1. Клубы — не то, чем кажутся
22 июля 2025 г., 20:16
Всё окутывал туман, расшитый белым кружевом. И как только невесты находят путь к алтарю? Должно быть, поэтому их ведут под руку.
— Вот он где! — ахнула Гермиона. — Акцио!
Белая пелена скользнула по лицу и исчезла. Фред зажмурился от бьющего в глаза света.
— Что это ты делал? — с усмешкой спросила Гермиона, нависнув над ним и сжимая в руке свой бюстгальтер.
— Палочка далеко, чтобы шторы задёрнуть, — оправдался он, не решившись даже заикнуться о том, что, во-первых, запах её духов на белье успокаивал, а, во-вторых, ему просто хотелось повалять дурака.
Теперь оранжевое солнце путалось в её волосах, щекочущих его лицо. Фред потянулся к ней, но она ускользнула, оставив его ни с чем. Он подтянулся на кровати и наблюдал за тем, как Гермиона заводит руки за спину, ловко справляется с застёжкой, разглаживает и поправляет треугольники кружева на груди.
— Ты сегодня слишком тихий, — сказала она, схватив юбку, висевшую на спинке стула. — Волнуешься? — Бросив юбку, она взяла расчёску, тут же вихрем переместилась к шкафу и распахнула дверцы.
— Нет, — соврал Фред.
Он полагал, что если выдаст хотя бы толику страха или сомнения, то взвинченная и без того Гермиона совсем обезумеет. За завтраком, когда он наклонился за поцелуем, она выпалила ему прямо в губы: «Где ты работаешь? Должность! Область!». И так весь день, в самые неподходящие моменты, едва только он начинал расслабляться и переставать думать о грядущем вечере.
— Знаешь, а следовало бы, — бросила она через плечо, с помощью палочки укладывая волосы.
— Я умею производить хорошее впечатление. Особенно на вечеринках, признай это.
Фред надеялся вызвать у неё улыбку и приятные воспоминания.
— И часто ты бывал на вечеринках «пятьдесят плюс»? К тому же, это компания приятелей-врачей старой закалки. Поверь, они — настоящие хищники, когда собираются вместе! Просто кошмар!
— Было бы хуже, будь они занудами.
— Надеюсь, что к концу вечера ты не поменяешь мнение, — хмыкнула Гермиона, придирчиво разглядывая его одежду на вешалке. — Так, — вздохнула она, повернувшись к нему, — нужно избегать всяких неловких вопросов, на которые нельзя ответить, не нарушив Статут о секретности. Пройдёмся по списку…
Это был уже седьмой раз, когда она решила напомнить об этом. Фред поднялся с постели, подошел к ней и стиснул в объятиях. Уперевшись ладонями в его грудь, она испытующе и требовательно взглянула на него.
— Всё будет хорошо, — сказал он. — А даже если нет — я хорош в импровизациях.
Гермиона покивала, но он увидел на её лице тень сомнения.
— Их я и боюсь, — сказала она.
Звучало как-то оскорбительно. И задевало, пожалуй, даже сильнее внезапных проверок в самом разгаре страсти, ведь она… Сомневалась в том, что было его сутью и предметом гордости? В нём самом? Очевидно, это отразилось на его лице, потому что Гермиона, спохватившись, затараторила:
— Я имею в виду, что вообще придётся импровизировать и выкручиваться. И так вся эта ситуация… Не каждый день приходится знакомить парня с родителями. Ну, вот так — официально. Ещё и с кучей гостей. Хочется, чтобы всё прошло идеально. Понимаешь?
Она покусывала губы, и Фред чувствовал кожей, как её ладони становились липкими. Взяв её руку, он куснул её за палец.
— Ну чего ты! — фыркнула она.
— Вместо поцелуя. Помаду тебе испортить не хочу, хотя ты её уже подъела, — Фред вздохнул, когда она вырвалась и подбежала к зеркалу, и начал одеваться. — И клянусь — вечер я тоже не испорчу. Веришь?
Он подбадривал не только её, но и себя. Обычно он не боялся ошибаться и совершать промахи — чего бы это ни касалось. Но ситуация была особенной: во-первых, она касалась Гермионы, а, во-вторых, при виде такой паники сложно было самому не начать думать, какими людьми окажутся Грейнджеры и не будет ли он в их глазах «недостаточным» и «недостойным» для неё.
— Верю. Но я переживаю не за вечер, а за тебя, — будто прочитав его мысли, отозвалась Гермиона. — Хищники же…
***
Машина остановилась у кованых ворот, за которыми простиралась окруженная бархатистым газоном дорога, ведущая к роскошному особняку с фонтаном перед главным входом. Слева и справа её обступали фигурно выстриженные зелёные кусты, изображавшие поднявшихся на дыбы лошадей. Вдали за особняком чернела роща, будто бы пытавшаяся корявыми пальцами голых ветвей царапать бледно-синее сумеречное небо. — Ух ты! И это клуб? — выпалил Фред. По фильмам, которые он смотрел с Гермионой, складывалось впечатление, что клубы были местом вроде «Дырявого котла» — только с громкой музыкой, открытой одеждой и разноцветной выпивкой. Там обычно начинались все приключения и знакомства. Но он не припоминал, показывали ли их снаружи. Может, все они прятали пикантную начинку в таких приличных зданиях? — Если твои родители с друзьями выбрали такое место, то мы точно поладим, — сказал он. — Такое место? — переспросила Гермиона с нервной усмешкой. — Тебе нравится? — Мне нравятся весёлые тусовки. И я, вообще-то, хотел с тобой как-нибудь сходить в магловский клуб. Гермиона посмотрела на него сначала растерянно, а потом сочувственно улыбнулась. — Мне жаль, — сказала она, сжав его ладонь. — Но это загородный клуб. Тут свадьбы отмечают или проводят конференции. Это что-то вроде гостиницы, как «Дырявый котёл», только обстановка внутри, как в музее. — Никаких танцев? Фантазии о бурном веселье стремительно таяли перед глазами, словно кто-то применил к ним Дезиллюминационные чары. — Ну, может, какие-нибудь будут, — пожала плечами Гермиона. — Если они совсем разойдутся и найдут кого-нибудь с дисками и проигрывателем. Фред подумал, что если всё станет совсем уныло, то ему следовало бы стать тем, кто найдёт это всё. Приближаясь к крыльцу с колоннами, Гермиона замедлила шаг и стала судорожно повторять под нос легенду. Фред взял её под локоть и сказал: — Мы не на экзамене, расслабься. — Да, — протянула она, — скорее на судебном слушании. И нам нужна чёткая линия защиты. Они вошли в просторный холл с большой лестницей, устланной бордовой дорожкой. Гермиона сразу потянула его к мужчине в старомодном фраке. Это точно был не её отец. Фред подумал, что, возможно, это один из друзей семьи, и решил проявить максимальную приветливость, протянув ему руку и представившись, но этот важный господин лишь скосил взгляд на протянутую ладонь и сухо кивнул: — Рады приветствовать вас в Грин-Оук-Холле. — Мы прибыли на мероприятие Грейнджеров, жёлтая гостиная, — сказала Гермиона. — Подскажите, пожалуйста, где это. — Мистер Уизли и мисс Грейнджер, верно? — сверившись с блокнотом, спросил важный. Он принял их плащи, а затем направился к двери слева от лестницы. Стук его начищенных до блеска туфель гулко разносился вокруг, создавая впечатление огромной пустоты. Коридоры Хогвартса были больше, но они всегда были многолюдными, и такое давящее предательское эхо появлялось только во время тайных ночных вылазок с Джорджем, когда всем послушным ученикам полагалось спать. Невольно Фред старался приглушить собственные шаги. — Как он понял, что это мы? Неужели все уже приехали? — с ужасом прошептала Гермиона, пока важный господин указывал то на одну дверь, то на другую, объявляя: «туалеты», «сигарная», «бильярдный зал». — Это… плохо? — Я надеялась, что представлю тебя маме и папе до того, как налетят стервятники. — Она схватила его запястье и взглянула на часы. — Да ведь ещё полчаса в запасе! По пути Фред разглядывал увешанные портретами и пейзажами стены. Застывшие картины по большей части изображали лошадей, длинноухих собак, уток и бородатых мужчин с длинными трубками, закинутыми на плечо или служившими опорой на манер трости — это, как Фред знал по магловским фильмам, называлось «ружьями», «стволами», «пушками», «волынами», в зависимости от того, кто в фильме говорил: опасного вида парни в чёрных куртках или самоотверженные стражи порядка. Гермиона крепко сжала его ладонь, когда их сопровождающий остановился перед тяжелой двойной дверью, сцепил руки за спиной и гордо выпрямился. — Жёлтая гостиная, — объявил он. — Приятного вечера! Фред коснулся дверной ручки. Внутри звучал приглушённый смех и голоса. Стервятники — что бы это ни значило — имели способность смеяться, и это вселяло в него надежду, что собравшиеся гости окажутся не чопорными занудами вроде Перси.
