Москва-Нева

Саша проснулся без четверти семь – не по будильнику, а потому, что в глаза светило яркое солнце из незавешенного по запарке на ночь окна. Романов сел на своей полке, сонно потирая глаза, выглянул в окно и улыбнулся. Зелень, голубое небо, солнце, самолёт летит... он наклонился в сторону прохода и поморщился – к уборным собралась небольшая очередь. Что ж... было время проверить «корреспонденцию». Сняв телефон с зарядки, Саша заглянул в чаты и польщённо хмыкнул. Он был явно популярен с утра пораньше. Одно сообщение гласило «Добро пожаловать в столичный регион!» На это можно было не отвечать, но Саша радовался манере операторов поздравлять с прибытием куда-то. Приятно, в конце концов. Второе – от Миши – гласило, что Московский встал в 5 утра (если вообще ложился) и с половины седьмого бродил по вокзалу в ожидании Саши. Саша отправил ему шутливо-нежное «Доброе утро, Москва! Говорит Ленинград-Петербург: люблю тебя!», на что немедленно получил ворох сердечек и вопрос «Выспался?» Попереписывавшись ещё немного в своё удовольствие, Саша решил проверить третий чат – и тут глаза его округлились. Писал не Денис, а Никита Енисейский – причём в четыре утра. Никита: Дядя Саша, по просьбе Дениса пишу, что мы дома Никита: Вы только не пугайтесь, пожалуйста Никита: Просто Денис немножечко утопил свой телефон в Фонтанке... Никита: И, если можно, передайте, пожалуйста, Михаилу Юрьевичу, что Даня тоже. Они немножко соревновались. Серёжа даже на видео снял. Только Вы не ругайтесь. Они ненарочно. Честно Саша подумал немного. Наверняка эти балбесы сейчас спали без задних ног. Он, правда, не представлял, как можно СЛУЧАЙНО утопить ДВА телефона в реке, да ещё и СОРЕВНУЯСЬ... Но хоть все четверо живы – и на том спасибо. А ругаться у него не было никакого желания. По крайней мере сейчас. Поэтому он отправил в ответ: «Передай им обоим, что мы с Михаилом Юрьевичем с ними немножко случайно будем иметь беседу завтра вечером. Если не затруднит, напиши мне ещё сегодня, переживёте ли вы этот день. Спокойной ночи и доброе утро» и отложил телефон. Очередь у туалетов подрассосалась – надо было сходить умыться, переодеться и причесаться. Как обычно, на глазах у соседей Саша считал невежливым заниматься такой рутиной. «Да, и надо не забыть солнцезащитный крем!» С этой мыслью Саша полез в вытащенный из-под полки рюкзак.

***

Когда Саша выскочил из вагона, он только и успел, что с удовольствием глубоко вздохнуть столичный воздух – в следующее мгновение его стиснули в объятиях, приподняли над землёй и отнесли куда-то в сторону от торопящихся пассажиров. – Задушишь, – проворчал Романов, когда Московский таки поставил его аккуратно обратно на плитку. – Зачем же задушу? Считай это лёгким массажем в знак приветствия! – немедленно отозвался Миша. Судя по голосу – довольный донельзя. Саша улыбнулся, немного постоял с закрытыми глазами и всё-таки отстранился, чтобы взглянуть в лицо Мише. – Всё? – хмыкнул тот, подняв солнечные очки на лоб. – Настрадался? Уже можно тебя жалеть? – Я не страдал – у меня была мягкая подушка и сон, в котором мы покупали мороженое, – Саша пожал плечами, лукаво щурясь. Кажется, что сам Миша, что погода в городе были в великолепном настроении. Михаил Юрьевич сиял улыбкой, небо над Москвой было ясным и чистым, крыши заливало солнце. – Понятно, – по-актёрски драматично вздохнул Миша. – Значит, я настрадался за двоих… – Ох, ну простите, Михаил Юрьевич! – Саша с покаянным видом молитвенно сложил ладони. – Каюсь, грешен… Миша от души рассмеялся и погрозил ему пальцем: – Но-но, Сашенька! Я сегодня не Михаил Юрьевич, я просто Миша! Обычный москвич! Саша с любопытством наклонил голову. А ведь правда – Миша был в любимой красной футболке и шортах, через плечо перекинута лямка рюкзака… тянул бы на простого весёлого московского студента, если бы не брендовые очки. И то – чтобы знать об их брендовости, нужно было быть Сашей. – Тоже без маски? – приподнял одну бровь Саша. – Да, – Миша как-то очень просто и по-человечески кивнул. – Давай погуляем, как простые смертные? Романов тоже рассмеялся. Такого свидания, если вдуматься, у них давно не было. – С удовольствием! – весело отозвался он. – Прекрасно! – Миша воодушевлённо хлопнул в ладоши. – Тогда снимай свой плащ, давай его мне и пойдём завтракать в раменную! – Вот это у тебя план, – восхитился Саша, послушно скинув рюкзак на землю и стягивая плащ, в котором в самом деле уже было жарко. – Не успел приехать – а ты меня уже обдираешь как липку и ведёшь страдать… – Почему это страдать? – Миша нахмурился. – Ты не жалуешь азиатские супы? – Жалую… по настроению, – Саша отдал ему плащ и поднял рюкзак. – Но они же острые, а у меня с острым… сложно, ты же знаешь. – Ах, проблема в этом! – Мишино лицо прояснилось. – Так возьмём тебе самый неострый, сливочный! – А ты уже эксперт, я погляжу, – ревниво проворчал Саша, наблюдая, как Миша решительно перекидывает его плащ через руку. – Немного, – Миша протянул ему свободную руку. – Не предлагать же тебе в восемь утра борщ?.. Да не дуйся ты так, с тем, что готовишь ты, ничто не сравнится! – Особенно с пышками? – подозрительно спросил Саша, взяв Мишу за протянутую ладонь. – Не только – но да! – Миша стиснул его пальцы и решительно направился к выходу с вокзала, лавируя между людьми и ограждениями (реставрацию Ленинградского вокзала никто не отменял). Полубегом следуя за ним, Саша в какой-то момент проворчал: – Вот научусь этот твой том ям готовить – будешь знать, как по раменным шататься… – В этом нет необходимости, – Миша обернулся, обнажив зубы в улыбке. – Я ими от безысходности иногда питаюсь… – Ну-ну… – От меня режимом Отелло заразился, дорогой? – Вот ещё! Миша коротко хохотнул и, зажмурившись, потряс головой. Удивительно, как он с такими виражами умудрялся ни в кого не врезаться в переходе! – Ты очаровательно ревнуешь, Парадиз! Саша фыркнул, с достоинством вскинув голову: – Неправда! – Правда! – Не… ай! Миша обернулся и так убийственно зыркнул на мужчину, наступившего Саше на ногу, что тот в ужасе отпрыгнул на метр в сторону и залепетал слова извинения на трёх языках разом. Саша прыснул со смеху. Утро начиналось по-московски суетно.