Мои истории

«Письмо красными чернилами» В тусклой тишине пещеры Сет сидел на плоском камне, полируя лезвие своего клинка. Свет факела лениво мерцал, отбрасывая длинные тени по неровным стенам. Было поздно. Тихо. И ему это нравилось. Он не ожидал, что что-то нарушит это спокойствие, уж тем более — свиток, завернутый в алый шелк, лежащий у входа в пещеру. Он не услышал, чтобы кто-то приближался. Прищурив свои красные глаза, он медленно поднялся, его высокий, мускулистый силуэт двигался с грацией хищника. Он поднял свиток, повернул его в руках. Ни печати, ни подписи. Только его имя. Сет. Написано утонченной, почти благоговейной рукой. Любопытство всколыхнулось под спокойной поверхностью его мыслей. Он развернул шелк и развернул пергамент. «Тому, кто стоит против мира с огнем в глазах, Ты — больше, чем о тебе говорят. Больше, чем злодей, нарисованный в сказаниях, слишком слабых, чтобы удержать твою истину. Я вижу, как твоя сила носит тишину, словно корону, как твой гнев прячет тысячи бурь мыслей. Они боятся того, что не могут контролировать. Но я… я восхищаюсь этим. Твое присутствие повелевает. Твое имя — пылает. И всё же, в твоей ярости есть грация. Я обожаю это в тебе. Мало кто осмелился бы полюбить такого бога, как ты. Но я — да. Со всей дерзостью, которую заслуживает твоя легенда. Твоя — преданная наблюдательница. Морщина легла на его лоб, когда он прочитал первые строки, губы сжались — но не от злости. В груди кольнуло, как будто он забыл вдохнуть. Он вновь пробежал глазами строки, на этот раз медленнее. Восхищаюсь. Обожаю. Люблю. Сет слышал каждое оскорбление, каждое проклятие, которое мир мог извергнуть в его сторону. Но это... Без насмешек. Без жалости. Просто… благоговение. Край письма дрожал слегка в его руках — то ли от сквозняка, то ли от его хватки, он не знал. Он тихо выдохнул, взгляд его смягчился. Привычно настороженное выражение на мгновение исчезло. Что-то теплое, незнакомое и немного тревожащее поднялось из груди к горлу. Сердце забилось чуть громче, чем прежде. Медленно, на губах появилась кривая улыбка — не высокомерная, а тихая. Задумчивая. Он аккуратно, с непривычной бережностью сложил письмо и положил рядом с собой. Он не знал, кто его написал. Но он прочел его снова. И снова. И в тишине, что наступила после, впервые за долгое время Сет позволил себе почувствовать... что его видят.