В твоих объятьях

Следующий день Аюдзава провела в постели. Она позволила себе выспаться и не вставать в шесть утра для разбора накопленных дел – во-первых, Такуми попросил ее отдохнуть и не напрягаться. Во-вторых, большинство из них он выполнил сам. Брюнетка радовалась, хоть и пребывала в смятении от непривычки: у нее редко оставалось столько свободного времени, которое она может потратить на себя и любимого человека.   После обеда пара легла на футон и включила фильм, вышедший недавно на все площадки мира. Это была легкая романтика, но режиссер не поскромничал на реализацию откровенных сцен. Под «откровенными сценами» Миса имела ввиду объятья и поцелуи, которые были показаны крупным планом. Такуми, поджав губу, неожиданно сказал:   – Они выглядят такими собранными. Их не смущают поцелуи, они будто бы не ощущают или не хотят осознавать, что целуются. Профессиональные актеры. Хотя… Это, наверное, грустно, когда приходится много целоваться с нелюбимым, почти незнакомым человеком.   – Возможно. Но они получают за это деньги, поэтому они готовы учиться этому. Непросто показать зрителям такой чувственный момент, выполненный незнакомыми людьми.   – А ты много раз целовалась? – спросил Усуи, повернувшись к девушке. Брюнетка покраснела, опустив взгляд.   – С тобой только… До тебя я ни с кем не целовалась, даже с подругами. Иногда в щеку, и то очень редко.   – И я тоже.   Аюдзава удивленно взглянула на возлюбленного, не поверив в услышанное. Тем временем на экране показались титры, и блондин выключил телевизор, устремив взгляд на брюнетку. Девушка поднялась с футона и прошлась по комнате.   – Это так… неожиданно…   Мисаки улыбнулась и, отвернувшись, к окну скрестила руки за спиной. Ее лёгкая походка сопровождалась подтанцовыванием. Такуми неотрывно наблюдал за спиной возлюбленной.   – Почему же ты этого раньше не делал? – кокетливо спросила девушка, обернувшись вполоборота. Она стеснялась и, в целом, боялась увидеть реакцию парня. Тот же, скрестив руки на груди, усмехнулся.   – Потому что у меня не было такого опыта.    – Как так? – растерянно спросила Аюдзава, машинально обернувшись. Такуми выглядел задумчивым, не обращая внимания на пылающие щеки возлюбленной, он не улыбался и на несколько секунд отвел взгляд.    – Я не ищу этого со всеми девушками. То же самое касается и близости. У меня иные ценности и приоритеты в жизни… – ответил он, заглянув в глаза Мисаки. Его губы растянулись в нежной улыбке. – Предпочитаю мечтать о таком только с той девушкой, которую я люблю.   Аюдзава опустила голову, сдаваясь смущению, полностью накрывшему ее организм. Поджав губу, она вспомнила, как Такуми дразнил ее маленькую грудь, а сейчас это старое событие сильно кольнуло, да так, что захотелось по-глупому расплакаться.    – Но я ведь не модель и не сексуальная девушка. Ты ведь сам не так давно говорил, что у меня маленькая грудь. Как ты полюбил меня, если у меня такое тело?    На последнем слове голос предательски дрогнул, и одна слеза успела скатиться по красной щеке. Аюдзава не видела, какие эмоции одолели Такуми – она продолжала рассматривать ламинат, скромно водя по нему кончиками пальцев правой ноги. Через секунду рядом с ее ногами оказались ноги Такуми, а после этого девушка увидела, как парень садится перед ней на колени и прижимается к ее животу.   – Прости меня… – искренне произнёс Такуми. – В моих глазах ты самая красивая девушка, которую я когда-либо встречал. Мне нравилось дразнить тебя, потому что ты не воспринимала все близко к сердцу и сразу же давала мне отпор, пусть через раз и физической силой – я не против, заслужил. Да, я вел себя как типичный мальчик, впервые увидевший девушку в реальной жизни, ведь все остальное время проводил в телефоне или ноутбуке… Спустя столько попыток ухаживания за тобой, я начинал переставать надеяться на то, что мои чувства станут взаимными, так как видел, как ты держала дистанцию. А сейчас, когда я являюсь твоим парнем, а ты моей девушкой, я готов стоять на коленях и боготворить тебя, ведь ты для меня самое важное, что есть в моей жизни.    Аюдзава провела рукой по мягким волосам, зарывшись пальчиками в светлые локоны. Подушечки пальцев ласково погладили кожу головы, и Такуми невольно промурлыкал, прикрыв глаза от приятных ощущений. На самом деле, Миса никогда не злилась на Такуми за такие шутки, ведь она видела всю правду в его красивых глазах. Он любил ее безумно, возможно в какой-то степени очень эгоистично, особенно это проявлялось в порывах ревности. Но Такуми… Мисаки понимала, что этот человек готов нести ответственность за свои действия.    – Такуми… – тихо произнесла она, коснувшись его плеча. – Встань.    Когда она заглянула в его изумрудные глаза, ничего не нужно было произносить. Нежно улыбнувшись, она прильнула к его теплому, такому родному телу, уткнувшись носом в область ключиц. Ее руки ласково обняли парня за талию, остановившись на спине, мышцы на которой было так приятно поглаживать. Она не сразу почувствовала губы Усуи на своей макушке, а также его руки, обвившие плечи.    – Я люблю тебя… – прошептала она, спрятавшись лицом в его грудь – все равно девушка не переставала смущаться, порой, иногда приливы чувств ее пугали.    – И я люблю тебя, Мисаки…