Тёмная Сказка Берега Мечей

- Стой, стой, воровка! — с признаками некоего удовлетворения в голосе орал на всю улицу мужчина, привлекая к себе всеобщее внимание. Он удерживал за плечо какую-то девочку лет тринадцати. Одежда девочки говорила о ней больше, чем слова. На ней был старый, выцветший балахон из грубой, когда-то тёмной ткани, теперь выгоревшей до неопределённого серо-коричневого оттенка. Его рукава были слишком длинны, а подол был подшит несколько раз, чтобы не волочиться по земле. Множество аккуратных, но заметных заплат из тканей разных цветов и фактур покрывали локти, колени и спину, словно карта её бедности. Штаны, тоже штопаные-перештопаные, были слишком широки и держались, видимо, лишь на туго затянутом верёвочном поясе. На ногах у неё были стоптанные башмаки, подошвы которых, казалось, вот-вот отвалятся. Всё это кричало о том, что это были её единственные целые вещи, которые она могла себе позволить надеть, чтобы выйти куда-то в общество, и даже эти «целые» вещи были на грани распада. Цири, Ариана и их компания как раз находились на стыке Центрального и Торгового Кварталов, буквально пройдя через небольшой безымянный жилой квартал между Центральным и Торговым и выйдя снова в Центральный, чтобы попасть в Торговый. Так уж интересно был устроен Невервинтер. Цири мгновенно поняла, что девочка, если она действительно обокрала этого мужчину, очевидно, собиралась скрыться в дебрях этого жилого квартала среди его узких улочек и дворов, и быстро затеряться там. Но, очевидно, не успела. Ариана перевела взгляд на двоих мужчин, удерживавших девочку. Вернее, удерживал-то её только один из них, и смотрел на неё очень неприятным образом. Второй же скорее уж пытался урезонить первого, но безуспешно. Очевидно, первый был занят разговором со вторым, когда произошла кража. Оба мужчины были одеты в довольно приличные, хотя и не шикарные наряды, что выдавало в них типичных представителей среднего класса Невервинтера. Тот, что держал девочку, был плотного телосложения, с круглым лицом, которое сейчас раскраснелось от гнева. На нём был добротный синий шерстяной кафтан, аккуратно застёгнутый на пуговицы, и брюки из грубой ткани, заправленные в сапоги, которые, несмотря на пыль с дороги, выглядели довольно новыми. Он был выбрит, а его волосы были аккуратно подстрижены. Второй мужчина, который пытался его урезонить, был более худощавым и имел нервный вид. Его одежда была похожа на одежду товарища — простой, но чистый коричневый дублет и потрёпанные кожаные штаны. Однако на его лице читалось не столько возмущение, сколько смущение и желание как можно скорее уйти. Он постоянно озирался по сторонам, будто боялся, что их узнают. - Эй, я ничего не брала! — хныкала девочка. — Отпустите меня, пожалуйста! У Цири сразу сжалось сердце, пока она решительно направлялась к месту сцены. Она заметила, что сцена особо никак не заинтересовала большинство окружающих, спешащих куда-то по собственным делам. Лишь лёгкий поворот головы и равнодушное пожатие плечами — единственная реакция прохожих, уходивших куда-то дальше. Цири же прекрасно поняла, что девочка на самом деле обокрала этого мужчину, но Лейтенант Городской Стражи спешила к месту событий не для того, чтобы исполнить волю правосудия, а чтобы спасти девочку от расправы. Она не колебалась ни секунды в своём решении. Неважно, обокрала кого-то юная девочка или нет, у Цири мгновенно перед глазами пронеслась её собственная тяжёлая жизнь, её детство с "Крысами", её скитания по миру. И отношение её собственного мира к ней, в котором не было ни капли доброты или сострадания. Будь что будет, но никто при Цири не тронет безобидную маленькую девочку, какой бы воровкой там она ни была. Иначе Тёмная Аллея покажется этому городу увеселительным кафе, если Цири по-настоящему разозлится. У неё мелькнула мимоходом мысль, что в Королевстве Мерсия никогда не будет таких сцен, как минимум, пока она будет жива и здорова. Ни одного беспризорного ребёнка. Поискав взглядом реакцию Арианы, она увидела, что все её спутники по безмолвному приказу Арианы остановились позади и выжидают. Очевидно, Ариана оставила сцену полностью на суд одной Цири, чтобы та от начала и до конца поступила, как ей вздумается. - Вот это подруга, — подумала Цири. - Я же видел, как она свистнула твой кошелёк! — орал на всю улицу удерживавший мелкую воровку мужчина, его лицо перекосилось от ярости. — Ты что, совсем тугой?! -Правда видел?! — его собеседник, очевидно, имел небольшие проблемы с когнитивными способностями, но машинально ощупал пояс, не обнаружив там вожделённого кошелька. С удивлением он уставился на друга и на девочку. - Ну... — уже не так уверенно проговорил мужчина. — Я видел, скорее, как эта паршивка прошмыгнула совсем близко к тебе без видимых причин. Меня самого буквально позавчера так обокрали, и я не успел... - То есть не видел?! — всё же хлопал глазами потерпевший, переводя взгляд с друга на девочку. — Тогда... - Да я говорю тебе! — ещё больше разозлился мужчина, не замечая, что Цири уже стоит прямо к ним вплотную и смотрит на них в упор. Но тут девочка заплакала: - Да не брала я ничего! Немедленно отпустите меня! - Нет уж! — неприятно засмеялся мужчина. — Я передам тебя городской страже, и тебя закуют в кандалы! - Городская Стража уже здесь, — спустила его на землю Цири. Мужчина обернулся так резко, словно её голос возник из ниоткуда, — очевидно, он был полностью поглощён своей злобой. - Ты что, собираешься причинить девочке вред? — Цири постаралась говорить довольно спокойно и более официально, используя свой новый, постепенно оттачиваемый тон Лейтенанта Стражи. В этот момент она поняла, что ей будет очень жаль расставаться с этим плащом и наколкой. Она так идеально вживалась в эту роль… и самое интересное, что эта же грязная коррумпированная система, которую она презирала от всей души, по сути, ей это и позволяла. И это было что-то эпичное. Абсурдное, нелепое. Но это работало! Но… она понимала, что, по сути, она покрывает воровку, и то, что она собиралась сейчас сделать, не слишком этично с точки зрения морали и закона, хотя закон и мораль — несколько разные вещи. Тем не менее, другого выхода у неё не было. Она лишь надеялась, что максимально сгладит углы и обойдётся без радикальных шагов. Так или иначе, этот мужчина, пусть и не явный агрессор, действительно был потерпевшим, и его действительно обокрали. Цири не видела момент кражи, но ей и не нужно было ничего видеть. Девушке, которая провела несколько месяцев с «Крысами», не нужны были абсолютно никакие объяснения или слова. Ей достаточно было одного взгляда, чтобы восстановить почти всю картину в подобных ситуациях. - Э… нет-нет! — сразу резко попятился мужчина и ослабил хватку на плече девочки. Та при виде стоящей рядом Цири уже и не пыталась сильно вырываться. — Нет, конечно, вы неправильно меня поняли. Но она воровка, и я её задержал! - Скажите, вы видели кражу? — обратилась Цири непосредственно к потерпевшему. Тот сразу же отрицательно покачал головой. - Я ничего не видел, — чистосердечно признался облапошенный простофиля. — Вот мой товарищ... - Неужели она собирается просто так отпустить воровку?! — прошептала Эми. Кара метнула в неё презрительный взгляд, который, однако, Эми приняла как должное. Она понимала, что высказала довольно крамольную мысль. - И тебе не жалко девочку? — подняла брови Илль'Вира. Эми поджала губы. - Жалко, — призналась она. — Очень жалко. Но она же точно стащила кошелёк у этого бедолаги. Я не говорю, что её там убить за это надо. Но... но... не знаю, — сокрушённо проговорила она и добавила после короткого раздумья. — Всё же, я понимаю чувства Цири. Мне было бы очень тяжело поступить как она, но думаю, это правильно. - Их заставляют воровать старшие «товарищи», — проговорила Кара в сторону Эми. Та напрягла спину, когда Кара непосредственно к ней обратилась, но через секунду вернула ей взгляд и понимающе кивнула. Ариана незаметно улыбнулась. — Не стоит во всём винить этих детей, у них жизнь такая. Эми будто почувствовала, что она с самого начала была очень несправедлива к Каре. Ведь та, по сути, выросла с золотой ложкой во рту в Квартале Чёрного Озера, но... рассуждала... слишком по-человечески. Более чем. Но Эми при этом прекрасно понимала, что, если сейчас Кару просто разозлить — она без обиняков просто СОЖЖЁТ всю эту улицу, включая эту беспризорную девочку, и пожмёт плечами: «Ну, так получилось, извините и всё такое, а мне пора, новое заклинание опробовать». И именно это страшно злило её в Каре. Именно это заставляло её относиться к ней с презрением и почти ненавистью. Именно понимание, что Кара абсолютно не осознаёт свою великую силу. Силу, которая просто попала к ней в руки по праву рождения от Плетения, в то время как ей нужно было годами изучать... Вздохнув, Эми призналась самой себе, что Кара всё же гораздо более человечный человек, чем многие встреченные на её пути. И надо бы, наверное, всё же как-то получше относиться к ней. Если сможет. Когда-нибудь. - Послушай, — продолжала Цири, переходя к последнему доводу. — Сам момент кражи ты всё-таки не видел?! - Я видел, как она прошмыгнула... — настаивал мужчина, немного всё же стушевавшийся перед решительным напором Цири и неуверенностью друга-простофили. — Я видел... не совсем видел.... - Отпусти девочку, — потребовала Цири. — Если ты не видел непосредственно момент кражи, ты сейчас сам преступаешь закон. - Но... я... — нерешительно проговорил мужчина. — Ну ладно, — добавил он и убрал руку с плеча девочки. Та радостно дёрнулась в сторону, но прекрасно увидела непреклонный взгляд Цири, стрельнувший глазами в тот самый переулок, куда она очевидно намеревалась сбежать ранее. Девочка поняла, что ей предстоит ещё один разговор. Она медленно направилась в переулок, куда за ней решительно последовала Цири. - Не понимаю, чему ты радуешься! — огрызнулся «агрессор», когда его товарищ-простофиля облегчённо вздохнул от того, что эта неприятная сцена для них окончилась. — У тебя по-прежнему нет кошелька... - Спасибо... — проговорила девочка, когда они оказались наедине, скрытые задворками. Компания Цири молча ждала её на стыке Кварталов. — Огромное спасибо... - Зачем ты это делаешь? — почти жалобно спросила Цири, прекрасно зная ответ. — Ну зачем?! - Я... — проговорила девочка, и в этом звуке было и так больше ответа, чем нужно было Цири. Та вздохнула и вытащила свой мешочек, высыпая из него несколько серебряных монет. После чего добавила ещё несколько и сунула всю эту горку в руки ошеломлённой девочки, смотревшей на неё круглыми от безмерного удивления глазами. - Верни мне кошелёк этого бедолаги, — требовательно проговорила Цири. Кошелёк оказался у неё в руке сразу же, девочка протянула ей его, не колеблясь ни секунды. Цири положила его в карман. - Я бы хотела сказать, что больше не буду... — обречённо проговорила девочка. У Цири ещё больше сжалось сердце. Она участливо положила ей руку на плечо. - Послушай, — заговорила она. — Я знаю, как это заканчивается. Поверь, нехорошо. Тем более, ты почти взрослая. Тебе осталось немного времени, чтобы... легко отделаться. Дальше тебя, возможно, поймаю не я. Ты это понимаешь? - Понимаю, — довольно откровенно и взросло сказала девочка, внимательно посмотрев на Цири. — Ещё я понимаю, что ты не отсюда... - Что, так заметно? — усмехнулась Цири. Девочка смотрела на неё без капли смеха. - Нас заставляют это делать головорезы Али, и забирают украденное, — ровно проговорила она без эмоций. — Это знают... ну, какой стражник этого не знает? Цири почувствовала клокочущую ярость в своей груди. Это была старая, засевшая в ней ярость со времён разборок с Бонартом. И укрощённая, когда она, наконец, одолела Бонарта в главном поединке в своей жизни. Но теперь она начала чувствовать, что это её миссия — убить, уничтожить, сжить со свету каждого нового Лео Бонарта. Или каждого, кто покажется ей Лео Бонартом. Ему не жить, и нигде не спрятаться от Цири. И сейчас эта девочка приговорила какого-то Али к смерти. Цири не собиралась его арестовывать. - Кто такой Али? — спросила она, пытаясь унять клокочущую в ней ярость. Девочка явно испугалась, она видела, что происходит с Цири, и это было для неё пугающе. Плохо контролируемый гнев Цири — это очень страшно, даже когда у неё нет большинства признаков дара Старшей Крови в этом мире. Цири разозлить гораздо сложнее, чем Кару, но если Цири по-настоящему разозлится — Кара отдохнёт. -Али-баба... — начала девочка. - Что за имя, — сморщилась Цири, перебирая в памяти подрасы Фаэруна и Берега Мечей. — Он Али или баба? Черножопый какой-то?! - Ну... да, вроде калишит, — девочка с трудом догадалась, что Цири имеет в виду. Та уже взяла себя в руки. - Пожалуйста, не делай этого больше, — попросила она, смотря на девочку. Её сердце всё больше сжималось от жалости. — Давай... давай я дам тебе работу и жильё... - А Али... — начала было девочка, но Цири прервала её с жёсткой ухмылкой. - Али сегодня перестанет существовать. Можешь о нём забыть. Иди в Квартал Доков, найди таверну Утонувшая Фляга и её хозяина Дункана. Меня зовут Цирилла. Скажи, что от меня. И да, как тебя зовут? - Мисти, — проговорила ошеломлённая девочка. — Меня зовут Мисти. Цири чуть удар не хватил. Она стояла и таращилась на уходившую девочку, которая, судя по всему, прекрасно знала, где эта таверна. Но ничего вокруг себя она не видела. Перед её глазами стояла Мистле, беспризорница, «бандитка», воровка Мистле, с которой она провела несколько месяцев, перед тем как её убил Лео Бонарт. Двое мужчин, один из которых стал жертвой кражи, ещё не успели далеко отойти вглубь Торгового Квартала, когда их решительно нагнала Цири. Они с некоторым удивлением воззрились на уже знакомую им Лейтенанта в синем плаще, когда та молча протянула бедолаге-простофиле его вещь. - Мой... кошелёк! — ахнул мужчина, взяв его и уставившись на него, как баран на новые ворота. — О... спасибо! Второй мужчина, которому Цири дала невольную кличку "агрессор", смотрел на неё со смешанными чувствами. Она же коротко им улыбнулась, легко отсалютовала, развернулась и пошла назад к своим друзьям. Мужчины молча смотрели ей вслед. - Я тебе говорю, это были не слухи! — вдруг заговорил «агрессор». — Кажется, это та самая женщина, которая заливает кровью людей Муар в Квартале Доков, говорят, она их там громит как... Говорю тебе, это точно она! - Да не, не может быть, — возразил ему ошеломлённый простофиля. — Та вроде метра два ростом, а эта — спичка какая-то... - Что бы ты понимал... — фыркнул «агрессор». — Где ты ещё видел в Невервинтере РАБОТАЮЩУЮ СТРАЖУ?! Говорю тебе, это точно она... - Да не... не может быть...                                                            *** Дверь в кабинет Капитана Брелейны распахнулась от удара ногой. Очевидно, уже привыкшая к спорам с Инспектором Кормиком на повышенных тонах, Брелейна вздрогнула и прервала очередной разговор. Кормик тоже уставился на неё с нескрываемым удивлением. Он ещё никогда не видел Цири в ярости. Брелейна вопросительно посмотрела на неё, и сразу поняла, что происходит нечто особенное. - В этом городе детей заставляют воровать! — заорала Цири, обвинительно смотря на обоих. Те вытаращили глаза и уставились на неё как на привидение. — Я не собираюсь это терпеть! - Эээ... Цирилла, — начала было Брелейна. — Что за... - Ты знаешь, кто такой Али или баба?! — спросила её Цири. Та наконец-то поняла, в чём суть. - Ах, Али-баба... — махнула рукой. — Это одно имя... - Этот черно... этот гад эксплуатирует детей и подростков! — взорвалась Цири. — Ему конец! Кормик с шумом выдохнул. Он буквально не знал, что ему сказать. Брелейна же наконец взяла себя в руки и поняла, что она даже не может сделать Цири выговор за нарушение субординации и откровенное признание в беззаконной расправе. Никого лучше, чем Цири, у неё нет. И потерять её для неё станет ударом века. Кормик это тоже понимал, но самое главное, это понимала и Цири. - Как вы могли, — с упрёком смотрела на них Цири. — Как вы это допустили...   - Ну... — начала Брелейна, исподлобья смотря на неё. — Как тебе сказать, с чего начать. Мы только в прошлом месяце схватили здесь в Центральном Квартале несколько людей Али-бабы, а ещё у меня погибли двое стражников, вступивших в схватку с его головорезами буквально на прошлой неделе. Это были честные и достойные ребята. И да, людей Али-бабы мы здесь всё-таки перебили после этого. Это тебе не Муар. К сожалению, во-первых, новобранцев в Стражу очень мало, сама видишь. Во-вторых, даже несмотря на это — мы разгромили его отряд здесь. В Доках же мы даже и не мечтали это сделать. Скажу тебе честно, Лейтенант Ро хоть и делал что мог, но не справлялся. Доки уже считались почти потерянными для нас, — пожала она плечами. — До твоего появления, не буду скрывать. - Ладно... — выдохнула успокоенная Цири. Всё-таки не всё было безнадёжно, да и Брелейна доказала, что не зря она сразу понравилась Цири. — Я разберусь и с этим. Где спряталась эта баба? - Ты что... прямо сейчас? — подняла брови Брелейна. — Тебе же в Тёмную Аллею вечером... - Успею, — хмыкнула Цири. — Мне нужно уничтожить этого урода. Очень нужно. Да, прямо сейчас. Я не потерплю его присутствия ни минуты. А после него отправлюсь в Аллею... Пока Кормик доставал карту Доков и объяснял Цири, как добраться до логова Али-бабы, Брелейна внимательно рассматривала Цири. Её преследовали смутные ощущения, которые она усердно гнала прочь. Не могло быть всё так... гладко. Впрочем, какая разница, кто такая эта девка со шрамом и та ли она, за кого себя выдаёт. Кто ещё решает её и их общие проблемы? Благодаря кому впервые на городском Совете прозвучала не ехидно-ругательная реплика в адрес компетенции городской стражи за последние ДВА ГОДА? Благодаря этой странной Цирилле. Так что Брелейна знала, что она запихнёт свои подозрения и догадки в одно место и просто оставит всё как есть. Можно подумать, у неё был какой-то выбор.                                                            *** Цири подошла к входу в узкий, тёмный проход между двумя ветхими зданиями, который, по словам Кормика, вёл к логову Али-Бабы. Из глубины переулка доносились приглушённые голоса и смех, подтверждая, что она на верном пути. Цири на мгновение замерла, прислушиваясь к звукам. Внезапно, из тени над ней, донёсся едва слышный, лёгкий свист. Это был характерный, ни с чем не сравнимый звук — выстрел из ручного арбалета дроу. В тот же миг, из глубины переулка, один из двоих головорезов Али-Бабы, стоявших на страже, резко дёрнулся. Он издал короткий, удивлённый хрип, схватился за шею, где торчал крошечный дротик, и беззвучно рухнул на землю, даже не успев понять, что произошло. Второй головорез, не заметивший бесшумного нападения, продолжал что-то бубнить себе под нос, пока не обернулся и не увидел ползающее на четвереньках и борющегося с усыпляющим ядом тело своего товарища. Его глаза расширились от ужаса, но было уже слишком поздно. Цири влетела стрелой в переулок, зная, что Илль'Вира «позаботится» и о втором головорезе. Впереди, за углом, она увидела полуразваленное здание, некогда, вероятно, бывшее таверной или складом. Его фасад был обезображен, окна заколочены, а дверь висела на одной петле. Двор, окружённый обваливающимися стенами, был заполнен несколькими головорезами. Все они как один были похожи на выходцев из Амна. Их тёмные, смуглые лица и экзотическая одежда — свободные рубахи, жилеты и широкие штаны, заправленные в сапоги, — резко выделялись на фоне привычных жителей Невервинтера. В их движениях чувствовалась небрежная уверенность. Они стояли, опираясь на стены, переговаривались и курили короткие трубки, а их кривые сабли и кинжалы, заткнутые за пояса, блестели в тусклом свете дня. - Сколько Теневых Воров Амна, — подумала Цири. — Не страна, а проходной двор! В Мерсии такого не... Будущая правительница Мерсии как раз показалась на возвышении над забором с несколько дьявольской усмешкой. Ариана уже заготовила заклинание, и когда ошеломлённые Теневые Воры Амна поняли, что их дела внезапно идут очень плохо, в них полетел Солнечный Удар. Сила Избранной Арианы сделала её привычные заклинания заметно эффективнее и опаснее. Ранее её Солнечный Удар, хоть она и практиковала его не раз, не был способен ошеломить такую толпу разом. Но сейчас... Словно крохотное солнце взорвалось в центре двора. Яркая, слепящая вспышка белого света мгновенно заполнила всё пространство, а за ней последовал низкий, гулкий грохот, сотрясающий землю. Луч света бил прямо в эпицентр двора, и стоявшие там головорезы, застигнутые врасплох, не успели даже закричать. Их силуэты на мгновение стали чёрными пятнами на фоне невыносимого сияния, а затем их просто сбило с ног. Они попадали на землю, ослеплённые и оглушённые, корчась в конвульсиях. От них шёл пар, а их кожа начала покрываться ожогами. Цири вытаращила глаза от удивления. Удара такой силы она не ожидала. Она видела, как Ариана практиковала этот удар, но в такой мощи он стал совершенно иным оружием. Из дома начали выбегать вооружённые головорезы, не ожидавшие увидеть во дворе поле боя. Завязался, наконец, настоящий бой. Цири прыгала между поверженными атакой Арианы бандитами, подрезая одного за другим. Келгар сдерживал их напор, приняв на себя атаку двух здоровенных наёмников. Цири заметила боковым зрением, как попытавшиеся обойти дворфа с флангов двое бойцов упали, поражённые ударами из тени. Это работала Илль'Вира, чья манера боя всё больше и больше напоминала... дроу. Цири никогда не видела в своей жизни тёмных эльфов Фаэруна и, надеялась, что никогда и не увидит. Их подруга была всё же не дроу, а полудроу, но, глядя на неё, Цири получала о них наглядное представление. И откровенно не хотела встречаться с массой таких противников в бою. И тут в бой вступило ещё нечто, что секундой назад было любимой подругой Арианы и Цири — Эми Ферн. Цири этого уже не видела, ибо не имела возможности наблюдать за всем в горячке боя. Тело Эми словно перестало существовать. Вместо него возник какой-то странный удлинённый монстр, который на первый взгляд был человекообразным. Он был похож на смесь железа и камня, хотя на взгляд трудно было определить материал, из которого он был создан. Довольно длинные ноги держали на себе удлинённое худощавое тело, из которого в обе стороны выпирали руки-клинки, резко обрушившиеся на уже окруживших Келгара головорезов, воспользовавшихся численным превосходством. Двое из них пали замертво. Уродливая голова существа тоже была будто высечена из камня, в котором виднелись вкрапления железа. На этом бесформенном круглом кочане виднелись два горящих синим цветом кружка — глаза этого ужасного монстра. Таково было очень серьёзное и опасное заклинание из школы Трансмутации. Оно называлось Трансформация Тенсера. Никто не ожидал, что Эми им владеет, да и вообще владеет чем-то подобным. Волшебница удивила абсолютно всех. Даже Кару, которая только что обрушила на здание ужасающей силы молнию, буквально снеся часть второго этажа. Колдунья обладала поистине страшной силой. Правда, судя по всему, только в области школы Разрушения. Глядя на монстра, в которого превратилась Волшебница, Колдунья подняла бровь и легко усмехнулась. Эта компания определённо обещала быть более чем интересной. Заклинание, изобретённое великим фаэрунским магом Тенсером, разорвало окружение Келгара, буквально расшвыряв головорезов Амна по сторонам, а руки-клинки монстра располосовали ещё нескольких бандитов. Келгар обрадованно усилил напор, делая резкие атаки своим страшным топором полукругом и отбрасывая врагов щитом. Илль'Вира тем временем действовала с другой стороны и с удовольствием невольно смотрела, как продукт исследований великого мага Тенсера в лице Эми Ферн подсекал ноги головорезов своими длинными клинками. Вот это было зрелище. Кара же тем временем обрушила ещё одну аккуратную молнию на второй этаж, выгоняя всех головорезов на нижние этажи, куда уже обрадованно ворвались Ариана и Цири, уничтожая прорывающихся к дверям головорезов Амна. - А местные бандиты тут вообще есть?! — хихикнула Цири. Ариана только пожала плечами. - Али-баба и сорок... — начала она, как вдруг в большом зале показался сам Али-баба. Али-баба был воплощением стереотипов о «восточном» разбойнике с жарких пустынь далёкого Калимшана, но при этом обладал зловещей харизмой. Он был высоким и крепким, с широкими плечами и массивной шеей, увенчанной круглой, бритоголовой головой. Его кожа была смуглой, как высушенная солнцем пустынная глина, а на лице выделялись густые, черные усы, тщательно подкрученные на концах, и небольшая бородка-эспаньолка. Глаза его были тёмными и глубоко посаженными, полными хитрой жестокости, и они с вызовом осматривали разрушенный зал и непрошеных гостей. На нём был расшитый золотыми нитями жилет из красного шёлка поверх белой, свободной рубахи. Широкие шаровары из тёмно-синего бархата были заправлены в мягкие кожаные сапоги. Его пояс был украшен массивной серебряной пряжкой, а к нему была прикреплена богато инкрустированная сабля в ножнах из слоновой кости. От него исходил тяжёлый, сладковатый запах пряностей и дешёвого вина, смешанный с едким душком пота и крови. Он казался невозмутимым, несмотря на хаос, творящийся вокруг, и его вид говорил, что он привык к подобным ситуациям и не намерен сдаваться без боя. - Эй, баба, иди сюда! — глумливо буркнула Цири, глядя, как чёрные глаза Али-бабы наливаются кровью от ярости. — Ты грязный калишит, я в твою кибитку выливала чан с нечистотами. Твой дом-труба шатала, э! — она вспомнила выражение капитана-калишита из порта Хайклиффа. — Я твою... Ариана не сдержалась и расхохоталась во весь голос. Кажется, ничто не могло развеселить её больше. Она едва не потеряла концентрацию, вовремя отразив удар кривой саблей выскочившего на неё бойца Амна из коридора. Пока она добивала его, приколачивая к стене, потерявший голову от ярости Али-баба тем временем обрушился на Цири. Его лицо было искажено гримасой ярости, а в глазах читалась чистая, неуправляемая ненависть. Он выхватил свою богато инкрустированную саблю, и та сверкнула в тусклом свете, когда он бросился вперёд, не обращая внимания на бойцов, которые всё ещё отчаянно пытались справиться с натиском Келгара и Эми. Его сосредоточенный, дикий взгляд был устремлён только на Цири, которая спокойно ждала его, сжимая в руке меч. Трансформация Тенсера было отличным заклинанием, но работало очень уж недолго. Когда ещё один головорез оказался оттеснённым к забору и пал от ужасных рук-клинков существа, на месте него возникла всё та же девчонка из Западной Гавани — Эми Ферн, только с всклокоченными во все стороны волосами и очень помятой одеждой. Девушка применила это заклинание в реальном бою в первый раз. Хотя, откуда она вообще его знала и смогла применить так хорошо — ещё вопрос. В её руках возникло очередное интересное заклинание, которое она упорно тренировала в свой свободный день в Ривервью и достигла ошеломительного успеха. Оно называлось Искрящаяся Сфера. Описав в воздухе сложную фигуру, её пальцы двинулись в сторону обративших на неё самое пристальное внимание головорезов, определённо решивших расквитаться с ней за этого ужасного монстра, который уничтожил многих их товарищей и помешал им окружить Келгара. Понимая, что они в жизни уже не справятся с этим бешеным дворфом и неуловимой полудроу, они решили оторваться перед неминуемой смертью хотя бы на этой девчонке, которая после возвращения своего истинного облика казалась относительно беззащитной и стояла совсем недалеко от них. Воздух вокруг Эми наполнился электрическим треском. Из маленькой искорки, вылетевшей из её ладоней, вырвалась с треском огромная сфера, устремившаяся прямо головорезам в лицо. Оглушительно разорвавшись в их рядах, она их дезориентировала на подходе, сильно облегчив работу Келгару и полудроу, которые этим воспользовались, добивая последних бойцов Амна во дворе. Ариана, вернувшая себе концентрацию после невольно охватившего её смеха от демарша Цири, расправлялась с оставшимися головорезами в помещении, оставив самого Али-бабу на попечение Цири. Она видела, как её подруга крайне хотела расправиться с ним сама, и предоставила ей эту возможность. Клинок Жрицы Миликки пронзал головорезов Амна насквозь. Лучший боец Западной Гавани быстро перемещалась от одной жертвы к другой, не позволяя им скоординироваться и окружить себя. Такой была Ариана — с раннего детства поставившая себе цель: защиту своего поселения от любых угроз. Хотя, конечно, дело было не только в этом. Ещё и в её специфическом... наследии. Это был Бонарт, Лео Бонарт. Так казалось в голове Цири, методично отбивавшей яростные атаки Али-бабы. Почти комичный восточный деспот с широкой и мощной саблей... Цири полностью ушла в себя и оказалась в замке Вильгефорца, где у неё произошёл последний бой с Лео Бонартом, в котором она-таки смогла победить этого страшного монстра. Это был самый страшный и самый великий бой в её жизни. И было ей тогда лет пятнадцать. А сейчас она взрослый человек, у неё свой отточенный стиль, уже далеко не ограниченный умениями Каэр-Морхена, что сделало её ещё более смертоносной и опасной, и идеально приспособленной к миру Фаэруна. А Али-баба... Цири тряхнула головой, сбрасывая наваждение. Он был НЕ Бонартом и близко. Неплохим, конечно, бойцом, но куда ему до Бонарта, с усмешкой подумала Цири, отбивая очередную его комбинацию. Он даже не понимает, что такими нелепыми комбинациями из двойных ударов такого бойца, как Цири, не достать. Куда ему до её самого страшного врага из подросткового детства? Сигилль Цири прорезал бок комичному пустынному калишиту, когда он откровенно не понял, как Цири полностью проигнорировала его широкий выпад и оказалась сбоку настолько незаметно, что он едва уловил её перемещение на этот раз. Из складок плаща Цири вылетел в её левую руку её любимый изогнутый нож для трофеев, воткнувшийся Али-бабе между глаз. Али-баба комично сузил глаза, словно пытаясь рассмотреть этот нож, который Цири всё глубже в него погружала, прежде чем безжизненно рухнуть на пол. Цири перевела дух, заметив, что все уже расправились с головорезами Амна, которых реально оказалось около... сорока. Что там Ариана говорила? Али-баба и сорок... - Али-баба и сорок Теневых Воров Амна, — хмыкнула Ариана. — О, Боги, Цири, есть такая калимшанская сказка... надо же, чтобы такое… - Она входит в сборник... — начала было Илль'Вира, но Цири прервала их. - Очень мило. Позже послушаем. Быстро давай посмотрим, есть ли сокровища у этой бабЫ. Нам надо здесь закругляться. Когда все покинули помещение, из своего укрытия вышла Кара с огромным удовольствием. Она подняла руки, и в них начал собираться тёмно-фиолетовый, потрескивающий сгусток энергии. Воздух вокруг неё заискрился, а тени, казалось, сгустились и затанцевали в предвкушении. Это было ещё одно её любимое заклинание – Цепная Дуга. Вся накопленная энергия с громким, оглушительным рёвом вырвалась из её рук. Молния, смешанная с чёрной, разрушительной силой, ударила прямо в центр полуразрушенного здания, в эпицентр логова Али-бабы. Раздался грохот, сопоставимый с падением башни, и здание сложилось внутрь себя, рассыпаясь в пыль и обломки. Залп был настолько мощным, что ближайшие строения задрожали, а в некоторых окнах вылетели стёкла. Такова была настоящая сила Кары – природной Колдуньи. Всепоглощающая, неудержимая, неукротимая. Кара опустила руки и удовлетворённо хмыкнула, наблюдая за поднимающимся облаком пыли. Миссия была завершена. Следом за молнией, с рук Кары сорвался дикий, еле контролируемый огонь. Колдунья чувствовала его тепло и наслаждалась им. Она бы так СПАЛИЛА и этот дом, и следующий, и улицу, и полквартала... но сейчас ей разрешили спалить только этот дом. Спалить… спалить.. СЖЕЧЬ его ко всем Богам. И, особенно, к её любимому богу – Коссуту. Огонь охватил полностью разрушенный её молниями дом, пожирая его сверху донизу. Языки пламени, будто живые, рыскали по остаткам стен, обнимая их в огненных объятиях. Над Кварталом Доков поднялось багровое зарево, осветившее вечернее небо и бросившее зловещие тени на окружающие здания. Это был последний, огненный аккорд в истории Али-бабы и его Теневых Воров. Тело Али-бабы с глухим стуком слетело с рук Цири на мостовую Квартала Доков под изумлёнными взорами собравшихся горожан и даже её подчинённых из городской стражи. Цири в своём синем плаще величественно шла сквозь расступавшуюся перед ней толпу. Она шла демонстративно, чётко, ужасающе. Именно так работала новый Лейтенант Стражи Невервинтера. Для публики. И для себя.