Адриан Агрест
2 ноября 2025 г., 16:31
На этот раз Натаниэль решил пройтись по магазинам один. В последнее время его редко можно было увидеть без своего парня, но не официально, Марка. После инцидента с Реверсером два мальчика быстро стали неразлучны. Все привыкли видеть их вместе, и разлучить их стало практически невозможно. Они вместе приходили в школу, на мероприятия и всегда вместе уходили.
Нат уже некоторое время задавал себе вопросы. Молодой рыжеволосый парень никогда по-настоящему не хотел целовать девушку. Он даже никогда об этом не думал. Не то чтобы эта идея вызывала у него отвращение. Ему просто было неинтересно. Вернее, больше неинтересно. Когда-то он был очарован Маринетт, одной из его одноклассниц, и боготворил Леди Баг, но она была не более чем недосягаемой легендой. Была еще Аликс. Они были очень близки, но их дружба зародилась на общей почве: Аликс тоже любила искусство, и, благодаря работе ее отца в Лувре, она имела возможность проскальзывать мимо туристических толп и часами разглядывать редкие шедевры и музейные галереи. Хлоя тоже была весьма привлекательна, но ее ядовитый характер превращал ее в отталкивающее подобие красоты…
Со временем и в присутствии Марка он стал равнодушен. Ведь этот высокий панк принёс ему всё счастье на свете, и он знал, что не найдёт ничего лучше.
И первый поцелуй доказал его правоту. С тех пор школьные друзья и работа над комиксом, постепенно отошли на второй план. Всякий раз, когда появлялось свободное время, парни проводили его, обнявшись, целуясь и лаская друг друга. Объятия становились всё длиннее, а ласки — всё интимнее. Они заново открывали и покоряли друг друга, изучая чувствительные места. Поначалу Нат смущался; он стыдился своего маленького тела, которое не менялось, в то время как он видел, преображающееся тело его парня. Но Марк жаждал большего, чем всё тело Натаниэля, и его аппетит был ненасытен, что быстро заставило Ната забыть о своих сомнениях.
В старших классах они оба делали вид, что ничего не изменилось. Но стоило появиться малейшей возможности, как Нат, не теряя ни секунды, притягивал Марка к себе за воротник и впивался в его губы поцелуем, словно прощаясь навсегда. Прямо как Марк, когда прощался. Нат был настоящим мастером в этой маленькой игре в поцелуи-украдки. Это всегда удивляло Марка, который просил ещё, когда мог, но Нат неизменно отказывался. Один поцелуй – да, ещё – нет. Он не хотел, чтобы его поймали и показали всем.
– В следующий раз я тебе задницу надеру, – пригрозил Натаниэль со своим обычным раздражённым видом.
– С нетерпением жду, – ответил Марк, завороженный своим парнем и предвкушающий сладостное наказание.
Натаниэль подметил игру теней в их отношениях – на людях Марк словно прятался в полумрак, становясь робким и сдержанным. Он отступал в тень, позволяя Натаниэлю купаться в лучах внимания, словно бережно храня его сияние. Но стоило им остаться наедине, как маски спадали, и Марк преображался. Уверенный, экспрессивный, с искрой лукавства в глазах, он брал бразды правления в свои руки. Натаниэль позволял партнёру полностью доминировать и нести себя, особенно в моменты страсти. Словно его пожирал монстр, в которого превращался Марк. Что, если это правда? Что, если Марк действительно вампир? В любом случае, он был плотоядным.
Сегодня родители застали Натаниэля в одиночестве, и их лица омрачились тревогой. Воскресное утро без Марка – это было слишком необычно, чтобы не вызвать беспокойство.
— Ты с ним поссорился, дорогой? — спросила мать с грустным, но в то же время немного любопытным видом. Ей хотелось узнать побольше о ситуации.
— Конечно, нет, мам, просто сегодня мне нужно сделать кое-что важное, и я бы не хотел, чтобы Марк был здесь. К тому же, он сейчас тоже занят, так что всё сложится удачно, — успокоил рыжеволосый юноша, целуя мать на прощание и спешно направляясь к двери.
Натаниэль обсуждал свои отношения с Марком с родителями. У него, по сути, не было выбора. Он не мог скрыть это от них. Тем более, что Марк проводил много времени у них дома, и он не хотел чувствовать себя предателем их доверия. Натаниэль, по сути, считал высокого темноволосого панка почти членом семьи. Натаниэль немного боялся их реакции. В их еврейской общине однополые отношения, увы, не всегда встречали понимание, а порой и вовсе порицались. Он знал, что родители непредвзяты в этом вопросе, но не мог представить, как бы они отреагировали, если бы их собственный сын сказал им что-то подобное. К его огромному облегчению, родители отнеслись к этому с пониманием. Мать с радостью приняла Марка в семью — столь красивый и лучезарный, он словно вдохнул новую жизнь в их дом. Ни один из родителей не был слеп к растущей близости между двумя юношами, но кто мог противиться веяниям 21 века? Либеральные нравы, меняющиеся взгляды… Они радовались за Натаниэля, хотя и тревожились о той яростной реакции, которую неприятие могло выплеснуть в наши дни. Совсем недавно они услышали в новостях о случаях гомофобного насилия в Париже. Но одобрение родителей очень успокоило Натаниэля, и он пообещал им, что будет сдержанным и очень осторожным. И это началось ещё в старшей школе.
Он поехал на метро в район, где точно не встретит никого из школы. По крайней мере, он искренне на это надеялся, потому что не был уверен в том, что собирался сделать сегодня. Более того, с тех пор, как он начал встречаться с Марком, он начал задавать себе много вопросов о том, как устроены романтические отношения между мужчинами: на физическом уровне. Он просматривал несколько форумов и сайтов, чтобы узнать больше, даже заинтересовался гомоэротической, даже откровенно порнографической литературой, которая уже некоторое время была в моде, и тайком купил несколько комиксов такого рода… ради рисовки, оформления, но уж точно не ради откровенного содержания. НЕТ! И он пытался убедить себя в этом всё больше каждый раз, читая комикс в интернете. Он открыл для себя совершенно новую культуру, но это было не то, что он искал. Он хотел прежде всего самообразовываться, а не развлекаться.
Он понимал: чтобы остаться с Марком, ему предстояло пройти через это, и от осознания неизбежного в душе поднималась робкая тревога. Не то чтобы он боялся самого этого; на самом деле, ему стало очень любопытно. Ему просто отчаянно не хотелось оступиться. Отношения между парнем и девушкой — это был знакомый ландшафт. Школа пичкала романтическими сюжетами, фильмы впечатывали в сознание знакомые узоры любви, а форумы и сайты для подростков, пусть и полные предрассудков, всегда были готовы поделиться «мудростью».
Но Натаниэля не покидало странное ощущение, что в отношениях между мужчинами таится нечто иное. В интимные моменты мальчики исследовали тела друг друга, особенно Марк, которого, казалось, непреодолимо тянуло к телу Натаниэля, которому он завидовал. Его движения всегда были нежными, и он делал это с обескураживающей естественностью, что заставляло Натаниэля чувствовать себя немного неловко. Легкая тень стыда закрадывалась в душу: стыда от собственной неопытности, от неуверенности, которую он не осмеливался, не мог или не хотел разделить с Аликс.
В то время у двух мальчиков была другая проблема. Наступало половое созревание. Их тела менялись. Марк вытягивался ввысь, словно молодой тополь, а Натаниэль оставался будто притихшим, и это его очень раздражало. Однако он ничего не мог с этим поделать; природа сделала его таким. Он так и остался ниже и тоще своего парня. Природа, несгибаемая в своей воле, распорядилась именно так: он оставался худощавым, тенью своего рослого друга. У обоих начали меняться фигуры: на руках, ногах и торсе стали проступать мышцы... Марк поддерживал свою форму с помощью лёгких силовых тренировок с парнями из группы. Он твердил о необходимости держать себя в форме, но, обретая мужественность, не отказывался от косметики и привычной манерности. Натаниэль же, напротив, не трогал своё тело. Он следил за тем, что ест, и обязательно хотя бы час гулял или занимался другими видами деятельности, которые поддерживали бы его здоровье, но спорт определённо не для него. Черты лиц становились более чётким, а голоса ломались, дрожали. Особенно это было заметно с Марком. Его тонкий голосок дрогнул и понизился на несколько тонов, став глубже и звучнее, но был всё таким же нежным. Марк воспринял эту перемену с нескрываемым отторжением. Он и так говорил немного, а теперь и вовсе замкнулся. Два юноши стояли на пороге взросления. Желание постепенно пробуждалось, и Нат понял это, когда впервые мастурбировал в душе, вспоминая ласки и поцелуи Марка на своём теле. Сначала он чувствовал себя ужасно и стыдился этого. Он согрешил и думал, что предал Марка. Ему хотелось спрятаться, как это сделал тогда Марк, – забиться под школьную лестницу и избегать его несколько дней. Но он знал, что Марк не оставит его в покое, замучает вопросами, потребует объяснений, а это было невыносимо. К тому же, теперь они были вместе, и ему нужно было принять неизбежность подобных моментов, осознать их естественность.
Никто из них ещё никому не рассказывал о своих отношениях. Они предпочитали держать это в секрете, чтобы в полной мере насладиться обществом друг друга, и, прежде всего, не хотели появляться на публике, потому что знали: даже если группа их полностью поддержит, и большинство поймут, некоторые – нет. Натаниэль уже слышал неприятные замечания Хлои и хотел избежать этого любой ценой. Оскорбления Марка он бы просто не вынес, и мысль о возможной новой акуматизации терзала его душу. Он не хотел видеть Марка грустным. Натаниэль думал прежде всего о Хлое, ведь она причинила ему столько боли. Однако девушка значительно успокоилась и сильно повзрослела с тех пор, как стала Королевой Пчёл и начала работать с Леди Баг. Кто бы мог в это поверить? Хлоя Буржуа, девушка, известная тем, что ответственна более чем за половину акуматизаций в городе, была сокомандницей Леди Баг и Кота Нуара. Мир был перевёрнут с ног на голову. Однако угроза могла исходить и от другого источника. Например, от Лайлы Росси, которая была для Марка воплощением чумы, но он хотел забыть своего бывшего соседа по столу.
Нат вошел во Фнак, выискивая потайной ход, куда и прошмыгнул, словно тень, предвкушая начало поисков. Осторожно огляделся, убеждаясь, что его маневр остался незамеченным. Или же за ним все-таки следили? Стрелки часов неслись вперед, мир вокруг жил своей жизнью, не обращая на него внимания. Пустой коридор. Отлично. Он немного расслабился и сосредоточился на поисках. Он провел несколько минут, разглядывая обложки выставленных книг и изучая корешки книг на полках. Ему стало по-настоящему неловко видеть все эти обнажённые тела на обложках, словно он зашёл в запретное место и нарушил правила. Заметив несколько книг, сулящих новые грани удовольствия для его партнера, он бесцеремонно стащил их с полок и углубился в чтение. Смущение снова обожгло щеки – читать такое на виду у всех казалось преступлением. Он взял с полок несколько книг, названия которых соответствовали его желаниям, и начал их листать. Ему снова стало неловко читать такую литературу и рассматривать эти иллюстрации на глазах у всех. Он сам чувствовал себя голым. Но ему нужно было сосредоточиться, чтобы составить мнение и решить, какую книгу купить, чтобы серьёзно изучить вопрос плотских удовольствий. Небольшая, компактная книга подошла бы идеально, чтобы он мог спрятать её в сумке, под подушкой или вместе с несколькими комиксами, которые он прятал под матрасом.
— Натаниэль?!
Внезапно всё его тело напряглось и застыло. Книга, выскользнув из ослабевших пальцев, с глухим стуком упала на пол – настолько оглушительным было потрясение. При звуке собственного имени лицо исказила болезненная гримаса ужаса. Он мгновенно закрыл книгу и неуклюже спрятал её за спину, напрасно. В этом узком проходе его маневр был безнадежен. Было слишком поздно, его раскрыли. Он медленно повернул голову на зов и замер, с изумлением обнаружив тайную мечту каждой юной парижанки их возраста, Адриана Агреста.
– А-а… Адриан! – пробормотал он, не зная, куда смотреть, такой же красный, как его волосы. – Привет! Давно не виделись. Ч-ч-что ты здесь делаешь?
Натаниэль чувствовал себя раздавленным этой неожиданной встречей.
— Я пришёл закупиться новинками аниме! — сказал он, гордо улыбаясь и демонстрируя свою корзину, полную Blu-ray-дисков всех мастей. — Я уже собирался заплатить, как вдруг увидел вдалеке кого-то знакомого. Должен сказать, ты не очень-то вписываешься в окружение со своими томатно-рыжими волосами! — рассмеялся он.
Мальчики разговорились, но Адриан не мог не отметить отсутствия Марка. Натаниэль смущенно пояснил, что Марк по уши в работе и их встречи стали редкостью. Ему было очень жарко и не по себе. Как он собирается объяснять ситуацию? Он был там, во Фнаке, в отделе для взрослых, с Адрианом Агрестом.
— Не волнуйся, я умею хранить секреты, — подмигнула юная модель.
— Спасибо, — робко сказал Натаниэль. — В любом случае, я уже собирался заплатить, — добавил он, щёки его зардели, не глядя на Адриана. Он должен был показать, что уверен в себе и что всё нормально. — А ты что здесь делаешь? — спросил он, с любопытством столкнувшись с моделью в таком отдалённом уголке столицы.
— Я прихожу сюда, чтобы спокойно и в тишине пройтись по магазинам, вдали от фанатов, — просто ответил Адриан с улыбкой.
Двое подростков вместе направились к кассам: один с корзиной, полной Blu-ray дисков, другой – с небольшой книжкой с непристойностями. Разделившись у самой цели, они выбрали разные очереди, желая сэкономить драгоценные минуты. Натаниэль пошёл первым, смущённо кладя книгу на прилавок. Что подумает кассирша? Увидит ли она в этом сговоре двух юных душ тайный смысл? Он не должен был позволить ей подумать, что они вместе, потому что это было не так. Натаниэль был с Марком. Его накрыла новая волна жара, беспокойство о том, что может подумать кассирша. Но ничего не произошло; молодая женщина отсканировала штрихкод книги, уточнила наличие карты, положила её в пакет, и Натаниэль заплатил. Та же процедура была повторена с Адрианом, и парни вышли из магазина.
— Хочешь прогуляться? У меня ещё есть время до китайского, — предложил Адриан. — Если, конечно, у тебя нет других планов?
Натаниэль согласился, и два мальчика пошли бродить по улицам района в поисках уютного маленького кафе, которое не бросалось бы в глаза. Натаниэль достал телефон, несколько мгновений смотрел на карту Парижа и быстро нашёл небольшое кафе, спрятанное в переулке. Он любил эти укромные уголки, эти секретные лазейки, которые, казалось, добавляли Парижу шарма и загадочности. Словно город шептал тебе на ухо свои тайны. Если место было хорошим, он делился им с Марком, и они могли бы сделать его новой базой для работ или романтического свидания. А пока он собирался заглянуть в это кафе с Адрианом.
Адриан Агрест прибыл в колледж Франсуа Дюпон, когда они перешли в четвертый класс. Он, казалось, мгновенно занял место лидера. Адриан – воплощенное совершенство, сияющий образцовый сын Габриэля Агреста, гения высокой моды. Высокий, возвышающийся над всеми остальными (потому что все парни были выше Натаниэля), шелковистые светлые волосы, с красивыми фисташково-зелеными глазами и, прежде всего, он был дружелюбен ко всем и всегда готов помочь другим.
Они с Натом несколько раз учились в одних и тех же классах, но никогда по-настоящему не были друзьями. Они разговаривали вместе, когда группа устраивала вечеринки, но высокий блондин всегда был со своим лучшим другом Нино, диджеем группы. Поэтому решение выпить кофе в укромном кафе, после случайной встречи в одном из магазинов Фнак на окраине города, было актом чистой импровизации.
Двое подростков разговорились о жизни, воспоминаниях, общих друзьях и, конечно же, о Леди Баг. Натаниэль узнал, что Адриан, как и он сам, — ярый поклонник супергероини. Этот общий секрет заметно сблизил их. Впрочем, кто не был фанатом Леди Баг? Защитница Парижа, она стала символом мужества и свободы для всех жителей столицы. Затем Адриан признался, что покупает комиксы Натаниэля… в интернет-магазине. На конгресс за автографом он пока не решался пойти, хоть и мечтал об этом всем сердцем. Подобные сборища он избегал, опасаясь внимания собственных фанатов. Он боялся, что его тут же обступят, и он не сможет ничем насладиться. Натаниэль предложил ему гениальную идею: косплей! Он был уверен, что косплей Кота Нуара был бы для Адриана настоящим откровением! Адриан почесал в затылке, смущенный этим предложением. Он дал понять художнику, что косплей – не совсем его стихия, хотя и ценится в поп-культуре. Адриан обожал истории о Леди Баг и Коте Нуаре, созданные Марком и Натаниэлем, находя персонажей удивительно живыми и правдоподобными. Особенно ему нравились шутки Кота Нуара, к неописуемой радости Натаниэля, который признался, что является автором большинства из них. Об Леди Баг модель говорила с таким восторгом, словно был влюблен. В его глазах горели звезды, и Натаниэль не мог этого не заметить, хоть и не спешил с выводами. Адриан еще раз похвалил работу Натаниэля и Марка, и, воспользовавшись случаем, предложил несколько идей для будущих серий: новые суперзлодеи, суперспособности. Натаниэль запоминал все, находя эти идеи свежими и интересными для развития сюжета. Он отметил богатое воображение юной модели, объяснив это его любовью к японской анимации. День подходил к концу, и Натаниэль почувствовал себя комфортно рядом с другим подростком, который, вопреки своему звездному статусу, оказался обычным парнем со своими проблемами и страхами. Но Натаниэля по-прежнему терзали собственные любовные переживания, и он не знал, с кем ими поделиться. Высокий блондин казался человеком, заслуживающим доверия, однако не стоило торопиться бросаться в омут с головой.
— Можно задать тебе один личный вопрос? — Натаниэль нерешительно замялся. — Можешь не отвечать, если тебе будет неловко.
— Давай, спрашивай, — Адриан ободряюще улыбнулся.
— У тебя был опыт общения с девушками?
Натаниэль застенчиво отвел взгляд. Адриан, застигнутый врасплох вопросом, едва не поперхнулся кофе. Он взял себя в руки и ответил серьезно.
– Ты только представь… мир узнает, что у сына великого Габриэля Агреста есть подружка? Не уверен, что это всем понравится… особенно моему отцу... В конце концов, я должен быть образцом совершенства. – Преувеличенно высокий блондин устало вздохнул, словно неся на плечах непосильную ношу своего положения.
И что-то в этом тихом признании заставило Натаниэля почувствовать проблеск доверия.
– Просто сейчас у меня много вопросов. Мы с Марком хотели бы двигаться дальше... В общем, ты понимаешь... Но я не совсем понимаю, как это сделать, и, кажется, он боится спугнуть меня. Он не хочет давить на меня, но есть момент, когда ему действительно придется рискнуть... Наконец, ты понимаешь, что я имею в виду.
– Подожди, ты мне сейчас говоришь... Что у тебя отношения с Марком! – Адриан притворно изумился, в его взгляде мелькнула игривая искра. – Это сенсация!
– Тссс! – раздраженно прошипел Натаниэль, с тревогой оглядываясь, не привлекает ли их беседа лишнее внимание. Убедившись, что никто не подслушивает, он добавил вполголоса: – Да, мы пара… просто нам не очень хочется выставлять это напоказ.
– И ты совершенно прав, – заключил Адриан. – Не представляю, каково это – быть под таким прицелом. Девчонки бы обезумели.
– Удивляюсь тебе. Не похоже, чтобы они и так не следили за каждым нашим шагом, выискивая хоть малейший повод для сплетен, – вздохнул рыжий юноша. – Ты никому ничего не расскажешь! – Внезапно Натаниэль забеспокоился.
— Нет, клянусь! Буду нем, как склеп! — Поклялся Адриан, поднимая правую руку. — В любом случае, искренне надеюсь, что у вас все сложится. Вы всегда выглядите очень счастливыми вместе. На одной волне… Аж зубы сводит от зависти! Вы вызываете всеобщую ревность, знаете? — признался Адриан и затем добавил: — Знаешь, раз уж ты открыл мне свои переживания, я должен доверить тебе один секрет. То, что я не могу рассказать никому.
— Даже Нино? — Удивился Нат.
— Тем более Нино! — обреченно вздохнул Адриан. — Он мой лучший друг, я ему доверяю… Но есть еще Алья. И если Нино вдруг проболтается, я уверен, вся наша компания узнает об этом меньше, чем за два часа, даже не обсуждая это вслух. А этого я не хочу.
Натаниэль был искренне заинтригован. Так что же это был за секрет, который Адриан Агрест скрывал от всех?
– Я… я чувствую, что влюбляюсь в одну девушку, – прошептал Адриан, словно боясь, что его услышат стены кафе. – Мы очень близки, но… это больше, чем просто дружба.
Натаниэль застыл с удивленной миной и чуть не опрокинул свой стакан с кофе. Скрытая любовь! Это немного напоминало его ситуацию с ним и Марком. На мгновение мелькнула мысль: не о Маринетт ли говорит Адриан? Ведь когда-то она робко сделала первый шаг. Сегодня Маринетт казалась уверенной в себе, но их отношения всегда выглядели кристально чистыми, слишком открытыми для тайной страсти. О ком же тогда Адриан мог говорить с таким трепетом? В голову пришла Кагами, его партнерша по фехтованию. Холодная, стойкая, неприступная даже в своей дружелюбности. Натаниэль редко видел ее на их общих мероприятиях, так как она предпочитала уединение. И все же она всегда была вежлива и до невероятности прямолинейна. Трудно было представить, что такой солнечный юноша, как Адриан, мог влюбиться в ледяную королеву. Была еще Хлоя, не раз демонстрировавшая свое желание заполучить Адриана еще в колледже, но она явно была не в его вкусе. Или Лайла Росси? Его бывшая одноклассница? Очаровательная, улыбчивая, очень милая. Она всегда крутилась вокруг Адриана. Натаниэль решил прекратить гадать. В конце концов, это чужая тайна, и лучше держаться от нее подальше.
– И ты когда-нибудь обсуждал это с ней? – Он просто спросил, не пытаясь узнать личность девушки.
– Нет. Не совсем так. Мы просто должны быть друзьями, но в последнее время мы стали намного ближе и проводим все больше и больше времени вместе... Ситуация довольно сложная, и есть некоторые секреты, о которых я не могу говорить. Я чувствую, как ее взгляд скользит по кому-то еще. Кроме того, если бы мой отец узнал обо всем этом, я уверен, он был бы в ярости и не одобрил бы. И что самое худшее во всем этом? Дело в том, что однажды, когда мы еще учились в средней школе, я уже отказывался от ее “ухаживаний” перед ее отцом. Мне действительно плохо.
Закончив этот поток откровений, он откинулся на спинку стула, взгляд его был устремлен в потолок, полный отчаяния. В нем не осталось и следа от той светской маски Адриана Агреста, к которой все привыкли. Натаниэль был тронут до глубины души, но чувствовал себя беспомощным. Он не знал, как подобрать слова, как утешить этого парня.
– Знаешь, – произнес он, запрокинув голову, – приятно иметь возможность немного доверять себе. И он выпрямился и улыбнулся, тем самым избавившись от эмоционального стресса, жертвой которого он, тем не менее, казался.
– В любом случае, если тебе когда-нибудь захочется выговориться, ты можешь рассчитывать на меня. – Говорит Нат с некоторым колебанием.
– Спасибо.
И они вновь погрузились в беседу, отпивая из своих стаканов. Домой они вернулись позже обычного, оба ощущая смутное облегчение. Проблемы, конечно, не исчезли, но хотя бы стало чуточку легче от того, что удалось ими поделиться.
