В плену роскоши.

Последнюю неделю вся Итака стоит на ушах: спустя месяц мёртвой тишины из дворца наконец пробилась новость о смене власти. И, конечно, донеслось это до народа намного мягче, чем было на самом деле, от чего Телемах злился вдвойне. Единственная встреча с Антиноем, на которой он едва ли мечами не размахивал, закончилась тем, что его, как нашкодившего щенка, выгнали из кабинета.  Принц отрешённо наблюдает за суетящимися горничными, бегающими от стола к столу пытающихся одновременно с этим обслужить бывших женихов. За этот месяц их требовательность к дворцу только увеличилась.  А оно и было понятно. Ной, по скромному мнению принца, пусть и не был их другом, как они предпочитали всем рассказывать, но оставался их лидером. Тем, кто привёл их к победе. Тем, кто дал им что-то похоже на трон - власть. Маленькую крупицу, от которой почти все сразу же опьянели.  Хотя и были те, кто после окончания битвы за трон просто молча ушли. От мысли о них у Телемаха на душе становилось на капельку легче. Но не достаточно, чтобы усмирить шторм. Очередной взрыв смеха разносится с ближайшего стола, вынуждая принца выскочить из своих мыслей. Он мельком оглядывает пьяных мужчин, а после с тяжёлым вздохом встаёт и выходит из столовой. И, конечно же, схватывает по пути пару насмешек.  Суматоха во дворце была далеко не удивительной вещью. Несколько дней назад был объявлен праздничный бал, на который Антиной пригласил всю знать Итаки. Скорее всего для того, чтобы получить одобрения со стороны народа. Бывшего совета, в конце концов, больше не существует. Новый полностью состоит из приближённых друзей Антиноя, как узнал принц из одного из разговоров с Амфиномом, с которым они немного сблизились. Телемах едва заметно мотает головой, выкидывая все мысли из головы, когда, наконец, возвращается в свои покои. Эта комната казалась ему теперь единственным спокойным местом, где его не могли достать ни бывшие женихи, ни Ной. Никто, кроме его собственных беспокойных мыслей. Он, кажется, стоит целую бесконечность в центре комнаты, просто отрешённо разглядывая собственные вещи, прежде чем в дверь раздаётся тихий стук. И тут же открывается, не дожидаясь ответа. — Вот ты где, волчонок. — Принц оборачивается, оглядывая разодетого Антиноя. Скорее всего, уже успел поговорить с очередными торговцами. — Я как раз искал тебя. — Зачем? — Он вздыхает, присаживаясь на кровать. — По поводу бального вечера. — Ной входит вглубь комнаты, держа что-то в руках. — Ты будешь присутствовать. — Это не вопрос. Но и не команда. Скорее, утверждение. — Многие уже начинают беспокоиться о том, что члены королевской семьи куда-то пропали. Мы же не хотим, чтобы жители Итаки беспокоились попросту, верно? — С чего ты взял, что я этого хочу? — Фыркает Телемах скорее для того, чтобы позлить царя. Он всё ещё был немного оскорблён беспечным отношением по отношению к себе.  — Не забывайся. — Резко отвечает Ной, вскидывая голову. Сталь в его голосе слышится достаточно отчётливо, чтобы заставить принца на мгновение замереть. Однако он тут же возвращает привычный тон, улыбаясь и протягивая ткань, которую всё это время держал.. — Лучше примерь.  Телемах запоздало разворачивает приятный на ощупь шёлк, разглядывая одеяние. А посмотреть действительно было на что. Ярко-красный хитон, явно сделанный знатоками своего дела, с золотыми вставками, тонко вышитыми по краям и вдоль швов, переливающимися в свете Солнца, освещавшего комнату, будто посмотрел на него в ответ. Помимо хитона был и плащ: менее живописный, но столь же красивый, с подходящими цветами и парой брошек - незнакомый герб и оливковая ветвь. Обе вещицы он пару раз видел на одеяниях Ноя. Принц подходит к маленькому зеркалу, держа хитон перед собой. Тот едва ли доходит до его колен. Одежда ему действительно понравилась. Но принять для него казалось сродни предательству. Предательству по отношению к Итаке, семье, собственному достоинству. Афине.  Не смотря на то, что она так и не появилась, хотя принц продолжал делать ей маленькие подношения, он не мог этого сделать. Афина оберегала его семью многие годы, помогала лично ему сражаться с женихами, хотела для него только лучшего. Телемах уже достаточно наплошал перед ней.  — Нет. — Всё же принимает он решение, аккуратно складывая ткань.  — Нет?  Антиной подходит ближе, поворачивая принца к себе лицом.  — Я не спрашивал. — Холодно продолжает он, разглядывая лицо Телемаха так, будто там написана причина его отказа. — Я не собираюсь надевать что-то от тебя. — Принц хмурится, отталкивая его руку от себя. — И уж тем более не собираюсь идти на этот бал. Может, если все увидят, что на самом деле происходит во дворце, то свергнут такого придурка, как— На мгновение всё замирает.  Телемах прижимает ладонь к горящей щеке, отрешённо чувствуя влагу под пальцами рядом с краем рта.  Антиной только что дал ему пощёчину.  — Замолчи, пока не стало слишком поздно. — Голос Ноя, ледяной и стальной, слишком отличается от его внезапно горячей хватки на одежде Телемаха. — Ты забываешься, щенок. Думаешь, я буду терпеливо принимать твоё детское поведение? Ты ошибаешься.  Он расслабляет хватку и отталкивает принца от себя, вынуждая сделать пару шагов назад. Телемах всё ещё ощупывает щеку, запоздало замечая окровавленный перстень на пальце Антиноя. Он только что довольно сильно рассёк ему уголок рта.  — Весь этот месяц ты испытываешь моё терпение своими выходками, забывая, что ты здесь - никто. — Тот, кажется, ни капли не заинтересован в собственном творении. — Как ты думаешь, сколько из сидящих снизу захочет поквитаться с тобой за все те разы, когда ты вставал на нашем пути? Или с твоей блудливой мамашей?  Принц на мгновение перестаёт дышать, услышав упоминание о Пенелопе. — Ты не так осторожен, как тебе хочется думать. Я прекрасно знаю, куда ты её увёл. — Он понижает голос, склоняя голову, чтобы быть на одном уровнем с Телемахом. — И мне абсолютно ничего не стоит подсказать им, где она прячется. Так что будь хорошим мальчиком, и заткни свой рот. Ты придёшь на этот чёртов бал вовремя и как подобает.  Антиной позволяет себе тяжёлый выдох, прежде чем развернуться и уйти, оставив принца одного в комнате. Телемах наконец отводит руку от лица, разглядывая окровавленную ладонь, а после поворачивает голову к зеркалу. Шрам в правом уголке рта точно останется. Принц вытирает ладонь о уже окровавленную одежду, разглядывая через зеркало лежащие на кровати хитон и плащ. Будь они прокляты.  *** Ближе к вечеру, когда закат едва освещает его комнату, в дверь стучат. И в этот раз не открывают.  Принц, успевший зайти к врачевателю, чтобы зашить рану, несколько мгновений ждёт, когда кто-то вновь вломится в его комнату без разрешения. Однако этого не происходит. За дверью оказывается служанка, неловко улыбающаяся Телемаху и проходящая в комнату, только чтобы оставить на столе поднос с едой, и тут же уходит.  Помимо хлеба, мяса, тарелки фруктов и бокала вина на подносе оказывается маленький бутылёк с мазью.  И, даже если Телемах догадывается, от кого это, то ни за что себе в этом никогда не признается.