В плену роскоши.

Последующие несколько дней проходят для Телемаха как во сне. Он постоянно окружён присутствием Антиноя: они вместе прогуливаются в свободное время, принц снова начинает есть за общим столом вместе с бывшими женихами, но в этот раз сидя вблизи царя, запах Ноя уже впитался в его собственную кожу, то ли от постоянного присутствия, то ли от плаща с волчьей мордой, который он тайком забрал. Между ними меняется всё, но самое главное — отношение Антиноя. Теперь его взгляды открыто засматривающиеся, слова не свойственно ему сладкие, а прикосновения не приносят боли. Принцу начинает казаться, что всё даже в каком-то смысле налаживается. Сначала это напрягало его: их общее прошлое создавало яркий контраст с тем, к чему они пришли сейчас. Обида за всё время от времени продолжала сжимать его горло, до победного вытягивая любые положительные эмоции от их… отношений. Телемах отвлекается от размышлений, неслышным шёпотом повторяя это слово. Отношения. Не дружеские, не соратнические. Романтические. У них всё серьёзно. И от этого в груди у него разгорается целый пожар. Да, обида была. Но мириться с ней оказалось намного проще, чем он думал. Принц кружится у зеркала, разглядывая своё отражение, а после придирчиво ерошит собственные волосы. Хотелось выглядеть красиво — Ной вновь пригласил его прогуляться, но уже не по территории дворца. А это значило, что ему придётся выйти в люди. Впервые с момента бала. Он не стал врать самому себе: в каком-то роде это его пугало. Его с детства учили привыкать к постоянному вниманию, как-никак он — принц Итаки, наследник, а в будущем и правитель. А теперь всё перевернулось на все сто восемьдесят градусов. К бывшему принцу определённо будет намного больше внимания, чем к обычному наследнику. И, к его сожалению, Телемах давно потерял свой привычный статус. Он тяжело вздыхает и натягивает капюшон накидки на голову, полностью пряча лицо. Собственные мысли начинали бесить. Все давно привыкли к переменам на этой земле, кому вообще до него теперь есть дело? Его раздумья прерывает стук в дверь, а после — её скрип. — Волчонок? — Телемах быстро стягивает капюшон с головы, поворачиваясь к голосу лицом. — Ты готов? В отличии от самого принца Антиной, кажется, совершенно не задумывался над собственным внешним видом. Он ни капли не отличался от обычного — тот же хитон, те же украшения. Не смотря ни на что, он всё ещё красив. И теперь принц может разглядывать его, совершенно не прячась. — Да. — Он кивает, спустя несколько секунд. Знающую ухмылку он предпочитает игнорировать. — Тогда вперёд. — Ной тут же обнимает его за плечи, притягивая к собственному боку, и направляется на выход. Вместе с этим прикосновением из головы Телемаха исчезли все тревожные мысли. — Ты уверен, что это безопасно? — Конечно. — Антиной взмахивает свободной ладонью. — Ты думаешь, я не справлюсь без охраны? Это вы из королевских семей привыкли находиться под присмотром, а я самостоятельный мальчик. Принц фыркает. Да, Ной был хорошо — Телемах бы даже сказал, что отлично — сложен физически, но теперь он был царём, а не обычным, слабо выделяющимся женихом. И выходить на, пусть и маленькую, но людную ярмарку без охраны было довольно безрассудно. — Перестань думать, волчонок. Он закатывает глаза в ответ. Конечно Антиной читает его… — Я просто беспокоюсь. — Не думаю, что тебе бы понравилось зажиматься на глазах у охраны. — Царь мягко щёлкает его по носу. — Лучше наслаждайся. — Мы не собираемся зажиматься. — Правда? Глупые разговоры действительно успокаивают Телемаха. Это ещё одна черта, которую он быстро полюбил в Антиное — он умел не только спорить и ссориться, но и отвлекать, буквально одним взмахом руки меняя тревожные мысли принца на едва заметную улыбку. Ярмарка действительно оказывается людной — отовсюду звучат звонкие голоса продавцов, рекламирующих собственные товары, где-то в глуби толпы слышится детский смех, а на деревьях в округе распевают птицы. Даже появление царя не успокаивает народ достаточно. Принц жмётся ближе к боку Ноя, сжимая его ладонь в своей. Это едва заметное движение, спрятанное в накидке, но настолько ободряющее, что он чувствует себя чуть более смелым, чем когда он стоял во дворце перед зеркалом. Множество разнообразных товаров отвлекает его окончательно. Они останавливаются перед одним стендом, переходя ко второму, а после к другим настолько быстро, что Телемах теряется в их количестве. Антиной не устаёт тыкать ему на любой товар, который его заинтересует, шепча насмешливые комментарии о криво вырезанных деревянных кинжалах или плохо выпеченном хлебе. И, не смотря ни на что, принц улыбается в ответ. Солнце медленно начинает опускаться, когда их прогулка подходит к концу. Последним стенд для них становится стенд с выпечкой, к которой Антиной чуть ли не за шкирку подтаскивает его, заставляя выбрать что-нибудь. Шум ярмарки остаётся позади, когда пара уходит ближе к берегу. Принц глубоко вдыхает солёный воздух, только сейчас понимая, что забыл обо всех своих тревогах. Тяжело не забыть о них, когда тёплая ладонь Антиноя всё время лежала на его плече. — О чём ты думаешь? Принц качает головой, прогоняя мысли, и поворачивается к Ною. — Да так… — Он пожимает плечами. — О сегодняшнем дне. — Уже не можешь выкинуть меня из головы? — И снова эта волчья ухмылка. — Смейся, сколько хочешь… — Телемах фыркает, слабо тыча локтём в чужой бок. Антиной наигранно потирает ушибленную кожу, прежде чем взъерошить чужие волосы в ответ. Принц выглядит раздражённым, но, тем не менее, наоборот льнет к прикосновению, прикрывая глаза. Даже если он не видит изменения в ухмылке напротив, то определённо чувствует это в на мгновение дрогнувших пальцах в собственных локонах. Чувствует это в почти беззвучном вздохе. В мягком прикосновении губ к своему лбу. — Это был хороший день. — Всё же бормочет царь тихим голосом. — Возможно нам стоит заниматься этим почаще. Телемах хочет съязвить в ответ, но его останавливает непривычная серьёзность в чужом голосе, спрятанная за небрежностью. Вместо этого он едва заметно кивает, тепло улыбаясь в ответ. — Возможно… Может быть Антиной не всегда показывает всю искренность своих чувств, но Телемах быстро учится понимать его без лишних слов. В конце концов, принц уверен, что они дополняют друг друга. Тем или иным образом. И этого достаточно.