Мир, где ты монстр

***

             Архей уже давно не видел привычного солнечного света. Когда-то давно диктатор запечатал Архей, дабы подчинить себе ещё больше людей и земель к своим ногам. От заката до рассвета люди видели лишь темное, звёздное небо, и лишь изредка, где-то в середине дня, было видно солнце. Весь Архей с начала правления Эграсселя стал слишком темным, недоступным и мрачным.       Этим не таким уж и солнечным днём люди выглядели ещё более несчастными, ведь сегодня вечером состоится речь императора. Обычно речи бывали раз в два месяца. За это время обычные крестьяне работали на Эграсселя, воевали, собирали урожай и привозили в Архей поставки нужных продуктов и материалов. А на выступлении молодой эльф выдавал новые приказы, от которых жители были не в восторге.

***

      Утро встретило Архей с привычным холодом. Но на улицах было довольно тихо. Щебетание птиц было почти неслышным, а на улицах было непривычно пусто. Единственным оживлённым местом был рынок, где люди покупали продукты и торговались за бытовые вещи. Но даже сейчас там было особенно тихо. И крестьяне уже давно смирились с этим. Они просто покорно ждали начала вечера и выступления императора. В этом ожидании вовсе не было ажиотажа, скорее смирение с происходящим. Этим вечером Эграссель выдаст очередной глупый закон, от которого Архей станет ещё большей тюрьмой.       Когда еле слышное щебетание птиц послышалось за окном, Эграссель наконец проснулся. Сегодня он был особенно собой доволен и уже представлял лица людей, услышавших новые законы и завоеванные территории. Повалявшись в постели ещё минут пять, блондин окончательно проснулся. Сначала надо в ванную. Как-никак, но император должен выглядеть величественно перед своим народом. Умывшись, эльф пошёл на кухню. Хороший сбалансированный завтрак тоже не помешает. Ничего необычного: яйца всмятку, горячий кофе и бутерброд с плавленным сыром и авокадо. Обычный завтрак для такого влиятельного человека как Эграсса.              Спустя пять минут с верхнего этажа послышались едва слышные шаги. Они медленно становились всё громче и громче, пока наконец не прекратились у эграссы за спиной. Взади стоял Лололошка. Шатен всегда был ранней пташкой и не тратил время на простое валяние на кровати. Всё же, правая рука эграсселя, как-никак. За это время полукровка успел потренироваться, одеться, умыться и быть полностью готовым к подъёму Эграссы.       — Ты как всегда рано, Ло, — сказал эграссель с мягкой улыбкой.       Эграссель редко улыбался, а если и улыбался, то улыбка его была злой и властной. Но сейчас она была на удивление мягкой и лёгкой. Такую улыбку мог увидеть только Ло. Шатен стоял с довольно серьёзным лицом, но от игривого тона блондина его лицо расплылось в едва заметной улыбке, а кровь прилила к щекам.       — Конечно, сегодня ведь важный день не только для нас с тобой, но и для Архея! Мне нужно быть как никогда собранным, — сказал Лололошка с уверенностью, смотря на друга своими голубыми, как море, глазами.       На лице эльфа появилась легкая ухмылка, но он ничего не сказал, лишь продолжил свой завтрак.

***

      Остаток дня прошёл относительно спокойно, и наступил долгожданный вечер. Многие люди потихоньку собирались на площади, когда небо начало едва темнеть. Облака стали гуще, будто вся природа затихла, выжидая речи диктатора. Когда достаточно народу собралось на площади, на балкон своего помещения вышел эграссель. Всё затихло. Все затихли. Одно его присутствие наводило страх и ужас, а сейчас особенно. Началась долгожданная речь. И вроде бы эти речи были каждый месяц, но всё равно кровь становилась в жилах от каждого такого выступления.       Шатен смотрел со стороны. Как правая рука Эграсселя, Лололошка должен был быть рядом в случае опасности, но Ло и без этого просто хотел побыть рядом с эльфом. Он не хотел признаваться, но всё же ему Эграссель очень даже нравился. Полукровка любил в Эграссе всё: голос, который был мягким только с ним, прекрасное ухоженное лицо, на котором даже морщинка выглядела чем-то прекрасным. Лололошка явно показывал свою симпатию. Каждый взгляд, каждое прикосновение, каждое ласковое слово — во всём был намёк на чувства, которые скрывались лишь за званием лучшего друга. Чем-то он даже был похож на епископа Лукия: не такой очарованный своим эльфом, но достаточно преданный ему.       Если бы он только знал, как сильно я его люблю...

***

             Выступление Эграсселя было довольно долгим. На улицах стало достаточно темно, включились фонари, и все начали постепенно расходиться. По пути крестьяне шептались между собой, обсуждая новые законы и в очередной раз поднимая эту тему. Эграссель сам изрядно вымотался. Кажется, он впервые чувствовал такую усталость за последние тысячелетия своего правления. И именно этот мироходец высосал все силы из матери, забрав всю её кровь до дна.       — Эграсса, ты сильно вымотался. Тебе нужно отдохнуть. Хороший сон тебе явно пойдёт на пользу, — пробормотал Лололошка, подходя к эльфу, который еле держался на ногах.       Эграссель упал на полукровку, уткнувшись носом в его плечо. Шатен быстро подхватил его на руки, легонько поглаживая по напряжённой спине.       — Ты прав, Ло, мне действительно надо отдохнуть, — еле слышно шепнул Эграссель, обнимая друга за плечи.       Лололошка помог блондину подняться на ноги и дотащил его до кровати. Эльф упал на кровать с лёгким вздохом. С одной стороны, ему было приятно от своей собственной слабости, но с другой... Ведь можно хоть разочек отдохнуть? Даже самым злым и властным императорам иногда нужен отдых. Полукровка сел рядом, смотря на развалившегося Эграсселя. Блондин уловил взгляд своего друга и посмотрел в ответ. Когда их взгляды встретились, эльф сказал:       — Ло, дорогой мой друг, не хочешь полежать вместе со мной немного? — начал Эграссель игриво. — Ты ведь наверняка тоже устал?       Лололошка без всяких вопросов лег на кровать, а затем последовали теплые объятия и нежности. Ло, мягко говоря, было немного неловко. Не то чтобы он был не тактильным человеком, просто он не привык к такой нежности от Эграсселя. Но сказать, что ему это не нравится, было нельзя.

***

      Теплые, родные руки ласкали волосы шатена, пропуская их через пальцы и распутывая небольшие кудряшки. Полукровка спокойно лежал на спине, давая эльфу играться с его волосами. Дальше руки опустились ниже, залезая под темные одеяния Ло и лаская грудь. От этих движений Лололошка еле заметно вздрагивал и издавал тихие вздохи. Руки Эграсселя ласкали все участки его тела, будто пытаясь запомнить каждую деталь его фигуры: руки, живот, шею. Блондину хотелось большего контакта, больше прикосновений.       Руки эльфа переместились на ремень полукровки и застыли на месте. Эграссель взглянул на Лололошку, будто спрашивая, можно ли. Шатен уловил взгляд друга и после секундного молчания кратко кивнул. Этого было достаточно. Через секунду блондин навис над ним и стал аккуратно расстёгивать ремень с ширинкой. Руки двигались быстро и жадно, будто он куда-то торопился. Ещё минута — и от одежды полукровки не осталось ни следа.       Сначала нужна растяжка. Эграссель не хотел причинять боль другу, хоть и хотелось побыстрее начать. Потянувшись к прикроватной тумбочке, эльф достал из неё смазку и пачку презервативов. Открыв баночку с жидкостью, Эграсса налил немного себе на руки и растер её между рук. Подставив два пальца между ног шатена, эльф без предупреждения ввёл их. Ло томно выдохнул, схватившись руками в постельное бельё. Движения пальцев были плавными, но достаточно глубокими, выдавая из Лололошки тихие вздохи и стоны. Эграссель не торопился чем очень расскраивая шатена       — Эграсса, не томи ты! — простонал Лошка, извиваясь под блондином       Эграссель слабо хихикнул, не обращая внимания на нетерпение партнёра       — ты слишком нетерпеливый, Ло. Любая другая эльфийка будет сдержаннее тебя       Нижний надулся, как маленький ребёнок и отвел взгляд от верхнего. Эграссель же слабо улыбнулся и выслушав желания шатена, вытащил из него пальцы. Ло сразу же почувствовал ощутимую пустоту внутри себя после теплых пальцев Эграссы. Но не успев опомниться, как эльф, раздвинув ноги партнёра, медленно вошёл. Нижний выгнул спину, тихо простонав и шепча имя блондина.       Руки Лололошки потянулись к широким плечам верхнего, чтобы притянуть к себе в нежном поцелуе. Языки танцевали друг с другом, как два их сердца, бьющихся в унисон. Руки Эграсселя скользили по телу шатена, изучая каждый миллиметр тела под собой. Первым прервал поцелуй Ло из за нехватки воздуха.       Со временем темп нарастал, выдавая из Лошика ещё больше стонов удовольствия. Эльф не церемонился со своим партнёром, привыкший всегда быть жестоким и властный. Поняв, что конец близок, эграссель стал более жёстким. Каждый толчок отдавался особой болью для Ло, но от этого было не менее приятно. Тело полукровки содрогается, а в ушах звенит. Шатен восклицает немного громче, выкрикивая имя уже своего любовника. С последним толчком Эграссель изливается в презерватив с лёгким выдохом, смотря на обессиленное тело своего партнёра. Эграссель выходит и мягко опускает бедра полукровки, обессиленно ложась рядом на постели. Следующим днём они точно не смогу смотреть друг другу в глаза.