Убийственный металлический жёлтый кролик и конференция учителей.

Пятый день учёбы, а Освальд всё ещё не нашёл отца. Возвращаться к этой чёрной дыре становилось всё труднее, ноги устали от постоянной ночной беготни, да и в школе было несладко. Сейчас он лежал в постели. Солнце светило в окно, и грудь его сильно сдавливала. Или, может быть, это была просто его кошка. “Хмф” он легонько почесал кошку под подбородком, уголки его губ слегка изогнулись в улыбке. Он с трудом выбрался из кровати, всё ещё чувствуя тяжесть в груди. Однако мысли его не выходили за рамки другого животного. Золотистого кролика, которого, похоже, все считают его отцом. Он содрогнулся при мысли о нём, собирая школьную сумку и спускаясь вниз. Спускаясь по деревянным ступенькам, он пытался убедить себя, что кролика, возможно, нет на кухне, и дрожащими руками держался за перила. Придя на кухню, Освальд огляделся. “Мама?” позвал он. Ответа не было. Его мамы, которая обычно стояла за прилавком и желала ему хорошего дня в школе, не было. Куда она могла деться? Может, кролик... Нет, нет, Освальд! Не думай так! подумал он про себя. Если бы он убил маму, это бы означало, что его отца уже не было! Он полез в сумку и вытащил старый-престарый отцовский телефон. Руки у него дрожали, когда он звонил, ожидая ответа. “Оз?” раздалось из телефона. “Мама!” с облегчением крикнул он. “Оз, зачем ты меня позвал? Тебе что-то было нужно? Твой отец сжёг дом, пытаясь приготовить еду?” “Г-где ты, мам?” “Я в больнице, оставила записку на холодильнике, что буду работать в двойную смену. Ты же не разучилась читать, правда?” Освальд слышал, как она улыбается, рассказывая шутку. Освальд облегчённо вздохнул. Голос матери принёс ему самое успокаивающее чувство за всю его жизнь. Успокоение уступало лишь тому моменту, когда жёлтый кролик его не нашёл. “Кстати, Оз. У тебя сегодня родительское собрание, тебя туда отведёт папа” “Родительское собрание? Но ведь сегодня пятый день в школе?” Освальд знал ответ. Всё в этом городе либо мертво, либо умирает, и, скорее всего, без надлежащего финансирования школа скоро закроется, а им просто нужно было выставить итоговые оценки. “Это немного странно, но ты ведь не против, да?” “Н-но это не папа! Почему ты мне не веришь?” Мама Освальда вздохнула: “Пока, Оз”. И повесила трубку. Страх Освальда вернулся, когда он вышел на улицу. Сердце, вероятно, ёкнуло, когда он увидел кролика на водительском сиденье машины, ожидающего его. В его ярко-голубых глазах читалось беспокойство. “Хм, я просто пойду в школу пешком” сказал он кролику. Он сам не знал, почему. Лучше бы он не говорил ему, куда идёт. Освальд прошел несколько шагов по тротуару, стараясь не обращать на него внимания. Визг Освальд посмотрел налево и увидел кролика, терпеливо ожидающего, когда он сядет в машину. “Н-нет, спасибо” заикаясь, пробормотал Освальд. Каждый раз, когда Освальд делал несколько шагов вперед, кролик следовал за ним на папиной машине. Чем дольше это продолжалось, тем сильнее раздражало. Может, лучше просто сесть в машину? Если он не сядет, кролик-самозванец убьёт его в гневе? Что бы… БИИИП! Освальд подпрыгнул. Кролик что, серьёзно ему только что просигналил?! Он сверил время по часам, установленным в папиной машине. Он ведь опаздывал в школу, да? Освальд вздохнул и нерешительно сел на заднее сиденье, вместо своего обычного переднего. Поездка до школы заняла меньше нескольких минут, но показалось, что прошла целая вечность. “Что ты сделал с моим отцом?” Освальд нарушил молчание, хотя и знал, что ответа не будет. Кролик на секунду оторвал взгляд от потрескавшейся пустой дороги, чтобы взглянуть на Освальда в зеркало заднего вида, прежде чем снова посмотреть на дорогу. Наконец они прибыли в начальную школу Уэстбрук. Освальд выскочил из машины. Он не хотел находиться рядом с этой штукой. Он даже не хотел дышать с ней одним воздухом. Он помчался по коридорам в свой класс, не желая больше думать о жёлтом кролике. Он просто хотел, чтобы папа вернулся. “Освальд, ты опоздал на урок” довольно строго сказала миссис Мичем. “Извините…” пробормотал Освальд, садясь на свое место.

***

Дзвонок В прошлом году Освальд был бы рад услышать этот звонок. Теперь — не очень. Но этот кролик ни за что не явится на собеседование, верно? Некоторые настоящие родители не приходят, так зачем же тогда нужен этот смертоносный металлический кролик? Но тут Освальд услышал металлический лязг, нет, металлические шаги. Инстинктивно Освальд попытался найти, где спрятаться. В шкафчике, под скамьей, под столом? Куда же ему пойти? Ход его мыслей прервал человек, который, вероятно, не думал ни о чём за всю свою жизнь. Дилан. “Ну, это же Освальд-енот!” хихикнул он. “У меня нет на это времени, Дилан! Он идёт!” закричал Освальд. “Кто? Твой отец? Он тоже енот, как и ты?” спросил один из приспешников Дилана. Ну и ругательства у них не из приятных. “Н-нет! Он…” Освальд замер на месте, увидев ярко-голубой глаз кролика. Тяжёлый металлический лязг приближался. Увидев взрослого, который мог доставить им неприятности, хулиганы быстро убежали. Освальд поднял взгляд, и, возможно, ему почудилось, но кролик, прищурившись, посмотрел на них. Он выглядел немного расстроенным... или, может быть, он сосредоточился на том, как будут выглядеть их лица после того, как их ударят ножом и окровавят. Скорее всего, последнее. Освальд шёл в кабинет директора, а за ним шёл металлический кролик. Освальд дрожал как осиновый лист, поскольку никто, казалось, не замечал, что за ним идёт не обычный человек. Серьёзно, как он мог это сделать? Он что, оборотень? У него было устройство, частота которого заставляла что-то выглядеть как что-то другое? Нет, это глупость. Первая теория звучала более правдоподобно. Освальд открыл дверь кабинета директора, таща за собой своего кровожадного кролика. Директорша оторвалась от бумаг, которые разбирала. Без сомнения, это были табели успеваемости Освальда. Обычно Освальд в такие моменты волновался. Беспокоился о том, что подумает отец, если он получит плохую оценку (хотя отец никогда на него не кричал и не наказывал, а старался помочь ему справиться с предметом). Но теперь, похоже, у него были проблемы поважнее. “О, мистер Уильямс”. Директорша подняла взгляд. “Вы пришли немного раньше, чем ожидалось. Я пойду позову миссис Мичем”. Директорша набрала номер служебного телефона, чтобы вызвать миссис Мичем, которая вошла меньше чем через минуту. Миссис Мичем улыбнулась, глядя на то, что, по её мнению, было папой. “Добрый день, мистер Уильямс. Я здесь, чтобы поговорить с вами о вашем сыне”. Освальд почувствовал, как в его желудке закипает гнев. Это был не его отец. Это был не его сын. Почему никто этого не замечает? Миссис Мичем долго говорила о его оценках, упоминая, что он очень хорошо разбирается в искусстве, но не так хорошо разбирается в истории или физкультуре. “Он ещё и знаток науки, особенно инженерии. Не думаю, что видела такого ребёнка. Он починил мою электрическую точилку”. Миссис Мичем улыбнулась. При упоминании инженерии кролик посмотрел на Освальда. Освальд не смог понять выражение его лица. “Похоже, у него большое будущее в изобретательстве и инженерии. Вы, должно быть, очень гордитесь им, мистер Уильямс”. К удивлению и ужасу Освальда, существо положило руку ему на плечо. Его металлическая рука была холодной и совсем не походила на тёплые руки отца. “Да, я горжусь.” сказал он. Освальд в шоке посмотрел на него. Оно могло говорить. Голос был низким, хриплым и искажённым, словно накладывалось друг на друга. Один из этих голосов принадлежал отцу, другой он не мог назвать, и, похоже, это был самый низкий голос, который он когда-либо слышал. Он больше походил на рокот, чем на человеческий. И ещё он был... британским? Миссис Мичем улыбнулась, и на этом интервью, похоже, было завершено.

***

Когда они вышли из кабинета директора, Освальд сердито посмотрел на Не-папу. “Ты мог говорить всё это время?” спросил он слишком громко. Не-Папа даже не взглянул на него, пока они шли к машине. Зато он взглянул на Дилана, когда они проходили мимо. Который был без сопровождения родителей.Освальд посмотрел на него, понимая, какие мысли крутятся у него в голове, но решил промолчать. Пока они шли, кролик схватил Освальда за плечо. На секунду Освальд подумал, что всё, он умрёт, что он схватит его, отнесёт в уединённое место и прикончит, но нет. Как и в офисе, это был знак... ласки. Да, он был холодным, но нежным. У Освальда всё перевернулось с ног на голову. Почему эта штука не только притворялась отцом перед всеми остальными, но и Освальдом? Неужели он думал, что Освальд не заметил, что похитил его настоящего отца? Ни за что, правда? подумал Освальд. Хотел ли он быть отцом Освальда? От этой мысли Освальду хотелось блевать. Он хотел вернуть папу. Он хотел снова посмотреть с ним матч Зендреликса против Мехазендреликса. Поиграть в настольные игры. Отвезти его в пиццерию «У Джеффа», пока он жалуется на всё подряд, а папа бы просто слушал. Не то, что это было. Он чувствовал, что вот-вот заплачет, он чувствовал ту же боль в горле, которая возникала всякий раз, когда он пытался сдержать слезы. Глаза жгло от слёз. Когда они подошли к машине, Освальд уже собирался сесть на заднее сиденье, но тут произошло нечто поистине ужасающее. Гладь. Гладь. Большой жёлтый металлический кролик, который, скорее всего, убил детей и похитил папу... погладил его по голове?! Он как будто пытался сказать... Вот, вот. Освальд быстро сел в машину, прежде чем случилось что-то более шокирующее. Хуже всего было то, что он почувствовал, что ситуация стала немного менее пугающей. Папа никогда раньше не гладил его по голове, он обычно ерошил ему волосы. Как же эта штука могла его успокоить? Да, его точно стошнит.

***

“О боже” сказала мама, глядя в телевизор. “Пропал мальчик из вашей школы…” Она посмотрела на Освальда, чтобы увидеть его реакцию. “Правда? Кто?” Освальд посмотрел на маму, хотя уже знал ответ. “Какой-то бедный мальчик по имени Дилан”. Должен ли я... должен ли я рассказать кому-нибудь? спросил он себя. Но ему всё равно никто не поверит, верно? Вздохнув, он вернулся к зарисовкам, пытаясь придумать новый план, как вернуть своего настоящего отца. Он больше никогда не хотел видеть золотого кролика! “Может быть, теперь твой отец должен возить тебя на машине. Попробуй представить это как классическое время для отцовско-сыновнего общения” улыбнулась она.