Широко закрой рот

***

— Разве это нормально? Слегка раскрыв глаза, Суа уставилась на фигуру напротив. Голос ее был совсем равнодушен, но лицо показывало, хоть и не явное, но смятение. — Не думаю, — парень звучал хрипло. Вероятно потому, что его шея была прострелена? Тоненькая струйка крови стекала вниз от шеи по ключицам и скрывалась за тканью майки. Это выглядело совсем не естественно. Для реальности — слишком аккуратно. Никаких брызг, только живописные изгибы, будто кто-то тщательно вырисовывал эту смерть на холсте. Сам Тилл казался почти живым — бледным, но не трупом. Ребята сидели на корточках, друг напротив друга, глядя прямо в глаза. — Мерещится? Ты мне кажешься? — Наверное. — Но почему? — Суа замолчала, собираясь с мыслями. — Почему? Почему ты спрашиваешь это у меня? — Почему ты? — немного недовольная тем, что ее перебили, Суа таки закончила вопрос. Тилл немного наклонил голову, как бы в вопросе. Суа отвечала на него: — Ты совсем не читал книжек? В романах всегда являются близкие люди. — Я читал. Но в отличие от некоторых мне не хотелось реветь над буковками, и я не проводил дни за слезливым перелистыванием страничек, — с энтузиазмом парень отрицал. Девушка нахмурилась. — Это очень невежливо. Тилл на это лишь закатил глаза, хотя затылок его немного вспотел, — Разве ты не первая мне нагрубила? Суа выдохнула. — Каким образом? Теперь нахмурился Тилл. В немного дразнящей манере, он попытался цитировать: — «В романах все видят только близких людей». Суа уставилась на него. — Ну… Я понимаю, мы никогда не были близки, но… — Тилл запнулся. — Но? Ты дурак? — Это в любом случае звучит обидно! Мы вместе росли, могла бы назвать меня другом! — Ради чего? Приличия? Или чтобы не задеть твое ранимое сердечко? — опешила девушка. Затылок вспотел еще сильнее. Тилл неловко отвел взгляд. — Извини. … — Так ты мертв? — с нажимом продолжила Суа. Парень опустил взгляд и немного поежился. Провел рукой по затылку — сухо. Суа наклонилась чуть ближе, прищуривая свои большие глазки. А затем резко отпрянула. — Боже, что ты делаешь? — вскрикнула она. Тилл, отчетливо чувствуя накатывающиеся слезы, тыкал в один из глаз, не чувствуя влаги. Протянул пальцы девушке. — Они сухие. — Ну, так, ты же… — Но я же чувствую, что они мокрые! Суа поморщилась, показывая то ли презрение, то ли отвращение. — Прекрати так смотреть на меня! Девушка схватила Тилла за щеки, грубо растягивая кожу, а затем сунула палец ему в рот. Тут же вскрикнула и скривилась, хотя это ее действие вряд-ли было случайностью. — Ты издеваешься? Сейчас почему такой взгляд? Ты точно специально это сделала. Девушка смешно высунула язык и попыталась вытереть пальцы об одежду Тилла, но повозя пальцы о полиэтиленовую маечку, поняла, что, во первых, о такую ткань ничего не вытрется, а во вторых, вытерать нечего. — О! Ты был прав. — Ты что думала, я вру? — Нет, просто что ты идиот. Они одновременно закатили глаза. — Хорошо, ладно, допустим. Я идиот. Но ты вот тут со мной разговариваешь. Что это говорит о тебе? Суа скрестила руки на груди, ее брови дрогнули — единсвеный признак раздражения, который она редко позволяла себе проявлять. — Что я либо сошла с ума, либо… — она замолчала. ее взгляд скользнул мимо парня, в пустоту за сценой, где когда-то ревела толпа, — Либо ты действительно здесь. — Либо ты идиотка! — радостно добавил Тилл. — Ты — идиот. Я же сказала: «Либо я сошла с ума», — Суа очень хотелось скорчить рожу. — А-а, я понял. Для тебя это одно и то же, — парнишка ехидно улыбнулся. Не дожидаясь ответа, он быстро встал, а фигурка его в моменте дрогнула, будто изображение на плохо настроенном экране. — Хорошо, если второе «либо», если да, что тогда? Суа не ответила сразу. Она поднялась следом за парнем, ее пальцы сжались в кулаки, но голос оставался ровным. — Тогда это значит, что смерть — не конец. — И? — И… — малышка запнулась, — Это несправедливо… Тилл рассмеялся — резко, неприятно. — Ну конечно, самое ужасное для тебя — это не то, что я умер, а то, что я не исчез. Суа резко повернулась к нему, и в ее глазах впервые вспыхнуло нечто по-настоящему живое. И бесконечно печальное. — Ты всегда все переворачиваешь! — брови были сведены к переносице, но стояли чуть домиком, а губа немного тряслась. Кажется девушка больше не пыталась сдерживаться при этом странном и раздражающем парне. — А ты всегда избегаешь вопроса! — почти с тем же уровнем эмоциональности парирует парень. Они оба замерли, дыхание (если у Тилла оно еще было) учащенное, будто после драки. — Какой вопрос.? — прошептала девушка. Тилл выдохнул. Наклонился ближе и в пол голоса прошептал, почти интимно: — Ты боишься, что если я здесь — значит, и она может быть где-то тоже. Суа задрожала. — Замолчи. — Или, быть может, ты боишься, что ее нет? — Молчи! Ее голос сорвался, гулкое эхо ни раз отрикошетило от далеких стен зала. Тилл отступил на шаг, его лицо снова стало пустым. — Видишь? Вот и ответ. Стук сердца. Потом Суа медленно отпустилась на колени, ее пальцы вцепили в складки платья. — Почему ты пришел? Тилл посмотрел на свою руку — она начала расплываться, словно растворяясь в дымке. А может так и было. В дымке забвения. — Наверное потому, что меня ты знаешь хуже всех? — Если бы пришел хотя бы Иван, все было по другому. — О нем у тебя есть хоть какое-то представление. А я? Ты знаешь, что бы я ответил тебе в реальности. — Ты очень плохо формулируешь вопрос. Парень снова наклонил голову. — Это реальность. Не реален здесь ты. Я не знаю, что ответил бы настоящий Тилл. — Да-а, это довольно удобно, — Тилл широко улыбнулся, хотя, образ его настолько замылился, что был риск соврать, даже утверждая такую мелочь. — Значит, я все-таки просто сошла с ума? — Значит, ты все-таки идиотка. Суа наконец подняла глаза, но застала лишь последнее, очень размытое мгновение, перед его исчезновением. Гораздо лучше она разглядела тень на полу, оставшуюся на миг дольше, чем должна была. А потом растаяла и она.

***