Тёмная Сказка Берега Мечей

Цири понимала, что её безмятежности в Западной Гавани этой ночью пришёл конец. Воздух, ещё недавно пахнувший медовухой и осенними листьями, теперь нес запах гари и крови. Она вступала на дорогу своей прошлой жизни. Жизни, в которой было много места всему… этому. Вот этому самому: битвам, опасностям, врагам, вырвавшимся из самых тёмных уголков существования. Жизни, в которой не было места беззаботным посиделкам с любимыми друзьями, которыми она наслаждалась целый, драгоценный год. Мучимая подобными мыслями, она всё же глупо улыбнулась. Улыбка вышла кривой, на грани смеха и слёз. Изначально она вообще вместо вожделённого Кормира приземлилась прямо в Топях Мертвецов — месте, где почти ни у одного смертного не было шансов выжить на протяжении суток в одиночку, месте, полном отчаяния и гибели. Но она выжила. И после этого, словно подарок судьбы, встретила Ариану, свою лучшую подругу в жизни, которая привела её в лучший городок, в её жизни — Западную Гавань, поселив её под одной крышей с собой. Ариана стала ей гораздо больше, чем подругой. Возможно, кем-то вроде сестры, той родной души, которой ей так не хватало. А Бивил и Эми, компания детства Арианы, стали и ей такими же друзьями, так органично принявшими её, будто она дружит с ними с самого раннего детства. Несмотря на то, что мирная и безмятежная жизнь явно окончилась, Цири была благодарна… неважно кому. Судьбе, себе, обстоятельствам. Благодарна за этот год — год безмятежности, благоденствия и спокойствия. Цири целый год чувствовала себя счастливой, потихоньку забывая о всей прошлой жизни, полной одной сплошной боли, ярости и гнева. Шрамы на душе, казалось, начинали затягиваться. Этот год дал ей очень много. Больше, чем кто-либо со стороны мог себе представить. И теперь она расставалась с этим годом не без сожаления, но с чувством какого-то выполненного долга перед собой. Она решительно кивнула головой самой себе, её глаза зажглись мстительным огнём, который был ей так знаком. Она была готова действовать. Что бы там дальше ни случилось — это неважно. Рядом с ней Ариана — чего лучшего можно было бы желать? Ариана — она разберётся… Эми Ферн была очень занята помощью своей приёмной матери. Их дом находился практически у самого поля, как и ферма Старлингов. Дуэргары успели устроить значительный беспорядок, пока не были перебиты ещё до подхода ополченцев – их разорвали собаки. Три свирепых пса, которых приёмная мать благоразумно выпустила из их отдельного большого домика, являющегося их жилищем – просто разнесли небольшое количество дуэргаров, которых матери Эми даже не потребовалось добивать. Ариане по итогу пришлось вылечить одного пса, получившего серьёзную рану. Получив её живительное заклинание, он теперь сидел на своей лежанке и отдыхал, набираясь сил, его глаза были полны преданности. Сама Ариана отвлеклась от помощи раненым на правом берегу. Её взгляд скользнул по полю битвы и узрел кое-что несомненно интересное. Жестким, почти приказным голосом она позвала Цири, которая помчалась к ней сломя голову, чувствуя надвигающуюся важность момента. Ариана поманила её за собой в полуразрушенный сарай какой-то фермы, его крыша частично обвалилась, а стены были изрешечены стрелами. Бивил, заметив их, присоединился к ним, его лицо всё ещё было бледно от пережитого ужаса за свою семью. Прислонившись к стене сарая, возле самой ограды, сидел, зажимая раны, истекающий кровью дуэргар. Его серая кожа была ещё более бледной от потери крови, а дыхание — прерывистым и хриплым. Ариана подошла и с силой пнула его сапогом в бок, повалив набок. На лице её не было ни тени сочувствия, лишь холодная решимость. Цири тяжело вздохнула. Она была немым свидетелем гораздо большей жестокости в своём родном мире, видела пытки и казни, но всё же подобные вещи словно «возвращали её обратно», напоминая о тех тёмных страницах её прошлого, от которых она пыталась убежать. Но она ничем не выдала своих мыслей, сохраняя на лице бесстрастное, отстранённое выражение. Бивил же открыто поморщился, его лицо скривилось от отвращения, что не ускользнуло от её цепкого взгляда. - Вы зачем напали на Западную Гавань? — спросила Ариана, её голос был низким и твёрдым. Дуэргар, откашливаясь кровью после её пинка, поднял на неё взгляд, полный непреодолимой, глубокой ненависти. - Чтобы уничтожить вас всех, гнусные создания, — просипел он, и Цири поразилась этой глубине злобы. Это же надо кого-то так ненавидеть… - И всё? — спокойно спросила Ариана, не веря ни единому слову. – Не свисти мне тут, подземное отродье. Вами управляли существа из Плана Ахерон, а ими какой-то маг, похожий на пришельца из Астрального или Эфирного Плана. Зачем вам Западная Гавань? ЗДЕСЬ ЖЕ НИЧЕГО НЕТ! Не пришли же вы поживиться дырявым шлемом. Отвечай, дуэргар! - Хха-ха! — выплюнул кровью дуэргар, его смех был полон презрения. – Ты права, нас сюда ПОЗВАЛИ на помощь те, кого ты упомянула. Они что-то искали, я понятия не имею что. А если при этом будет уничтожена вся деревня твоей омерзительной расы, так это даже лучше… Ариана обладала достаточной силой своей богини Миликки, чтобы использовать довольно интересные пытки, и даже не пытки, а возможности добиться от этого создания правды. Но ей было абсолютно незачем тратить время на подобные вещи, забирающие немало драгоценных сил впустую. Что он ей скажет? Да то же самое. Она уже знала, что враг не выдаст ничего более ценного, чем эту общую информацию. Она схватила дуэргара за отростки его жёстких волос на голове, приподняв его изуродованное лицо. Другой рукой она достала длинный, продолговатый нож, его лезвие тускло блеснуло в утреннем полумраке сарая, и медленно, с методичной жестокостью перерезала ему горло, заставляя булькать при каждом движении, пока кровь хлестала на землю. Наконец, она отпустила серого дворфа, и тот ничком рухнул на пол. Из-под него продолжала течь значительная лужа тёмной крови, быстро растекаясь по грязному земляному полу. Цири смотрела на неё со смешанными чувствами, которые усердно постаралась скрыть, и надеялась, что у неё получилось. Её взгляд оставался бесстрастным, но внутри что-то сжалось. Бивил же смотрел с открытой долей отвращения, его губы были плотно сжаты, а глаза отведёны в сторону. - Может и… не стоило так… — робко протянул Бивил, его голос был едва слышен. Ариана насмешливо фыркнула, не удостоив его ответом, и сфокусировала изучающий взгляд на Цири. Последняя поняла, что та внимательно изучает её реакцию, ища признаки осуждения или понимания. - Хммм… — проговорила Цири, её взгляд был ровным. – Бивил, не надо играть в благородство, я сама видела, как ты побежал добивать раненого. - Это было в пылу битвы, — упрямо возразил Бивил, но тут же махнул рукой и пожал плечами, сдаваясь. – Я прекрасно понимаю и не осуждаю, — хмыкнул он через несколько секунд раздумий, его лицо вернуло прежнее выражение. – Но всё же, мы не получили ответа, почему они на нас напали. - А он ничего больше и не скажет, — подтвердила Ариана мысли Цири, бросая взгляд на мёртвое тело дуэргара. – Этим сейчас занимаются, наверное, Тармас и Дэйгун, ответы будем искать у них. Ариана заметила ещё двоих раненых жителей, их стоны доносились из-за груды разбитых телег. С её лица исчезла всякая жесткость, уступив место состраданию. Она поспешила к ним с помощью, её руки уже начали светиться мягким, целительным светом Миликки. Цири с Бивилом переглянулись, их взгляды говорили: "Что дальше?". Они решили направиться вдвоём к Тармасу или Дэйгуну за ответами, но это не понадобилось. Дэйгун нашёл их сам. К ним подбежал самый «травоядный» из братьев Моссфилдов – Уорд, его обычно добродушное лицо было весьма серьёзным. Он сообщил им, что их зовёт Дэйгун, и уточнил, что именно обоих – Цири и Бивила, без Арианы. Они нашли Дэйгуна на поле, где он, словно призрак, собирал свои весьма смертоносные стрелы среди павших тел, выбирая только целые из них, а своих помощников инструктировал собирать оружие павших дуэргаров и складировать его отдельно. Как говорится – в хозяйстве пригодится. Его движения были точны и экономны, как всегда. - О, девочка моя, — бесцветным голосом проговорил нелюдимый эльф, едва удостоив её взглядом. Цири уже давным-давно привыкла и к такому обращению, и к его бесстрастному тону, который скрывал бездну мудрости и опасности. – У меня для тебя поручение. Мне нужно, чтобы вы кое-что забрали из руин неподалёку от болот. - Вот те раз, никакого отдыха, — вздохнула про себя Цири, но её лицо осталось спокойным. Сдержанно она поинтересовалась: - Во-первых, неподалёку от болот — это Топи Мертвецов? Во-вторых, что именно забрать? - Нет, — отрицательно мотнул головой Дэйгун-Охотник, его взгляд был сосредоточен на карте, которую он развернул перед ними. – Это далеко от Топей Мертвецов. На юго-западе есть заболоченная местность. - Вот тут вот, — ткнул он пером в небольшой клочок пергамента, — руины древнего строения. Если тебе так интересно, когда-то очень-очень давно на этой земле располагалась древняя империя Иллефарн, и, судя по всему, это иллефарнское строение. Таких здесь много. Переходя ко второй части вопроса — забрать тебе нужно один предмет, лежащий в сундуке в большой комнате с алтарём. Там только одна зала с алтарём. Он без проблем поместится в твоём мешке. Да хоть в кармане. - Понятно, — кивнула Цири, не слишком озабоченная опасностью. Она была в гораздо более опасных ситуациях, а сделать что-то для жителей Западной Гавани и приютившего её по факту Дэйгуна ей представлялось очень даже логичным. Но всё же она спросила. – Я должна сделать это в одиночку? Не то чтобы я против… если да, то я пошла. - Нет, — бесстрастно возразил Дэйгун, переходя на немного более властный тон, не допускающий пререканий. – Не одна. Именно поэтому я позвал вас двоих. С тобой пойдёт Бивил Старлинг. - Хм… — протянул Бивил, его брови чуть приподнялись, но тотчас же кивнул. Не откажется же он помочь Цири, которая странно посмотрела на Дэйгуна, и тот совершенно верно истолковал её взгляд. - Нет, Ариана с тобой не пойдёт, — как всегда бесцветно проговорил он. – Она Жрица Миликки, и с помощью своей мудрой и справедливой богини вырывает раненых из когтей смерти. Брату Меррингу нужна помощь, он у нас всё-таки один, даже если его бог — Великое Божество Латандер… Цири утвердительно кивнула. Она прекрасно понимала эту логику. Нет ничего важнее, чем спасти раненых. Она же не может заниматься врачеванием, значит, задание в самый раз для неё. А когда ещё и Бивил рядом, то всё будет спокойнее. Но надо помнить, что с ними нет рядом мага или жреца, поэтому, как говорится, действовать будем аккуратнее. У Цири мелькнула мысль кликнуть Эми, но она знала, что та сейчас помогает матери, восстанавливая ферму. И, не раздумывая больше, решительно пошла вперёд, к выходу из посёлка, её сапоги отбивали ритмичный шаг по мостовой. Бивил с такой же решительностью, но чуть менее торопливо, следовал за ней. - От отца Арианы у меня будто мурашки по коже идут, — признался ей Бивил, когда они шли по тропинке, едва различимой в предутренних сумерках. Цири только пожала плечами, не желая с ним обсуждать Дэйгуна, предпочитая оставлять его молчаливую загадочность нетронутой. - Какие тут могут быть опасности? — перевела она разговор на более важную тему, её взгляд цепко сканировал окружающую местность, привычно выискивая признаки угрозы. - Это болота, — ответил Бивил, его голос звучал уверенно, словно он читал по открытой книге. – Там водятся известные тебе пауки, и в количестве том ещё. Могут быть гигантские ядовитые шмели, но думаю, мы обойдёмся без них. - Почему это? — спросила Цири, внимательно слушая и одновременно разглядывая обстановку, отмечая каждую деталь. - В это время года они предпочитают другие места, — проговорил уроженец Западной Гавани. Он явно знал такие вещи лучше пришелицы из другого мира, для которой местная флора и фауна всё ещё таили в себе множество сюрпризов. "Зато в самом строении нас может ожидать, во-первых, нежить… - Нежить, — фыркнула Цири, и в её голосе промелькнула лёгкая досада. – Жаль, что с нами не пошла Ариана. Клирики эффективны против нежити… - Ты всё больше и больше демонстрируешь погружение в механику нашего мира, — с лёгким смешком пробормотал Бивил, и Цири улыбнулась. Весёлые замечания от друга всегда её радовали, они были словно глоток свежего воздуха в преддверии опасности. Но её улыбка тотчас же померкла. - А что во-вторых? — спросила она, её тон стал серьёзным. – Ну, если нежить была во-первых… - Где-то поблизости обитает клан людей-ящеров… — озадаченно пробормотал Бивил, его брови нахмурились. Цири саркастично усмехнулась. - Ваш мир полон загадок, просто до самых плеч. Знаешь, я уже привыкла немного расслабляться, но иногда думаю — зря. Например, в нашем мире есть так называемые Утопцы. Эти твари живут на болотах и… сильно, скажем так, смахивают на вашу болотную нежить. Так вот, ваша болотная нежить и близко не годится в помётки нашим утопцам. Утопцы гораздо проворнее, и мой стиль боя как раз для сражения с подобными… монстрами. Перебить вашу болотную нежить всё же значительно легче… хотя, речь только о нежити. Само собой, Виверны и Гидры к этому не относятся… у нас нет ничего подобного Топям Мертвецов… Бивил слушал её, открыв рот и позабыв обо всём на свете. В первый раз Цири разоткровенничалась с ним про свой мир, откуда она прибыла. Он понял, что ничего подобного не слышал за всю жизнь, но он ей верил. Он её уже знал целый год — Цири была достойна доверия, и её слова не казались выдумкой, а лишь подтверждали её необычность. - Так вот… у нас ещё есть так называемые Рыболюди. У них руки как клинки, они водятся на некоторых… побережьях. Если честно, ваших блейдлингов из плана Ахерон было убивать легче… но, с другой стороны, у нас вообще монстрятник гораздо ограниченнее вашего. Не так уж чтобы и очень много всей этой нечисти, если что, а у вас на каждом шагу. - Да… баланс. Но вашу нечисть, видимо, сложнее убивать, — задумчиво проговорил Бивил, переваривая услышанное. - У нас этим занимаются специально созданные для этого люди, — проговорила Цири со странной интонацией в голосе, которая вдруг стала наполнена глубокой печалью и скорбью. Бивил отчётливо уловил эти нотки. - Созданные, говоришь? — уточнил он, его голос был мягким. -Да… — буркнула Цири и отвернулась, её взгляд стал каким-то далёким. – Одним из мест, где создавали таких людей, называемых Ведьмаками, был Каэр-Морхен. Я тренировалась в этой крепости ведьмачьему стилю боя… - Это многое объясняет, — медленно проговорил Бивил, его глаза расширились от понимания. – Очень многое… - Но, с другой стороны, у нас уж точно нет таких страшных гуманоидных магов, как вон то существо, которое сражалось с Тармасом и чуть не убило Эми, — мрачно пробормотала Цири, её взгляд устремился вдаль, словно она вновь видела вспышки пламени. – Так что, расслабляться в вашем мире не будем. Бивил удовлетворённо кивнул. Цири была очень интересной личностью, полной тайн, и он даже не надеялся, что она когда-нибудь расскажет о своём мире. Что же, хоть немного, но поведала, и этого было достаточно, чтобы его воображение разыгралось. Впрочем, они уже пришли. И Бивил не преувеличил. Им действительно пришлось продираться через несколько десятков пауков, что, впрочем, не составило серьёзной проблемы для двух опытных воинов, особенно для такого скоростного бойца, как Цири. Её Сигилль мелькал молнией, разрубая паутину и тела членистоногих, а Бивил прикрывал её щитом и наносил мощные удары. Скоро их трофейные мешки пополнились новым материалом — хитином и паучьим шёлком. - Хоть какая-то польза, — фыркнула Цири, брезгливо отряхивая руку от паучьих останков. – Тармас за это платит. -На самом деле, платит любой маг, алхимик или аптекарь в городе, — заметил Бивил, его голос звучал по-деловому. – В Невервинтере так вообще просто шикарный выбор из серии «кто заплатит». Они подошли почти вплотную к каменному строению, которое невозможно было ни с чем перепутать: древние, поросшие мхом мегалиты, выступающие из земли, словно зубы неведомого зверя. Но Цири резко, с молниеносной реакцией, стянула Бивила с дороги на немного заболоченный участок. К счастью, трясина там доходила разве что до щиколоток, но была вязкой и неприятной. И вовремя. Мимо, метрах в десяти, бесшумно прошествовали двое представителей рептильно-человеческого племени — видимо, те самые «люди-ящеры», о которых распространялся Бивил. Гуманоиды размером со среднего человека или немного выше, прямоходящие на двух ногах, с длинными, массивными хвостами, исходящими от копчика, поразили Цири. Из того, что она знала по анатомии, у прямоходящих существ в процессе эволюции хвост становился короче или исчезал полностью… «А, ладно, какая разница,» — подумала она, отбрасывая в сторону академические познания. Их тела были покрыты плотной, жёсткой чешуёй тёмно-зелёного оттенка. Приглядевшись, Цири заметила, что чешуя имеет пятнистую составляющую, словно камуфляж. Возможно, это была естественная защита, наподобие доспехов. Их головы напоминали головы крупных ящериц или крокодилов: удлинённые морды с мощными челюстями, усеянными острыми зубами, идеальными для разрывания добычи. Глаза их были красными, с вертикальными зрачками, что придавало им хищный, насторожённый взгляд. Ноздри — узкие щели, а уши практически отсутствовали, заменённые чувствительными чешуйчатыми мембранами. На голове же у них восседали то гребни, то ли костяные выросты, придающие им ещё более устрашающий вид. Подумав, Цири решила, что маг, атаковавший их в деревне, не был рептилоидом. Сейчас перед ней были явно рептилоиды… странное название «люди-ящеры». «А что в них человеческого-то?!» — промелькнуло у неё в голове. Выскочив из укрытия за спиной людей-ящеров, Цири решительно погрузила одному из них в спину свой Сигилль. Страшное оружие из другого мира пробило чешую рептилоида, и вошло в него как масло. Впрочем, чешуя была, на взгляд Цири, не слишком-то и прочная. Пробить её можно было и обычным мечом — не так уж сложно. Второй ящер поднял было в её сторону копьё, но был отброшен сильным ударом щита в сторону. Это подключился Бивил, который, не дав ящеру опомниться, сразу же погрузил ему в шею свой меч, отбрасывая его пинком, словно мешок с костями. Цири заметила блеск с левой стороны, и метнулась зигзагом вдоль трясины. Там, где она только что стояла, прошила воздух небольшая молния, оставляя за собой едкий запах озона, а в месте, откуда было запущено заклинание, послышалось сдавленное бульканье. Это Цири добивала колдующего ящера, которого вовремя заметила, прекрасно понимая, что без магической или жреческой поддержки драться в этом мире гораздо опаснее, и нужно снова подбирать режим, будто ты в своём родном мире – безжалостный и молниеносный. На Бивила тем временем насели двое подбежавших к схватке людей-ящеров от костра, за которым они сидели. Один пытался достать его копьём, а второй лихо размахивал двумя изогнутыми клинками, их движения были быстрыми, но предсказуемыми. Но Бивил видел, что это боец без тактики, а так, лесной громила, полагающийся на грубую силу. Он закрылся щитом от очередного удара копьём, после чего сразу же отразил клинком выпад второго ящера, и развернул щит прямо в его голову. Ящер смог с трудом заблокировать такой удар, подняв оба клинка, но не смог отразить удар, прорезавший ему бедро, и рухнул на землю с хриплым криком. А ящер с копьём медленно осел на землю вслед за ним, так как из его груди торчал постоянно радующий Бивила сигилль Цири. Клинок мерцал в тусклом свете, предвещая скорое завершение их миссии. - Они что, и колдовать умеют? — спросила Цири, пристально смотря на Бивила, который едва успел отряхнуть свой меч. Тот пожал плечами. - У них есть так называемые… шаманы, — пояснил он, его голос был чуть хриплым. – Мы их не называем Жрецами, но на самом деле это Жрецы, которые смогли получить какие-то огрызки Божественной магии от каких-то там своих божеств, в которых я, к слову говоря, не разбираюсь. Спроси лучше у Арианы, а ещё лучше у Тармаса. - Но их магия не то, чтобы очень сильна, — заметила Цири, вспоминая ничтожный по её меркам разряд молнии. Бивил согласно кивнул. - Да, у них прям какие-то сильные шаманы — огромная редкость. А то, что мы завалили одного — в клане больше двоих тоже редкость. Возможно, больше мы вообще не встретим шамана. С этими словами они медленно спустились в строение. Вход в руины был скрыт под нависающими зарослями и обломками, словно земля сама пыталась поглотить это древнее место. Когда они преодолели порог, воздух мгновенно изменился. Свежий, влажный запах болота сменился сухим, пыльным ароматом тысячелетий, смешанным с едва уловимым, металлическим привкусом застоявшейся магии. Солнечный свет, проникавший сквозь трещины и провалы в потолке, лишь усиливал ощущение глубокой древности и заброшенности. Это было иллефарнское строение, и оно поражало своей монументальностью даже в разрушенном виде. Стены, сложенные из массивных, тёсаных каменных блоков, были идеально подогнаны друг к другу без какого-либо раствора, испещрены тончайшей резьбой, которая, несмотря на время, всё ещё сохраняла свои сложные узоры – то ли древние письмена, то ли абстрактные символы забытой цивилизации. Некоторые блоки были покрыты толстым слоем мха и лишайника, придавая им ещё более призрачный вид, а другие блестели от влаги, просачивающейся из болота. Повсюду валялись обломки колонн и статуй, разбитые вдребезги, словно гиганты вели здесь свою последнюю битву. Вездесущая паутина свисала плотными занавесями, скрывая углы и переплетаясь в причудливые узоры, улавливая мельчайшие частицы пыли, танцующие в редких лучах света. Пол был устлан потрескавшимися плитами, многие из которых провалились, обнажая чёрную, сырую землю внизу, а кое-где даже виднелась стоячая вода. Каждый шаг отдавался глухим эхом, усиливая чувство одиночества и изолированности. Здесь, под толщей камня, время словно остановилось, и каждый шорох казался голосом прошлого. Атмосфера была тягучей и гнетущей, наполненной ощущением векового сна, прерванного их появлением. Казалось, даже воздух вокруг них был тяжелым, пропитанным тайнами и воспоминаниями о древней империи. - А нежити-то не так уж и много, — заметила Цири в одной из боковых комнат, её голос звучал почти разочарованно. Она быстро расправилась всего с двумя бродячими скелетами, их костяные останки с грохотом рассыпались по полу, когда Бивил не успел ещё и подойти. Он озабоченно оглянулся и пожал плечами. - Ну и слава богам, — проговорил Бивил, его внимание больше привлекало то, что они обнаружили в руинах, конкретно в этой комнате. Комната, в которую они вошли, явно использовалась как склад. Несмотря на общую ветхость иллефарнских руин, здесь царил относительный порядок, что выдавало присутствие разумных существ. Воздух был тяжёлым, пропитанным едким запахом болотной сырости, дичи и чего-то острого, непривычного для человеческого носа – видимо, это был «аромат» самих людей-ящеров. Стены, как и во всем строении, были сложены из массивных каменных блоков, но здесь они были гораздо менее искусно украшены, лишь кое-где виднелись грубые, выцарапанные символы. Вдоль одной стены были навалены груды мехов и шкур — тёмных, сбившихся в комья, покрытых пятнами, которые могли быть кровью или просто грязью. Здесь были шкуры болотных тварей, может быть, даже крупных пауков, которых они встретили по дороге. На них виднелись следы примитивной, но эффективной обработки, выдавая ремесло их обитателей. Рядом с мехами громоздились различные древесные приспособления: грубо обтёсанные брёвна, палки с заострёнными концами, похожие на будущие копья, а также какие-то крюки и странные, изогнутые рамы. Казалось, это были заготовки для ловушек или инструменты для охоты, выполненные без излишней аккуратности, но с очевидной функциональностью. В центре комнаты, на импровизированном помосте из нескольких плоских камней, стоял открытый деревянный ящик. Он был сколочен из грубых досок, но содержимое… От содержимого у Цири и Бивила разгорелись глаза. Ящик был полон наколотых где-то аметистов. Камни были необработанными, их грани ещё не раскрыли всей своей глубины, но даже в таком виде они сияли фиолетовым и сиреневым светом в тусклых лучах, проникающих сверху. Каждый кристалл был размером с кулак или чуть меньше, их поверхность была шероховатой, но внутри играли чистые, глубокие оттенки. Это было неожиданное и очень ценное сокровище в этом захолустном месте. Бивил не смог сдержать вздоха восхищения, его взгляд приковался к блестящим камням. Цири, хоть и видала богатства и побольше, тоже почувствовала знакомый трепет при виде самоцветов. Эти аметисты были ярким пятном в серой, унылой обстановке склада, словно случайно забытое сокровище давно минувших эпох. - Мы… мы здесь не за этим… — буркнул Бивил, его глаза всё ещё жадно поблескивали при виде аметистов, но он знал цель их миссии и явно ждал «добра» от Цири. И он его получил. - Мы здесь не за этим, но не уйдём с пустыми руками, — насмешливо проговорила Цири, уже опускаясь на колени, чтобы набить свой походный мешок. Бивил понимающе усмехнулся. Их походные мешки быстро наполнились фиолетовым мерцанием аметистов, а грубый деревянный сундук ящеров быстро опустел. Как говорится, почему бы и нет. Как говорила Йеннифер… а, неважно уже, что она говорила. Цири в очередной раз задвинула мысли о прошлом в подсознание. Время для ностальгии ещё не пришло. Тем более, что они уже приближались к главной комнате с алтарём. И замерли почти в дверях. Воздух в этой части руин был плотным, тяжёлым, пропитанным едким запахом рептилий, сырой земли и чем-то неуловимо древним, будто сама вечность застыла в камнях. В отличие от остальных помещений, здесь не было лучей света, проникающих сверху. Мрак был почти абсолютным, и только тусклый, пульсирующий красноватый свет исходил откуда-то из глубины зала, отбрасывая причудливые, движущиеся тени на потрескавшиеся стены. Прямо перед ними, насколько хватало глаз в полутьме, простиралась огромная, круглая зала. Её стены были выложены из ещё более массивных блоков, чем в коридорах, испещрённых грубыми, но мощными символами, высеченными явно уже не иллефарнскими мастерами, а кем-то другим – возможно, самими людьми-ящерами. Эти символы казались дикими и угрожающими. В самом центре зала возвышался алтарь. Это был не привычный для Цири или Бивила алтарь с изящными изваяниями или росписями. Это был просто огромный, необработанный кусок тёмного, шершавого камня, возвышающийся над полом, словно вырванный из недр земли и установленный здесь. Его поверхность была испещрена глубокими, кровавыми бороздами, а на вершине, в тусклом красном свете, блестели свежие подтёки. Алтарь казался воплощением первобытной, бездушной силы, которой поклонялись эти существа. Но самым тревожным было не само строение или алтарь, а то, что комната была полна людей-ящеров. Они не двигались, стояли в неестественных позах, словно замерли в ожидании или в каком-то ритуале. Десятки рептильных фигур, их тёмно-зелёная чешуя почти сливалась с тенями, заполняли пространство. Их красные глаза, с вертикальными зрачками, тускло отражали свет от алтаря, и их присутствие создавало давящую, жуткую атмосферу. Их низкое, горловое бормотание, похожее на глухое рычание, эхом разносилось по залу, усиливая ощущение зловещего ритуала. Комната наполнилась шипящими звуками, вперемежку со словами со странными интонациями, когда их единственный шаман преклонил колени перед этим странным алтарём. Бивил шепнул Цири, что это так называемый "Драконий" язык, но он ошибался. Это был диалект Драконьего, на котором говорили некоторые племена людей-ящеров. Сам Драконий язык звучал немного по-другому. Впрочем, здесь не было Арианы, и она не могла его поправить. Бивил предательски шаркнул сапогом по чистой случайности, и Цири тяжело вздохнула. Не со всеми стоит идти в разведку, как говорил один тип по имени Дийкстра… но что поделать. Бивил и парень хороший, и друг просто замечательный. И боец, кстати, очень даже на уровне, без вопросов. Но разведчик… ну… так себе. - Теппплокровввные?! — вскричал шаман на… всеобщем, обернувшись вслед за остальными сородичами, его красный глаз блеснул в полумраке. Цири поморщилась от его шипящего акцента. Как будто змея разговаривает, фу… - Вы оссскверннняете Каменного Бога одним сссссвоим присссутсссствием…! — сурово пробулькал шаман, и копья людей-ящеров угрожающе ощетинились, направленные на незваных гостей. - Elaine tedd a'taeghane, a va'en aesledde! — внезапно возвышенно заговорила Цири, делая шаг к алтарю и воздевая руки вверх, словно в ритуале. Бивил вытаращил на неё глаза, чуть не потеряв дар речи от изумления, но вовремя успел придать своему лицу естественное выражение. Ящеры же уставились на неё во все глаза, чуть не выронив их на пол, их хищные взгляды смешались с замешательством. Шаман попятился от неё, топорща свою уродливую рептильную морду, в его движениях чувствовалась смесь недоверия и страха. - Va'esse deireádh aep eigean. — нараспев декламировала Цири на Старшей Речи своего мира из того, что ей тупо в голову пришло, используя всю свою актёрскую игру. После чего Бивил, быстро сообразив, что происходит, подал голос: - О, люди-ящеры, Каменный Бог услышал ваши молитвы и послал нас к вам! Люди-ящеры зашипели друг на друга, негромко переговариваясь, их низкое горловое бормотание наполнило зал. В воздухе словно висело сомнение. Шаман же странно покачал головой: - Зззззачеееем Камнебогу посссылааать к нам тееплокрооовныыых?! - Ess'tuath esse! — рявкнула Цири. В ответ на его в общем-то очень даже логичный вопрос её слова, означающие «да будет так», прозвучали с такой мощной интонацией, что эхо разнеслось по залу. Она подумала, что интонация очень кстати. Бивил подметил, что её речь ему что-то подозрительно напоминает, но не мог сообразить, что именно. - Такова воля Каменного Бога! — решительно сказал он, воздев лицо к небу, его голос звучал убедительно. Люди-ящеры будто начали слегка утихомириваться, но ненадолго. Внезапно Сигилль насквозь пробил шею шамана, рухнувшего ничком на пол, его красные глаза уставились в пустоту. Цири не дала ошеломлённым ящерам опомниться, лишив их магической поддержки, и сразу бросилась на стрелков, у которых виднелись в руках луки, сражая их одного за другим, пока они не успели выхватить клинки. Её меч мелькал молнией, оставляя за собой лишь трупы. Бивил же остался сдерживать у входа бьющие в него копья, отбивая их щитом. Он мрачно подумал, что хоть один удар всё же пропустит, но, к счастью ящеров, было в комнате всего около пятнадцати штук, и в скором времени Цири расправилась с большинством, пока Бивил сдерживал натиск у входа. После чего он сам перешёл в атаку и помог Цири добить оставшихся, используя свои любимые оглушающие удары щитом, которые сбивали с ног и лишали противников воли к сопротивлению. Цири грамотно нейтрализовала магическую поддержку и сразу же лишила их стрелков, что обеспечило им неоспоримое преимущество. Бивил понял, что Цири… ветеран. Каких-то сражений. Страшных, опасных, далёких. Она явно билась на какой-то войне. Странно, вроде совсем молодая девушка… Бивил мрачно оглядел поле битвы. Пятнадцать ящеров лежало сражённых ими, пятнадцать. «Да что же это такое?» — пронеслось у него в голове. «А если бы с ним была не Цири?!» Необыкновенная девушка, и необыкновенный воин, и спутница. А как она хитро разыграла сцену с Камнебогом, невольно обратив его провал на пользу? Но если бы не она, они бы просто погибли. Если бы тут был вместо неё кто угодно, да хоть Георг Редфелл, им бы не выстоять. - А вот и сундук, — деловито проговорила Цири, на которую этот бой, судя по всему, не произвёл страшного впечатления, как на Бивила. Был очевиден их психологический контраст: её хладнокровие и его почти паническое облегчение. Что ещё больше напрягало и пугало Бивила. Но Цири, казалось, не обеспокоена от слова совсем, её лицо оставалось спокойным и собранным. Теперь Бивил, как никогда, был уверен, что эта странная девка со шрамом действительно целые сутки провела одна в Топях Мертвецов. Она… могла… - Мы же чуть не погибли! — буркнул он, и в сердцах пнул труп шамана, который откатился в сторону, как брошенный мешок. Цири не обратила на это ни малейшего внимания, её взгляд был прикован к цели. - А вот и сундук, — проговорила она снова, на этот раз с ноткой предвкушения, отпирая его ключом Дэйгуна, который таинственно достала откуда-то из-за пояса. Крышка с глухим стуком откинулась. Внутри лежали очень интересный, искусно выкованный кинжал, короткий меч с резной рукоятью и какая-то записка. Быстрым, почти незаметным движением Цири сгребла записку в карман, Бивил ничего не заметил, тем более ему было совершенно всё равно на какие-то там бумажки. Цири добралась до какой-то вещи, завёрнутой в потрёпанную, тусклую тряпку, и развернула её. На её ладони лежал… серебряный осколок. Просто серебряный осколок. Небольшой, неправильной формы кусок металла, тускло поблёскивающий в полумраке, не больше 10см в длину. - Ну, знаешь! — взорвался Бивил при виде этого. Его лицо покраснело от возмущения, а кулаки сжались. – Это всё такая бессмыслица! Цири, наконец, соизволила обратить внимание на состояние Бивила и недовольно обернулась, сдвинув брови, её взгляд был острым и пронзительным. Но тот выдержал её взгляд, его обида была сильнее страха. - Мы своими жизнями рисковали! — орал он, его голос эхом разнёсся по залу, отражаясь от древних камней. – Из-за этой бессмыслицы! Этого куска… ничего! - Ну… — пробормотала Цири, понимающая его чувства, но всё же раздражённая из-за вспышки, обращённой на неё, не по адресу. – Это уже гнев постфактум… как говорится. Что теперь… - Прости, — Бивил взял себя в руки, глубоко вдохнув. – Не бери в голову, Цири. Но в общем, пусть теперь Дэйгун сам свои поручения выполняет. С этими словами он решительно, не оглядываясь, вышел из руин, его шаги были тяжёлыми и злыми. Цири, сжав в руке серебряный осколок, последовала за ним, её выражение лица снова стало бесстрастным, но в глазах мелькнула тень задумчивости.