Контракт на выживание

«Когда союз скреплён кровью и предательством, имена остаются на пепле,

а выбор — единственным оружием в руках тех, кто готов бороться за своё завтра.»

Ночь сгустилась над Бирмингемом, как удушливый дым от догорающих надежд. Ветер срывал с крыш черепицу, хлопал незапертыми ставнями, и даже тишина здесь звенела тревогой. Особняк Шелби дышал напряжённой тишиной. Где-то на нижнем уровне, под толщей камня и бетона, цепи тихо звякнули. Ашер сидел в темноте подвала, опустив голову. Его волосы прилипли к лицу, на губах застыла едва заметная ухмылка. Он не двигался, будто статуя. Но разум его не спал, он слушал. Всегда слушал. Наверху, в просторном зале с окнами в пол, Вивьен шла по холодному полу босиком, не замечая, как дрожат руки. Её пальцы сжимали край подоконника. Она ждала. Воздух был густ от страха, от предчувствия чего-то необратимого. — Где Томас? — спросила она, повернувшись к Коннору, вошедшему без стука. Тот был весь в крови, не своей. Его глаза блестели, как у охотника, пережившего бой, но не победу. — На западной границе. Напали на наших. Предатель изнутри. Мы потеряли оружие и людей. Томас остался с Артуром прикрыть отход. У неё пересохло в горле. — Кто? — Мы ещё не знаем. Но…он был близко..Очень близко. Голос Коннора стал тише. И тогда Вивьен поняла: речь не только о враге. Кто-то из них. Через два часа, когда стрелки часов перевалили за полночь, тяжёлая дверь особняка распахнулась. Томас, опираясь на Артура, вошёл в дом. Лицо побледнело, рука прижата к боку, где кровь пропитала белую рубашку. Но глаза…глаза всё так же сверкали. — Том… — Она бросилась к нему. — Всё нормально, я жив. — Голос его дрогнул лишь на миг. — Коннор привёл остатки. Остальные…остались там. Она коснулась его щеки, провела ладонью по волосам. — Кто это сделал? — Кто-то, кто знал наши маршруты. Кто знал, где будет оружие, кто знал, что мы не будем ждать атаки. Он сел, тяжело дыша, но отмахнулся от боли. — Мы заплатили. Слишком высокую цену. В этот момент в комнату вошёл Коннор, бросив взгляд на Томаса и её. — Нам нужно решить, что делать дальше. Но Томас поднял руку. — Позже. Он посмотрел на Вивьен. — Сейчас…мне нужно поговорить с ней. Наедине. Коннор кивнул, переместв взгляд с одного на другого, и через пару секунд он вышел. Комната словно сжалась, когда они остались вдвоём. Пламя камина отбрасывало тени на стены, играя на её лице. — Томас… Он не дал ей закончить. Томас встал, несмотря на боль, и подошёл к ней. Его пальцы нашли её ладони, горячие, пульсирующие. Он не сказал ни слова, просто медленно опустился на колени, прижал губы к её рукам. Она задохнулась. Никаких обещаний, никаких красивых фраз. Только этот жест. — Ты... — её голос дрожал, — ты ведь знал, что можешь не вернуться. Он поднял взгляд. — Но я вернулся. Ради тебя. Она склонилась к нему, уткнулась лбом в его волосы. — Тогда не смей снова уходить без меня.

***

Позже, когда он спал, измотанный, её голова покоилась у него на груди. Снаружи ветер всё ещё бился о стекло, но внутри всё было тихо. В подвале, в сырой тени, Ашер открыл глаза. Он слышал шаги. Шепоты. Слышал всё, что нужно. — Вот как, Томас Шелби, — прошептал он, — ради неё, значит? Он усмехнулся, встал с пола, потянул цепи. — Посмотрим, что ты сделаешь, когда всё, что ты любишь…превратится в пепел.