velvet killer

      Чонгук не мог найти себе места. Как только Юнги пропал, он отправил своих людей на поиски, но все работали либо слишком медленно, либо недостаточно хорошо. Отчаявшись, он даже позвонил Намджуну, потому что тот мог найти омегу быстрее. И не ошибся. Но потом… всё закрутилось слишком быстро. Ему сообщили, что в Инчхоне подозрительная активность. Кто-то явно собирался играть по своим правилам, но Чонгук не мог этого допустить. По дороге в порт он размышлял о многом. В голове всплывали их последние встречи с Тэхёном и то признание, что встало между ними.              Чонгук гнался за местью, годами выстраивал вокруг себя прочные стены, закалял характер. И это работало. До тех пор, пока не появился Тэхён и не разрушил всё одним взглядом. Чонгук ненавидел его за это так же сильно, как и себя за то, что позволил этому случиться.              Тэхён хотел получить Инчхон или его? Что-то глубоко внутри подсказывало ему правильный ответ, но он упорно не хотел в него верить.              Когда они прибыли на место, Чонгука уже предупредили, что внутри происходит перестрелка, и в ней участвует Ким Тэхён. Он был готов прийти на помощь в любой момент, даже зарядил пистолет, но альфа из охраны категорически отказывался отпускать его. Ему показалось это подозрительным, будто тот знал о чем-то большем. Тогда он снова позвонил Намджуну и услышал то, чего совсем не ожидал. За него переживали? Или этот жест был продиктован страхом перед братом? Чонгук не на шутку разозлился, стоило этому ублюдку произнести грязные слова в сторону Юнги, даже разбил телефон после этого. Но он не мог действовать необдуманно, поэтому продолжал ждать, пока звуки стрельбы окончательно не стихли.              — Господин Чон, — предупреждающе произносит альфа. — Вам не стоит туда идти.              — Останови меня, — Чонгук поднимает подбородок. — Займите периметр. А ты — со мной, прикроешь спину.              Внутри здания тихо. Чонгук медленно осматривается, замечая на полу пятна крови: в нескольких метрах от него лежат убитые. Он ступает осторожно, прислушиваясь к звукам в помещении. Позади него идет альфа, который следит за каждым его движением. На мгновение ему показалось, что они и правда одни. А если Тэхёна убили, и враг устроил ему западню? Сердце бешено заколотилось от осознания того, что, возможно, он уже не выйдет отсюда. И тут вдалеке раздаются голоса. Чонгук резко останавливается, но их успевают заметить. Они натыкаются на группу людей. Их окружают со всех сторон, берут в кольцо, но оружие не наставляют.              Тэхён врывается в круг, отодвигая своих же людей силой. Он сразу находит Чонгука, лихорадочно осматривает с головы до ног и, не находя видимых повреждений, шумно выдыхает. Затем его глаза темнеют, тревожность исчезает, уступая место ярости. Он поворачивает голову к альфе из охраны Чонгука.              — Какого хуя, Джебом?              — Простите, — альфа опускает голову.              — Что это все значит? — Чонгук отступает на шаг назад, отходя от Джебома.              — Разойдитесь и осмотрите каждого, — говорит громко Тэхён, обращаясь к своим людям. — Живых остаться не должно.              И только сейчас Чонгук замечает пятно крови на его плече, успевшее пропитать ткань насквозь. Он судорожно втягивает воздух, привлекая этим внимание альфы к себе.              — Эй, — мягко говорит Тэхён, подойдя ближе. — Я в порядке. Просто царапина. Но тебя ведь это не должно так расстраивать.              — Что? — отрешённо спрашивает Чонгук. В его глазах стоят слезы.              — Ну ты чего? — Тэхён делает шаг вперёд и берет его лицо в ладони. — Посмотри на меня. В твоем порту были крысы, которых я успешно устранил. Похищение Юнги тоже на их совести, но мой брат с этим разберется.              — Он ведь найдет его? — всхлипывает Чонгук.              — Конечно. Даже не сомневайся в этом, — Тэхён стирает подушечками пальцев слёзы с его щёк.              — Я ненавижу тебя, — говорит откровенно Чонгук. — И всё это тоже. Зачем ты вообще влез? Зачем убил Дохвана? Если ради Инчхона, то просто забери его. Забери и исчезни из моей жизни. Ты это умеешь.              Тэхён по-доброму ухмыляется, глядит на него пристально, будто тянет время. От этой ухмылки у Чонгука сжимается под ребрами.              — Дохван был тем ещё ублюдком. Ты прав, поначалу так и было. Я хотел убрать его и забрать порт, но когда я увидел тебя на снимках рядом с ним — Инчхон перестал быть моей конечной целью. Я контролировал его передвижения, поменял некоторых людей в доме и за его пределами. Подобрался как можно ближе и ударил в самый неожиданный для него момент.              — Джебом — твой человек?              Тэхён кивает.              — Он должен был защищать тебя и докладывать мне обо всем.              — Умно, — вздыхает Чонгук.              — Ради твоей безопасности.              — Конечно.              — Верь мне.              — И не подумаю.              — Тогда пристрели, — улыбаясь говорит Тэхён. — Ты же обещал. Вот он я, даю тебе оружие прямо в руки.              Чонгук хлопает глазами. Сарказм сейчас совершенно неуместен.              — Ты ебанутый?              — Да, — соглашается Тэхён, прижимая Чонгука к себе, держа крепко за талию. — Порт, так и быть, отдашь нашим отпрыскам.              Чонгук замирает. До него не сразу доходит, но когда он вспоминает — краска заливает его лицо раньше, чем он успевает что-то с этим сделать.       — Ты слишком самоуверенный. Я не буду с тобой.              — Будешь, — Тэхён подается вперед, целуя омегу, настойчиво проталкивая язык в рот.              Дрожь ползёт по спине от копчика до лопаток, лаская кожу, вверх по шее, рассыпаясь покалыванием. Чонгук сжимает руки в кулаки, пытаясь сдержаться, но Тэхён, кажется, замечает его сдержанность, поэтому опускается вниз, прикусывая подбородок. Знает, что омега растекается от такого.              — Бля-ядь… — тянет протяжно Чонгук, откидывая голову назад, когда ощущает, как на ягодицу ложится ладонь, удерживая крепко на месте.              Тэхён не останавливается, помечая его шею засосами.              — Такой красивый омега, — царапая кожу клыками. — Такой весь мой.              Чонгук крепче сжимает плечи альфы, распадаясь в его руках на атомы. Воздух между ними наэлектризован так сильно, что любое колебание грозит мощным взрывом. В глубине души Чонгук ощущает себя по-настоящему счастливым, но он в этом не признается. Особенно Тэхёну. Он пока не готов разбрасываться своими слабостями. Чонгук не замечает, как скользит руками по чужим плечам, отчего ему в шею прилетает шипение.              Оттолкнув от себя альфу, Чонгук бросает взгляд на то место, где его ранили. От злости он с силой разрывает рубашку и сдергивает её по рукам вниз.              — Готов перейти к самому интересному? — отшучивается Тэхён.              — Заткнись! — рычит на него омега. — У тебя тут не просто царапина, придурок.              Чонгук стискивает зубы и шумно выдыхает. И почему этот альфа такой беспечный?              — Нам нужно в больницу.              — Успокойся, детка, — Тэхён едва покачивается, а затем его веки закрываются.. Чонгук едва успевает поймать его под руки.              Джебом подбегает, чтобы помочь дотащить альфу до машины. Чонгук пытается сам сесть за руль, но ему не дают. В итоге он располагается на заднем сиденье, зажимая рану на плече Тэхёна. За то время, пока они добираются до особняка, Чонгук уже сотни раз представил, как с Тэхёном происходят ужасные вещи: от заражения крови и ампутации до смерти. Он изрядно искусал себе все губы, рыча и отмахиваясь от всего, что ему предлагают. Чонгук настаивает на больнице, но у Джебома явно есть свои инструкции, поэтому он везет их домой.              Когда они въезжают на территорию, на пороге тут же появляется Юнхо. Встревоженный и потерянный, он бежит к машине, помогая вытащить Тэхёна и занести в дом. Чонгук плетётся следом, но на входе замирает, будто раздумывает над тем, позволено ли ему зайти. После того, как он застрелил омегу, а теперь приехал с раненым альфой, доверие к нему явно убавилось. Хотя это не то, чтобы его волнует. Скорее неловко от того, кем его считают. Пока он мнется, раздумывая над тем, сделать шаг вперед или нет, к нему подходит Юнхо.              — Господин Ким желает вас видеть, скорее за мной, — он слегка берет его за локоть и заводит в особняк.               Чонгук послушно идет следом, совершенно не подозревая, что в гостиной его ждет Намджун и Юнги, сидящий на диване. Увидев омегу, Чонгук срывается на бег. Он подлетает к другу, их взгляды встречаются. Юнги подскакивает с места и резко бросается в его объятия. По щекам Чонгука текут слезы, он пачкает ими чужую футболку, прижимаясь еще сильнее. Юнги гладит его по голове и повторяет: «Все хорошо». Они стоят так еще несколько минут, пока Чонгук полностью не успокаивается и не выпускает Юнги из своих рук.              — Кто это был?              — Ли Сынмин, — говорит Юнги, посматривая на Намджуна.              — Тэхён его убил, — Чонгук шумно выдыхает. — Он всех их убил. В порту больше не осталось наших людей.              — Эти крысы не имеют никакого к вам отношения, — врывается в разговор Намджун. — Жаль, меня там не было, я бы порвал этому ублюдку рот.              Чонгук старается игнорировать факт нахождения Намджуна в нескольких метрах от себя. Кривя лицо, он не сводит с Юнги взгляда, пытаясь успокоиться. Юнги, кажется, что-то понимает, поэтому берет его за руку и сажает рядом с собой на диван.              — Где Тэхён? — чуть тише спрашивает Чонгук.              — В кабинете, — снова Намджун. — С ним все будет в порядке. Рану зашьют, в чувство приведут. Бывало и хуже.              Сжав ладони в кулаки, Чонгук медленно выдыхает, опуская веки, а затем его начинает трясти. Юнги испуганно таращится на него, крепко держа за руку. По его глазам видно, что тот умоляет его держаться, но терпение Чонгука прямо сейчас переливается за край. Подорвавшись с места, он резко оборачивается и, преодолев расстояние в два шага, подходит к альфе, чтобы влепить ему пощечину с такой силой, что голова Намджуна непроизвольно откидывается назад. Грудная клетка Чонгука вздымается от переизбытка эмоций. Столкнувшись с Намджуном взглядами, он вздергивает подбородок, готовясь к встречному удару или чего-нибудь хуже, но альфа едва тянет губы в ухмылке и просто стоит.              — Заслужил, признаю.              — Вырвать бы тебе язык, — грозится Чонгук, играя желваками. — Но ты спас Юнги.              — На нем моя метка.              — Что? — вскрикивает Чонгук, оборачиваясь к другу. — Это правда?              Юнги только кивает, опустив голову.              — Не кипятись ты так, — Намджун небрежно поправляет челюсть. — Я был джентльменом.              — Завались нахуй, — сжав переносицу двумя пальцами, бросает Чонгук. — Просто завались.              — Наму, — раздаётся позади громкое. Тэхён подходит к ним уверенно, будто не грохнулся в обморок час назад. — Что здесь происходит?              Намджун закатывает глаза.              — Истерика.              — Не думаю, — Тэхён заглядывает Чонгуку в глаза, и на его лице появляется улыбка. — Тебе нравится злить моего омегу?              У Чонгука мурашки по затылку расползаются от одного «моего» до самых лопаток. Он стыдливо уводит взгляд в сторону, зная, что Тэхён за ним наблюдает.              — Больше не буду, — Намджун подходит к дивану и берет Юнги за руку. — Прокатишься со мной?              — Юнги… — срывается едва слышно с губ Чонгука. Он только пытается его предостеречь, но замечает, как тот смотрит на Намджуна и замолкает. Это больше не его дело. Он постарается доверять этому альфе, но на это потребуется время. Сейчас он может лишь принять реальность и, стиснув зубы, спокойно отпустить своего друга, понимая, что никто, кроме Намджуна, не защитит его так, как полагается.              — Кажется, у моего брата появилась ответственность, — смотря им вслед, говорит Тэхён.              — Если он обидит Юнги — я отрежу его член и скормлю собакам.              — Ты такой дикий. — Ладони скользят под футболку. Тэхён давит пальцами на бока омеги. — Аж заводит.              Чонгук пытается увернуться, но его попытка успешно проваливается, когда Тэхён прикусывает мочку уха и говорит:               — Пойдем, покажу кое-что.              Он ведёт его по главной лестнице на второй этаж. В особняке стоит тишина, будто весь персонал по приказу куда-то исчез. Чонгук еще не был в этой стороне дома, поэтому с интересом рассматривает картины на стенах и всю ту антикварную чушь, которую встречает по пути. Он бы хотел расспросить об том поподробнее, кинуть шутку про вкус Тэхёна или съязвить, но молча плетётся за ним, оставляя этот разговор для следующего раза. Они ведь должны обсудить то, что между ними происходит? Или Тэхён снова заговорит об Инчхоне? Чонгук уже ничего не понимает.              Они заходят в кабинет. Тэхён подходит к столу и достает из папок бумаги. Чонгук сглатывает. Кажется, он ошибся. Снова поверил в призрачные чувства, которых и быть не может. Все дело в Инчхоне. А как иначе? Тэхён может дразнить его, искусно манипулировать, плести свои интриги и даже заботиться, но любить…              — Прежде чем ты накрутишь себя или сделаешь неверные выводы, я хочу предоставить тебе досье на каждого из твоих людей. Просто чтобы ты понимал, почему я сделал то, что сделал, — Тэхён смотрит на него решительно. — Инчхон — опасное место не потому, что ты омега, а потому, что ты мой. И я не хочу, чтобы вся эта грязь проходила через тебя.              Чонгук давится воздухом.              — Твой? — переспрашивает. — С каких пор?              — С того вечера, когда я увидел тебя среди старых придурков, которые только и ждали момента, чтобы накинуться.              — Где ты был все эти годы, Тэхён? — Чонгук горько усмехается. — Где ты был, когда я выходил замуж за Дохвана? М? Я никогда не был твоим. Ты это придумал, чтобы налить мне в уши о своих мнимых чувствах и подобраться поближе. Я не идиот.              — Ты — нет. А вот я — да, — перебивает его альфа. — Но я не могу вернуться назад и изменить всё, что произошло. Могу только исправить свои ошибки и попытаться заслужить твоё доверие. Я не играл, когда говорил о том, что чувствую. И не играю сейчас.              — Что ты хочешь от меня? — спрашивает на выдохе Чонгук. Он так устал от всего этого. — Я уже говорил тебе — забери порт. Он мне не нужен.              — Да насрать мне на порт, глупый ты омега, — Тэхён подходит вплотную, укутывая их своим запахом. Он кладет руку на талию Чонгука и заглядывает ему в глаза. — Я облажался, но больше такого не повторится. Я хочу только тебя. Теперь слышишь? Только тебя.              — Я хочу пристрелить тебя, прямо сейчас, — цедит сквозь зубы Чонгук.              — А я — трахнуть тебя на этом столе, — срывается легко с губ.              — Тогда не тормози, пока я теку в твоих руках.              Тэхён втягивает носом воздух и с голодным рыком подхватывает омегу под бедра, чтобы следом уложить на стол. Наклонившись, он целует его, пока руками скользит по ребрам и животу. Жадно. Яростно. Сжимая ладонями талию. Чонгук под ним — дикий, совершенный и абсолютно безбашенный — отвечает с той же яростью: прикусывает губу в поцелуе, тянет за ворот, рыча. И от таких развязных действий Тэхёна накрывает по-настоящему.              Он срывает с Чонгука одежду. Разрывает рубашку, любуясь красотой обнаженного тела под собой. Прикусывает ключицы, зализывая языком. Омега под ним шипит, но не отстраняется, помогая себе быстрее раздеться. Тэхён так долго ждал этого момента, что не может перестать смотреть. Он боготворит его, прокладывая дорожку поцелуев вниз, останавливаясь около выемки пупка. Кружит языком, вбирая кожу, пока ладони так удачно стягивают штаны и ложатся на бёдра.              Тэхён хочет дразнить его.              Он не спешит, доводя Чонгука до изнеможения. Губами касаясь выпуклости, посасывая член через ткань боксеров. Он чувствует вкус его смазки, смакуя на языке, вбирая потяжелевший орган все больше в рот.              — Бля-ядь, — стонет Чонгук, хватая его за волосы и приподнимая голову. — Сними их с меня.              — Нетерпеливый, — фыркает на это Тэхён, делая, как просит его омега.              Кожа Чонгука покрывается мурашками. Он лежит на столе, расставив ноги, пачкая смазкой бумаги под собой. Внимательно осматривая каждый сантиметр его тела, Тэхён не может перестать им восхищаться. Отстраняясь, он медленно раздевается, провоцируя Чонгука на ответную реакцию. И когда стягивает трусы, то видит безумный блеск в глазах омеги. Чонгук привстает на локтях.              — Иди сюда, — облизывая губы.              Чонгук ложится на спину, призывно раздвигая ноги ещё шире. Член Тэхёна дергается от этой картины, он едва сдерживает себя, медленно выдыхая. Бедра, испачканные смазкой, блестят; губы покраснели и опухли; на ключицах появились красноватые пятна, как и на животе. Тэхён обхватывает его лодыжки и тянет на себя, придвигая к краю.              — У тебя есть возможность остановить меня сейчас, — говорит он, нависая над ним, не отводя взгляда.              Чонгук притягивает его за шею, впиваясь пальцами.              — Меньше слов — больше дела.              — Ты даже в таком положении пытаешься командовать, — Тэхён делает первый толчок, не заботясь о растяжке.              — С-сука, — шипит омега, сталкивая их лбами. — Будь со мной нежнее.              — Ни за что, — Тэхён выпрямляет спину и входит до упора. Он считывает малейшие изменения на лице Чонгука, как тот хмурит лоб, закусив внутреннюю сторону щеки, затем судорожный вдох, и после резкого толчка его зрачки расширяются.              Мир сужается до одного единственного звука между ними — влажные шлепки кожи о кожу и преривыстые поскуливания. Тэхён наслаждается их близостью. Меняя амплитуду движения, он с садистким удовольствием насаживает на себя омегу, оставляя синяки на бедрах. Ему так хочется его укусить, что он со злостью поднимает омегу со стола, заставляя обхватить себя ногами. Чонгук вскрикивает, цепляясь за чужие плечи, а затем его спина касается холодной стены. Лопатки ударяются о шероховатую поверхность, принося дискомфорт, но он лишь сильнее давит пальцами на плечи Тэхёна, вынуждая того зарычать и впиться зубами в его шею. Не сильно, но довольно ощутимо.              Чонгук пачкает их животы через несколько секунд, ощущая горячую липкость, но не спешит отпускать альфу. Тэхён кончает следом, заполняя его своей спермой. Дыхание постепенно восстанавливается, кожа горит в тех местах, где Тэхён оставил свои метки. Простонав, Чонгук облизывает губы, не сводя с него взгляда.              — Выходи за меня, — говорит ему Тэхён серьезным голосом.              Чонгук моргает.              — Ты не в себе? Давно не трахался, и оргазм слишком сильно ударил по мозгам?              Тэхён аккуратно ставит его на пол, придерживая за талию.              — Я давно об этом думаю, так что нет. Я полностью в себе.              Скрестив руки на груди, Чонгук фыркает. Он стоит абсолютно голый: по его бёдрам стекает сперма, волосы влажные от пота — и перед ним человек, который когда-то причинил ему боль, делает предложение в этой нелепой обстановке посреди кабинета.              — Ну, во-первых, без кольца даже не пытайся. Во-вторых, где твои манеры? В-третьих, мы даже не сходили на свидания. Ты, блять, издеваешься?              Тэхён посмеивается, проводя рукой по лицу.              — Веду себя как идиот рядом с тобой, исправлюсь. Но ты ведь подумаешь? — он притягивает Чонгука за талию, целуя в щеку.              — Мгм, — что-то невнятное произносит омега, когда чужой язык скользит вниз по шее. — Что будет с портом?              Тэхён резко отстраняется, нахмурив брови.              — Ничего. Он твой, но я бы не хотел, чтобы ты вел какие-то дела самостоятельно.              — Избавь меня от всего, что с ним связано, — вдруг говорит Чонгук. — И я правда подумаю о том, чтобы ответить в ближайшее время на твое предложение.              Качая головой, Тэхён тяжело вздыхает.              — Это не то, что мне нужно. Я влюблен в тебя, Чонгук.              — Я тоже, — выпаливает омега в ответ.              Широкая улыбка медленно расползается по лицу Тэхёна. Он подхватывает омегу под бёдра и несет к двери.              — Что ты творишь? — шипит Чонгук, инстинктивно цепляясь руками за шею и прижимаясь к нему всем телом. — Я голый.              — Я вижу, — Тэхён выходит в коридор. — Мы продолжим в спальне.              Чонгук утыкается носом в его шею, пряча улыбку. Ему нечего возразить, и он даже не будет пытаться. Потому что молчание само по себе значит многое. Это "Да". Без колебаний и сомнений. Тэхён ведь обещал забрать его себе, а кто Чонгук такой, чтобы отказываться?