Эффект Бабочки из Железа

Моя новая комната за несколько дней превратилась из святилища подростка в филиал оружейной мастерской пришельца из другого измерения. Запах пыли и старых книг сменился едким ароматом канифоли и перегретого пластика. На полу, среди разбросанных учебников по тригонометрии, валялись мотки проводов, разобранные печатные платы от старых телефонов и паяльник, который я купил на сэкономленные с обедов деньги. Он был жалок. Вся моя лаборатория была жалкой, но она была моей. Родители, Сара и Дэвид, заглядывали пару раз. Дэвид, мой новый отец-коп, с подозрением оглядел хаос, но, увидев на столе пару собранных схем для мигающих светодиодов, лишь хмыкнул. – Решил в радиолюбители податься, сын? Похвально. Только дом не спали. Сара была в восторге. «У Тони появилось новое хобби! Это так развивает!» – щебетала она. Они видели то, что хотели видеть: их сын-тихоня наконец-то нашел себе увлечение. Они и представить не могли, что на их кухонном столе, пока они пьют утренний кофе, их «сын» разрабатывает технологию контр-наблюдения, чтобы предотвратить похищение и убийство. Ирония была настолько густой, что ее можно было резать ножом. Главным достижением первых дней стал маячок. Я выпаял GPS-модуль из старенького смартфона, запитал его от миниатюрной литий-ионной батареи и собрал простейший передатчик, способный отправлять свои координаты на зашифрованный сервер, который я наспех развернул на дешевом хостинге. Вся конструкция получилась размером с ноготь большого пальца. Ювелирная работа, даже по моим старым стандартам. Оставалось придумать корпус. Что-то, что Рэйчел будет носить постоянно и не заподозрит подвоха. Я перебрал десятки вариантов, пока не наткнулся в сувенирной лавке на дешевый кулон. Посеребренная цепочка и небольшой кристалл искусственного горного хрусталя, который красиво играл на свету. Он выглядел достаточно стильно для королевы школы, но был достаточно дешев, чтобы подарок от «простого парня» не выглядел подозрительно. Я аккуратно вскрыл оправу камня, поместил туда свой маячок и залил все эпоксидной смолой. Готово. Мой маленький троянский конь. А вот с оружием все было… сложно. Язык не поворачивался назвать это иначе, кроме как «полное дерьмо». Первые несколько ночей я, как одержимый, пытался собрать что-то действенное из подручных материалов. Мой мозг генерировал чертежи репульсоров, лазеров, звуковых пушек. Но мои руки могли работать лишь с тем, что было доступно: сантехнические трубы, изолента и баллончик со сжатым воздухом из магазина для чистки компьютеров. Я собрал пневматическое ружье, стреляющее заточенными болтами. Оно работало. На расстоянии пяти метров даже могло пробить толстый картон. Это был просто смех по сравнению с тем, что я создавал раньше. Я, человек, собравший броню, способную выдержать удар молота бога, теперь мастерил плевательную трубку на стероидах. Унизительно. Мысль об оружии отца приходила и уходила. В его сейфе лежал стандартный «Глок». Надежный, смертоносный. Но подставлять этого человека, который, пусть и в чужих воспоминаниях, был ко мне добр, я не хотел. Если что-то пойдет не так, он будет первым, кого начнут проверять. Нет, это не вариант. В итоге я сдался и, скопив еще немного денег, отправился в оружейный магазин на окраине города. Я чувствовал себя идиотом, заполняя анкету и показывая свое новое, восемнадцатилетнее удостоверение личности. – Мне нужен электрошокер. Самый мощный, какой у вас есть для гражданских. Продавец, усатый мужик в камуфляжной жилетке, смерил меня оценивающим взглядом. – Для самообороны, парень? – Для научного эксперимента, – буркнул я, пряча глаза. Я вышел из магазина с тяжелой коробкой в кармане куртки. Шокер. До чего я дожил. От дугового реактора, питающего целую башню, до батарейки, способной пустить разряд, от которого у мужика среднего телосложения сведет мышцы. Прогресс налицо. Но если с технической стороной плана все было туго, то с социальной… все шло как по маслу. Рэйчел была ключом. И этот ключ, кажется, сам поворачивался в мою сторону. Мы стали проводить вместе все больше времени. Переписывались вечерами обо всем на свете – от квантовой физики (я старался упрощать до уровня «научно-популярного фильма») до последнего альбома какой-то инди-группы. На занятиях мы теперь всегда сидели вместе. Иногда обедали в школьной столовой, вызывая настоящую бурю. О, эти взгляды. Я чувствовал их на своей спине. Смесь недоумения, зависти и презрения. Вчерашний тихоня, серая мышь, и королева школы, местное божество. Это ломало все шаблоны школьной иерархии. Виктория Чейз и ее свита смотрели на меня так, будто я был каким-то экзотическим насекомым, прилипшим к подошве их дорогой обуви. Пусть смотрят. Я не собирался снова становиться невидимкой. Это моя жизнь теперь. И я собирался прожить ее на своих условиях. Эти несколько дней были самыми насыщенными за всю мою новую жизнь. Рэйчел Эмбер. Тони Старк определенно был не похож на других. Совсем. Сначала это было просто любопытство. Загадка. Тихий парень, который внезапно обрел голос и стальной стержень в позвоночнике. Но чем больше я с ним общалась, тем больше понимала, что дело не в простой перемене настроения. С ним было интересно. По-настоящему. Он мог с одинаковой легкостью рассуждать о символизме в фильмах Дэвида Линча, объяснять, почему двигатель в машине моего отца работает неэффективно, и цитировать Шекспира, при этом умудряясь не выглядеть как заносчивый ботаник. Я так и не смогла найти тему, в которой он бы не разбирался. Он был похож на старую, мудрую душу, запертую в теле подростка. Рядом с ним все остальные казались… плоскими. Нейтан со своими вечными нервными срывами. Спортсмены со своими разговорами о матчах. Даже Фрэнк… Я рассталась с Фрэнком. Написала ему короткое сообщение, что все кончено. Без скандала, без обвинений. Я просто написала, что запуталась и мне нужно побыть одной. Он не стал настаивать, лишь прислал в ответ: «Береги себя, Эмбер». Он все понял. У него свой путь, полный теней и долгов. У меня – свой. Я хотела вырваться из Аркадии-Бэй, уехать в Лос-Анджелес, стать кем-то. И я чувствовала, что путь с Фрэнком ведет в тупик. А Тони… он был другим. Он не смотрел на меня, как на трофей. Он смотрел на меня, как на равную. Он слушал. И, что самое странное, он, казалось, понимал меня без слов. Понимал мою тоску, мое желание сжечь этот город дотла и танцевать на пепле. Он не боялся темноты во мне. Кажется, он видел в ней что-то знакомое. Тони Старк. И вот, я даже познакомился с Хлоей Прайс. Вернее, Рэйчел нас познакомила. Это случилось после уроков, у главного входа. Рэйчел ждала меня, а рядом с ней стояла девушка в черной шапочке-бини, рваных джинсах и с вызывающим взглядом голубых глаз. Хлоя. Будущая панк-бунтарка с синими волосами. Пока что ее волосы были своего естественного, русого цвета, но огонь в глазах уже горел. – Тони, познакомься, это Хлоя. Моя лучшая подруга, – представила нас Рэйчел. – Хлоя, это Тони. Тот самый, о котором я тебе рассказывала. Хлоя смерила меня скептическим взглядом с ног до головы. – А, так это ты тот самый гений, который очаровал нашу королеву? – в ее голосе звенел сарказм. Она была как еж, выставивший иголки. Защитная реакция. – Очаровал – слишком сильное слово. Скорее, повысил ее средний балл по химии, – ответил я спокойно, глядя ей прямо в глаза. – Приятно познакомиться, Хлоя. Рэйчел много о тебе говорила. Это ее обезоружило. На долю секунды. – Да неужели? И что же она говорила? Что я ходячая катастрофа? – Она говорила, что ты самый верный человек, которого она знает, – сказал я чистую правду, вспоминая их игровую историю. Хлоя моргнула. На ее щеках проступил едва заметный румянец. Она что-то пробормотала себе под нос и отвернулась, делая вид, что разглядывает проезжающие машины. Маленькая победа. М-да. Похоже, не я втираюсь в друзья. А Рэйчел сама втягивает меня в свой ближний круг. Так даже проще. Не сказать, что мы с ней уже открывали друг другу душу. Нет. Но приятное и интересное общение на текущем этапе – это уже огромный прогресс. Всего-то пара недель прошла. На следующий день я поймал момент, когда мы с Рэйчел сидели на скамейке в парке, и протянул ей маленькую коробочку. – Это тебе. Просто так. Наткнулся в магазине, подумал, тебе пойдет. Она с любопытством открыла коробку и достала кулон. Ее глаза заблестели, когда кристалл поймал солнечный луч. – Тони, он… он красивый. Спасибо. – Не бриллиант «Сердце океана», конечно, но… – я усмехнулся. – Он лучше, – сказала она искренне и тут же надела его на шею. – Я не буду его снимать. Миссия выполнена. Маячок был на цели. А я чувствовал себя последним подонком, потому что в ее глазах в этот момент было неподдельное тепло. Ночью, когда дом затихал, я садился за ноутбук. Моя настоящая работа начиналась. Планы по спасению все еще прорабатывались. Я перебирал варианты. Разоблачение было самым заманчивым. Сорвать маску с этого ублюдка Джефферсона, вытащить все его грязные секреты на свет. Но это было почти невозможно. Я взломал его ноутбук. Это было несложно, его система безопасности была на удивление примитивной. Но внутри… кристальная чистота. Никаких подозрительных файлов, никакой сомнительной переписки. Работы студентов, лекции по фотографии, личные снимки пейзажей. Все безупречно. Я вспомнил игру. Он все хранил на бумаге. Фотографии, досье. В своей проклятой «Темной комнате». Хитрый, методичный, параноидально осторожный враг. А Нейтан? Он был всего лишь пешкой, сломленным мальчишкой с деньгами и доступом к наркотикам. Пришить ему, кроме торговли дурью, было нечего. По крайней мере, ничего, что можно было бы доказать до того, как он нажмет на курок. Поэтому я решил, что план «эвакуация» – самый надежный. Временно увезти Рэйчел из города. Лишить хищника жертвы. Я начал искать повод. И нашел его. В сети я наткнулся на анонс. Через месяц, как раз накануне 22 апреля, в соседнем Портленде должен был состояться концерт группы «Firewalk» – одной из любимых групп и Рэйчел, и Хлои. Это был идеальный предлог. Убедить их поехать туда на ночь. Это даст мне 24 часа форы. Я был уверен, что к тому моменту они будут доверять мне достаточно, чтобы согласиться. Но тут я задумался. Холодная логика, от которой никуда не деться. Уравнение с множеством переменных. А что, если, увезя Рэйчел, я просто изменю одну переменную? Джефферсон и Нейтан могут просто выбрать другую жертву. Кейт Марш. Или Викторию. Или любую другую девушку из Блэквелла. Спасая одну жизнь, не подставлю ли я под удар другую? Мое «не в мою смену» относилось только к Рэйчел, или ко всем? Я откинулся на спинку стула и потер виски. Эта мысль была как яд. Она отравляла простую и понятную цель, делая ее сложной моральной дилеммой. Я отбросил ее. Пока что. Будем решать проблемы по мере их поступления. Сначала Рэйчел. Она – первая в списке. А потом я разберусь и с Джефферсоном. И с Нейтаном. И со всем этим проклятым городом, если понадобится. Я посмотрел на точку, медленно двигающуюся по карте на экране моего ноутбука. Рэйчел была дома, в своей комнате. В безопасности. Пока что.