядке. На него бросили недоверчивый взгляд и мальчик осмелился взглянуть в глаза старшего. Почему-то его глаза в данную секунду чересчур приковывали внимание. Проморгавшись, Брагинский, не отрывая взора от глаз блондина, неуверенно пробормотал: - Так, эм..., - он спохватился и отдёрнул себя, гуще заливаясь краской, - что ты спрашивал? После этих слов он нервно огляделся по сторонам, стараясь вести себя как ни в чём не бывало. Господи, наверное, в силу своего возраста он действительно рассчитывал на то, что вообще не подозрительно себя ведёт. Неа, ни капли. Потому что в голове у него проскользнула странная мысль, из-за которой он, собственно, смутился. Мысль сама по себе была до безумия нелепой. Ну, как бы, радужка его глаз была такой...завораживающей, что Иван невольно залип. На подкорке сознания у него сидело, что он...ну, не должен был в подобном ключе оценивать других мальчиков. В особенности своего друга. Всё это время на него непонимающе глядели. Поведение Ивана сильно удивило Альфреда, но, за то непродолжительное время, что они друг с другом общались, мальчишка раскусил его уж очень застенчивый характер. И некоторые его повадки. Поэтому, дабы не смущать этого беднягу ещё больше, подросток натянул на себя маску веселья, решив не обращать внимания на поведение того. - Какой у тебя сейчас урок? В голове происходила такая путаница, что Иван не сразу вспомнил об этом. - Ээ, геогр... нет, вроде математика? Блондин никак не отреагировал на его слова, кроме как в порыве возбуждения потрясти растерянного Ивана за плечи: - Короче, ах! У меня для тебя офигительная новость, - многозначительно улыбнувшись, он добавил заговорчески, словно говоря тайну, - угадай: у кого сегодня день рождения? Неужели... Сначала Иван от неожиданности приоткрыл рот, хлопая своими большими глазами, не допирая. А потом стыд накрыл его с головы до пят. Неужто... - Не говори, что у..., - он прикусил нижнюю губу, - тебя. - Бинго! Буквально выкрикнув это слово, Альфред подпрыгнул на месте, выпячивая грудную клетку: - Этому парнише, - он ткнул указательным пальцем в свою грудь, вздёрнув подбородок, - сегодня исполняется тринадцать, а? Немыслимо. Как же так? Иван достаточно узнал этого мальчишку, чтобы ясно понять, что Альфред бы заранее ему сказал об этом. Почему же он не говорил об этом до? Разве он не хотел бы получить подарок или, хотя бы минимально, поздравление? С другой стороны, вид его был не менее воодушевлённым, чем если бы он получил от Ивана поздравления. Но это всё равно было странно. - Ага, - продолжал довольно Джонс, - я уже чувствую, как расту. О! Я уже на дюйм становлюсь выше! Он явно был взбудоражен этим днём и явно радовался новой цифре в его будущем паспорте. Всё, что оставалось Ивану - наблюдать за радостными возгласами его друга и слушать бессмысленную болтовню о том, какой же Альфред взрослый. Да, он был взрослее Ивана... - А! Так вот, я отвлёкся, прости, - беспечно посмеялся блондин, взъерошив свои волосы. Кажется, он ясно видел, как затих Брагинский. Ему очень хотелось, чтобы кто-то уже близкий разделил с ним его блаженное состояние. Как можно не любить свой день рождения? Серьёзно, подарки, шары, сладости и песни. Это же так увлекательно. - Мы будем праздновать у меня, - кивнув, словно констатируя факт, Альфред подчеркнул, - ты придёшь, это не обговаривается. Затем, проанализировав реакцию мальчика, блондин добавил мягче, думая, что может звучать слишком давяще и даже резко: - Ну, то есть, ты ведь придёшь? - состроив невинные глазки, он смущённо пробормотал, - я бы очень хотел, чтобы ты пришёл... Боже, у Брагинского и в помине не было мыслей отказаться. Но теперь, когда этот экспрессивный и очаровательный подросток так на него смотрел... Ну он не может быть таким жестоким. Прямо сейчас в его словаре не нашлось бы слова "нет". - Я, эм..., - Иван кивнул, тихо отзываясь, - я не против. Глаза Джонса загорелись тем самым торжественным блеском и он хлопнул радостно в ладоши: - Ага, я знал, что ты не откажешься! - подойдя ближе, он спокойнее сказал, - наконец-то познакомишься с моим братом. А вот это было неожиданно. Тогда, играя в приставку у Альфреда, Иван не особо задумывался над словами о его брате. Да и он даже не рассказывал о нём что-либо. В виду его нелюдимости и любви Альфреда к общению с людьми, Ивану показалось сомнительным быть в обществе с незнакомцами. То есть, это довольно неловко, он не очень хорош в коммуникации с другими... - Ээ, ладно? Опять же, может, у Ивана на лице всё написано, но Джонс проследил за его реакцией, насмешливо протягивая: - Да не па-арься, ты всегда будешь рядом со мной, - он игриво лягнул мальчика в бок, - я же старше тебя, я буду твоим личным супергероем. От этого абсурдного и глупого заявления Иван прыснул смехом, пока Альфред довольно кивал, словно подтверждая свои слова. Если честно, с ним было весело. Из-за отсутствия друзей, Брагинский никогда не бывал на подобных праздниках. Но теперь ему предстала возможность побывать, так почему бы и нет? Чтобы не ломать его непоколебимую уверенность, Иван покорно кивнул, как бы принимая всё, что скажет ему блондин: - Хорошо. Большой сладкий торт, гелиевые шарики и забавные козырьки на голове. Наверняка будет очень интересно.

...

Сердце бешено застучало, как только Иван поднёс руку к знакомой лакированной двери, чтобы позвонить. По правде говоря, это было до жути волнительно, в особенности когда обрывки музыки доносились прямиком из квартиры в подъезд. Изначально мальчик надеялся, что они вместе с Альфредом пойдут к нему домой. По крайней мере, это казалось логичным. Однако непредвиденные обстоятельства заставили их разделиться: блондина задержали на тренировке. В результате, Ивану пришлось плестись к себе домой, чтобы вскоре самому прийти к Джонсу. Один плюс он для себя вывел: подарок. Да, за те полтора +- минус часа, которые он провёл у себя дома, он смог подготовить небольшой, скажем, презентик для Альфреда. Ну не придёт же он на день рождения без ничего? В России вообще не принято приходить в гости к кому-то с пустыми руками. Мама настаивала. Это была небольшая упаковка карамелек, которые, как Джонс недавно упомянул, были "суперскими". Он это сказал без задней мысли, когда они с Иваном шли после школы домой и зашли в какой-то ничем непримечательный ларёк. Но это уже отдельная история. Руки стали дрожать от волнения и неуверенности. По правде говоря, хотелось даже бросить эту затею и развернуться домой. Но он ведь пообещал... Ладно, если бы они были только вдвоём с Альфредом, но там будет и его брат... Отнесётся ли он нормально к мальчику? Ну, Альфред ведь обещал, что будет рядом...А он такой же шумный, как Альфред? Похожи ли они с ним вообще? Собравшись духом, словно перед ним была задачка со звёздочкой, Иван нажал на звонок. Приглушённый звон раздался по квартире, после чего послышались торопливые шаги. Тело было всё напряжено. Неужели ему стоило так сильно переживать? Это простой поход к другу на праздник. Дверь распахнулась и на пороге появился бодрый Альфред с гелиевым шариком в руке. Рядом с ним, на удивление, никого не было. - Уф, наконец-то! - с этими словами он потянул Ивана за запястье внутрь квартиры, - проходи. Брагинский даже чуть не споткнулся об порог, когда его буквально силком втянули за собой. Однако подарочек он смог удержать, не уронив. - Я-я, эм, Альфред, - Иван остановился напротив блондина, держа руки с презентом за спиной, - у меня есть для тебя кое-что. Не дав тому ничего ответить, он немного неуклюже вытянул руки вперёд, тем самым впихивая коробочку удивлённому мальчику. Опустив голову, он вперился взглядом в пол, чтобы скрыть своё смущение. - С днём рождения... Это всё выглядело так неумело, но оттого не менее душевно. Казалось, Альфреду и в голову не приходило, что Иван подарит ему хоть что-то. По его лицу было ясно видно, насколько он удивлён. На самом деле, ещё не было подходящего и достойного кандидата на приглашение в его квартиру. А уж тем более на собственный день рождения. Но Иван, он...он был другим. - Ого, ээ, - Джонс немного покраснел, разглядывая коробку, - вау! Это те самые карамельки? Ого, чувак, спасибо! Услышав радостные возгласы друга, Иван внутренне расслабился. Всё-таки, Альфред действительно был рад. - Чёрт, это мило, приятель, - повертев в руках небольшой предмет, он вдруг подался вперёд, обнимая Брагинского за шею, - спасибо, я совсем не ожидал этого. В тот миг Джонсу действительно было приятно такое внимание, в такой особенный, лично для него, день. И если уж совсем без утайки, в его кругу не было тех друзей и одноклассников, кого бы он с железной уверенностью захотел бы пригласить к себе на день рождения. Иван, находясь в некотором оцепенении, пробормотал что-то вроде «да ладно тебе» и «это ничего не стоит». Как внезапно блондин отлип от него, хватая за руку: - Пойдём, там уже ждут. Не дав тому оклематься, Альфред поволок их вдоль коридора, прямо на кухню. По дороге были разбросаны конфетти и шёлковые ленты. Похоже, часть подарков была открыта, а хлопушки уже применены. Был ли для Ивана весь этот процесс волнительным?

...

С кухни доносились тихие голоса, принадлежащие, на первый взгляд мальчику и...девочке. Яркий свет лампочки на мгновение заставил Ивана зажмуриться, чтобы привыкнуть к смене обстановки. В комнате витал ванильный аромат, а музыка стала тише. - Та-дам! Громкий голос Альфреда привлёк внимание сидящих за столом ребят. Честно говоря, было немного неловко находиться здесь, хотя Джонс, в свою очередь, чувствовал себя как в своей тарелке. Первое, что сразу же бросилось в глаза - поразительное сходство между Альфредом и его братом. По крайней мере на то, что это был его брат, указывало абсолютно всё. Рядом с ним сидела примерно их возраста девочка: длинные коричневые волосы падали на её тонкие плечики, а белая юбка вытягивала и без того стройный силуэт. Она с интересом поглядывала в сторону двух друзей. - Это..., - после недолгого молчания подал голос брат Джонса, - тот- - Это Иван! - Альфред приобнял мальчика за плечи, - Ваня, мой друг, про которого я говорил. При упоминании своего имени, Иван постарался не волноваться сильно, кивнув. - Мы с ним учимся в одной школе. Помнишь, - Джонс обратился к брату, - я рассказывал о музыкальном фестивале? Мы вместе выступали! - А...гм. Несмотря на то, что не только Брагинский чувствовал смущение, девочка, всё это время разглядывающая его, весело отозвалась: - Ха, тот, который на гитаре играл? Пока блондин пересказывал по кругу всю историю их знакомства, Иван позволил себе задержать взгляд на его брате чуть дольше, чем надо. Серьёзно, они не были близнецами, но отдельные черты лица явно указывали на их родство между собой. То есть, этот мальчик имел синие глаза и волнистые волосы. Хотя цвет их отличался от цвета волос Альфреда, тем не менее, они были такими же светлыми, с неким отливом в рыжеватый. И даже не учитывая их первую встречу, поведение брата уже считывалось наперёд. Они с Альфредом вообще не были схожи в характерах, судя по всему. Впрочем, всё это долго не продлилось. На радостях, Джонс усадил Ивана напротив двоих ребят, вытаскивая праздничный бенто-торт со свечами. На вопрос о том, где их мама, прилетел ответ в духе «на работе, вечером вернётся». Разве родители не должны в такой важный день уделить всё своё внимание ребёнку? И кстати, Альфред лишь упоминал присутствие своего брата, но не как ни девочки впридачу. Нет, Иван не был против, ничего такого, просто...неловко. - Я загадаю желание, - довольно промурлыкал Альфред, нависая над горящими свечками, - так-с, хочу... - Нет! Если ты скажешь это вслух, твоё желание не сбудется, - девочка сделала отрицательный жест пальцем, возвращая внимание на тихого Брагинского. Становилось чуточку легче, глядя на такого же тихого брата Альфреда. Серьёзно, они абсолютные противоположности с Джонсом, кто бы мог подумать. Пока блондин задувал свечи, девочка с нескрываемым интересом склонилась к столу, чуть повернув голову набок: - Тебя зовут Иван, да? - получив в ответ кивок, она вскинули руки, - меня зовут Мэй! Она внезапно протянула свою маленькую ладошку, чтобы пожать руку Ивана: - А он, - девочка указала пальцем на брата Альфреда, - Мэттью, да, Мэтт? Скажи что-нибудь. Удивительно, насколько Мэй была активной, прямо как Альфред. Из её стекловидных волос забавно выбивался один завиток, который всё время падал на её глаза. - Ага..., - казалось, Мэттью было не менее неловко, чем Брагинскому, - Альфред много про тебя рассказывал. Эта новость обескуражила Ивана. Много рассказывал? Было очень, очень интересно послушать, что конкретно. Но мальчик подавил в себе желание закидать подростков вопросами. В особенности когда Альфред задул свечи и плюхнулся на стул рядом с ним. Пока торт разрезался, он и Мэй не теряли возможности поразглагольствовать о всём. В очередной раз сдув лезущий локон в глаза, Мэй, уплетая кусочек торта, вдруг поинтересовалась: - Хэй, Иван, ты правда из России? - Мэй, Альфред же говорил уже..., - сказав это, Мэттью поджал губы под неодобрительным взглядом девочки, утыкаясь в свою тарелку. Пришлось заново терпеливо пояснять все стереотипы о русских. Впринципе, та же ситуация, которая возникла у них тогда с Альфредом. - Ага, по их улицам не ходят медведи! - с этими словами блондин похлопал Ивана по плечу, - и у них есть точно такой же Макдональдс, как и у нас, представляешь? Разговоры перетекали с одной темы на другую. В таком возрасте разве можно обсуждать что-то серьезное? Нет, конечно же нет. Тем более когда Иван сидел красный, как помидор, не в силах угомонить отстаивающего его "честь" Альфреда. - Серьёзно, чувак! Этот парень умеет обращаться с гитарой, это не так просто, как ты думаешь! Эта фраза, если что, прилетела на единственные слова, которые сказал Мэттью. Он всего-то сказал «сейчас многие ходят в музыкальные школы. Играть на инструменте не так сложно, как кажется». Под натиском Альфреда он немного стушевался, ведь не хотел каким-либо образом задеть Ивана. Он просто хотел разобраться, почему этот факт приводит Альфреда в восторг. - Держу пари, в нашей школе никто не сможет так, как Ваня. От этого громкого заявления Иван закрыл вспыхнувшее лицо руками, невнятно бормоча: - Джонс, перестань, пожалуйста. После слов Альфреда Мэй оживилась, широко раскрытыми глазами глядя на них обоих: - А покажи, как ты играешь? Это и правда очень трудно? Хотелось провалиться сквозь землю от стыда, в то время как Мэттью смущённо доедал кусочек торта. Наверняка он винил себя за то, что вообще завёл эту тему. - Ты не представляешь, как трудно! После струн ещё и мозоли на пальцах, очень болючие, - сделав глоток апельсинового фреша, Альфред недовольно буркнул, - Мэтт, ты просто ничего не понимаешь. Далее обстановка разрядилась мягкими шутками и подколами, из-за чего Иван стал чувствовать себя менее скованно. Собственно, Мэттью, кажется, тоже. Из рассказов Мэй, Иван узнал, что она из Тайваня, но с детства проживает здесь и хорошо знает английский. Она казалась дружелюбной и любопытной девочкой. Если судить по их с Мэттью взаимодействиям, они были хорошими друзьями. Между ними не было отчётливой химии, скорее Мэй просто любила тусоваться с Мэттью, просто потому что им было так комфортно. Мэттью представлялся неуверенным и стеснительным мальчиком, хоть и мягким. Он то и дело кидал на Ивана сочувственные взгляды, когда Альфред приставал к нему либо с расспросами, либо с бесконечными касаниями. - Альфред, - тихо, но твёрдо позвал его Мэттью в какой-то момент. Пока Мэй рассказывала свои истории, Джонс оторвался от сладкой газировки, кидая вопросительный взгляд на брата. Судя по из взаимодействиям, они часто препирались друг с другом и дурачились. А точнее: дурачился Альфред, Мэттью бесился на него. Дабы не перебивать Мэй, Мэттью аккуратно отозвался: - Ты зажимаешь Ивана, - он кивнул на руку блондина, перекинутую через плечи мальчика, - можешь наконец от него отлипнуть? Его скептический взгляд что-то дёрнул внутри Джонса, который в тот же миг показал ему в ответ язык, не обращая на него внимания. В целом, отчасти Мэттью был прав. Просто Альфред постоянно перекидывал руки через плечи Ивана, хихикая. Честно говоря, он выглядел таким сейчас счастливым, что Иван мог бы потерпеть его липучесть. В конце-концов, не то чтобы он был против. Хотя, казалось, он не должен был зацикливаться на этом факте, тем более когда напротив него сидела очень милая девочка. Было интересно выслушать объяснение, почему Альфред и Мэттью живут раздельно. Всё банально и довольно произачно; отец братьев, Артур, предпочитал северные страны южным. Его частым посещением была Канада, куда, собственно, Мэттью пошёл в частную школу. Являлось ли это согласованным решением родителей или же нет - точно сказать нельзя было. Мэттью переехал в Канаду, когда они были совсем детьми. Мальчики рассказывали, что родители не редко ссорились, в итоге это набирало такие обороты, что они позже разъезжались. Скорее, это были импульсивные решения, но никто особо не жаловался. Альфред выказывал явный протест куда-либо уезжать, с учётом того, что друзей в школе у него особо не было, да и перебранки со старшеклассниками имели свой вес. Однако он всей душой любил то, где он живёт. А Мэттью, в свою очередь, был более лоялен в этом вопросе, плюсом ко всему мальчик способный в отношении учёбы. Хотя и расставание с братом было для него болезненным. На каникулах, как в этот раз, он прилетал с папой к Альфреду. На руку играло совпадение с его днём рождения, поэтому братья были только рады. Они казались ровесниками, если присмотреться. На самом деле, Иван прекрасно понимал их чувства, ведь сам жил в отдалении от своих младших сестёр. К слову, в тот день Альфред действительно не отрывался от него. То есть, опять же, в тот миг они не были близки по всем канонам, но блондин и вправду растрогался. А может, между ними что-то произошло.

...

Тот день был другим, на это указывало абсолютно всё. Мальчику понравилось общаться с ребятами, учитывая его интровертность и новые лица. Ему также симпатизировал Мэттью, хотя он не показывал это открыто: всё ещё было немного неловко. В то время как Мэй, не замолкая, рассказывала про то, как мальчики из её класса бегают за ней и что она уже красится. Учителя часто делают ей замечания по этому поводу, но ей было как-то всё равно. Кому бы не льстило чрезмерное внимание к своей персоне? Можно обратиться с этим вопросом к Альфреду. После того, как подростки потрапезничали, встал вопрос: чем заняться? Не то чтобы уж вообще нельзя было себя поразвлечь ничем, однако выбор был не велик. Погулять? Жарко. Приставка? Быстро надоест. Компьютер? Там мамин рабочий стол.

...

- О! - внезапно Джонс с воодушевлением отозвался, качаясь на игровом кресле, - погнали в прятки? Здесь много места, где можно спрятаться. Конечно: салочки, комарик, выше земли и все подобные развлекухи не новы для детей их возраста. Ну и это всегда было занимательно, особенно когда людей достаточно. Что и стоило ожидать, все согласились. Кто-то с сомнением, например Мэттью, кто-то с охотным желанием, никто иная, как Мэй. Пока Альфред и Мэттью решали, кто же будет искать, Иван и Мэй стояли чуть поодаль, слушая их препирательства. - Мэтт, да ты плохо ищешь! На лице брата возникло возмущение: - Я? - он нахмурился, спокойно отзываясь, - кто бы говорил. Наблюдая за всем зтим со стороны, Иван боковым зрением видел, что Мэй то и дело поглядывала на него. По правде сказать, это немного напрягало. Вот и в какой-то из моментов, когда братья играли в "камень-ножницы-бумага", девочка вдруг повернулась к Брагинскому, молча оглядывая его с ног до головы. На замешательство со стороны мальчика, она вдруг лучезарно улыбнулась, касаясь своей ладошкой его макушки: - Ты милый, - она склонила голову, наблюдая за тем, как Иван засмущался, - и глаза у тебя такие необычные! Ого...неожиданно. И приятно. Он действительно был признателен за такой, казалось бы, искренний комплимент. Но почему-то в голове сразу возникла параллель с тем, как Альфред сделал ему ровно тот же комплимент. Ровно те же слова. Тогда, когда они играли в приставку впервые у него... Наверное, он просто уже привык к его пылкости. Наверное, с этим ему было легче жить... От волнения Иван поднёс пальцы ко рту, начиная грызть ноготь: - Спасибо, ты, ээ, - он покраснел, - ты тоже. Эти слова заставили её буквально сиять, хотя она явно знала, какой эффект производит на мальчиков. Может, она на полном серьёзе считала, что она нравится ему, ведь мальчики в её классе бегали за ней. Но Мэй, хихикая, вдруг добавила: - Альфред же тебя не обижает? Он тот ещё задира, - она посмотрела на двух братьев, - любит драться и спорить. А ещё он слишком болтливый. Всё это говорилось не с целью как-то высмеять подростка, а просто указать на его...она имела в виду, недостатки? Но Иван не считал это недостатками...ему думалось, что это подчёркивает индивидуальность его друга. Искренне изумившись её вопросом, мальчик чуть заторможенно пробормотал: - Мгм, нет, конечно нет, он..., - бросив взгляд на нахмуренного Альфреда, Иван смущённо прибавил, - ...хороший...друг. Стоило ли что-то сказать ещё? Взглянув на девочку, он решил пояснить: - То есть, мне кажется, он забавный. Иногда он слишком много говорит, но он также защищал меня... - Защищал? - Мэй подняла брови, - от старшеклассников? Или от противных взрослых? Хотелось сказать оба варианта. Анализируя его поступки, разве это не было показателем зарождающейся близкой дружбы между ними? Может быть, он хотел быть ближе к Джонсу... - Ну, наверное...- Речь прервали, когда недовольное бормотание Мэттью и издевательский смех Джонса заполнили всю комнату. - Ага, я и не сомневался, что выиграю! - блондин деловито покачал головой, - я становлюсь старше, и оттого хитрее! На эти громкие слова Мэттью лишь раздражённо закатил глаза, кинув молчаливый взгляд на стоящих в стороне ребят. Казалось, если бы не свидетели и гости, он бы дал Альфреду по шапке. - И тупее... К счастью, эта тихая фраза не была услышана Альфредом, который, выходя в коридор, кинул через плечо: - Прячьтесь, я считаю до тридцати. Конечно, понятное дело, прирождённый лидер и заводила - Альфред Фредерик Джонс. Боже, он действительно не утратил своего напыщенного самодовольства даже сквозь года. Как только дверь прихожей захлопнулась, из коридора раздался мальчишеский протяжный и громкий голос: - Ра-аз...два-а... Ребята, переглянувшись между собой и фыркая от смеха, разбрелись по разным частям квартиры кто куда. Интерес тут же захлестнул с головой, а некий адреналин разлился в крови. Именно тот самый азарт. Их игра продолжалась ещё продолжительное время, сменяя тех, кто ищет остальных один за другим. Каждый прятался куда душа лежит, стараясь как можно дольше быть невидимым: кто-то под стол, кто-то под кровать, а кто-то и вовсе за дверь. Условие было поставлено чётко: каждый сам за себя. Это означало, что в паре нельзя было прятаться, нужно было искать раздельные места. И всё именно так и текло, никто не нарушал правила. До поры до времени.

...

- Девять...Десять... Иван буквально на носочках сновался по комнатам, лихорадочно выискивая местечко, где можно было спрятаться. Дела шли плохо, ведь многие хорошие места были либо заняты ребятами, либо давно уже раскрылись. Заглядывая в углы, он прислушивался к голосу Мэй, которая медленно и текуче высчитавала секунды. - Пятнадцать...Шестна-адцать... Ничего подходящего всё не было. Чёрт, это начинало напрягать, ну не попадётся же он первым? Это будет слишком унизительно. Все надежды практически иссякли, если бы не... - Ваня? Вань, повернись. Громкий шёпот Джонса прозвучал из приоткрытой двери, кажется...его родителей? Туда обычно никто не заходил. Никто из них там ещё не находился. - Джонс? Предельно ясно, что они идут против правил. Но кому, как не им, этим заниматься? - Девятнадцать.... Показывая жестом соблюдать тишину, Альфред поманил рукой мальчика, кивая в комнату. Отчаяние и надежда, что их не раскроют, подбодрили Ивана, и он пулей влетел в комнату. - Тс-с, тихо, - блондин взял его за руку, осматривая комнату, - давай вместе спрячемся? Иван вообще не был против, но всё же условия не позволяли этого. - Вместе? А правила... - Пфф, да кому не всё равно, - цокнув, Джонс повёл их к родительскому шкафу, - ничего страшного. Волна странного удовлетворения и тепла окатила тело мальчика и он сжал в ответ горячую ладонь старшего. Интригующе. И заманчиво.

Нарушители правил

- А твои родители не будут ругаться? - сквозь хихиканье спросил Иван, с сомнением глядя на то, как Альфред открывает дверцы. - Двадцать три-и... Резво сдвинув вещи по сторонам, блондин, залезая вовнутрь, пробормотал: - Они не узнают. Это было почему-то очень смешно. А ещё неловко, ну, сами понимаете, в каких тесных условиях они должны были сидеть в этом шкафу... - Двадцать пять... Альфред, пристроившись в куче родительских вещей, зашуршал одеждой, кажется, расчищая и для Ивана место. Хотя оставалось буквально несколько секунд, Иван всё ещё не залез, выжидая, когда это представится возможным. - Чёрт, я не успею сейчас... - Двадцать восемь... Внезапно за запястье потянули, вынуждая податься вперёд, чтобы залезть. - Успеешь, не стой, давай-давай, - сквозь робкий смех мальчика, Альфред помог ему залезть, попутно закрывая за ним дверцу, - вот так, отлично. - Тридцать! Кто не спрятался, я не виновата. Прикрыв ладонью рот, Альфред прыснул со смеху, освобождая чуть больше места для Ивана. Честно сказать, было слишком тесно. В нос ударил тут же мужской дорогой парфюм, из чего следует сделать вывод, что это парфюм отца Альфреда. Пара вешалок упала, на каких-то висели тёмные пиджаки и брюки, заслоняя обзор, делая пространство практически непроглядным. В отдалении лишь слышались неторопливые шажочки и бормотание себе под нос из разряда «та-ак, куда вы делись?» или «ага, ну ничего, я всех найду». Мальчики слышали чуть сбитое дыхание друг друга, будто за ним последует ритм сердцебиения. В темноте нельзя было разглядеть абсолютно ничего, однако комфорт и уют создавали наверняка дорогостоящая одежда, мягкая наощупь, и тепло чужого тела. Прислушиваясь к звукам Мэй, Иван склонился к отверстию в дереве, наблюдая край кровати. Больше он ничего не мог видеть из-за маленького периметра щели. На плечо немного навалились, а чужие гладкие волосы коснулись виска: - Держу пари, оф, нет, я буквально уверен, - Альфред тихо посмеялся, стараясь говорить шёпотом, - что она будет искать нас долго. Иван непроизвольно вздрогнул, когда эта фраза была сказана ему на ухо. Тот почти касался губами его мочки. - Ээ, н-наверное, - Брагинский выдавил из себя смешок, незаметно для Альфреда грызя ноготь. Ведь если бы блондин заметил, что он снова это делает...

...

- Хэ-эй, куда все пропали? - плаксивый девичий голос разнёсся по комнатам, а топот носков стал будто раздражительнее. - Пфф, ха! Вообще не парься, - блондин теперь сидел вплотную к мальчику, - она точно не найдёт нас. Иван никогда раньше не ощущал такие... неописуемые, необъяснимые чувства. То есть, ему не было противно от странной, хотя и невинной близости. Это просто было чем-то новым, таким непонятным, но в то же время интересным. В тот момент он забыл о Мэттью, которого, судя по радостным возгласам девочки, нашли. - Ага, нашёлся! - Оо, я что, первый? В голосе Мэттью читалась нелепая грусть от того, что его нашли самым первым. - Я не могу найти этих двоих. - На самом деле я сам не знаю, куда они делись. - Неужели в этом доме так много места, где можно спрятаться? - Не думаю...ты везде посмотрела? - Кажется да, но я посмотрю ещё раз! Разговор постепенно стих и Иван почувствовал некое удовлетворение, ведь их не могли найти. Хотя место, где они прятались, было до невозможности банальным и простейшим. Но ребята, похоже, даже не глядели в сторону родительской спальни. То ли из-за её неприметности, то ли из-за страха... - Ну вот, разве я не супергерой? - Альфред заёрзал на месте, поправляя висящую одежду, - если бы я не предложил здесь спрятаться, ты бы и дальше...- - Эй, перестань, - буркнул Иван, напрочь прерывая эту самодовольную речь мальчика. Хотя, конечно же, он был частично прав в своих словах. - Пфф, окей, - вздохнув, Альфред вдруг положил голову на его плечо, - здесь уютно. А ещё хочу те карамельки, которые ты мне подарил. Выпустив смешок, Брагинский вновь посмотрел в щель, проверяя пространство: - Тебе торта не хватило? Блондин цокнул, приподнимая голову на уровне его уха: - Ты же знаешь, как я хотел их попробовать! - его шёпот был чересчур громким, - тем более это мой подарок, имею право. Топот шагов заставил Альфреда замолкнуть и он вновь упёрся щекой в худое плечо мальчика. Тепло и мягко, прямо тут бы заснул. Ничего толкового в речи друзей не было: Мэй лишь жаловалась на то, что больше не будет играть с ребятами в прятки, а Мэттью лишь редко что-то бубнил ей в ответ. Спустя некоторое время молчания, Альфред вдруг тихо и робко пробормотал: - Спасибо ещё раз за него... Иван аж выпрямил спину, из-за чего Джонс вздрогнул, но не отлип. - Да брось ты, мы же...друзья как никак... Эта смущенная речь в сочетании с застенчивым голосом что-то перевернула внутри блондина. Какой-то порыв, неконтролируемый и сильный, подталкивал его сделать глупость. Оценит ли это Иван? Пребывая в сомнениях, прислушиваясь к своему бешеному сердцебиению, Альфред не услышал, как звуки шагов стали намного ближе к их комнате. - Да, э-эм, это ты верно подметил. Друзья. Иван сам это сказал. Наконец-то у него действительно появился настоящий друг, которому он мог доверять.

...

Свои безрассудные поступки.

Ему как никогда хотелось сделать это сейчас. Впервые. С мальчиком

В темноте не было видно абсолютно ничего. Но перед тем, как это произошло, Иван увидел лишь блики в глазах Альфреда от света из щели, а после... Тёплые ладошки мягко, слегка неумело обхватили его челюсть, а затем Джонс, наверное, от волнения, несвойственно писклявым голосом сболтнул: - Я-я, о-ох, можно мне- Он даже не договорил, вдруг резко чмокнув мальчика в щёчку. Боже, такую неловкость Брагинский не испытывал, кажется, никогда. Острый кончик его носа коснулся горящей кожи Ивана, а дрожащие руки невесомо касались его челюсти. Этот неряшливый и быстрый поцелуй был таким детским, как если бы Альфред поцеловал свою маму. Но оттого это было...так...мило. То есть, в их школе мальчики часто могли целовать друг друга в щёки и лоб, это не считалось чем-то плохим или порицаемым. И то, что это сделал Альфред...с ним...давало мальчику чувство гордости и некого озорства. Тем более, когда это делают с тобой впервые. Когда Альфред отстранился, Иван в смятении лишь выдавил из себя: - Аоэ-э, мм, что- Внезапно дверцы широко распахнулись, дневной свет мигом проник в их тёмное пространство, заставляя хмуриться от контраста. Джонс тут же отодвинулся от мальчика, чтобы не вызвать лишних вопросов. - Так вот вы где! - зло вскрикнула Мэй, а из-за её плеча выглянула голова удивлённого Мэттью, - ещё и двое, мы же договаривались прятаться по отдельности! Джонс, дабы сбавить градус неловкости и напряжения, обворожительно улыбнулся, строя глазки девочке: - Ну-ну, разве тебе не было интересно? Глядя на неё из-под своих длинных ресниц, он добавил, по-детски дуя губы: - Наша умница Мэй справилась со своей миссией! Хочешь карамельку дам? На этом всё и закончилось, по сути. После произошедшего блондин весь вечер, на удивление, практически не обращался к Ивану. Словно не знал теперь, как с ним себя вести или как к нему относиться. Было очень, очень неприятно и даже обидно. Иван не предпринимал активных и настойчивых попыток завязать с ним разговор или расспросить его о проблеме, ведь сам стеснялся. Честно говоря, импульсивность Альфреда выбила обоих из равновесия. Может, Джонс жалел о содеянном и ему не понравилось? Или...сам застеснялся, решая спустить всё на тормоза. Эта детская непосредственность сейчас была не в тему. С Мэттью Иван стал общаться чуть больше, узнавая о нём разные факты. Ему показалось, они бы вполне могли задружить, как и с Альфредом, учитывая их внешнее сходство. Но, поправочка, Ивану внешность Альфреда нравилась в разы больше...

***

- Хорошо, но в следующий раз - ты, - Мэй, обуваясь, кивнула на Ивана, - сыграешь нам на гитаре! Был поздний вечер, мама братьев давно сидела в гостиной, увлечённо смотря телевизор. Его белый шум и шипение создавали уют и комфорт в квартире. Не хотелось никуда уходить. За Мэй уже приехала её мать, как выяснилось. К слову, мама Ивана тоже вот-вот должна была подойти, чтобы забрать его. Если честно, хотелось побыть ещё немного с ребятами, но Джонс...он словно избегал мальчика. Как только Иван глядел в его сторону, тот тут же отворачивался или делал вид, что не замечает его взгляда. Откровенно говоря, Иван просто-напросто был растерян и всё оставшееся время ожидания мамы, он гадал, что могло пойти не так. Кстати, карамельки Альфреду в итоге понравились... Мать Мэй приехала и ребята вышли во двор проводить её. Их машина была, на вид, очень даже неплохой, учитывая глянцевую тонировку, мощные двигатели и её размер. Чуть погодя, мама Альфреда сказала, чтобы Иван собирался, ведь за ним сейчас уже зайдут. Не то чтобы Иван не рвался домой после их конфуза с Джонсом... Накидывая на плечи свою чёрную ветровку, Иван взял свой рюкзак, собираясь прощаться с ребятами. Он понятия не имел, что говорить Альфреду. Обменявшись парой тёплых фраз с Мэттью, он украдкой взглянул на переминавшегося с ноги на ногу блондина. Тот сейчас выглядел очень неловким и покрасневшим. - Альфред съел всю коробку карамелек..., - шепнул ему на ухо Мэттью, помахав на прощание рукой, чтобы затем вернуться в гостиную к матери. От этой фразы Иван хихикнул, поглядывая в сторону входной двери. То есть, это всё? И что им сейчас делать? Неловко озираясь по сторонам, Альфред, когда этого не ожидал Иван, вдруг подался к нему вперёд, чтобы заключить в объятия. Обнимая за шею мальчика, он вдруг стал бубнить что-то вроде «и-извини, ты же не сердишься?» или «Господи, это слишком глупо», а потом ещё и «мне так понравился твой подарок». Такой поток слов и эмоций застал Ивана врасплох, который осторожно приобнял подростка за лопатки. Это было...это было очень, очень неловко. - Всё в порядке... Альфред отстранился от него, сперва взглянув на дверь гостиной, проверяя, нет ли там никого, после чего взъерошил свои волосы, смущённо переведя взгляд на мальчика. - Ты...- Его прервал голос матери которая вдруг крикнула из гостиной: - Альфи, проводи Ваню, за ним мама пришла! На лицах обоих мальчиков появилась тень разочарования, но перед тем, как проводить его, Джонс быстро протараторил: - Можно я...сделаю это ещё раз? И, не дав больше ничего сказать, он, заведя руки за спину, клюнул мальчика в щёчку, при это сказав: - Спасибо, что пришёл, было весело. Слов не было. Брагинский молча смотрел на красного блондина, который стеснялся даже посмотреть ему в глаза. Сейчас этот подросток вёл себя прямо как Иван. Где же этот наглый и беспечный мальчик? Так непривычно было видеть его таким. Сглотнув, Иван еле слышно пробормотал: - Я тоже был рад здесь быть... Альфред улыбнулся его словам, лихо обувая какие-то ботинки, на ходу произнося: - Пойдём, я провожу тебя. Но проблема была в том, что Иван чувствовал, будто их прощание осталось незавершённым. Будто он хотел что-то добавить, сказать, сделать, но не решался. Поэтому он сосредоточенно следил за тем, как Джонс открывает дверь квартиры, выходя в подъезд со словами: - Твоя мама будет ругаться, если будешь так стоять. Это было сказано насмешливо, специально, как обычно мальчик любил ехидничать. Брагинский лишь согласно промычал, следуя за ним по лестничному пролёту. Он всё метался между тем, чтобы обнять на прощание Альфреда и попросить кое о чём, и тем, чтобы оставить всё как есть. Ему понравилось, как они все провели время. Когда они вышли во двор, вокруг стояла темень, но уличные фонари освещали проходы и асфальтированные дорожки. На площадке почти не было людей, лишь несколько подростков и двое взрослых, мирно качающихся на качелях. Вокруг было спокойно и тихо, прохладный ветер немного моросил, но после активного времяпрепровождения в квартире, это освежало. Оказалось, что за парочкой машин на дорожке стояла мама Ивана, с кем-то разговоривая по телефону. Кажется, она была настолько погружена в разговор по ту сторону трубки, что не замечала их двоих. - Моя мама сказала, чтобы вы потом позвонили, когда придёте домой. Иван обернулся к блондину, который поглядывал на его мать, после выжидающе глядя на него. Как будто не решался попрощаться, а может, всё ещё стеснялся. Всё-таки, это был его первый день рождения с близким другом. - Хорошо, ам- Время было уходить. Но чёрт, ему совсем не хотелось теперь. Однако немного поразмыслив, Иван решился сделать то, что планировал. То есть, для всех остальных это было настолько незначительно, но для него, почему-то, сделать такое было жестом близости и внимания. На лице Альфреда был, казалось, налёт грусти и потухшего веселья. Но когда вдруг Иван повернулся и крепко прижался к нему, обнимая за плечи подрагивающими руками, эти эмоции сменились на замешательство. Нет, просто это было неожиданно. Второй раз за вечер обниматься? Да ещё и сам Иван это сделал?

...

- Пожалуйста, давай завтра погуляем? - куда-то в плечо пробормотал невнятно Иван, зажевав все слоги. Забавно. Блондин, оклемавшись, немного неловко провёл ладошкой по его спине, смеясь: - Конечно! Почему ты спрашиваешь? - Нет, я..., - Иван, вспомнив, что слишком долго держит его в объятиях, быстро отстранился, - а где? Ему ответили не сразу. В свете уличных фонарей и кожаной отцовской куртке Джонс выглядел взрослее. Может быть, это было самовнушение, ведь сегодня его день рождения как никак. Блуждая по лицу Ивана взглядом, он проморгался, немного сбивчиво ответив: - А-эм, не знаю, а ты где хочешь? Сложно. Иван просто пожал плечами. - Завтра будет тепло...мы могли бы пойти на площадку или...- - Давай на площадку. Альфред не дал ему договорить, фактически перебивая. Но то, с какой улыбкой он это сделал... Знаете, когда человек наблюдает за каким-то зверьком, чуть улыбаясь, заведомо считая его глупым. Наверное, самое точное и нелепое объяснение. Но это была не открытая насмешка, а словно что-то глубже. Как будто Джонс всё ещё изучал его, как будто анализировал. Сделав на основе этого свои незрелые выводы, Иван ощутил в своей грудной клетке бурю эмоций. Может быть, гормоны разбушевались. С блондином он всегда открывал всё новые для себя ощущения. - Хорошо. Они застыли на месте. Никто не шевелился и к сожалению Альфред тоже молчал. Быть может, он забыл, что они должны расходиться? От того, что на него молча смотрели, будто рассматривая, Иван покраснел, заикаясь: - Я-я, э-э, наверное п-пойду? - чувствуя себя глупо, он поспешно добавил, словно суетясь, чтобы заполнить тишину между ними, - там просто...там просто мама, э-э, мама ждёт. Ну, будет ругаться и всё такое...- - Конечно, увидимся завтра, Вань. Всё это время Альфред с не читаемой улыбкой слушал его сбитую речь, как будто смотрел самый интересный, какой только можно было придумать, фильм. А последнюю фразу сказал так спокойно, что Ивану стало стыдно за свою несдержанность. Чёрт возьми, он слишком сильно нервничает. Этот обычно гиперактивный подросток, который своими выходками зачастую строит из себя глупышку, сейчас вёл себя так...так...по-взрослому. - Мгм, да, увидимся, - Иван неуклюже развернулся, махнув рукой на прощание, - до завтра. Создавалось стойкое ощущение, словно между ними меняется что-то. Может, они потихоньку взрослеют, становятся ближе, ведь время не стоит на месте. Но...как будто Иван всё ещё плохо знает Джонса.